|
Знакомая 11-классница сдала тест (ЦТ) на 10 баллов из 100. То, чем она аргументировала столь низкий балл, повергло меня в шок.
— Да как они могли поставить мне такую низкую оценку?! У них тест с ошибками составлен, а страдают из-за этого дети!
— Ты записала на черновик ошибку? Ведь можно подать на апелляцию.
— Конечно, записала! Вот, смотри. В задании надо указать, какие слова пишутся вместе, а какие через дефис. И один из вариантов — "курица_несушка". Как они вообще составляли этот тест, если сами не знают правил?
— Что-то не пойму, где здесь ошибка.
— Ты что, в школе это не учила? "Не" всегда пишется раздельно! И надо было написать: "курица не сушка"!
— И что, по-твоему, такое "сушка" и как она связана с курицей?
— Издеваешься? Сушка — это такой маленький бублик! Я же говорю, идиоты составляли этот тест!
|
* * *
Цифровая реальность и карьера провинциала.
Историю эту рассказали коллеги одного из самых молодых генералов МВД. К слову сказать, он не только самый, наверное, молодой, но и из самых дальних краев нашей необъятной страны, сделал карьеру из простого участкового в начальники управлений столичного министерства. На вопрос коллег,
как он оказался в участковых в таком дальнем Зажопинском участке, наш герой предпочитает не говорить. Его право. Но про своих первых подопечных может рассказывать часами. Народ был откровенно маргинальный: бичи, поселенцы, алкашня, шизики, хиппи и прочий сброд. С работой тяжело. Воровство страшное. Но тяжелых преступлений против личности фактически не было. Будучи в поселке человеком новым, участковый, одевшись попроще, после каждого очередного грабежа выходил на рынок соседнего городка. И не было случая, чтобы на рынке он не находил краденое барахло. Став узнаваемым, он нанял за свои деньги бабок- старожилок, которые годами торгуют своим поношенным барахлом. Единственным их бизнесом были "премии" от участкового за каждый найденный утюг или кастрюли, торгуемые воришками на этом базарчике. Почти 100% раскрываемость на участке подкинула нашего героя карьерно уже в райцентр. Заодно наш герой стал студентом-заочником одного московского ВУЗа по специальности управления базами данных. Это были времена, когда компьютеры уже появились, но в провинции они использовались лишь, как пишущие машинки и игрушки. Картотеки и архивы были еще бумажными и в виде карточек. Даже в Москве. А наш герой в Зажопинском райотделе на софте, купленном у местных фанатов игр, который те привозили с московской горбушки, начал городить на языке SQL базы данных, что на местном уровне стало выглядеть, как фантастическое будущее. После первой же презентации на областном совещании героя переводят в область и дают в подчинение уже группу пиджаков, которые за полгода вбивают в базу всю областную шантрапу, кооператоров, придурков психбольниц и пр. Скачок раскрываемости преступлений по области, включая поимку маньяков и серийников сделал начальника областного управления МВД полковником столичного главка, куда он перетащил и нашего героя. А он так и продолжал свои заочные освоения компьютерных систем. Тут уже появился ORACLE и первым, кто влез на это поле осмысленно, и был наш герой. У него уже был отдел в НИИ, красивая форма, квартирка в пригороде, когда началась война на южных берегах. Еще не время, но одним из первых, кто стал анализировать интернет-трафик околотеррористической публики и стал наш герой. Много жизней он спас в невзорванных машинах и подъездах наших городов. И звездочки его заслужены абсолютно честно. И когда очередная столичная тетка с кульками выступает в метро на понаехавших тут, я почему-то обязательно вспоминаю нашего героя и говорю — спасибо, что вы к нам понаехали.
Побольше бы таких "участковых" — с головой и совестью. * * *
С детства была неуверенной в себе. С мамой жили бедно, отец бросил маму, как только узнал о беременности. В школе одноклассники общались свысока, и даже так называемые подруги позволяли пренебрежительное обращение со мной. Я сама, наверно, позволяла это из-за неуверенности.
Вышла замуж за небогатого, некрасивого и такого же неуверенного в себе парня. Все, включая родственников, кривили рты, когда видели нас. Но я его люблю. Прошли с ним через огонь и воду.
И тут в возрасте 29 лет на меня сваливается огромное наследство. Все, о чем мечтали, стало доступно — квартиры, машины, путешествия... И как же меня бесят люди. Какие же все меркантильные вокруг. Все, кто вытирал об меня ноги, стали стелиться перед нами, пытаясь одолжить денег. Муж среди "подруг" очень популярен, строят ему глазки, не стесняясь. Для родственников я самая лучшая племянница, тетя, сестра и даже дочь (папа, узнав об этом, тут же появился). Богатой жить оказалось еще тяжелее, чем бедной — надо успевать посылать на хер мерзких людей.
* * *
Попал как-то давным-давно ко мне попутчиком один интересный мужик. Очень пожилой, по профессии врач-радиолог, стоял у истоков изучения лучевых болезней, когда в сороковые ядерную бомбу изобрели и стало необходимо исследовать действие радиации.
Ехали поездом, вдвоем в СВ, дорога длинная, стали коротать время за разговором.
В конце сороковых он окончил с отличием ВУЗ по специальности "физика". А тут как раз новое направление стало развиваться, и он в числе немногих получил второе образование, уже медицинское. После завершения учебы он попал на сверхсекретный завод где-то возле полярного круга, на котором делали первые советские ядерные бомбы.
Рассказал такую историю.
Бомбы тогда собирали медленно, одну штуку в месяц. Изделие стоило немеряных денег и ответственность за сборку была мама-не-горюй! Не дай бог запороть — расстрел кучи народа однозначно! В конце сборки была какая-то очень ответственная операция, которую мог проделать один-единственный слесарь. Доверяли ему и только ему. Мужик получал генеральскую зарплату и приходил на работу один раз в месяц, к каждой новой бомбе. Все остальное время он беспробудно бухал, благо было на что. Дня за три до очередной операции к нему наведывались ГБшники, выводили из запоя, потом он делал свое дело и снова уходил в нирванну. И так несколько лет подряд.
Мой попутчик работал долго на этом заводе, имел возможность вести наблюдения. Говорит, что каждый раз слесарь ловил совершенно недетскую дозу. Другой кто сход бы давно, а этот видать алкоголем вымывал радионуклеиды.
— Знаешь, — сказал врач, — я четко заметил: кто из сослуживцев не пил совсем — в могиле давно, а кто бухали как черти — до сих пор многие живы.
* * *
Старожилы ещё помнят, что в 70-х годах в нашем городе начисто сгорел кинотеатр "Ракета", не слишком удачно перепрофилированный в своё время из комплекса зданий Владивостокской епархии. Огонь начался совсем неудачно – во время сеанса со стороны выхода из зала. Путь к главному выходу был отрезан клубами дыма. С истошными воплями народ ломанулся было к другой двери, но из будки выбежал вдруг киномеханик и нырнул в эту дверь первым. Ладно бы это, но второпях он захлопнул за собой дверь так, что следующим её открыть уже не удалось.
После многих матов, ударов и предсмертных проклятий козлу-киномеханику толпа ринулась на главный выход сквозь огонь и дым. Спаслись все, хотя обожженные были.
Киномеханика нашли уже после пожара полумёртвым, задохшимся и сильно подкопченным под потолком на высоком шкафу возле окошка вентиляции.
Дверь, как оказалось, он сразу прочно подпёр изнутри какой-то попавшейся под руку железякой. Эта дверь вела к целой паутине маленьких подсобных помещений, каждое из которых заканчивалось зарешетчатым окном. Тут нашлось бы место всем…
На вопрос, почёму он не мог объяснить это людям по-человечески, киномеханик объяснил потом просто: "А кто б меня стал слушать! Паника!
Я сам ей поддался, действовал спонтанно!"
Детские истории ещё..
