Лет 30, а может и больше, назад Дэн Сяопин объявил в Китае политику реформ. Рыночная экономика, сближение с Западом. И сразу на обочинах дорог в Китае появились биллборды с рекламой западных товаров. Кроссовок Adidas или гамбургеров из Макдональдса. Курьез ситуации заключался в том, что в Китае тогда не было Макдональдсов. И нигде не продавались кроссовки Adidas. А тогда в чем был смысл этой рекламы?

В академических журналах по political science можно найти ряд научных статей о том времени. Зачем Дэн Сяопин это делал? Непонятно. Есть отдельные ученые мужи, которые объясняют этот феномен следующим образом. Дэн Сяопин тогда посылал населению сигнал. Хотите кроссовки и гамбургеры? Тогда идите по начертанному мною пути реформ. И у вас все будет.

В общем, тогда была дана команда смотреть на Запад и копировать, и китайские профессора из университетов тут же развернулись. Стали читать американские математические журналы, и стали публиковаться в них на английском языке. Которого они тогда не знали.

И в этот момент возник один любопытный феномен. Почти у каждого известного американского математика появился китайский двойник. Этот двойник плагиатил американскую статью, и подавал ее в американский журнал. В половине случаев рецензенты зевали, не находили первоисточник, и статью принимали к публикации. А если первоисточник все же находили и статью отвергали, то китайские авторы подавали ее в следующий журнал. И так далее, пока статью не принимали.

Видимо, этих двойников мало волновала репутация за железным занавесом. Они писали отчеты о западных публикациях, и на родине их продвигали, как последователей Дэн Сяопина и сторонников реформ.

Появился такой двойник и у меня. Мой двойник был интересный. Видимо, он вообще не знал английского. Поэтому все слова статьи он оставлял на месте. Менял только формулы чуть-чуть. Если совсем уж формально, то он не повторял меня, а обобщал. Вписывал в мои формулы еще один знак сигма. А доказательства оставлял прежними. Такие случаи называют дешевыми обобщениями. Об этом нельзя писать статью. Можно где-то написать замечание на полях в одно предложение. Мол, этот результат Ольшевского проходит и в немного более общем случае. Словом, это был однозначный плагиат.

Мой двойник меня раздражал, и вот почему. Дело в том, что я прикладной математик, и занимаюсь математическими вопросами, возникающими, скажем, в области Automatic Control. В теории автоматического управления. И как-то раз я послал свою статью в IEEE Journal on Automatic Control. В инженерный журнал. Ее там не приняли, мне сразу написали, что моя статья чересчур математическая для них. Ну, ничего страшного, опубликовал в математическом журнале Integral Equations and Operator Theory.

Вот. А мой двойник раз за разом лямзил мои статьи, и публиковал их именно в IEEE Journal on Automatic Control. Видимо, у него был там друг в редколлегии.

В общем и целом, он опубликовал шесть моих статей. Немного. У других двойники были более плодовитыми.

Мой китайский двойник плагиатил мои статьи в соавторстве со своей китайской аспиранткой, и неожиданно я получил от нее имэйл.

— В соответствии с курсом Дэн Сяопина, — писала мне аспирантка, — я думаю о карьере в США. И я бы хотела бросить свою аспирантуру в Китае и оставить своего руководителя, моральные принципы которого я не до конца уважаю. Я бы предпочла перейти к тебе. Хочешь стать моим научным руководителем?

Я мгновенно принял ее. Она же уже прочитала 20 моих работ. Она уже все знает! Просто мы с ней будем работать не над уже решенными мною задачами, а над новыми.

К сожалению, моя китайская аспирантка так ко мне и не приехала. Она серьезно заболела, ее разбил паралич. И она ушла из академии.

Это явление двойников, о котором я рассказал, длилось всего лет десять. И оно быстро сошло на нет. В Китае стали организовывать множество конференций, множество китайцев стало поступать к нам в аспирантуру. Количество китайских студентов у нас подскочило до 35%. А многие наши китайские профессора вернулись в Китай, там зарплаты такие же, но профессора там уважаемы гораздо больше, чем в Америке. И они там всегда зарабатывают много помимо университета. Словом китайский научный мир вписался в общемировой, и научные стандарты там сейчас такие же, как и на Западе. Так что это уже дела давно минувших дней.

Ольшевский Вадим

Было мне тогда лет 12. Был я не самым сильным и здоровым ребенком, да и сейчас, впрочем, не Шварценеггер. Рядом с домом, где я жил с матерью, вовсю велось строительство. Дом новый строили. И вот мать как-то просит меня сходить на стройку и наколупать там немного цемента — щель какую-то в стене заделать надо было.

Я взял ведро. Здоровое, 12-ти — литровое. Нужна была всего горсть цемента, но я взял ведро зачем-то.

В общем, прихожу на стройку средь бела дня, стою, смотрю по сторонам, раздумывая где цемент-то взять. Вдруг подходит ко мне дядька — строитель. Че, мол, стоишь тут, с ведром?

Ну я, кротко так, да вот мама попросила немного цемента набрать. Сам думаю — обматерит и прогонит. А он берет у меня ведро, и повел к здоровенному баку.

Открывает затвор внизу бака и оттуда насыпает полное ведро цемента, с горкой. Потом смотрит на меня, на ведро и так озабоченно спрашивает: "Допрёшь?".

Потом растекается в улыбке, хлопает меня по плечу и, уже уверенно: "Допрёшь. с[тыр]ил — значит допрёшь".

Допёр!!!

В далёком 2009м году в мае я купил ржавую(как оказалось позже) астру Ф. В августе я сдал наконец-то на права и стал на ней ездить. Через какое-то время я стал немного бомжом в самом прямом смысле — расстался с девушкой, с которой жил до этого у неё и уехал в никуда. Так, жил по друзьям, иногда на работе, пару раз в машине. Ну и работа у меня была разъездная.

Работаю я в небольшой строительной фирме, занимающейся монтажом фасадов на здания в г. Екатеринбурге. Так вот, устроился к нам недавно манагером один парнишка, назовём его Сергеем, надо отметить, с личным автомобилем. На улице как раз стояли морозы под 30, а он добирается на работу своим ходом из соседнего городка Пышмы. Время подходит к обеду, а Сергея всё нет. Звоню ему на трубу: где, мол, тебя носит? В ответ я услышал следующую историю: Помыл он с вечера машину, а утром ни один замок, кроме как на багажнике, не открывается. Это досадное недоразумение — ни в коем случае не препятствие для человека, стремящегося принести пользу родной фирме, поэтому, проявив смекалку, Сергей просочился в автомобиль через багажник, а надо сказать, человек он физически крепкий, поэтому внутреннее убранство салона 99-ой модели ВАЗа изрядно пострадало. Как всякий нормальный человек, садясь в машину, закрывает за собой дверь, так и Сергей закрыл за собой в его случае багажник, и тут произошло то, что и должно было произойти- умер аккумулятор На работу в этот день он так и не попал.

Напомнили мне тут про одну историю из нашего славного рекламного прошлого. Работали мы тогда в рекламном агентстве PRO. И вот как-то перед очередными выборами упал банальный заказ — нанесение надписи на промо ручку для раздачи избирателям то ли коммунистами, то ли еще какими одиозными товарищами, уже не помню. Надпись была пафосной донельзя — "За победу патриотов России! "

Работы там было на 10 минут, сделал дизайн-макет, отправили факсом заказчику, тот прислал в обратку подписанный макет-подтверждение, что все ок. Заказ ушел в производство и про него тут же забыли.

Гром грянул несколько позже, когда после получения заказа рекламодатели орали в трубку что-то неприятное, а я в а[ут]е смотрел на дело рук своих, свежеотпечатанную рекламную ручку, высочайше утвержденную во всех инстанциях (включая самих патриотов) на которой красным по белому горела надпись "За свободу патриотов России! ". Игры разума, однако.

Тираж разошелся по своим с невероятным успехом.