"Кот-путешественник, или Визит в параллельную вселенную 1993-го"

Лето 1993 года. Страна трещит по швам, рубль падает, а политики на телеэкранах говорят слова, смысл которых уже давно улетучился. Но в панельной пятиэтажке в районе "Лесенки" жизнь идёт свои чередом. Здесь пахнет свежескошенной травой, пылью с подоконников и надеждой, что завтра будет хоть немного стабильнее. А ещё здесь живут коты. Не просто коты, а личности с характером, планами и своими представлениями о географии.

В соседнем подъезде, на втором этаже, обитал один такой аристократ. Белый, с серыми пятнами, словно кто-то разбрызгал на него акварель от скуки. Глаза — два осколка льда, голубые и бездонные. Хозяева, люди прогрессивные (по меркам 1993-го), выпускали его гулять. Железных дверей ещё не было, подъезды были открыты для всех — и для соседей, и для котов, и для ветра перемен.

Мы часто видели его во дворе — важного, неспешного, с видом философа, размышляющего о бренности бытия. Иногда пытались погладить, но он допускал лишь лёгкую ласку, будто делал одолжение. Его мир был прост: свой подъезд, свой диван, своя миска. Но однажды этот мир дал трещину.

В одно утро за нашей дверью раздалось настойчивое: "Мяу-мяу!". Не требовательное, а скорее недоуменное. Открыли — и обомлели. На пороге стоял тот самый кот-аристократ. Смотрел на нас с лёгким укором, будто мы опоздали на важную встречу.

— Заходи, — сказали мы, поражённые.

Он вошёл. Не спеша, как исследователь на неизвестной земле. Начал обнюхивать углы, заглядывать под диваны, изучать обои. На его морде читался немой вопрос: "Что вы сделали с моей вселенной? Почему здесь всё так похоже, но всё не то?".

Он ходил по комнатам, мяукая с интонацией потерянного туриста. "Где мои хозяева? Куда делся знакомый запах жареной рыбы? Почему вы не те, за кого я вас принимал?". Мы гладили его, говорили успокаивающие слова, но кот не верил. Он искал свой мир, а нашёл лишь зеркальное отражение — ту же дверь слева, тот же этаж, но чужие лица.

Через десять минут мы сдались. Аккуратно взяли его на руки (он не сопротивлялся, всё ещё в лёгком шоке) и отнесли обратно — в соседний подъезд, к его двери. Через секунду дверь приоткрылась, и его впустили домой. Наверное, он так и не понял, что ненадолго попал в параллельную реальность — ту, где всё почти так же, но чуть-чуть иначе.

Эта история — не просто о коте. Она о 1993 годе. О времени, когда всё было знакомым, но уже другим. Когда двери были открыты, но за ними могла скрываться совсем иная жизнь. И о том, что даже в эпоху "великих перемен" коты остаются котами — вечными путешественниками между мирами, которые всегда находят дорогу домой.

Навеяно неким обсуждением химических вопросов в одном уважаемом блоге....

Будучи студентами, я и мои друзья — односабашники — однокурсники и разнокурсники иногда грешили радикальными способами разрешения надоедливых проблем, кои время от времени навещали нас, в том числе в виде двух "круто упакованных" студенток

Рассказала знакомая, к которой в гости приезжали два гея из Голландии, такие настоящие борцы за права ceксуальных меньшинств, решили на своей шкуре узнать, как в России притесняют их права и поведать об этом миру. А надо сказать, что они у себя в Голландии неплохо выучили русский и почти всё понимали, говорили, правда, с приличным акцентом.

Ну вот, ждут они вместе со знакомой маршрутку, а на остановке два обычных гопника, ведут свою обычную беседу:

— Е%% я тебя в рот!

— Да иди ты на х[рен], сейчас у меня сосать будешь, а потом я тебя раком поставлю и в [п]опу вы%%у!...

Ну, в общем, обычный базар.

Всё это слышат голландские геи, переглядываются, улыбаются и говорят знакомой негромко, но с первых же звуков вся остановка замолкает, так как слышит их западный акцент:

— О, у вас очень хорошо со свободой для геев. Смотри, те двое совсем не стесняются рассказывать про свой прошлый ceкс и обсуждать планы будщего! И никто не обращает внимания! Московские геи даже свободнее европейских!

Тут всю остановку просто разорвало, а гопников как ветром сдуло.

Проезжая утром 1 сентября мимо соседней школы, увидел там большую толпу детей с родителями, и внимательно вгляделся в лица. Свое вспомнилось, и вся жизнь промелькнула предо мною!

Вот самые пышные и белоснежные банты, огромные букеты как салюты, взволнованные счастливые лица, сияющие очи — это первоклашки.

Безмерное горе в глазах, лето пролетело, опять в школу — явно второклашки.

Деланно равнодушные лица, как у опытных рецидивистов, снова на шконку — следующие классы: )

Жена, как услышала это мое наблюдение, рассмеялась:

— Мое первое 1 сентября было вообще ужас! Потом уже узнала, что у школы был старинный обычай такой — по окончании торжественной линейки старшеклассники садят первоклассников себе на плечи и несут в класс. Нас не предупредили! И жара стояла. Представь себе — хватает меня какой-то незнакомый вонючий мужик, для меня взрослый, забрасывает себе за плечо и куда-то уносит!

Всех с прошедшим праздником!

Мой отец психически болен. Болезнь сидела в нем много лет, но мы об этом не знали. Он всегда был со странностями, но за рамки его поведение не выходило, соответственно, и на учете у психиатров он никогда не стоял. Но ближе к 60 годам состояние его стало резко ухудшаться.

Добровольно в больницу он идти отказывался, а не добровольно запихать