Этот человек погиб через несколько секунд после того, как был сделан снимок. Это фото носит название "Комбат". Оно не является постановочным и не является кадром из фильма.
12 июля 1942 года возле села Хорошее фотограф Макс Альперт успел сделать снимок человека, поднявшего роту солдат в атаку, и тут же осколок снаряда разбил камеру. Фотограф решил, что кадры испорчены и не стал записывать имя человека, которого сфотографировал. Уже позже, проявляя пленку, он увидел, что кадр получился превосходным.
Личность человека на фото через некоторое время определили – его звали Алексей Гордеевич Еременко. Вот что рассказал о тех событиях очевидец, Александр Матвеевич Макаров:
"Фашисты бросались в атаку за атакой. Было много убитых и раненых. Наш сильно поредевший полк отбивал уже десятую или одиннадцатую атаку. Гитлеровцы лезли напролом к Ворошиловграду (Луганску), до которого оставалось около тридцати километров. К концу дня был ранен командир роты. После ожесточенной бомбёжки, при поддержке танков и артиллерии, фашисты пошли в очередную атаку. И тогда, поднявшись во весь рост, со словами: "За мной! За Родину! Вперед! ", Еременко увлек за собой роту навстречу цепям гитлеровцев. Политрук погиб, но атака была отбита".
Несмотря на то, что Алексей Еременко имел должность младшего политрука, мир запомнил его как безымянного комбата. Дело в том, что возясь с разбитым аппаратом в окопе, фотограф некоторое время не следил за обстановкой, но услышал, как по цепи передали: "Комбата убили". Имя и должность командира остались автору неизвестны, но услышанное дало впоследствии повод назвать снимок именно так.
Не бывает безымянных героев – бывают герои, чьи имена были забыты потомками. Расскажите друзьям об этой истории
Из сети
| Новые истории от читателей |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Раньше вассал клялся служить сеньору, а сеньор обещал защищать вассала. Честный обмен: ты мне — я тебе. Без всякой там заумной философии и пресс-релизов.
Теперь вассалов и сеньоров не стало. Зато есть налоги, законы, государства и эффективные индустрии объяснений, почему всё это и есть "свобода".
Гражданину говорят:
— Ты свободен!
— А налоги?
— Плати. Это цена свободы.
— А законы?
— Соблюдай. Это и есть свобода.
— А если война?
— Бери оружие и защищай свободу!
— А от кого?
— От тех, кто тоже защищает свою свободу.
И вот тут возникает один вопрос: если меня заставляют защищать свободу с оружием в руках — это всё ещё свобода или уже нет?
С детства я тащился от самолётов. Они всегда меня завораживали — не знаю чем, наверное, своей безудержной свободой? С первого класса я точно знал: буду лётчиком.
В седьмом классе до меня дошёл слух, что где-то в городе существует загадочный ДОСААФ, где пацаны наяву летают на планерах. Естественно, меня тут же понесло туда.
Оку я продавал третью неделю. Синюю, девяносто восьмого года, правый порог сгнил, магнитола читала только одну сторону кассеты — там навсегда застряли "Комбинация" и полтора трека "Кар-Мэна. "Просил пятнадцать. Звонили в основном чтобы спросить, не отдам ли за пять.
Приехал парень в спортивных штанах, лет двадцати пяти. Пнул
Общественный транспорт – неисчерпаемый источник знаний. Причем утренний – не очень, потому что все сосредоточенно молчаливы в преддверии рабочего дня. А вот вечерний – другое дело. Две девушки в метро на дистанции Водный стадион-Ховрино поддержали диалог.
— Представляешь, я с таким мужиком познакомилась… лет сорок, с бородой такой аккуратной… он у меня билет проверял в электричке… он, это, билетер…
— Контролер.
— Да. И я чувствую – понравилась… он мне свой телефон дал… И тут мужик соседний говорит… такой, знаешь, весь православный, борода до пупа… И он ему – ты зачем с ней хороводишься, она же уже траченая, видно же, что не девственница, может, и аборт делала, тебе это не надо… А я растерялась вообще и говорю первое попавшееся – "Пошел на х[рен], скотина"… и на этого смотрю, билетера…
— Контролера.
— Да. А он говорит: "Я бы ему в[рез]ал, конечно, но я на работе". Как думаешь – звонить?
— Да.
— Да я уже.
Via Михаил Шевелев