В последнем своем бою Анатолий Папанов потерял два пальца на ноге и даже на вступительный экзамен в институт пришел с палочкой. Несмотря на несомненный талант, члены экзаменационной комиссии сомневались, что он найдет свое место в искусстве. Ведь ограниченный в движении актер это нонсенс. Но он пообещал, что будет много заниматься и бросит свою палочку, хотя врачи предупреждали, что без нее он ходить не сможет. Его все-таки приняли на второй курс.

В первый же день занятий его поразили однокурсницы: нарядные, красивые, ухоженные. Он стеснялся их, сам себе казался нескладным и слишком простым. Только одна девушка, Надежда, каждый день приходила на занятия в военной гимнастерке и кирзовых солдатских сапогах. Как-то Анатолий подсел к ней и спросил, была ли она на фронте. Оказалось, что Надежда два года ухаживала за ранеными, ездила в составе санитарного поезда и на линии фронта бывала не раз. Ей было всего 17, когда началась война.

Анатолий оживился, когда понял, что Надя служила и тут же объявил, что наконец ему будет с кем поговорить. И они говорили. О войне и о фронтовых товарищах, о будущей мирной жизни, о своей профессии. Оказалось, что они живут недалеко друг от друга, даже в институт едут на одном и том же маршруте трамвая.

Они стали вместе приезжать на учебу и вместе уходить после занятий. Он очень нравился ей, этот талантливый и застенчивый молодой человек. Шаг за шагом Анатолий и Надежда становились ближе друг другу. А когда 9 мая 1945 года все праздновали День Победы на Красной площади, он посередине ликующей толпы вдруг сказал, что им нужно расписаться. Ведь он любит ее, а она – его, это знали все. Они подали заявление в ЗАГС в этот же день, а 20 мая Анатолий и Надежда стали мужем и женой.

Молодая семья разместилась в комнате в коммуналке, разделенной фанеркой на две половинки. В одной обитали молодожены, а в другой – родители Нади. Тесно, но дружно.

Анатолий окончил институт с отличием, его пригласили на работу сразу три столичных театра. Но его любимую Наденьку по распределению направили в Клайпеду. И Папанов отказался от всех предложений, чтобы поехать вслед за женой. Они бывали в Москве теперь наездами. Проведывали родителей, гуляли по знакомым московским улочкам. В один из приездов случайно встретили Андрея Гончарова, молодого режиссера, с которым были знакомы еще со студенческих времен. Он пригласил Папанова в свой Театр сатиры. Надежде удалось уговорить мужа принять предложение.

Они очень скучали в разлуке, созванивались каждый день, но им было этого мало. К счастью, вскоре театр в Клайпеде расформировали, Надежда тоже вернулась в Москву. В 1954 году на свет появилась маленькая Леночка, счастье и надежда семьи. А вскоре ему предложили серьезную роль в театральной постановке, и он искренне считал, что удачу ему принесла именно дочка. Вскоре им дали комнатку в общежитии, а потом семья Папановых перебралась в собственную отдельную квартиру.

В Театре сатиры супруги проработали сорок лет. Анатолий Папанов искренне считал, что театр должен быть один, как и жена — одна. Анатолий Дмитриевич много снимался в кино, участвовал в спектаклях, озвучивал мультфильмы. Но он точно знал, что дома его всегда ждут и любят. Он был глубоко порядочным, очень скромным, добрым и очень преданным человеком. У Надежды Юрьевны за всю жизнь не было повода ревновать мужа к многочисленным поклонницам. Она была уверена в нем, точно так же, как он был уверен в том, что его Наденька не предаст никогда. Он не умел говорить громких слов о любви. Он просто заботился о своей семье и делал все, чтоб они были счастливы. Они все делили пополам, Анатолий и его верная Надежда...

На фото: Анатолий Папанов и Надежда Каратаева на кухне. Супруги вместе готовят нехитрый ужин для гостей. 1973 год

Когда я была маленькая, моя мама дружила (и по сей день дружит) с женщиной гораздо старше себя. Я росла, женщина старела. Я была уверена, что никогда не буду дружить со "старухой", потому что я буду такая молодая и офигенная, а у нее давление и огород.

В 30 лет на работе познакомилась с женщиной — пенсионерка, двое детей, старшая дочь — моя ровесница, внуки, все дела. Первая мысль — "Блин, не могли нанять помоложе кого?".

В итоге мы работаем вместе уже два года, за это время посетили пару крупных выставок по работе, организовали параллельно основной занятости свой бизнес, каждый день созваниваемся, иногда пьем пиво на лавочке, скидываем друг другу смешные картинки и ржем. За советом и поддержкой я в первую очередь обращаюсь к ней, я копирую ее манеру поведения и стиль, потому что такую элегантную и интересную женщину нужно еще поискать. Я очень благодарна вселенной за такого друга!

И на войне — люди как люди.

В далеком СССР собираем дары природы с папиным товарищем по работе — он "сидит" на соседнем кусте. Сам процесс сбора довольно скучный, поэтому общие темы для беседы найти очень легко. Даже между мелким пацаном и человеком "старшего возраста".

— Ого! Так вы и войну 41-45 застали? И фашистов вживую видели??

Решили с женой отдать дочку в мат. школу в Петродворце. Была там раньше такая, не совсем конечно мат. школа, но математике учили неплохо. Привел я дочку на собеседование, а было ей тогда 6 лет. Вопросы были несложные, она на все ответила верно. И тут преподавательница задает ей последний вопрос:

— Вот, представь, у тебя яблонька, на ней веточки с яблоками. На одной ветке 7 яблок, на другой — 8, на третьей 9. Сколько всего яблок на яблоне?

Дочка, не задумываясь, говорит, — 24.

Преподавательница удивленно спрашивает, как она посчитала.

— Ну вот я взяла с третьей ветки одно яблоко, перевесила на первую, а трижды восемь будет 24.

На этом собеседование закончилось.

Отводит преподавательница меня в сторонку и начинает, — ребенок у вас конечно слабенький, может наша школа ей не подойдет, но... а сама, рефлекторно пальчиками потирает, как будто уже деньги пересчитывает. Понял я, чего она хочет, и, уверенно глядя в глаза, выдаю:

— Вообще-то она только что самостоятельно вывела метод Гаусса нахождения суммы ряда. Так что вы правы, возможно Ваша школа ей и не подойдет.

А дочку, кстати, взяли тогда. Может струсили, что пожалуюсь.

Однажды в начале 50-х годов знаменитый диктор Юрий Левитан с сердечным приступом оказался в больнице. А утром надо было читать новое Постановление ЦК. Из Радиокомитета приехали забрать пациента для записи.

Но врач был непреклонен:

— Живым вы его не довезёте!

Вспоминает сам Юрий Борисович:

— И вот — 6:00.