Один из депутатов парламента любил выпить. И часто выпивал. А так как являлся личностью неприкосновенной - то его, в каком бы он ни был состоянии, трогать никто права не имел.

Так вот однажды, в состоянии полного "раздрая", оный персонаж садится в парламентский лифт — и уж не знаю, чего он там хотел — начинает последовательно жать кнопки этажей, одну за другой. И ездить с этажа на этаж. Охрана в ступоре — неприкосновенность, трогать запрещено, иначе проблем не оберешься.

Слава богу — вечер уже поздний, кроме депутата и охраны в здании парламента никого. Но, депутат продолжает кататься — час ночи, два, три.

Вот-вот все придут на работу — скандал обеспечен. В конце концов, охрана отзванивается начальнику, тот в районное ОВД, ОВД запрашивают МВД, те обращаются в администрацию президента.

В шесть утра этот консилиум принимает волевое решение — позвать жену депутата.

История сия произошла лично со мной в девяносто лохматом году в славном городе Хабаровске, где имел счастье пребывать в краткосрочной служебной командировке. По своей всегдашней привычке проверять местные книжные магазины на предмет интересной литературы, зашел в один такой, располагавшийся недалеко от памятника Ерофею Хабарову, который располагается

Был в одном университете такой преподаватель — Лиходеев Николай Палыч. Очень тихонький и примерный старичок, на студентов не pугался, двоек не ставил, помирать, впрочем, к вящей радости обучаемых, тоже не собирался. Все его всячески любили, холили, лелеяли и даже по-дружески при встрече толкали в грудь. Но однажды его один кадр просто-таки довел. Не помню, какой он у нас предмет вел, но сидел тот нерадивый деятель на последней парте, и постоянно мучил бедного старичка ехидными комментариями к месту и не очень. И вот.

Старичок этот говорит:

— Сейчас будем решать одну из моих любимых задач...

— Ваша любимая — наша ненавистная.

— Да откуда Вы знаете? — кротко так удивляется старичок.

— Мы же ее еще не решали. Может, она Вам понравится.

— Не может, — отвечает этот гад, — все, что нравится Вам, мне ненавистно.

Препод ехидно задумался.

— Вы уверены? — спросил он после паузы.

— Да, — нагло сказал студент.

— Абсолютно?

—!!! Абсолютно!!!

— Тогда, молодой человек, — горестно пожал плечами препод, — Вы пе[тух]...

Вот это был фурор! После этого старичок был месяц, наверное, народным любимцем.

Долго работали над тем, чтобы переехать в определённую страну в Европе. Наконец и муж, и я находим там хорошую работу с отличными условиями, собираемся переезжать вместе со свекровью и сыном. Свекровь — мировая женщина, немного ядовитая, но мудрая и всегда нам помогала. Мы продали свою квартиру, до отъезда вселились к ней, и вдруг новость — сын собрался жениться!

Ему 18 лет, его дама сердца старше, работает кассиршей, и у них безумная любовь. Поэтому он срочно женится и мы все вместе уезжаем или же он как совершеннолетний остаётся жить здесь и всё равно женится. Мы были в шоке. Девица, понятное дело, собирается сесть на нашу шею в другой стране, сын, как дурак, этого не понимает и гнёт своё. Муж уже хотел махнуть рукой, как в дело ворвалась свекровь. Сходила в маркет, где работает потенциальная невестка, и, пока та пробивала ей продукты, рассказала, как она рада тому, что внучок остаётся с хорошей женщиной, потому что родители разрешили ему жениться и остаться здесь, только работы у него нет, из университета он забрал документы перед отъездом, и жить ему придётся с ней, потому что квартиру продали, а бабушка свою квартиру перепишет на двоюродную племянницу — всё равно возвращаться не собирается уже обратно.

Спустя несколько дней девица бросила сына. Он в горе и теперь летит с нами. Боже, храни мою свекровь!