если бы увидел в кино или прочёл в книге.

Тест показал, что Лидия не мать трём своим детям. Джейми – папа, а Лидия – не мама. Женщина в интервью вспоминает это с дрожью в голосе. Мол, с таким результатом у меня могли отнять детей, каждое утро я мысленно с ними прощалась.

Через пару недель, как и ожидалось, её вызвали к прокурору. Который стал задавать странные, но логичные вопросы. Кто вы такая на самом деле? Откуда у вас эти дети? Где настоящая мать детей?

Ответов, устраивающих прокурора, у Лидии не было. Дело шло к суду. Ситуация до абсурдности странная и пугающая. Есть миллион свидетельств того, что женщина этих детей рожала, жила с ними и т. д. Но главная улика обвинения – тест ДНК.

По счастливому стечению обстоятельство Лидия в этот момент была беременна четвёртым ребёнком. По её воспоминаниям, адвокат убедил прокурора дождаться родов и сделать анализ ДНК. Поэтому в помещении, где она рожала, находился специальный представитель, то ли соцслужбы, то ли полиции, который должен был лично убедиться в том, что она родила ребёнка и именно у этого ребёнка взяты образцы ДНК.

Так и сделали. И оказалось, что этот ребенок тоже не её. Проблема мгновенно масштабировалась. Раньше это были какие-то важные, но незначительные в масштабах государства разборки, а вот теперь...

Теперь это прецедент, ставящий под сомнение все приговоры, сделанные на основании тестов ДНК. В том числе смертные казни. Представляете, чем запахло?

Нужно срочно понять – проблема с тестами или проблема с Лидией? Но ни одной внятной версии нет. Если у этой невезучей женщины нет внутри портала, из которого появляются рандомные дети, то даже как-то хз.

Но тут снова всех спас адвокат. Он выкопал аналогичный, но менее примечательный случай. Женщине из Новой Англии понадобилась трансплантация почки. Трое её детей согласились быть донорами. И двое из них оказались не её детьми.

Тут учёные кинулись анализировать и сканировать Лидию вдоль и поперёк. Оказалось, что она — химера. Представляю, как ей об этом сообщили. Сначала дети — не ваши, потом и вы — не совсем вы.

Что такое химера? Существо, в чьём организме изначально присутствуют ткани с разными геномами. Но в случае с Лидией всё оказалось ещё сложнее. ДНК её детей доказывала лишь родство с их бабушкой, матерью Лидии. Разобраться следствию удалось лишь благодаря серии анализов тканей разных частей тела. Оказалось, что кожа и волосы Лидии содержат один геном, а шейка матки – другой, соответствующий материнскому геному её детей.

Это называется – тетрагаметный химеризм. Он формируется на ранней стадии беременности, при оплодотворении двух яйцеклеток двумя сперматозоидами и формированием одного организма из двух зигот.

То есть, если проще, у Лидии могла бы быть сестра близняшка. Но почему-то не срослось. Точнее, наоборот. Срослось. Грубо говоря, яичники у Лидии от её потенциальной сестренки, которая не развилась как отдельный плод, а была поглощена на ранней стадии и стала частью организма Лидии. То есть, как бы республикой в составе федерации.

на плите выбит жрецами на трёх языках:

•на древнегреческом — языке правящей династии Птолемеев

•на демотическом — бытовой скорописи, которой пользовались в повседневной жизни

•египетскими иероглифами — сакральном письме, которое к тому моменту уже начало забываться и позже было полностью утрачено почти на полтора тысячелетия.

Благодаря этому эта плита и стала знаменитым "Розеттским камнем": ключом ко всем древнеегипетским текстам.

В июле 1799 года, во время египетского похода Наполеона, французский инженер Пьер Бушар руководил строительством форта Сен-Жюльен в городе Розетта. Разбирая старую стену, он наткнулся на эту плиту и отправил в Каир на изучение

Спустя пару лет британские войска разгромили французов в Египте. Так камень, вместе с другими "трофеями", отправился в Англию. Чтобы не было сомнений, кто теперь хозяин, на боках камня даже выбили надписи на английском: "Захвачено в Египте британской армией в 1801" и "Передано в дар королём Георгом III". С 1802 года он является главной достопримечательностью Британского музея в Лондоне

Египет никогда не признавал законность вывоза камня и рассматривает его как символ колониального грабежа. Но Британский музей стоит на своём. Мол камень был передан британцам французами по законному договору. Да и возврат разрушит целостность музейной коллекции, которая показывает "глобальную историю человечества". Краденную историю