Наша офисная кухонька в обед — это портал в другую реальность. Запах гречки и растворимого кофе смешивается с гулом чужих разговоров, и можно на полчаса забыть про дедлайны. В этот раз кто-то завёл шарманку про психологию.

— Да это просто бизнес на несчастных! — безапелляционно заявила Светка из бухгалтерии, энергично размешивая сахар.

— Надели на себя розовые очки и думают, что мир изменился. А на деле — самообман!

Кто-то согласно кивнул, кто-то начал вяло спорить. И только наш сисадмин Санька, обычно молчаливый, вдруг усмехнулся в усы, глядя в свою кружку с чаем. Улыбка у него была тихая, хитрая.

— Моя Лена тоже так говорила, — сказал он, и все притихли. Санька редко рассказывал о личном.

— Говорила, пока ей однажды не приснилось, что я ей изменил.

Он сделал глоток.

— Просыпаюсь среди ночи оттого, что меня трясут за плечо. Открываю глаза — сидит моя Лена, смотрит на меня так, будто я враг народа. Глаза — два уголька. И шипит: "Как ты мог?!". А я спросонья и слов-то подобрать не могу, только и мямлю: "Лена, ты чего? Я же спал…"

И тут, говорит, она замерла. Смотрит на меня, сонного, растрёпанного, на одеяло, на ночник… и до неё доходит. Что измены не было. А боль — есть. Самая настоящая, острая, которая когтями изнутри дерёт. Только пришла она не из моего предательства, а из её собственного страха.

Пару дней ходила чернее тучи. Молчала. А потом вечером села рядом, вздохнула и говорит: "Ладно. Запиши меня к этому твоему… мозгоправу. Но чисто ради эксперимента. Хочу посмотреть, как они людям мозги пудрят".

Санька снова улыбнулся.

— Ну, пудрили ей мозги где-то с месяц. Я сначала и не замечал ничего. А потом как-то смотрю: она посуду моет и мурлычет что-то себе под нос. Или вдруг вечером скажет: "А давай просто поговорим?". И мы говорили. Не про проблемы, а так, ни о чём. Как в самом начале. А потом она сама мне сказала: "Помнишь, я про розовые очки кричала? Дура была. Их не снимать надо. Их надо просто научиться вовремя протирать. От пыли, от чужих мнений, от собственных страхов".

Он допил чай и поставил кружку.

— Теперь вот живём. Вроде тише, а на самом деле — теплее. Я иногда подкалываю: "Смотри, — говорю, — тряпочку свою не потеряй".

Мы все засмеялись. А потом в нашей кухоньке стало очень тихо. Только Светка задумчиво стучала ложечкой по краю пустой чашки. И каждый, кажется, на секунду замолчал, пытаясь вспомнить, где лежит его собственная тряпочка. И как давно он вообще протирал свои очки.

Подслушано в парке. Диалог бабушка-внучка. Вы бы видели эту бабушку! Советская система не могла воспитать таких женщин. Это они воспитывали эту систему.

Бабушка: — Тебе хоть парень нравится?

Внучка:

— Какой?

Бабушка:

— Какой?! К которому на свидание собираешься?

Внучка: (без энтузиазма)

История про футбольных тренеров навеяла. В юношеском возрасте, как и любой пацан в то время, занимался в разных спортсекциях. Тогда это все бесплатно было, приходи — записывайся и тренируйся. Одно время был период — самбо, около полутора лет. Достижения небольшие, тренер относился соответственно, но не выгонял. Выиграл какие-то местные соревнования, далее — первенство области, я в команде. ОПОЗДАЛ НА ВЗВЕШИВАНИЕ. Прибежал, тренер злой как собака: "Иди отсюда". Я на трибуну, соревнования смотреть. Подходит тренер. В весе более 90 кг только один участник, бороться ему не с кем, а ехал издалека. "Пойдешь с ним?". Во мне 64 кг. А почему нет? Этот хлопчик меня на первой минуте и расплющил об мат. Результат — ему кубок и первое место, мне грамоту и второе. Так тренера очень хвалили за эти соревнования, в том числе и за меня. Шутка ли — воспитанник второе место по области взял.

Мигрень.

У моей жены мигрень. Славу богу была.

Ходили к врачу и ни один раз. Получили таблетки, дорогие но помагают. Я уже по инету все поднял. Причин может быть много: от защемления нерва до сильных излучений от земли. В общем ни чего не поделаешь сорок лет а уже на таблетках живешь.

И тут случай произошел. Были мы как то в магазине

В нашем дворе, обыкновенно пустом и скучном, появилось необычайное зрелище: чернокожая дородная мадам с бюстом примерно 7 размера и задом около 90-го, я в столь масштабных статях слабо ориентируюсь. Она катила перед собой детскую коляску, заваленную пакетами с продуктами, а впереди бежал резвый кудрявый малыш мулатной внешности. Он принялся осваивать игровую площадку, а дама вдруг остановилась и горестно воскликнула по-русски:

— Билять! Иде маленький сумочка? Куда ты ее девать?

Живописно согнулась и принялась рыться в коляске. Там замелькали сардельки и сосиски гирляндами, но сумочка не находилась. В ответ на упреки мальчик с горки яростно отвечал на французском.

Сосед у подъезда чуть не подавился сигаретой, любуясь этой сценой, и душевно заметил:

— Новая Арина Родионовна!