Ездила на большой форум в Корею (длился месяц, участников несколько тысяч человек из разных стран), мне тогда было 16 лет. Так получилось, что туда мы летели коллективом, а обратно по одному. Билет на автобус до самолёта мне заказывал ответственный за нашу русскую группу человек. За счёт разницы в измерении часов я перепутала время автобуса и опоздала на 12 часов (автобус был на 4 утра, я пришла к 4 вечера). Я, конечно, испугалась, но купила билет до главного аэропорта страны. Но где-то в середине пути до меня дошло, что мне нужно совсем в другой город, а деньги уже потрачены. Тут я уже начала тихо рыдать, но делать нечего — надо ехать до конца, останавливаться на обочине с огромным чемоданом не вариант. Я приезжаю в ненужный мне аэропорт, уточняю, как мне ехать в другой. От этой информации становится ещё страшнее — я не успеваю на самолёт, если менять билет, то придётся остаться в стране ещё на 3-5 дня. Конечно, я позвонила родителям, но было очень стыдно за такую глупость, ведь лишние деньги на лишний полет просто так на дороге не валяются.

Тут плачущую меня замечает кореец. Подходит, здоровается и спрашивает, что случилось. Выясняется, что на английском он совсем не говорит. Я на ломаном корейском ему объясняю, что опоздала буквально везде и теперь очень напугана. Он уточняет, сколько стоит билет (вспоминаю, что туда-обратно билет брали ≈ за 40 тысяч, говорю, что видимо, нужно 20 тысяч рублей в одну сторону), он отвечает, мол, подожди, сейчас, и бежит покупать кофе. Дальше он отходит метров на пять и начинает звонить, как я услышала маме и сестре. Тем временем мне звонит 1) моя мама и сообщает, что купила другой билет и все будет хорошо, 2) наш ответственный за группу и говорит, что выслал мне человека, который поможет сориентироваться. Тем временем кореец, который со мной ранее Показать ещё говорил, подходит к банкомату и снимает оттуда наличные. Минут через 15, он подходит и даёт мне пачку денег, я с ней просто зависаю, он мне жестом указывает, мол, убери хотя бы в карман.

Мы обмениваемся контактами в корейском мессенджере и он просит написать из самолёта и из России (в последствии ещё поздравляли друг друга с разными праздниками).

Теперь про деньги: воны стоят довольно мало, переводить их в рубли очень неудобно, а у меня дикие проблемы с числами, плюс на тот момент шоковое состояние. Поэтому, когда я увидела те купюры, мне показалось, что на рубли он дал мне 3000, я подумала, мол, спасибо ему большое, очень добрый и милый человек. Спустя месяц до меня дошло, что я не учла наличие всех нулей на купюрах, и дал он мне как раз те 20 тысяч рублей на обратный полет, про который я говорила. От возврата денег наотрез отказался. Говорил, что когда в следующий раз полечу в Корею, могу написать, увидимся. Прекрасная страна.

Эту историю поведали мне врачи отделения спецтравмы, люди специфического юмора. Для непосвященных — клиенты спецтравмы подбираются, как правило, милицейскими патрулями в состоянии полной невменяемости и с явными признаками физических повреждений.

Начало этой истории завязалось в одном из курсантских общежитий. Никто уж и не

Это было в августе 1966-го года.

Я только что с "серебряной" медалью окончил школу и поступил вне конкурса в тогда самый престижный технический ВУЗ — Смоленский филиал МЭИ (Московский Энергетический Институт). Зачислили меня в группу по специальности "промышленная электроника".

В день 1 сентября на общем собрании первокурсников администрация

Извините, с матом. Достойно анекдотов, но реальная история. Финальная фраза учителя дословно с диктофона, есть у меня привычка конфликтные разговоры записывать.

Локальное школьное собрание: я, сын пятиклассник, учитель труда, завуч, мама "потерпевшего". Причина инцидента — одноклассник острым шурупом уколол моего в задницу. Пашка завопил на всю мастерскую: "[м]ля, с@ка, убью"! Сам этим словечкам научил, но что ещё можно сказать, увидев, как кот залез на стол и выковыривает мясо из твоих пельменей.

Провокатор нажаловался матери, что его сукой обозвали. Да ещё в классе есть пара подстрекателей-"пионэров", доложивших в учительскую, что мой матом ругается.

Очень короткую беседу закончила фраза трудовика, кульминация: "Да дурак он у тебя, если бы мне шуруп в [п]опу вставили, я бы не орал, а [ман]данул бы этого [ч]удака по е@#льнику".

Нет, беседа продолжилась, но уже без сына, трудовика, и мамы провокатора. Замечу, трудовик был трезвый.

Было это в давнею пору, когда распивать алкогольные напитки в общественных местах было категорически запрещено. В году эдак 1971-72. Решили мы с приятелем – Фонарем деликатно распить бутылочку хорошего токайского в хорошем по тем временам баре – на втором этаже кинотеатра "Октябрь" на Калининском. Сначала мы попытались простенько под столом открыть бутылку, разлить по стаканчикам из-под "Шампань коблера" и кайфовать, но ни тут-то было – если кто помнит – у той бутылки длинное горлышко и настоящая пробковая пробка. Мы сломали две "люминивые" вилки и три ложки, погнули ключи и ничего не добились. Как вы понимаете все это происходило под столом в обстановке строжайшей секретности.

Наконец было принято решение идти в туалет и там каким-то образом вынуть чертову пробку. Мы трудились в кабинке минут 20, кряхтели, ругались и пыхтели, а когда открыли, то выпили все немедля. Мы вышли усталые и довольные, раскрасневшиеся и наши лица явно выражали недавно испытанное удовольствие.

Нас встречал швейцар с гневным выражением лица – "Вы п$$арасы! Чтоб я вас здесь больше не видел". А нам и в голову не пришло, что могут подумать люди увидев двух довольных мужиков выходящих из туалетной кабинке.