|
Учусь в универе. Есть в нашей группе одна гламурная девушка из очень состоятельной семьи. Одежда, маникюр, дорогая машина — всё при ней. С нами почти не общается. Всё свободное время между парами с деловым видом беседует по телефону. И вот вчера вечером я случайно встретила её у торгового центра. Присев на корточки возле огромной бродячей собаки, она кормила её колбасой, отламывая куски своими холёными пальчиками с шикарным маникюром. Потом взяла морду собаки двумя руками и, глядя ей в глаза, что-то долго говорила. Лохматая грязная псина слушала её, не шевелясь, робко виляя хвостом. Потом случилось вообще неожиданное. Моя одногруппница пошла к своей машине и собака поковыляла за ней. И вот эта гламурная девушка открыла заднюю дверь своей стерильной тачки и запихнула туда собаку. Спокойно села за руль и уехала. А позже я узнала, что эта избалованная дочь богатых родителей содержит приют для бездомных животных и трудится там наравне со всеми. Я потом даже расплакалась, ругая себя за то, что судила о человеке только по его внешности. Или просто от нахлынувших чувств...
|
| 15 Feb 2024 |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Живу в коммуналке. Три из пяти комнат занимает треш-семейка. Батя (нормальный мужик в целом, работает и всех их содержит, но от такой жизни начал прибухивать), мать с Альцгеймером и две дочери, обеим уже за 30. Старшая — многодетная вдова, младшая — физически здоровая, но не желающая работать деваха. Все, включая шестилетнего старшего внука круглосуточно друг на друга орут (младшие внуки еще мелкие и говорить не умеют, а то бы и они присоединились), сестры иногда кидаются друг на друга с кулаками, а батя по пьяни несколько раз грозил младшей убийством.
Однажды на кухне разговорилась со старшей дочерью (она там самая нормальная вроде). Говорю, мол, а вы не думали разменяться и разъехаться? Она посмотрела на меня, как на идиотку, и ответила: "Ни в коем случае! Мы самые близкие люди и должны держаться вместе! "
Когда-то давно, собирая весной в лесу сморчки, увидела в траве две бусинки. Присмотревшись внимательней, поняла, что это крохотный зайчонок. Он сидел среди прошлогодней листвы и почти сливался с ней. Ни одного движения, ни одного моргания при моем приближении. Если бы не гриб рядом с ним, я бы его не заметила. Мне стало его жалко, знаю,
Игореша всегда грезил морем, он его любил. Но что-то такое было недоверчено, недошуруплено в атлетических телесах моряка, что при всяком выходе в море его любовь подвергалась испытанию. Даже средняя качка, не говоря уже о штормах, вызывала в пугливом желудке Игореши огромное желание выскочить и прибиться к стае каракатиц.
Как-то летом шли мы — я с отцом — домой. Дело было в деревне, куда мы выбрались отдохнуть. Шли мы с базара, где купили здоровеннейший — килограммов на пятнадцать — арбуз. Так вот, переходим мы через реку по старому деревянному мостику, тащим арбуз. И, не помню уже с чего, разгорелся вдруг между нами спор: арбуз плавает или тонет? Отец говорит — поплывет, я говорю — утонет, он же такой тяжелый... Казалось бы, какая нам разница? Но слово за слово — разгорячились мы здорово. И тут мой батя говорит: а давай проверим! Я: а давай! И мы, два совершенно взрослых (папе на тот момент было уже хорошо за пятьдесят, а мне — лет тридцать) и умственно здоровых человека, поднатужившись, переваливаем арбуз через перила и отпускаем его в речку. Плюх! А мы стоим и смотрим. Ну, ничего страшного, конечно, не случилось: в этом месте глубина нашей реки — чуть выше пояса, а ниже по течению — и вовсе по колено, вброд перейти не проблема. Так что мы спокойно дошли до поворота — все равно нам именно в ту сторону нужно было, — выловили арбуз из реки и пошли дальше. Заодно и помыли. Зато теперь я совершенно точно знаю: АРБУЗ ПЛАВАЕТ! Только с очень глубокой осадкой, наверное, глубже, чем у айсберга: над водой один хвостик торчит. Вот только неизвестно, что это знание в жизни дает и для чего оно могло бы пригодиться...