Жена Михаила была на восьмом месяце беременности. Первый долгожданный ребёнок. Беременность проходила нормально. Готовили детскую, купили кроватку, бабушки с обеих сторон вязали модные распашонки и пинетки. Неожиданно Михаилу позвонила на работу тёща и сказала, что у его молодой жены преждевременные роды. В таком состоянии все решения принимаются на автомате. Михаил кинулся в машину, педаль газа в пол, и вот он уже у роддома. С парковками как всегда, он ставит машину вторым рядом, пишет свой телефон, прикрепляет под стекло и мчится в больницу.
В больнице уже собрались все родственники. Врачи успокаивают, говорят, что такое бывает. Ничего страшного. Нормально родит. На телефон кто-то позвонил. Надо сказать, что Михаил работал в транспортном бизнесе, и когда на телефон кто-то звонил с незнакомого номера, то в любое время дня и ночи отвечал уверенным голосом. Например, если звонили и спрашивали: "Груз в пути? ", то он тоном, не вызывающим сомнения, отвечал: "В пути!". А какой груз и в каком пути, уже не важно.
Так вот, звонок Михаилу с незнакомого номера:
— Рожает?
— Да!
— Удачи!
— Спасибо!
Периодически звонили друзья и родные. Михаил всем отвечал, "рожает", "все нормально". Опять звонок с того же номера:
— Не родила?
— Нет.
— Тогда название скандинавского сериала. Четыре буквы?
— Мост!
— Подходит!
Михаил не сильно удивился, бывают и такие. Прошло еще минут сорок. Звонок.
— Не буду мучить. Сам бы сказал. Сразу к делу. Диктатор и салат. Шесть букв.
— Цезарь!
— Подходит! Не родила?
— Нет!
— Ждём!
Замельтешили медсестры. Градус напряженности зашкаливал. Вышел врач. Сказал, что родила. Девочка. Два двести. Всё хорошо. Михаил выдохнул, как вдруг опять звонок с того же неизвестного.
— Имя возлюбленной Атоса?
— Не знаю. Блин, да кто вы?
— Вы мою машину своей машиной подпёрли, сижу, кроссворд разгадываю, жду! Родила?
— Да. Девочка!
— Поздравляю!
— А почему вы сразу не сказали, чтобы я вас выпустил? Вы же могли что-то важное пропустить?
— Что может быть важнее детей? У меня у самого четверо. Куда торопиться... Как говорил старина Дос: "Без детей нельзя было бы так любить человечество".
— Миледи, леди Винтер!
— Подходит!
* * *
Барановский жутко любил палить студентов со шпаргалками.
А палил, конечно, профессионально... Бывало, все пишут, а он как вскочит! И давай под парты заглядывать! А ежели найдет чего — прям трепещет от радости! И студента выгоняет. А еще любил Барановский газетку почитать пока студенты пишут, или там журнал "Огонек". Читает,
значит, и иногда пристально так на аудиторию поглядывает.
Ну вот однажды перед экзаменом рассаживается народ за парты, все подальше сесть норовят, а один товарисч — садится прямо напротив Барановского. Получили все задание, пишут, пыхтят, пару человек выгнали уже, остальные не то что шпаргалку — носовой платочек достать боятся. Поуспокоился малость Федор Титович, сел, газету развернул, читает. Иногда на шорохи подозрительные опускает газетку и эдак на студентов как глянет! И опять читает...
Тут студент на первой парте беззастенчиво достает из-за пазухи толстенный конспект, разворачивает его на нужной странице, и кладет К БАРАНОВСКОМУ НА СТОЛ! И начинает преспокойно списывать. Тот чует неладное, опускает газетку (на конспект!) и смотрит на студента. Тот себе пишет что-то — весь в работе. Барановский поднимает газетку, читает дальше. Студент продолжает списывать. В аудитории начинают хихикать. Барановский резко опускает газетку и глядит на студента в упор. Ничего. Встает, обходит его сбоку, пару раз проходится по аудитории. Ничего...
Заглядывает под парты. Пусто. Пожимает плечами, садится за газетку. Студент продолжает списывать. В аудитории начинается тихая истерика. Студент невозмутимо переворачивает страницу конспекта. Все в аудитории уже плачут. Барановский бросает газету, вскакивает и буквально обыскивает студента. Разумеется, ничего не находит. Такое повторяется еще несколько раз. Наконец, студент с облегчением незаметно для Барановского (за газеткой) прячет конспект обратно за пазуху и сдает работу. Тут Барановский не выдерживает.
— Вы списывали!
— Да что вы, Федор Титович, как можно... Вы же сами видели...
— Я не видел, но знаю, что вы списывали! НО КАК?!
— Да нет же... Вот ребята подтвердят...
— Вот, что, молодой человек. Скажите мне, как вам это удалось, и я ставлю вам четыре...
Студент объясняет. Барановский, скрепя сердце, выводит в зачетке "хорошо"...
* * *
В обсуждалках, обители всяческих фриков и прочих критегов, иногда адекватных, мне задали вопрос: а что такое школьное лидерство? Чего мне там коптеть, отвечу в выпуске. Как я однажды пытался это лидерство захватить.
Март 1979, Седанка, это поселок под Владивостоком. Бараки сталинской эпохи, въевшиеся в землю, плюс три новых офицерских
дома. Мой первый урок. Я — пришелец из коммунизма, из воинского городка элитной части г. Алма-Аты. Мне почти 14. У нас отродясь не бывало ни дедовщины, ни гопников, ни булли-боев. А тут смотрю — что за херня? Со мной, новичком, никто рядом не сел. Весь класс какой-то скукоженный. На перемене — три довольных дебила щипают девчонок и пытаются чего-нибудь у них обнажить, несмотря на энергичное сопротивление, никто из парней не вступается. Все пацаны как опущенные, стараются не замечать. Двое плюгавеньких начинают доябываться и до меня, весело посматривая на главаря, амбала средних статей — а не пора ли ему прийти к ним на помощь?
Развязка наступила быстро — на следующем уроке нас погнали грести листья в школьном дворе. Нахрена это надо было делать в марте, не понимаю и сейчас. Ко мне подошла эта троица и предложила выйти за угол. Выяснить отношения. И вот смотрю на них и думаю — да это отработанный сценарий. Главарь скорее всего побьет меня сам, в честном поединке за углом — действительно мощен и наверно насобачился на таких драках. Если что-то пойдет не так, двое плюгавых гаденышей помогут. Результат 100% — из-за угла вернется смирный, слегка побитый и полностью лояльный пацан. Как и все предыдущие.
Но мне-то нафига это надо? У меня был единственный шанс. Главарь зарапортовался со своими угрозами. Я выдал удар в челюсть, добавил коленом в яйца, потом несколько ударов ногами по местам болезненным. Наибольшим повреждением оказалось то, что он сильно прикусил язык от первого же удара. Средство коммуникации со стаей оказалось утраченным. Наблюдалось лишь жалобное мычание в извивающейся позе. Оставшуюся стаю я спросил — кто выйдет со мной за угол, один на один. Для продолжения, так сказать, диалога. Оба гаденыша как-то застеснялись, и принялись сбивчиво объяснять, что им мешает это сделать. В основном валили друг друга на друга — коллега, по их единодушному мнению, был более достоин представить боевые качества Стаи.
Девчонки рассмеялись — вот это был подлинный конец преступной группировки. Более они не выпендривались. По возвращении в класс за парту со мной сел крепкий парень, тоже из офицерской семьи. Его ошибка состояла в том, что он когда-то послушно сходил за угол, как бычок на заклание, и был основательно побит. А в драке с превосходящими силами реально, чем подлее, тем лучше.
Захватили ли мы лидерство? В смысле прекратить гоп-безобразия — да. В смысле использовать — нет. Девчонки в классе показались мне неказистыми поголовно — мое сердце было разбито оставшейся в Алма-Ате Оксанкой. А соседу по парте было вообще все пофиг, лишь бы ему не мешали учиться.
Любопытно, что в лучших университетах мира есть явление противоположное, но равноценное — засилье умников. Майк Кроу, ректор Аризонского университета, сам читающий лекции, сказал приблизительно следующее, пересказываю по памяти:
— До пандемии мне не нравилось в очном обучении то, что в любом классе всегда находились два-три (a few) наиболее бойких студента, которые первыми отвечали на вопросы и охотно ввязывались в дискуссии, на ходу соображая, а что они вообще хотели сказать, кроме абсолютной потребности высказаться первым. Остальной класс был вынужден вежливо молчать за нехваткой времени. В зуме же я сам выбираю, кому предоставить слово, исходя из поступивших реплик в чате.
Что кулаками, что языками, хоть тушкой, хоть чучелом, юность склонна агрессивно самоутверждаться. Но укротить особо оборзевших всегда легче, чем кажется перепуганному сверстнику.
* * *
Я довольно часто посещаю свою престарелую маму. Она живет одна и ни в чем не нуждается.
Зимой сидит в основном дома, а с весны до осени на даче. Но речь сейчас не об этом.
Чтобы зимой ей было не скучно, я ей подключил ютуб через вай фай на телевизоре. Там она смотрит все что ей нравится.
Однажды, приезжаю к ней с продуктами,
открываю дверь своим ключом, разгружаюсь. Смотрю на телевизоре идет "Служебный роман" по ютубу без звука, а мамы дома нет. Выключил, думаю, пожилой человек забыл телевизор выключить.
Через пару месяцев ситуация повторяется. Ну, думаю, надо поговорить с мамой.
Объясняю ей ситуацию, мол электричество, пожароопасность, надо выключать, когда уходишь.
Тут она мне и говорит:
— Ты думаешь, сынок, я забывчивая стала? Я хоть и с старая, но помню то одеяльце, в который тебя в первый раз укутывала, когда мы с тобой после роддома домой пошли.
— Я специально старый советский фильм включаю, и ухожу...
У меня глаза на лоб. Я в удивлении спрашиваю:
— Но, зачем!
— А вот сынок видишь цифирки внизу экрана, это число сколько людей кино посмотрело. А Танька твоя (это дочка моя) сказала, что чем больше людей кино смотрит, тем больше твой ютуб его другим людям показывает. Вот я и включаю, когда меня нет, чтобы число побольше стало. Фильмы-то хорошие, а смотрят их мало. Вон у нас в стране живет 150 миллионов, а даже половина их не смотрела!
Я уж не стал ей говорить про совместные просмотры и как вражеский ютуб срезает статистику при многократных просмотрах с одного устройства, зачем мне маму расстраивать? Но, блин, человеку 70+ лет, а она о других зрителях думает, чтобы им в рекомендации хорошие советские фильмы попали, а не всякое такое и не своего электричества на это дело не жалеет, ни трафика.
Думаю, надо выпить за наших мам, долгих лет им жизни и здоровья!
* * *
Одна бабушка однажды попросила внучку нарисовать её портрет в молодости. Когда портрет был готов, бабушка посмотрела и расплакалась — не от грусти, а от восторга. Говорит:
— Боже, я же была красавица! А я-то думала, что меня всегда знали как “тётю с пирожками”.
А теперь внимание — на художественной выставке я наблюдал похожую сцену. Девочка нарисовала маму. Портрет — красота, прямо звезда Голливуда. Картина висит, люди подходят, восхищаются.
И тут мама, недолго думая, встаёт рядом с портретом. Стоит, скромно так улыбается. Каждый, кто узнавал сходство, ахал:
— Да это же вы! Вы прямо с картины сошли!
В итоге мама за десять минут собрала больше аплодисментов, чем вся экспозиция. Организатор выставки только шепнул:
— Надо будет маму оставить в зале, она явно главный экспонат.
Так что мораль проста: иногда картины висят ради художников, а иногда художники работают ради того, чтобы мама поймала полчаса славы.
Семейные истории ещё..
