Автор серии книг "Автостопом по галактике" — Дуглас Адамс рассказывал:
"Мне нужно было сесть на поезд. Это было в апреле 1976-го в Кембридже, Великобритания. К поезду я пришел немного раньше, так как неправильно запомнил время.
Я пошел купить газету, чтобы поразгадывать кроссворд, чашечку кофе и пачку печенья. После этого я сел за стол. Я хочу описать вам эту картину. Это очень важно, чтобы вы ясно ее представляли.
Стол, на нем газета, чашка кофе, пачка печенья. Напротив меня сидит парень хорошего обыкновенного вида в пиджачной паре с чемоданчиком. Не было похоже, чтобы он собирался учинить что-либо странное. Но вот что он сделал: — вдруг наклонился, взял пачку печенья, раскрыл ее, взял одно печенье и съел.
Должен сказать, что англичане очень плохо справляются с такими ситуациями.
В их происхождении, воспитании или образовании нет ничего, что помогло бы научить их как обходиться с человеком, который средь бела дня украл у вас печенье. Вы знаете, что было бы, если бы это происходило в Лос-Анджелесе?
Была бы стрельба, вертолеты, CNN, ну вы знаете…. Или взять, к примеру, где-нибудь в России.
Но в конце концов я поступил, как англичанин: я просто это проигнорировал. Уставился в газету, сделал глоток кофе и подумал, что делать дальше.
Он возьмет, я возьму. В конечном итоге я подумал, что это пустяки, сильно напрягся, чтобы не замечать, что пачка уже открыта, и взял оттуда печенье.
Я думал, что это его образумит. Но нет, так как через мгновение он повторил свою выходку. Он взял еще одно печенье.
Не сделав никакого замечания в самом начале, было бы гораздо труднее говорить об этом после второй попытки. Это бы не сработало.
Так мы закончили всю пачку. Когда я говорю всю пачку, я имею в виду, что там было всего восемь печений, но это длилось целую жизнь. Он возьмет одну, я возьму одну, он возьмет, я возьму. Наконец мы закончили, он встал и ушел.
Мы обменялись многозначительными взглядами, потом он ушел, и я вздохнул с облегчением. Через пару минут прибывал поезд, я допил мой кофе, встал и поднял газету, под которой лежала…пачка с моим печеньем.
В этой истории мне больше всего нравится то, что где-то в Англии живет человек с полностью аналогичной историей, единственно, что у нее нет такого же конца, как у моей... "
В 2003 году в Канаде был экономический спад. С програмистской работой было туго и я от безнадёги разослал 10.000 резюме повсюду, используя простенький скрипт. Меня вызвали на интервью в маленькую компанию и владелец компании Крис спросил: "Ты от тётушки Анн из Баптистской церкви?".
Я кивнул в ответ и был принят.
Позже я понял, что компания
никогда не давала объявлений и брала людей только подобным образом.
Получив мощное подкрепление в моём лице они взяли довольно крупный проект и мне было поручено интрервьюировать кандидатов. После просмотра племяника одноклассника и внука очень приятной лэди из церкви я им предложил неслыханную вещь: дать объявление и взять наиболее компетентного кандидата. Это было опрометчиво и я вскоре оказался в шкуре кадровика из анекдота.
ОФФТОП: Анекдот.
Молодой кадровик растеряно сидит над грудой резюме. К нему подходит опытный и спрашивает в чём проблема?
"Нам на позицию прислали 1000 резюме и я не могу выбрать".
"Раздели на 2 стопки: 900 и 100, а теперь выброси 900 и выбирай из 100"
"Как! А вдруг там достойные кандидаты? "
"Нам не нужны лузеры! "
Конец ОФФТОПа
Я так и сделал и 10 счастливчиков были приглашены на интервью. Как ни странно, Крису понравился процесс и он разработал ритуал. Каждого кандидата он встречал лично, проводил по оффису, показывал его будущее место и объяснял чем он будет заниматься если не сегодня, то уже завтра. И под конец говорил: "Ну а теперь, наш сотрудник Анатолий (это я) задаст Вам несколько вопросов". При этом он сам лично присутствовал.
У меня был список из 40 вопросов. Если человек отвечал правильно — сразу плюс, если нет завязывалась диаскуссия, по которой тоже можно было получить плюс. Брали реально лучшего. Кстати из этих дискуссий, я тоже вынес много полезного.
В числе отобранных был выпускник МВТУ. С ним с самого начала всё не заладилось. В день интервью был снегопад, однако я специально притащился на работу. Он не явился и на следующий день позвонил с просьбой о переносе. Хорошо, не проблема.
После стандартного ритуала, нас представили и он сходу меня спросил:
"Знаешь ли ты, что такое МВТУ?".
"Ну да, слышал. ВУЗ в Москве".
"Это Бауманка!".
"ОК. Вожможно. Давайте приступим. Вопрос первый... "
И тут он меня ошарашил.
"Я Джаву не знаю, но как выпускник МВТУ могу её выучить за 2 часа. "
После некоего осмысления я ему предложил:
"Отлично. Сейчас 1 дня. Я Вас жду в 3 с выученной Джавой. "
Он хлопнул дверью, обещав напоследок написать на меня жалобу. Правда я не понял кому.
Шёл 1989 год. Советский Союз трещал по швам. Вместе с ним трещали и моральные устои. Но ещё оставались нетронутые тлетворным влиянием перестройки девушки. Именно такой и была молодая выпускница педагогического института Ирина Ивановна. Воспитанная матерью филологом, потомственная учительница она отворачивалась (при матери) когда по телевизору в фильмах
показывали скромные советские поцелуи. А недавно вышедший фильм "маленькая Вера" считала чёрной п@рнухой. Но конечно же не сдержалась и посмотрела.
7Б был бы неплохим классом. Если бы не Петя Кучеренко. Он был хулиганом и грозой параллели с первого класса. И чем дальше тем более отвязными становились его шутки. Тем меньше он считался с авторитетом старших. Ирина Ивановна стала первой, на ком он стал проверять степень своей безнаказанности. Но до сегодняшнего дня шутки его были глупыми и детскими.
Шёл последний урок — урок литературы. Ирина Ивановна пыталась донести до учеников всю трагедию жизни и смерти Мцыри. Его подвиг, его чувства. Но класс откровенно скучал. Петя скучал больше всех. Никакого подвига в том, чтобы убежать из монастыря и тут же сд@хнуть он не видел. Но слова "ко мне он кинулся на грудь, но в горло я успел воткнуть" не давали покоя начинающим просыпаться гормонам.
Неожиданно для самого себя, Кучеренко встал и уже почти сформировавшимся баском на весь класс сказал.
— Ирина Ивановна, может быть прекратим заниматься фигнёй и обсудим половой вопрос?
— Половой вопрос? — переспросила учительница.
Она всё ещё была мыслями в горном монастыре и любовалась красотой природы. Когда смысл сказанного наконец дошёл до Ирины Ивановны, слёзы брызнули из её глаз и она всхлипывая выбежала из класса.
В учительской сидели учителя старого поколения. Среди них выделялась Людмила Викторовна — пятьдесят лет, завуч, член партии, кандидат в мастера спорта по метанию ядра, сто девяносто сантиметров роста и сто двадцать килограммов веса. Ирина Ивановна вбежала в учительскую, упала на стул и громко разрыдалась. После кружки чая она рассказала что произошло.
— Я разберусь! — рявкнула Людмила Викторовна и, кажется одними мышцами ягодиц, отбросила стул к стене.
Как и любой класс оставшийся без учителя 7Б шумел. Но никто не ушёл домой несмотря на то, что урок был последний. Распахнулась дверь и в класс вошла Людмила Викторовна. Сразу воцарилась такая тишина, что стало слышно как на шкафу совокупляются мухи.
— Все свободны, Кучеренко остался!
Класс молниеносно, но при этом в абсолютной тишине очистился от детей.
— Кучеренко, я считаю, что ты достаточно взрослый, чтобы не только обсудить половой вопрос, но и приступить к практическим занятиям. — сказала завуч и закрыла дверь класса на ключ.
Вся жизнь пролетела перед глазами Пети. Его яички сжались до размера горошин. Не так он представлял свой первый ceкс. Холодный пот предательской струйкой стекал по спине и щекотал между булок.
— Я… Я не хочу. Не надо. Я больше не буду. — лепетал он.
— Сейчас ты у меня будешь жить половой жизнью! — гремел голос Людмилы Викторовны. И она неумолимо надвигалась на Кучеренко как айсберг на Титаник.
Когда хулиган уже вжался спиной в дальнюю стену и между ними оставалось каких-то пару метров. Она остановилась и указав рукой в угол сказала:
— Вон там ведро и тряпка. Берёшь их и драишь полы до зеркального блеска! Вот такая у тебя будет сегодня половая жизнь!
Петя Кучеренко шёл домой. Он курил не прячась ни от кого и улыбался. Сегодня он не стал мужчиной, но был этому несказанно рад.
И это всё о нас