розами, которые специально поставили на любимом месте Маркуса, на его любимом подоконнике. И Степан демонстративно за ними ухаживал и даже поливал. Сам он был смазлив и манерен и занимался стилистикой бальных танцев. Ну, и невообразимой наглостью было то, что Маркуса перестали пускать в спальню напарницы, где так удобно было спать у нее в ногах. Но фатальным финалом была одна дурацкая шутка Степана… Стелла подарила ему мужской одеколон, и этот негодяй, не придумал ничего иного, как пшикнуть Маркусу этой вонючей жидкостью прямо в нос. И началась операция "Рыжая месть"…

Глупые кошки первым делом бы нагадили в туфли обидчику, но мудрые рыжие коты знают, что месть — это холодное блюдо, и если долго сидеть у реки, то рано или поздно мимо проплывет дохлая мышь, та самая, которая месяц назад нагло ускользнула в норку с куском сыра в зубах.

Первым делом Маркус несколько раз, когда враг оставался ночевать в его доме, чуток помечал с вечера его туфли, так, самую малость и вельми в этом преуспел, и на службе все обратили внимание на то, что от Степана постоянно пахнет кошками. Ну, а потом пришла очередь горшка с розами… Маркус долго тренировался в открытии окна и транспортировке цветочного горшка и немало в этом преуспел. И теперь надо было дождаться момента, когда Стелла и Степан уйдут из дома, и вот этот роковой день наступил…

Степан традиционно полил цветы в горшке и они со Стеллой вышли из квартиры, а Маркус рыжей стрелой возмездия ринулся на подоконник с розами, и тут извивы хищных лиан судьбы вцепились в его план…

Нет, окно он открыл штатно и ловко скинул горшок вниз, но это послужило началом цепочки судьбоносных событий…

На одной лестничной клетке со Стеллой проживал ее почти одноклассник Сергей (почему почти, а потому что учился годом старше) и Сергей, что характерно, был в нее влюблен. Сергей отслужил в армии, учился на вечернем и был мастером спорта по плаванию с соответствующей мускулатурой. И каждый раз, когда видел в окне счастливого соперника поливающего розы, испытывал не самые гуманистические эмоции.

Этажом ниже жила старушка по кличке Цветочница, все подоконники которой были уставлены цветами, и когда рядом с Сергеем на асфальт грохнулся горшок с цветами, Сергей, взывая о возмездии, кинулся вверх по лестнице (не дожидаясь застрявшего где-то лифта), дабы высказать Цветочнице все, что наболело. И пока он скандалил со старушкой, естественно, все отрицавшей, к интермедии присоединились новые действующие лица… Стелла со Степаном, спустившиеся сверху (ибо лифт все еще где-то зависал), и подросток из того же подъезда. И тут события помчались со скоростью цветочного горшка, падающего на асфальт…

Подросток, ужом ввинтившись в скандал, обличающе ткнул пальцем в Степана и сказал, что видел его стоящим в окне с цветочным горшком в руках (это было на днях, но мальчишка не стал уточнять). Стелла подтвердила, что Степан периодически поливает цветы на подоконнике. Степан возмущенно всплеснул руками и совершенно случайно задел щеку Стеллы. Сергей, взревев на тему, мол, как ты, мразь, смел поднять руку на девушку, прописал ему прямой в челюсть, после чего, его счастливый соперник ударился о стену, сполз по ней и стал скулить, сидя на корточках, где тут же и получил полную отставку. Естественно, поход в кино был отменен, Сергей проводил Стеллу домой, проконтролировал вынос вещей отставленного лузера и остался на кухне ожидать предложенную чашечку чая, но вдруг услышал из комнаты хозяйки панический возглас, и, бросившись на помощь, увидел следующую картину… Стелла тыкала пальцем в подоконник закрытого окна и громким шепотом вещала, что тут стоял цветок, а чуть в стороне, на ковре, просыпалось с потягушеньками, милое существо рыжей шерсти, с абсолютно невинным взглядом. Сергей сразу определил, что в доме домовой и остался охранять хозяйку до утра, чем в дальнейшем занялся на постоянной основе. А Маркус обрел нового друга, который при каждом визите оставлял на ночь на блюдечке кусочек докторской колбаски "Для Домового".

Но главную тайну этой истории они так и не узнали, а дело было вот в чем… Как-то в подъезде, тот самый подросток, замешкавшись, случайно наступил на ногу Степану, а тот отвесил ему затрещину, видимо, не зная постулата Конфуция о том, что нельзя обижать даже мышь, на чем и пострадал. То есть, коварный подросток тонко подставил обидчика. Конечно, лжесвидетельство не есть комильфо, но с другой стороны, нечего затрещины раздавать.

ниче не могу. Рассказывают: "Приехали на открытие, на день раньше, все как обычно (для тех, кто не в курсе: чаще всего приезжают за день-два-много до дня открытия, ставят палатки, запаливают костры и кушают еду и водку. Преимущественно водку. Часа в 2-3 ночи расползаются по спальным местам, в 4-5 встают и идут на "зорьку" (на болота, утку стрелять). Возвращаются через N часов в лагерь, завтракают, похмеляются и дальше кто куда: кто дальше стрелять, кто домой. В большинстве случаев так, но не всегда). Так вот, приехали, разложились, начали отмечать. Ближе к ночи Слава накушался, зарядил ружье и пошел спать вместе с ним в палатку. Утро, все собираются на зорьку, не могут добудиться Славу, ибо тот зело пьян. Ну и хрен с ним, ушли. Возвращаются, он еще спит. Приготовили завтрак, остограммились, сидят кушают. И тут слегка приоткрывается палатка, высовывается ружье стволами вверх, высовывается Славино опухшее лицо, далее он дуплетом х[рена]чит в небо, и, со словами "Все, я открыл" скрывается в палатке. Через несколько мгновений падает, мать ее, УТКА!! Квадратные глаза 16 мужиков, ощупывание утки на предмет подлинности, обсуждение того, как это вообще могло произойти (не целясь, сбить утку над околком — шанс один на дохрена). Слава, когда окончательно проснулся, так толком и не вспомнил своего подвига, а в то, что сшиб утку, вообще отказался верить. Зато он теперь местная знаменитость. Такие дела.

не буду, но скажу, что зачеты и нормы сдавал своевременно. Так вот, перед самой сессией пришлось мне сдавать очередную норму. В тот день в соседней группе заболел препод и наши группы объединили. Наша преподавательница Людмила Владимировна (Л. В.) дабы сэкономить время, решила у своих принять норму, а остальных попросила не мешать. В такие дни норму можно сдать на халяву, чем я решил сразу же воспользоваться. Под конец пары, когда до звонка оставалось минут 15 я решил проскочить на шару. Да, при сдаче можно было пользоваться словарем, где у меня всегда были переводы первого и последнего абзацев, а остальное я придумывал по смыслу. Вышел, достал учебник. Я: курсант … для сдачи нормы прибыл. Текст №1 …

Л. В.: переведите первый абзац. Я перевел, она хорошо следующий текст и так до конца. Дело дошло до 12 тыс. печатных знаков по газете Moskow news. А тут засада. Газету я забыл в казарме, приходить второй раз в назначенное время ой как не хотелось, тогда уже на халяву не проскочишь. Я говорю Л. В. , что газету забыл, давайте мол я расскажу Вам о чем текст и разбежимся. Л. В. видит, что на нас смотрят остальные и говорит, что бы я сходил в лабораторию кафедры и взял подшивку Mn и показал ей. Я сходил, нашел газету, где на второй обложке был портрет профессора Петрова, который давал какое - то интервью. Принес толстую подшивку, показал текст Л. В. , а она – переводите. В это время к ней заходит подруга и они начинают болтать. Я перевожу первый абзац и жду, когда мне скажут — хорошо Вы свободны, но не тут то было, В. Л. увлеклась разговором. Дальше перевода я не знаю и поэтому читаю первый абзац снова. У В. Л. реакция ноль. Я опять читаю первый абзац, реакция та же. И так продолжается раз пять. Аудитория затихла и потихоньку начинает давиться от смеха. На седьмой раз — я сам начинаю улыбаться, дабы не попасться я резко замолкаю. Л. В. вспомнив обо мне, говорит подруге, что в перерыве они договорят и обращается ко мне, что мол не понятно. Я тыкаю пальцем в первое попавшее слово последнего абзаца и говорю, что забыл это слово. Л. В. смотрит на слово, молчит, думает, смотрит на меня. Затяжная пауза. Я в душе радуюсь, что Сама слово не знаешь?!!! А Л. В. так спокойно меня спрашивает, Вы на каком языке норму сдаете? Я с таким сарказмом отвечаю, что на английском, а она – почему же тогда газета французская…Меня спас звонок.

Жаль, а то я тебе принесла в подарок книгу, а книга – это лучший подарок, между прочим.

Тетя Наташа, игриво подмигнув Маме, действительно положила перед юбиляром большую, толстую, недетскую книгу, и не просто — не детскую, а словарь английского языка.

Стол погрузился в неловкую паузу.

Грустный Никита хотел было открыть книгу, но почему-то не смог и тогда тетя Наташа, заливаясь смехом, дала ему маленький, блестящий ключик:

Никитка, не бойся — это не книга – это самый настоящий железный сейф, где ты можешь хранить свои самые-самые секретики.

Весь вечер Никита носился со своим громыхающим сейфом и изредка убегал в дальнюю комнату, чтобы никто не увидел, что он там опять такое закрывает.

Вот, тетя Наташа засобиралась домой и мама с папой пошли провожать ее в коридор.

Мама хотела позвать Никиту, чтобы он тоже подосвиданькался, но тетя Наташа ее остановила:

— На самом деле, этот сейф я подарила не столько Никите, сколько тебе, дорогая моя.

— В смысле, мне?

Наташа разжала руку, в ней был второй блестящий ключик от сейфа:

— Должна же ты быть в курсе, чем живет твой ребенок.

Мама обрадовалась, обняла подругу и сказала:

— Наташа, я всегда знала, что с тобой не пропадешь, спасибо тебе.

Папа вдруг тихо заматерился и громко позвал:

— Ник! Никита! Иди скорее сюда, у тети Наташи для тебя еще один подарочек есть!

Мама зашипела на Папу:

— Тихо! Прекрати! Ты сейчас поступаешь подло, глупо и гадко!

В прихожую примчался Никита с английским словарем подмышкой и Папа сказал:

— Тетя Наташа забыла тебе отдать второй ключик от сейфа.

— Ух, ты, спасибо, тетя Наташа! Ура! Второй ключ!

Никита обнял мамину подругу, уткнувшись ей головой в живот.

— Теперь у меня два ключа! Класс! Один я всегда буду носить с собой на шее, даже в ванне могу с ним купаться, а второй… второй… Мама, ты куда-нибудь хорошенько спрячь у себя второй, а то вдруг я потеряю тот который на шее. Ладно?

Папа спросил:

— Ник, а почему ты Маме поручаешь спрятать ключик, а не мне, например?

Никита хитро улыбнулся и ответил:

— А вдруг ты захочешь открыть мои секретики, пока я буду в школе.

Никита убежал к гостям, а Папа сказал Маме:

— Прости, я тебя перебил. Ты остановилась на том, что "Это подло, глупо и гадко…" Продолжай, пожалуйста…