Преамбула: у нас в регионе наступили крещенские морозы, холодно, все дни не выше -30, мерзнут люди и не заводятся машины, а начальству приспичило устроить утренние проверки опоздавших. В итоге залет 3 из 3 и подруге пришлось писать объяснительную. Холод уважительной причиной не является – так что пришлось "помирать, так хоть с музыкой".

Врачи шутят...

Поранил глаз.

Кстати, мальчишки и девчонки, а также их родители — работая с инструментом обязательно надевайте очки, даже если "я быстро", "тут чуть чуть пропилить", "я всю жизнь так делаю" и т. д. Это полезно для вашего здоровья, нервов, кошелька и вообще.

В больнице добрая тётенька доктор с не менее доброй тётенькой медсестрой долго и внимательно осматривали, потом извлекли, показали мне моего несостоявшегося глазного жителя, глаз почистили, промыли, накапали и намазали.

После чего заявили (дословно):

— Ну что, молодой человек, ещё чуть чуть — и у вас бы состоялась головокружительная карьера одноглазого пирата на детских утренниках. Но вы своевременно обратились к нам, чем лишили себя этой радужной перспективы. Идите с миром и постарайтесь не стать больным или увечным персонажем.

Проникся.

SJ

Не было ещё таких градостроителей, которые не пытались бы помешать людям ходить по прямой. Не люди для тротуаров, а тротуары для людей. Архитекторы об этом забыли, к сожалению. В таких случаях сразу видно, что тротуары не для людей, а для распила. В смете заложены исследования и проект за 100500 денег от дизайнеров-урбанистов 80 уровня. А по факту план рисует студентка заборостроительного колледжа за 3 копейки. Профит!

Тротуар идёт вокруг "сквера". Дорожки — внутри, чтобы по нему гулять. Сделайте дорожки от зебры до зебры, если этого мало — проложите ещё, произвольно. Но между "целевыми" объектами (в смысле куда идут целенаправленно, а не просто гуляют) дорожки делать обязательно. Люди ходят от объекта к объекту, а не прямыми углами. Проложи дорожку к зебре сразу. Ровно к зебре. Не воле случая, а здравому смыслу, человек как и любое другое живое существо в социуме действует согласно определенных самовозникающих правил. Достаточно было на втором этапе продолжить дорогу там где протоптана тропинка и не чинить препятствий, ради того чтобы потешить собственное эго. Хуэта получается, когда упертые люди имеющие власть считают себя правыми просто априори.

Гроссмейстер В. , с кем я работал в одной школе, однажды попросил у меня в долг пятьдесят долларов, обещая вернуть через неделю. "Не торопись, — сказал я, протягивая деньги, — возвратишь, когда сможешь".

Через два-три дня я заметил, что В. изменился в поведении. Он старался "не замечать" меня, а когда мы всё же пересекались, здоровался подчёркнуто сухо. Спустя ещё несколько дней он при встрече демонстративно отворачивал голову. Не понимая, что происходит, я гадал, чем же мог обидеть коллегу. Но тщетно.

Наконец, до меня дошёл замысел В. Он хотел, чтобы я обиделся на то, что он "обиделся", и не просил бы вернуть свои деньги назад. Ему было неведомо, что я, живя по принципу "дал в долг — забудь, а взял — помни", не стал бы этого делать. Но циничная уловка В. сильно рассердила меня, и когда мы в очередной раз столкнулись, и он отвернулся, я его одёрнул:

— Мне жаль, что одолжив тебе пятьдесят долларов, я испортил наши отношения, и поэтому сейчас ты вернёшь эти деньги.

В. вздрогнул от неожиданности.

— Да, да, конечно, — засуетился он, доставая из кармана бумажник, — извини, что задержал.

Со следующего дня В. был приветлив, как прежде.