снесена, дверь самодовольно разлеглась поперёк коридора, и очень хочется повеситься.

Но женщина не искала лёгких путей, а потому нашла в Интернете телефон и позвонила Мужу На Час. Поведала ему о коварстве предметов домашнего обихода. Муж На Час посопел в трубку и поинтересовался, чем он может быть полезен.

– Как чем?! – удивилась женщина. – Ремонтом! Пишите адрес.

Муж На Час тяжело вздохнул, но адрес записал.

В пол-шестого на пороге появился небритый амбал и хмуро вопросил:

– Что чинить?

Хозяйка обрадовалась:

– Вы только по сантехнике? По всему? Здорово!

Бачок в туалете течёт, кран на кухне плюётся, как бешеный, розетка искрит, и вон лампочка перегорела, я пробовала выкрутить – не выкручивается! У вас и дрель есть? А можно ещё зеркало повесить? Можно, да? Ой, как мне с вами повезло!

Амбал взглядом дал понять, что предпочёл бы менее обширное поле деятельности. Но всё же укротил бачок с краном, поменял лампочку, починил розетку, повесил зеркало, заодно передвинул комод и потом спросил:

– Где дверь?

– Двери пока держатся. Спасибо, огромное вам спасибо! – сказала хозяйка.

– Наконец-то наш ЖЭС работать начал. Сколько я вам должна?

– Что значит держатся? А та, которая из шкафа-купе выпала? Сами ж просили.

– Я просила? У меня вообще нет такого шкафа. Ой, вы точно из ЖЭСа? Не подходите! Я кричать буду! Вы что, маньяк?!

– А кто ж ещё? Мы, маньяки, любим маньячить, когда вокруг ничего не искрит, иначе никакого удовольствия. Девушка, не устраивайте цирк. Звонит неизвестно кто, требует непонятно чего, я, как дурак последний, думаю, тётка одинокая, помочь некому, ладно, тут рядом, через дом, чего уж там, а вы мне про маньяков?! Я — врач, а не маньяк по вызову! Делай после этого добро!

– Ой, – сказала рыжая хозяйка и смешно сморщила веснушчатый носик. – Честное слово, я никуда не звонила, клянусь! Может, адрес перепутали? Так не 68-ой дом, 168-ой! Извините, так неудобно получилось! А давайте я вас ужином накормлю! Надо же мне как-то реабилитироваться. Или вы и в 68-ой дом пойдёте?

Амбал помолчал, ещё раз глянул на хозяйку, принюхался и сказал:

– Не будем превращать благотворительность в рутину. А на ужин та самая курица, что догорает в кухне?..

... А женщина из 68-го дома, устав перепрыгивать через дверь, снова позвонила Мужу На Час. С претензиями на предмет "где ваша совесть" и "сколько можно ждать".

– Я вас первый раз слышу, откуда мне знать, куда звонили, я-то нормальный, и со слухом нормально, и с головой! Будете дальше орать или записать вас? На субботу, на следующую. Вот что, заведи себе мужа и указывай ему, что и когда делать, скандалистка!

И бросил трубку, негодяй.

Женщина в сердцах пнула дверь и расплакалась.

И плакала долго.

А поздним вечером позвонила бывшему мужу, который предполагался на всю жизнь, а сложилось так, что по сравнению с жизнью – всего на час. Сквозь всхлипы несвязно рассказала про дверь. И про то, что он ей сто лет не нужен, жила без него, и дальше проживёт. И о том, что ей одной совсем плохо. И дверь тут ни при чём. Абсолютно ни при чём.

Через год, в августе, выходя из загса, женщина шепнула бывшему бывшему мужу:

– Видишь вон ту пару? Мужик здоровый и девица рыженькая, видишь? Это наш хирург из кардиологии. Завтра девчонкам расскажу: всё, поздно, женился, прохлопали парня!

империи, но в принципе и то и другое не так уж и плохо, а не ужас кошмарный, как нам сейчас пытаются внушить те наши "друзья" которые и инициировали всю эту катавасию, которую теперь принято называть развалом Советского Союза.

Армия в это время, как кому-то бы не хотелось, чтобы она разложилась, продолжала существовать, несмотря на тяжелое материальное положение командного состава, повальное дезертирство и тяжёлые потери в различных горячих точках, куда Россия то и дело встревала, создавая себе различные проблемы, а затем решая их руками своих ребятишек, рождённых на рубеже

70-х — 80-х годов прошлого тысячелетия. Так вот ребятишки, рождённые в этот благословенный период, свое счастливое детство проводили не за компьютерными играми, а в пионерских здравницах, или на улице, поэтому не обладая прагматизмом нынешнего поколения, всё же отличались некоторой смекалистостью прикладного характера, изобретательность ведь всегда отличала наш народ, и в те времена и даже в нынешний век высоких технологий.

Так вот в эти времена чтобы как-то продержаться на плаву и чем-то разнообразить солдатский стол в воинских частях создавались подсобные хозяйства, где разводили домашний скот. В нашей части разводили крыс.

Точнее не разводили, а они сами завелись в казарме, здоровые такие, с кошку размером, кошка у нас тоже была, но они её сожрали, и продолжали гулять где им вздумается. Потом они видимо оголодали, таким тушам, а были они очень даже не мелкими, много корма требуется. и стали издали недобро поглядывать на наших солдатиков, плотоядно облизываясь. До сих пор помню, сидит ночью такой экземпляр посреди центрального похода в спальном расположении и примеривается, на какую бы солдатскую койку ей приземлиться, шуганет её дневальный, пройдёт пять минут, а она опять откуда-нибудь вылазит и нипочем ей ни запах ни храп богатырский. Так бы может быть всё и осталось на уровне молчаливого нейтралитета, но эти серые бестии однажды преступили черту приличия и решили объявить нам войну.

Они послали к нам своего самого наглого парламентёра который решил сообщить нашему сержанту, который спал на крайней нижней койке страшную весть, о том что их правительство в подвале желает расширить сферу своих жизненных интересов за счёт первого этажа нашей казармы и прилегающих к нему территорий. Сержанта они приняли за нашего главаря, так как он был самый упитанный и выглядел в их глазах-бусинках самым калорийным.

Поэтому парламентёр, после того, как прошептал ему на ухо весть о начале боевых действий и принял сонное сержантское причмокивание за положительный ответ, решил попробовать на вкус его ухо и тут же был жестоко раздавлен проснувшимся. Подоспевший на сержантский благий мат дневальный, взяв труп незадачливого дипломата за длинный хвост и на вытянутых руках отнёс его на ближайшую помойку — это была первая жертва только что начавшихся боевых действий. Итак, один раненый с нашей стороны и один убитый с их. Начало боевых действий выглядело весьма кровавым.

После столь вероломного нападения мы посчитали законными любые способы ведения войны и проявив присущие нашему народу недюжинные изобретательские способности в изготовлении ловушек, капканов и банальных крысоловок быстренько уменьшили численность нашего неприятеля до одной особи, но эту особь не изловить не отравить нам никак не удавалось. Приманки с неизменной постоянностью съедались, наша амуниция сгрызалась а результат на выходе не радовал, в общем на войне, как на войне. Видимо, крыса эта, до того, как сгрызть в шкафу командира роты справочник по приёмам и способам ведения партизанской войны и диверсионно-подрывных действий на французском языке, перевела его и внимательно прочитала. Короче полгода не могли её выловить. К противнику, который ведёт партизанскую войну, тактика войсковых операций не применима, поэтому мы с ротным решили провести разведку специальными методами. Итак, представьте себе картину: ночь, в каптёрке весь пол заставлен крысоловками всех мастей, на шкафу в неподвижном, достаточно неудобном положении застыло моё тело, на голове у меня надет прибор ночного видения — я в засаде. Не помню, сколько времени я там высидел, но достаточно долго. И вот моё долготерпение наконец-то было вознаграждено! И что же я увидел? Крыса на задних лапах подкралась к крысоловке, держа в передних солдатский брючный ремешок, махнула им, захлопнула наше хитро-мудрое приспособление, схватила приманку и преспокойно отправилась в свой лаз закусить.... Я был скорее не в шоке, а в ступоре, я был откровенно восхищён её изворотливым умищем!!! Когда я утром доложил об этом командиру роты, он три дня думал, потом написал конспект на проведение индивидуальной тренировки нашего снайпера и бедолага заступил на мой пост на шкафу и просидел на нем ещё пару дней, до тех пор пока не раздался роковой выстрел, который стал жирной точкой в нашей домашней войне....

Тело врага было выставлено на всеобщее обозрение, всех поразили её размеры, и с должным уважением её интеллекту с почётом было предано земле за забором части. Нужно сказать что всем этим развлечениям мы предовались не отрываясь от основных занятий по программе боевой подготовки. Армия, где всё в порядке с чувством юмора — непобедима.

Copyright: Тегусипальпа Из Сибири, 2009 Свидетельство о публикации

№1905216751