что если после первого боя уцелел, - то дальше уже долго воевать будешь.

Я войну начинал в составе сибирских дивизий. До того, как в конце осени 1941 года нас перебросили под Москву, мы четыре года на советско-китайской границе стояли. Практически ни одна ночь без стрельбы не обходилась. Японская разведка постоянно пакостила: то сено для лошадей подожгут, то часового обстреляют. Так что, за четыре года мы были уже все с боевым опытом. Некоторые ребята даже на звук или вспышку выстрела без промаха стреляли.

Запомнилась первая атака. Подтянулись мы на передовую. Короткий диалог наших командиров с местными обитателями окопов: "Ну, что держим оборону?". "Держим".

— Ну, а сейчас мы пойдем прогуляемся.

Далее команда по цепи: "Штыки примкнуть! " и неуставное "Пошли, ребята!"

Местные командиры за головы схватились: "Куда на пулеметы?!", "Без артподготовки!", "Да вас же всех положат!"

И только несколько минут спустя всем стало ясно. Мороз под пятьдесят градусов. Оружейные затворы не работают — смазку прихватило. Мы в полушубках, свеженькие, с трехлинейками, и злые, как черти. А немец мороженый, измотанный боями, и винтовка не у каждого. А с нестреляющими хоть с "машиненпистоле", хоть с пулеметом бросаться на штыки трехлинеек как-то не особенно сподручно.

Атака быстро переросла в побоище. Прав был Суворов: штык — молодец!

Соседи потом удивлялись: "Откуда этих собак привезли? У них даже потерь-то нет!"

Но потери, конечно, были.

Запомнился еще один бой. Участок фронта около километра. Нас сотни две стрелков с трехлинейками и несколько пулеметов. Все.

Что держаться до последнего — это понятно. Но как нам объяснили, погибнуть смертью храбрых права у нас тоже нет. Потому, что позади нас нет никого.

Почесал репу. В первую очередь выбивают пулеметчиков. Опытные солдаты даже старались подальше от них окапываться.

Пулемет "Максим" хоть и был сравнительно неплохим оружием — бил до двух километров, но для той войны уже устарел. Основными его недостатками были высокий профиль и малая подвижность на поле боя. Пришлось "усовершенствовать": убрал щиток, снял со станка.

Дальше вся технология выглядела так. Несешься с пулеметом по ходу сообщения, выбираешь место, бросаешь его на бруствер, даешь оередь в два десятка патронов, опять пулемет в охапку — и бегом вправо или влево по ходу сообщения. За тобой — второй номер с патронами, скачками. А на то место где ты только что был, уже мина идет. Стреляли немцы довольно точно: метр вправо — метр влево. В начале боя у нас еще и третий номер был, за водяное охлаждение отвечал. Но слегка замешкался парень.

"Максим" — вещь довольно тяжелая. Но в бою не чувствуешь. Не до этого.

Стрелять без станка тоже не просто. Но в умелых руках и бычий хвост — веревка. Да и не на два километра дистанция.

Вот так в русскую рулетку с немцами и играли целый день. Но рубеж все-таки удержали.

в апофеоз гласности и прочего безобразия молодой и начинающий политик Немцов вывел на площаль народ протестовать. Поводов для протеста было два: 1) строительство АЭС 2) вырубка части деревьев в центре города в связи со строительством станции метро. Митинг был довольно шумным. Два десятка липовых деревьев обозвали "дендропарком" и сильно болели за переспективу их безвременной кончины. Обещания властей посадить липы поблизости успокаивающего эффекта не давали. Тут как раз мимо шла та самая программистка, что я встретил в круизе и задала Немцову простой вопрос:

— Вот вы тут природу защищаете, а нахрена тогда все ваши агитационные плакаты прибили ржавыми гвоздями к тем самым липам — сокровищам дендропарка?

На что и получила исчерпывающий ответ:

— Пошла нах[рен], старая дура!

Собственно, это было абсолютно правильно. Ибо не надо путать повод и цель. Цель была — влезть в политику, а дрова эти — всего лишь повод повонять и обратить на себя внимание.

Метро все-таки построили. Через 20 лет. На том же месте. Причем стройку разморозили, когда сам Немцов то ли в мэрах Нижнего, то ли в губернаторах Нижегородской области ходил. Потому как город еще в 80-х задыхался от транспортного коллапса и метро было просто необходимо. А в недостроенных помещениях Нижегородской АЭС открыли линию по разливу водки, что видимо гораздо полезнее для генофонда нации. А в городе сейчас жуткий дефицит электроэнергии.

Интеллектуальная элита отголодала своё в 90-е и постепенно стала занимать подобающее место в обществе. По себе знаю. Дерьмо постепенно тоже занимает подобающее ему место. Начали строить инфраструктурные объекты, что запланировали еще в 85 году. У меня под окнами после 20 лет перерыва мальчишки снова стали запускать авиамодели... Нормализуемся.

Но 20 лет ушли в дерьмо. И их не вернуть. В том числе благодаря этой кудрявой сволочи — Немцову. Думай, за кого голосуешь.

вёл приём молодой доктор, протезист, назовём его Федот, поскольку был он вполне себе удалой молодец (оммаж Леониду Филатову). Рабочий день заканчивался, Федоту оставалось сделать последний слепок, контроль прикуса, одной пожилой даме. Тут нелишне заметить, что по сравнением с нынешним уровнем стоматологии, тогдашний — если не каменный век, то, во всяком случае, только первая промышленная революция: слепочную массу тогда делали на основе цемента.

Молодой доктор положил слепочную массу в рот пациентке и попросил её поплотнее сомкнуть зубы, чтобы получились хорошие отпечатки, а сам стал заполнять медкарту. В этот момент раскрылась дверь, и его заговорщицки поманили. Федот сказал пациентке, что вернётся через пару минут и вышел. Его тут же увлекли в ординаторскую, где уже был накрыт стол и собрались коллеги. Запах ёлки, шампанское, мандарины и салат оливье, шуточки...

Примерно через час в ординаторскую заглянул охранник и спросил, чья это пациентка бегает по коридорам, стучится во все двери и громко мычит.

Федот побледнел и обвёл безумным взглядом весёлые лица коллег.

Старшие товарищи не бросили в беде начинающего протезиста. Даму усадили в кресло и с помощью долота и других медицинских инструментов смогли открыть ей рот, по возможности, сохранив большинство зубов... Как сложилась дальнейшая судьба Федота и пациентки, мне, к сожалению, не известно, но одно знаю точно: и он, и она постарались больше никогда не встречаться...