Откуда у парня испанская грусть?
Откуда во мне отмороженность эта? Этот по[фиг]изм, социопатия, наплевательское отношение к чужому мнению и идиотские шутки?
От русской бабки.
Вера Ивановна жгла напалмом.
И не боялась ничего.
Видимо, не от хорошей жизни.
Во времена оны партия разъяснительную вела работу с темными массами о вакцинации.
Вера Ивановна в числе прочих тащила туповатых и упертых рабоче-крестьян к прогрессу.
Рабоче-крестьяне упирались как могли.
И тут ей с райкому звонят, или гонца шлют, а может голубями они тогда общались, не помню, и строго спрашивают, мол, а чего у тебя дочка непривитая ходит.
— Так не ходит! Лежит! Болеет! Температура! Ей нельзя!
Нельзя но надо! Партия сказала. Шоб личным примером увлечь массы.
Привили. Дочка померла.
Не знаю, воодушевил ли такой личный пример рабоче-крестьян.
С этих пор Веру Ивановну напугать было сложно.
Мужа своего, секретаря партийного, она бросила. И вышла замуж за еврея. Жизнь она как лотерея.
А с разводами тогда партия боролась яро. Там кучу танцев с бубном надо было сплясать. Вплоть до объявления в газете.
Я серьезно. Хочешь развестись — иди об этом в газету пиши.
Ну Вера Ивановна страничку из паспорта выдрала с печатью и в ЗАГС нового жениха повела. Штамп тиснули и адью.
Так двоемуженкой и прожила всю жизнь. Под статьей УК.
Причем по закону их дети от секретаря же. Партейца и русского. А еврей-псевдомуж там второлюбовником проходит по делу и к детям отношения не имеет
В общем, все сложно.
Прославилась на работе в редакции Ивановна не этим.
А мощным пранком карательных органов.
К ней пришел сотрудник с чистыми руками и горячим сердцем, и настойчиво попросил охарактеризовать тов. Заборович В. В.
А то сигналят на тов. бдительные граждане.
— Заборович? -удивилась бабка. А что с ним не так?
Наш, советский, человек. Выпивает, правда, много-вздохнула она. Но кто ж у нас не пьет?! Да. Бывает и в штопор запоя его бросает. Тогда делается буен. Жену, Дуську, мудохает, не без этого. Она у него та ещё стервь. Детям двоечникам на орехи достается. Случается.
В пивнухе ему морду лица рашпилем рассадили, но то такое, с лица воду не пить....
Тещу намедни от[метел]ил... Соседи на него регулярно жалуются... ссыт мимо толчка, вся коммуналка провоняла ссаниной...
Коллектив наш сплоченно на него влиять пытается, но пока получается не очень...
В собаку вчера камнями кидался, окно разбил...
Мы его на поруки взяли, обещал окно вставить..
Чекист старательно записывал бабкины показания.
Картина вырисовывалась нерадужная. Тов. Заборович пил, дебоширил, был распутен и неразбочив в половых связях
Матершинником был и прогульщиком. Как бы и вовсе не товарищ нам был товарищ Заборович, но!
За Родину, Партию и тов Сталина он любому пасть порвет.
Не верите? Вот он сейчас придет, скажите чего супротив нашего советского строя и он вам рыло то сразу набок свернёт! Тут он мастак! Разнесет вам, тащщ майор, ебасосину так, что мама родная вас не узнает!
Тащщ майор от такой радужной перспективы отказался и велел о состоявшейся беседе никому ни гу-гу.
С моих слов записано верно, подпись неразборчиво и адью.
Все б хорошо, стучали тогда все на всех, но беда в том, что тов. Заборович звали Вера Ивановна.
То есть это она себя мусору обрисовала. Как пьянь, рвань, бабника и матершинника.
Спасло ее то, что управление МГБ ползало под столами, читая эту цидулю. Ну и дружбан-начальник этой конторы. Который её корил, мол, Вера, ну что ты творишь?! Ты понимаешь, как это все серьезно?! При этом выл, хрюкал и плакал от хохота.
В общем, повезло бабке. Не аукнулась ее шуточка Колымой.
Так что я нивчемневиноватый.
Это генетика, с@ка, подсуропила.
| 1 Oct 2026 | Алан   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
"Вчера дочь ехала в электричке, позвонил муж-француз, и они стали говорить на французском.
Сидящая напротив молодая девушка, вытаращилась и завопила на весь вагон:
— Как вы смеете говорить на языке страны НАТО, я на вас заявление напишу.
Дочь перешла в другой вагон.
По-моему, приехали... "
Ни одно доброе дело не останется без...
Опять про отпуск, но история старая.
Мы были в Тоскане. Однажды утром я нашла кошелек. В нем было все: деньги, карты, водительские права, документы, а также билеты на паром на 15.00 на остров Джилью (где круизный лайнер затонул). Из документов я поняла, что Маше-растеряше 62 года и живет она в деревне
Когда нам было по шестнадцать лет.
Девяностые. Мне четырнадцать. Ему почти шестнадцать — взрослые люди.
Он позвал меня в кино. Я предвкушала, как мы будем в темноте держаться потными ладошками, и у меня не сползала идиотская улыбка с лица.
Но пригласить девочку на свидание тогда означало подмочить репутацию у местных пацанов.
А вы ходите на встречи одноклассников? Я теперь нет.
... В тот Новый год было снежно и холодно, но запомнился он тем, что впервые за тридцать лет приехала одноклассница Юлька — очень издалека, может даже с Северного полюса.
Она служила в таком секретном месте, что когда кто-то среди всеобщего трёпа спросил у неё: "А ты где сама?