Сын неожиданно разбогател. Построил дом за городом в элитном поселке. Не дворец, но дорогой и добротный. Купил престижную машину.
Приобрел у соседей квартиру, присоединил к своей. Получилось просторное жилище. Нанял бригаду, которая сделала качественный ремонт.
Откуда-то взялась гордость. С надменным видом начал рассуждать о предпринимательстве как об элите общества. Те, которые имеют деньги, по его словам, будут постепенно "облагораживаться", то есть развивать ум.
Поэтому у десятилетнего мальчика появилась домашняя учительница английского языка. Ее задача – научить ребенка разговаривать по-английски – бегло и уверенно. В перспективе грамотно писать.
Где-то нашел специалиста по хорошим манерам. И раз в неделю вся семья берет у него уроки. И как пользоваться хитрыми столовыми приборами, и как вести светскую беседу, и даже как одеваться.
Новые русские дворяне, не больше и не меньше.
Сформировался свой круг знакомых. В него вошли те, у кого деньги имеются. С ними приятно и легко, потому что свои, родные. С ними можно поговорить обо всем.
Дети из этого круга учатся в элитной школе. Там они приобретают навыки современного мышления. Иногда их отправляют в Англию – в языке совершенствоваться: элита должна быть элитой.
Всё на высоте. Только вот с родителями никак. Совсем никак.
— Понимаешь, батя. Ты не обижайся, что с тобой и с матерью почти не общаюсь. Мое время стоит больших денег. Да и люди мы разные.
Конечно, ничего общего. Отец токарем на заводе отработал. Мать тоже там – рабочей. Люди простые. Их нельзя общим знакомым показывать: со стыда сгоришь. За столом чавкают, ни одного грамотного слова не знают, одеваются, как крестьяне.
И внука нельзя к ним отпускать. Нечему там учиться. Пусть ребенок вращается в блестящем и свободном обществе, а у стариков слишком много рабского в натуре, потому что они всю жизнь горб на государство гнули. И ничего не заработали. Рабы, что с них взять?
Мальчика нельзя заражать прошлым. Ему нужно стать новым человеком, без совковых родимых пятен.
У него нужно воспитывать чувство собственного достоинства, чтобы ни перед кем не тушевался, знал себе цену.
Богатство свалилось, когда мальчику было десять лет. Прошло еще пять. Он вырос, окреп. Хорошо по-английски говорит. По всем предметам пятерки.
Начал гулять. Куда-то из дома уходил. Случалось, что его по шесть-семь часов не было. Но родители вопросов не задавали, потому что это может у молодого человека вызвать чувство протеста. Он же личность. Надо ему доверять. А как иначе?
Так прошел еще год. И как-то сынок не пришел домой ночевать. Позвонил и сообщил, чтобы не теряли. Ну, что ж? Видимо, девочка появилась. Деваться некуда: время свое берет.
Пришел домой печальный, даже, я бы сказал, скорбный. Отец спросил, все ли у него хорошо?
И получил ответ.
Я знаю, что некоторые не поверят. И пусть! Это их личное дело. Наверное, они привыкли судить о жизни по себе.
Так вот, мальчик сказал: "У дедушки ночевал. Его вчера из больницы привезли. После операции на шейке бедра. А бабушка поехала в сад. Там огурцы засыхают. А дедушке некому утку подавать".
Отец онемел. И молодящаяся мама тоже онемела. Как шейка бедра? Как – утка? Ну-ка расскажи толком!
И еще откровение. Он уже лет пять у дедушки и у бабушки бывает. Дедушка говорить не велел. А сейчас ему – все равно. Можно и сказать.
И добавил: "Дед мне ночью про свою жизнь рассказал. Я чуть не заплакал. Знаешь, папа, мне за тебя немного стыдно. Ты уж не обижайся".
Новый человек появился. С душой, сердцем и совестью. Приятно было рассказать.
| 26 Jun 2025 |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
В детстве ненавидела болеть. И не потому, что температура/ломота/кашляешь, а потому что вместо поддержки родители обрушивали на меня поток упрёков: "А как так можно? В школу пойдёшь при любой температуре!" Пропустить школу было чем-то страшным. Помню, когда не могла заснуть, ибо было очень плохо, встала померить себе температуру. Было около 38, но самое страшное для меня было то, когда родители проснулись, накричали: "Как завтра в школу пойдёшь?!" — и продолжили спать. Отвратительное чувство, когда неоткуда просить помощи... Когда пытаешься разбудить близкого тебе человека, а он презрительно говорит: "Я тебя отпрашивать не буду!" Но причём здесь это? Когда утром идёшь по морозу в школу и теряешь сознание на уроке...
Сейчас просто дико становится. Неужели школа действительно так важна? Неужели ради неё можно жертвовать здоровьем ребёнка? Как можно было спать, зная, что твой ребёнок болеет, и ничего не делать с этим? После жесточайшей ангины, которая дала осложнения, я очень боялась заболеть. До сих пор осталась обида.
Начальник курса вышел на развод чеканя шаг, что означало: "Что-то случилось".
Окинув взглядом строй, он глубоко вздохнул и начал разнос.
— Я вот не понимаю, товарищи курсанты, что такого сложного: сходить в увольнение? Вышел в город, пошарахался, пожрал, склеил девку с титьками, хорошо провел
"… и последние станут первыми"
Всю ночь меня так мучила совесть, что я даже проснулся.
Открыл глаза и понял – совесть мучила не зря, десять утра, по плану я уже должен подъезжать к работе, а я тупо уставился на дачный деревянный потолок и все еще неправомерно дышу вкуснейшим осенним воздухом.
Через семь минут
Занятная история приключилась с моим знакомым еще в советские времена.
Был (и сейчас существует) такой заочный университет народного искусства – или как-то так. Обучают в этом университете всех, кому вдруг захочется стать художником, артистом, режиссером, фотографом или оператором, а то и вовсе музыкантом. Точнее, принимают всех, а уж