ВЕДЬМА
"Ведь у нас в Киеве все бабы, которые сидят на базаре, — все ведьмы…"
(Н. В. Гоголь)
Друг мой, Гена, ехал с женой Мариной на дачу к старикам, встречать Новый Год.
Не были там уже месяца три, а за это время открылась, наконец, долгожданная эстакада.
Эстакада — штука хорошая, но в первый раз без поллитры, с ходу не разберешься – куда и в какой момент в нее сворачивать? Короче, оказались мои друзья чуть-чуть на "встречке" и конечно, тут же нарвались на охотника, а как известно — охотники перед Новым Годом бывают особенно свирепые и безжалостные:
— Капитан Снегирев. Давайте-ка документики и пройдемте, э-э-э, Геннадий Викторович, в патрульную машину, для оформления вашей езды по полосе встречного движения.
Гена с надеждой посмотрел на жену, вышел из машины и поплелся за капитаном.
Прошло минут пять, разговор не клеился, инспектор хотел таких запредельных денег, что делало его не оборотнем, а практически честным человеком. Гена, конечно, как мог аргументировано, торговался: — "Товарищ капитан, ну – это как-то слишком много. Побойтесь Бога, вы же не ради меня одного пошли работать в ГАИ. "
Но инспектор дал понять, что торг здесь не уместен и начал безжалостно доставать ручки с бланками, как вдруг в дверь заглянула Марина и сказала:
— Ну, хватит уже этого балагана, Гена, выйди, я сама с ним поговорю.
Гена облегченно выдохнул: — "Ну, вот, наконец-то, и тяжелая артиллерия подоспела" и с удовольствием покинул гаишную машину.
Капитан, ковыряясь спичкой в зубах, криво ухмыльнулся и сказал:
— Это что сейчас такое началось? Что вы мне хотите такого предложить, чего не мог предложить ваш муж? Шутки в сторону, идите-ка в свою машину и верните водителя обратно ко мне. Он нарушил, с ним и будем разбираться.
Но Марина даже не шелохнулась, она как будто и не слушала капитана. Посидела, внимательно изучила его лицо, потом, не отрывая взгляда, хихикнула невпопад и сказала:
— Человек сам делает свою судьбу, ведь вся его жизнь зависит только от его собственного выбора.
— Женщина, хорош уже, я сказал — покиньте патрульную машину!
Но Марина никак не реагировала, а продолжала свое:
— А, знаешь, чем отличаются умные от дураков? Только тем, что дураки делают неправильный выбор. Как говорится – нет ничего легче, чем иметь тяжелую жизнь. И ты, капитан, сейчас стоишь перед очень важным жизненным выбором…
— Э, але, не надо мне тыкать, я на службе. Вас что, силой вытолкать?
— Капитан, если бы ты не был таким дураком, ты бы не пристрелил свою любимую собаку, ее еще вполне можно было вылечить, были все шансы…
Капитан Снегирев замер с открытым ртом, посидел немного и с фальшивым спокойствием в голосе спросил:
— А откуда вы про моего пса знаете?
— Долго объяснять. Я, как бы это попонятнее, экстрасенс, колдунья, ведьма, ну, или, в твоем случае, злая ведьма. Знаю — что с человеком было, и вижу — что будет. А тебе, Снегирев, я дам бесплатный совет: — бросай ты свои глупости, навались, пока не поздно, на язву, хронический простатит и прекрати свои паскудства с тещей. Тьфу! Мерзость! К хорошему это совсем не приведет. Импотентом станешь.
— А про тещу вы как…?
— Так же, как и про реанимацию из-за паленого коньяка. Короче говоря, человек ты пока не совсем конченный, если, конечно, возьмешься за ум, а если не возьмешься, то закончишь, как твой бедный пес, а может, и еще хуже…
Помнишь, как у Цоя: — "Следи за собой, будь осторожен…"
— А можно у вас еще кое-что узнать?
— Нет, нельзя, бесплатный прием закончен, а на платный у тебя ни денег, ни здоровья не хватит.
А теперь думай и выбирай, Снегирев: — ты сейчас пожелаешь нам счастливого пути, а я в ответ пожелаю тебе здоровья и удачи в новом году, или — ты лишаешь моего мужа прав, и я пожелаю тебе чего-то совсем другого…?
— Ну, зачем вы так? Большое спасибо за беседу. Вот, возьмите документики, счастливого пути, всех благ и счастья в новом году. Постарайтесь больше не нарушать. Извините за задержку — служба.
P. S.
Так и хочется на такой славной, загадочной ноте обрубить сей рассказ, но это было бы не справедливо по отношению к тебе, Дорогой читатель.
Можно долго спорить о существовании ведьм колдунов и экстрасенсов, но я должен сказать только одно — в природе все-таки существуют умные жены, и Марина — как раз из их числа.
Фокус весь в том что младший брат у Марины служит в ГИБДД в чине старлея.
Вообще-то, Гена за рулем не пьет и на переезде перед электричкой никогда не проскакивает, так что Марина всего два раза в трудную минуту обращалась к брату за помощью. И тут как раз такой безнадежный случай.
Когда Гена с инспектором ушли в патрульную машину, Марина быстро позвонила Братцу:
— Але, с наступающим, выручай! Короче, нас сейчас поймали и гнут "встречку". Капитан Снегирев, из твоего, вроде, батальона.
— Снегирев? Вот блин… Только не это. Из моего-то он из моего, но тут я тебе не помощник. Мы с ним заклятые враги. Ты даже не заикайся, что моя сестра. Если узнает, то лишит Гену на всю катушку, да еще и на меня "заяву" накатает, что пытался, мол, давить, выгораживать родственника и все такое. Ну, ты понимаешь. У нас никто его не любит, мерзкий мужик. Так что извини, сестрица, ничем помочь не смогу…
— Ой, плохо как. Погоди, погоди, а ты хоть можешь мне по-быстрому о нем рассказать – Что? Когда? Чем отличился?
— В принципе могу, если надо — этот урод, представляешь, недавно свою собаку пристрелил, вместо того, чтобы к ветеринару везти, видимо денег пожалел.
А еще он…
Счастье от приобретения новой квартиры невозможно испытать во всей полноте, не преодолев такого испытания, как переезд. Переезд, как известно приравнивается по разрушительной силе… Впрочем, не о том речь.
Схема традиционная: упаковка барахла — разборка мебели — погрузка — грузовое такси; разгрузка — распаковка
— сборка мебели — подсчет убытков — выдох.
Традиционно (и экономически целесообразно) для этого дела привлекаются друзья: погрузить — разгрузить — поднять в квартиру. Выпить-закусить, как полагается по окончании. Друзья же в таких случаях выступают условным гарантом сохранности всего, что грузится и перетаскивается.
Лифт не так вместителен, как нам бы хотелось. Самые тяжелые, большие и дорогие вещи хошь-ни-хошь, а придется вручную. Энтузиазма поубавилось, задор унялся, огонек поугас. Однако тащить надо — и этот факт не могли изменить никакие обстоятельства.
После очередного подъема, я обнаружил на холодильнике длинную свежую царапину, а спустившись, засёк возле стоящего у подъезда скарба, крайне подозрительного типа, который ходил вокруг моего имущества, внимательно его осматривал и что-то прикидывал в уме. Тип выглядел типично. Сер и отечен лицом, давно небрит, крайне несвеж одеждой и дыханием, мутен взором. Я сделал грозное лицо, а взглядом передал ему прямой вопрос
"Какого уха!?". Он нисколько не смутился.
— Твое?
— Мое!
— Наверх или вниз?
Я решил сразу обрубить беседу:
— Слышь, у меня все нормально, грузчики есть…
В этот момент подтянулись мои "грузчики". Они мгновенно смекнули, что к чему и уставились на меня глазами, полными мольбы и отчаяния.
Человеколюбие всегда было моим слабым местом — и я, мысленно оправдавшись перед женой за предполагаемые повреждения имущества, приступил к обсуждению условий контракта.
— Сколько? — язвительно спросил я.
Он взял паузу, завершил в уме калькуляцию и назвал мне совершенно смехотворную по сравнению с той, которую я в принципе уже был готов заплатить, сумму. Весомо добавил:
— Командир, ты не переживай, не побьем. Не в первый раз.
— Ладно, — как-то неуверенно сказал я.
Друзья облегченно выдохнули. Я приготовился к худшем, потому что нормальный человек таким субъектам дырявое ведро не доверит…
Тип удалился и через пять минут привел с собой еще четверых джентльменов из своего племени.
Дальнейшее выглядело в моих глазах каким-то волшебством. Эти чумазые маргиналы быстро засуетились вокруг кучи, при помощи жестов, взглядов и междометий формулируя для себя техзадание. Тип принимал информацию и распределял рабочий ресурс. Из-за пазух извлеклись автомобильные "галстуки" — и понеслась.
Я не знаю, где готовят профессиональных грузчиков. Но этих, видимо, обучали серьезно, да и сами они, скорее всего были как минимум аспирантами в своем профиле. Они хватали-перехватывали тяжеленные и неудобные предметы какими-то только им ведомыми хитроумными приемами, менялись по пути, чистейше проходили лестничные виражи. Какие-то особенно громоздкие вещи они так же хитроумно обвязывали галстуками, мгновенно делали в нужных местах какие-то петли, хватались, и не теряя темпа заносили их наверх. На всякий случай — восьмой этаж. Все в динамике, ритмично, четко, я бы даже сказал, изящно. Они не сделали ни одного перекура и ни разу не остановились по дороге наверх. Они даже матерились и пыхтели, не сбивая такт.
Через тридцать пять минут перед подъездом остались только мы. Мы обалдело смотрели туда, где только что высилась колоссальная груда всего, что было нажито моим непосильным трудом и щипали себя за уши. У меня в памяти прокручивались переговоры по телефону со всякими службами перевозки, где томные барышни или косноязычные соплюхи говорили мне про 500 в час — водителю, + 500 в час, + 100 за этаж (!?)- каждому (!?) грузчику.
Сверху из квартиры позвонила жена и выразила свое глубочайшее удовлетворение качеством проделанной работы. Появились наши работники, старший направился ко мне для доклада. Я протянул ему купюру в 1000 кг, что почти на треть превышало утвержденный бюджет. Прораб замялся и оглянулся на свою команду — те развели руками. Ага. Нет сдачи.
Естественно — разводят на лишнюю пару соток, как же!
Однако, я никогда не хвастался знанием человеческой натуры — и правильно делал. Потому что хрен я угадал!
Прораб смутился:
— Командир, нету сдачи… Вон магазин, мы тут подождем.
Он сунул руки в карманы. Бригада встала "вольно" и приготовилась покорно ожидать.
Несомненно, передо мной стоял честный человек, добросовестно исполнивший условия соглашения и не пытающийся мошенничать. Надо ли говорить, как я был впечатлен?
Я отрицательно затряс головой и еще раз протянул ему купюру. Он взглянул на меня, с достоинством принял деньги, кивком головы отдал команду сниматься — и джентльмены направились по своим делам…
Пост скриптум:
Скажите, как мне теперь относиться ко всяким заманухам всевозможных контор, занимающихся доставкой, после того как своими глазами увидел идеальный пример схемы "employ, when you need, pay how you think fit" или "найми, когда надо, заплати, сколько считаешь целесообразным".
И кто осудит моих друзей, которые, переглянувшись, пошарили по карманам, окликнули удаляющуюся компанию, и из чистой любви к искусству "накинули" им еще штуку?
Завтра будет два года с тех пор, как умер Коля.
Скорее всего, я его знала с самого рождения, но в моей памяти он
присутствует с моих семи лет — в тот день я здорово поругалась с
подружками во дворе, и, надавав и наполучав тумаков, я, зареванная,
побежала домой. Самое обидное, что меня оставили без медвежонка, — его
даже не отняли,
просто выбросили в лужу, пока мутозили друг-друга.
Коля сидел на стульчике перед подъездом, и улыбался. Я бы пробежала
мимо, но он прогугукал мне и распахнул руки. Я остановилась, а Коля
пошарил в одной из своих авосек и достал какого-то пластмассового
зайца, и все так же улыбаясь, мне его вручил, и прогугукал, что его
зовут Коля, и спросил мое имя.
С тех пор я его и помню. Он всегда сидел у нас во дворе. Он очень любил
солнышко и детишек, и здорово не любил дождь и милицию.
Я росла, а Коля все так же сидел на стульчике во дворе, и помогал
дворникам, сначала — дяде Грише, потом, когда дядя Гриша
переехал,-какому-то парню, по-моему, он был из Татарстана, потом —
таджику. И все так же радовался солнышку и детишкам, и все так же
расстраивался из-за дождя и милиции.
Я вышла замуж в двадцать, и очень быстро родила ребенка. Мы, - то есть
я, муж и сынишка жили в моей квартире, а Коля все также сидел во дворе,
радуясь солнышку. Когда мне исполнилось 27, у меня, как это обычно
бывает, случилась тяжелая полоса. Муж стал пить, и параллельно увлекся
другой, дал понять, что со мной жить дальше не будет. Это была череда
скандалов и истерик, большей частью с моей стороны.
В один из таких дней, я выскочила во двор, зареванная, готовая то ли
удавиться, то ли удавить всех вокруг, и налетела прямо на Колю. Коля
опять меня поймал, распахнув руки, и опять стал рыться в авоське. Мне,
конечно, было не до него, по-моему, я выругалась матом, и ударила его,
и убежала, тут же про его существование забыв.
Он пришел к нам домой вечером, с медвежонком в одной руке, и с бутылкой
водки в другой. Я сначала не могла понять, чего он хочет, а он все
протягивал мне медвежонка, и гундосил, что хочет поговорить с мужем.
Хмурый муж выполз, начал толкать Колю вон, а тот все протягивал ему
водку, и что-то гундосил. Потом как-то ругань стихла, видимо, бутылка
была хорошим поводом, мужчины засели на кухне, а я через стенку
слушала, о чем они говорят. То есть, не говорят, а гундосят, Коля
рассказывал мужу, пока тот молчал о том, что у нас во дворе совсем
мало детишек, и что меня он знает всю жизнь, и что очень нужно, чтобы
у нас еще один ребенок родился. Он совсем нескладно это рассказывал,
но упорно, муж рычал сначала, потом перестал.
В какой-то момент я уснула. Проснулась с мужем, — он обнимал меня.
Спросила – а где Коля? Сказал, что как водка закончилась, — Коля ушел.
Еще признался, что всю Колину водку он выпил сам, а Коля сосал какие-то
леденцы.
Как-то получилось после этого, что скандалы у нас прекратились, пропала
и мысль о разводе. Еще через полгода я забеременела, и родила дочку.
Она не успела побегать по двору при Коле, но успела получить зайчика от
него на прогулке в коляске.
А два года назад Коля умер. Он родился с синдромом Дауна, и прожил куда
больше, чем все люди с этим диагнозом. По-моему, ему чуть-чуть не
хватило дотянуть до пятидесяти. У нас опять полный двор детишек, вот
только нет стульчика и Коли на нем.
Завтра я поеду к нему на могилу. По традиции, умершему мужчине
полагается поставить рюмку водки на надгробие, вот только Коля совсем
не пил. Он и с мужем моим не пил, когда они сидели на кухне. Он эту
самую бутылку водки отдал ему, а сам сосал леденцы. У дочки есть
плюшевый медвеженок, я уже спросила ее, можно – я подарю этого
медвежонка очень хорошему дяде, который спит? Дочка добрая – она сразу
отдала игрушку, и завтра я отвезу ее Коле.
Даунам нельзя иметь детей, наверное, это правильно, вот только нашему
двору так не хватает Коли. .. Спи спокойно, мой милый друг, а
медвеженок... пусть он обнимет тебя.
Я не против благотворительности. В каком-то смысле даже за. Как хорошо было бы сделать доброе дело, помочь кому-нибудь. Стараешься, входишь в положение, а в результате пшик.
Завод, вечерняя смена. Заходят две тетки, молодые, но в двери протискиваются с трудом.
— Вы что-то хотели? Да, я старший смены. Что, совсем нет работы
и денег не хватает на еду? Ну, немного мы можем вам помочь. Вот видите, мешки с мусором, оттащите их к мусоросборнику и получите двадцать шекелей. Почему не можете, мешки совсем не тяжелые? Ах, просто вам дать двадцать шекелей. Извините, но здесь производство, а не бесплатная столовая. Деньги надо зарабатывать.
Очень поздний вечер, еду на машине домой. Перекресток, остановился на светофоре. В окно стучит мужичок с мотоциклетной каской в руке. Опускаю стекло.
— Что, бензин закончился? И денег нет? А где твой мотоцикл? На заправке. Сколько? Двадцать шекелей? Нет проблем, уважаемый, садись ко мне в машину, заедем на заправку, я тебе полный бак залью, чтобы до дома хватило. Как не надо? Ах, тебе деньгами дать. Нет, дорогой, деньги на дозу я не дам. Что?! Сам туда пошел!!
Середина рабочего дня. Выезжаю из Тель-Авива в северном направлении. Автобусная остановка. Голосует молодой человек. Останавливаюсь, опускаю стекло.
— Здравствуйте. Что за беда случилась? Надо ехать, а кошелек с деньгами и карточками украли? А куда? В Нетанию. Так это нам по дороге. Садись, я как раз в Нетанию еду, возле полицейского участка высажу. Мне тоже туда надо. Заодно заявление о краже напишешь. Постой, я не полицейский, я инженер, я их обучать еду. Ну, куда ты побежал!
Вечер. Звонок в дверь квартиры. Открываю. На пороге молодой человек в черном лапсердаке, такого же цвета шляпе и длинными, свисающими до шеи пейсами.
— Добрый вечер, чем могу помочь? Простите, на что ты собираешь? А работать не пробовал? Не можешь? Почему? А как же "в поте лица твоего будешь есть хлеб"? Ты попробуй, у нас на складе грузчики требуются... Ну, куда ты побежал!
Пятница, утро, супермаркет. Очередь в кассу. Подходят две симпатичные девицы, возраста 16-18 лет.
— Да, здравствуйте. Простите, что? Ах, вы помогаете продуктами неимущим. Что надо сделать? Оплатить вот это? Я как раз премию получил, с удовольствием помогу. А вы сами-то сколько своих денег вложили, позвольте поинтересоваться? Как только собираете? А самим заработать? Что значит негде? Вот это как раз не проблема.
Достаю телефон:
— Здравствуйте! Это клининговая компания? Мне нужно срочно, буквально сегодня произвести уборку квартиры. Да, согласен оплатить за срочность. Мне надо (перечисляю виды работ). Сколько будет мне это стоить? Приблизительно 200 шекелей. Простите, а сколько времени займет? Около трех часов. Спасибо, я вам перезвоню.
Убираю телефон в карман, достаю блокнот и ручку.
— Девочки, вот мой адрес, это здесь, совсем недалеко. Жена дома, она вам все даст для уборки, даже во что переодеться. Я ей сейчас позвоню. Вас двое, поработаете полтора часа, я вам заплачу 300 шекелей. Это будет ваш и мой личный вклад в такое доброе дело. Так я звоню жене? Девочки, девочки, ну куда вы побежали!
— Нет, это не пробивайте. Это вон тех девочек, они почему-то передумали. Я отложил в сторону. Да, извините, вот моя кредитка. Спасибо. И вам хороших выходных!
Вот так, только соберешься заняться благотворительностью, как выясняется, что уже и не нужно.
