почитать и уснул.

Проснулся в кромешной темноте, хотя помню, что свет был включён у меня и ещё в паре комнат. Первая мысль, что коллега лёг позднее и везде выключил свет. Телефон, как на зло, на столе не нащупал. Щелкаю выключатель — тьма. Думаю ну может перегорела лампочка. В туалете точно должен работать. Нащупал выключатель — эффект тот же. Вожу руками перед глазами и понимаю, что вообще ничего не вижу! Сопоставив все факты (кто-то меня ужалил, алкоголь, свет наверняка включается, только я его не вижу!), я понял, что ослеп! Пытаюсь успокоить себя, а трясет уже прилично. В мыслях может есть какая вакцина и ещё можно исправить ситуацию. Решаю идти за помощью. По стенке добираюсь до коллеги, бужу его и говорю (после застолья, он уснул в гостиной), что я ослеп! Он спрашивает, вижу ли я хоть что-нибудь?? Я естественно говорю, что вообще ноль, ни одного блика! Он начинает что-то делать, я стою и пытаюсь все это осознать. В голове мысли как жить дальше, как теперь обеспечивать семью и насколько же глупо все произошло, да и куча других нехороших мыслей. Сердце бьётся как бешеное! Но буквально через пару минут включается свет и начинают работать кондеры! Тупо отрубили электричество во всем поселке, пока я спал!

Это, пожалуй, было лучшее в моей жизни, что я испытывал — я прозрел! Но эти минут 5 слепоты я запомню на всю жизнь! Берегите себя!

война с арабами. Еврейская подпольная организация "Хагана" начала создавать запасы оружия. С самим оружием проблем не было, а вот боеприпасы были в дефиците. И британская администрация запрещала их производство в Палестине. Поэтому "Хагана" решила устроить секретный завод по производству боеприпасов в кибуце в 24 км от Тель-Авива. Небольшой завод расположили в подвале под зданием прачечной. Прачечная обеспечивала легенду рабочим, а шум от стиральных машин заглушал звуки из подвала. Используя польские контрабандные станки завод начал штамповать 9 мм патроны для пистолета-пулемета STEN.

Секретность была очень строгой. Прятаться нужно было не только от арабов, но и от британцев. Все осложнялось тем, что рядом располагался лагерь британской армии и солдаты приносили свои вещи на стирку. Заходили они и просто попить пива. Несколько раз из-за неожиданных приходов британцев завод был на грани провала.

Помогло пиво. Британские офицеры жаловались, что оно слишком теплое. Кибуцники предложили: "Когда вы в следующий раз соберетесь прийти, позвоните нам – мы поставим пиво для вас на лед". Пивная сигнализация сработала превосходно – британские офицеры никогда не появлялись без предупреждения, что позволило заводу произвести более двух миллионов патронов.

вошли. Один побольше, другой поменьше. Тот, что побольше, уж сильно большой, квадратный какой-то. Хорошо хоть сел напротив. Да так сел, что курсанта к окну придавил, а бабку чуть на пол не сбросил. Бабка-то с курсантом рот одновременно открыли, ну чтобы возмутиться, да не успели.

Здоровый первым слово сказал:

— Слышь, Толян, — устроившись поудобней, произнес он, — завалил я вчера мента.

Сказано это было спокойно, без всякой бравады. Типа: "попили мы вчера с Надькой кофе". Но, от этого спокойствия, вся серьезность этих слов прочувствовалась. И рожа у него была какая-то явно бандитская. А наколка на фаланге пальца впрямую говорила, что здоровый-то ходку к куму сделал. Наверно поэтому бабка с курсантом так с открытыми ртами и остались.

— Да ты че?! – встрепенулся мой сосед, — и как?

— Топором, — все так же спокойно и угрюмо произнес здоровый.

Купе наше напряглось еще больше. В такой момент как никогда понимаешь, что если бы у тебя в одно место был засунут грецкий орех, он был бы расколот не хуже чем прессом. Стараясь не смотреть в глаза маньяка, а то, что это был именно он, сомнений уже не было, я рассматривал его мощный торс и анализировал. Под туго натянутой курткой топор явно не спрячешь, но такой ведь и ручищами пискнуть не даст. Курсант закрыл рот и начал что-то интенсивно искать у себя в карманах. Я не знаю, может пистоль, а может рацию для подмоги. Даму в шляпке видно не было. Бабка истово перекрестилась.

— Как же он тебя не пристрелил? – удивился мой сосед.

— Так а я ему сначала руки поотрубал, — уточнил здоровый.

Курсант после этих слов шариться по карманам перестал, видимо решив, что себе дороже, и отвернулся к окну. Я прикидывал, смогу ли задом перепрыгнуть через спинку сиденья, если что не так. Бабка крестилась неистово.

— А потом уже башку как капустный качан покрошил, — добавил здоровый, — кровищи было…

Курсант тоскливо смотрел в окно, видимо думая о нелегкой ментовской долюшке. Бабка впервые сказал: "свят-свят" и, подхватив кошелку, ломанулась куда-то по вагону. То, что надо действовать, мелькнуло и в моем сознании, но остановила следующая фраза:

— Там оказывается вся фишка в этом, — произнес здоровяк, — ему пока руки не поотрубаешь, завалить невозможно. Он тебя по любому пристрелит. Неделю мучился. Сейчас на третьем уровне.

Вот с@ка, подумал я, урод, б%я! Как же он своими шпалами по клавиатуре перебирает. И программисты уроды, понапишут всякой херни, сиди потом, вот так вот нервничай.