замуж за него не пошла. И перестал горевать Серёжа днями-ночами и решил он больше никому никаких предложений не делать. Один решил жить, без Алл, Люсь и даже без Леночки из Чебоксар.

А жить он стал весело и счастливо, на охоту и рыбалку ездить без разрешения, пиво пить и лук с чесноком есть, посуду за собой не мыть и носки разбрасывать по всей квартире, крышку унитаза не опускать и девушек домой приводить. А ещё он сериалы по телевизору вообще не смотрел и Стаса Михайлова не слушал, в магазин ходил, когда захочется, а, когда не хотелось, на диване лежал и чесался везде, как животное. И пылесосил, когда грязно, а не по субботам, и мусор выносил не по утрам, а когда его, мусора, много становилось. А старые газеты на шкаф складывал. И по магазинам седьмого марта не бегал. И даже зарплату никому не отдавал, а на себя тратил, на друзей да на женщин разных. А как он в ванной блатные песни пел! И никто ни разу ему не сказал, что б он заткнулся и что у него слуха нет. И нервы у него крепкие были, и кудри чёрные, и зрение хорошее, и даже сердце никогда не болело. И когда исполнилось ему сто лет, он умер от старости, а не от какой-нибудь язвы. И в гробу лежал счастливый-счастливый и улыбался, хотя вокруг все плакали, особенно женщины разные…

Вот какую красивую сказку я сочинил. Я б ещё написал, но скоро моя Леночка из Чебоксар вернётся, а у меня пол не вымыт, курица не сварена и ковёр не вытрясен. И полочку я какую-то на кухне не повесил, и комнату не проветрил, и Руслану не сказал, что он алкаш и что б он больше мне не звонил со своим дурацким футболом под пиво. А сказка хорошая получилась… Эх…

Илья Криштул

Но со временем дефект превратился в интересные способности, пес научился довольно внятно, для собаки, естественно, произносить "да", а затем вообще слово "мама", чем очень забавлял всех знакомых.

Однажды, когда знакомая выгуливали Робина, так назвали собаку, появился тип с собакой. Самодовольный, с вычурными манерами, не очень приятный, с короткошерстным колли на поводке, который был прекрасно натренирован. Он легко и безукоризненно исполнял все эти собачьи упражнения: брал барьеры, бегал по бревну и тому подобное. Устав от игр, незнакомец заговорил. Охарактеризовал своего питомца, как лучшего в стране, благодаря себе, естественно. Себя назвал гением дрессировки и собаководства. После чего высокомерно оглядев пса знакомой пренебрежительно заключил:

— А у вас непонятная помесь. Глупее псов не бывает.

Знакомая перечить не стала. И посмотрев на Робина произнесла:

— Да, глупее не бывает. Правда, Робин?

Пес поднял грустные глаза и четко ответил:

— Да, мама, — и виновато опустил голову.

— Ничего, не расстраивайся, — подбодрила его знакомая и они пошли в сторону дома.

А гений дрессировки еще долго стоял с открытым ртом и вытаращенными глазами.

школу отдашь годика через полтора-два, боюсь только что остальные родители будут против.

Такой разговор состоялся где-то через месяц как Мишка появился дома у Славки. И по сути поставил егеря в затруднительное положение. Как воспитывать будущего медведя, если честно он не знал. Да даже как детей человеческих, опыту было маловато. Свои уже выросли, что знал забылось. Но была в нем такая таежная упертость, да и бросить в лесу без помощи ребенка пусть даже медвежьего он тоже не мог.

— А я его на велосипеде буду учить ездить! — твердо произнес он.

— На кой? — здесь пришло время охренеть его товарищу.

— Что значит на кой? Задолбал ты своим койконьем. Подрастет в цирк пойдет работать! — аргумент был настолько железным, что товарищу пришлось только пробормотать "ну-ну".

Следующей весной егерь приступил к воспитанию. Велосипед у Славки был, остался от младшего пацана, который уже пару лет учился в городе в техникуме и претензий по нему бы не имел. Славка вытащил его из сарая, тщательно проверил давление в шинах, обтер пыль и в принципе завис. Оказывается научить медведя кататься на велосипеде довольно сложно и спросить не у кого. Подтащив велосипед к медвежонку он не услышал от него радостных криков, как было с сыном — Велик! Клево! Спасибо батя!

Мишка попробовал велосипед на зуб, понял, что тот железный и несъедобный и потерял всякий к нему интерес. И даже Славкины попытки посадить его на седло ничем хорошим не окончились. Падал то велосипед, то Мишка, а то и сам егерь. Но одно он понял, что на правильном пути. Это стало понятно по жене и пришедшей в гости старшей дочери. До цирка может быть было еще далеко, но те увидев чем занимается их муж и отец, просто валялись на всходящей траве от смеха.

— Зря смеетесь! Сказал научу, значит научу! — в сердцах произнес он. И прикусил язык, но уже поздно, слово ведь не воробей вылетело не поймаешь. А слово мужика егерь привык держать.

Мешало незнание языка у Славки Мишкиного, а тот просто напросто "косил", хотя все понимал отлично. Ведь стоило егерю закричать завтрак или обед Мишка бросал все свои дела и несся к Славке как мустанг, но стоило тому произнести — лезь на велик, Мишка, что-то недовольно бурчал переходя на медвежий, типа моя твоя не понимает. И егерь пошел на хитрость, вначале прибив сиденье от велосипеда к лежащему во дворе бревну и усаживал Мишку на него поощряя вкусняшками. Скоро тот все понял — хочешь вкусненького, знай свое место. И знал, даже когда сиденье вновь перекочевало на велосипед. Потом началось самое трудное, равновесие медвежонок держать не умел. И только после всех воспоминаний слесарных навыков, егерь додумался приспособить еще два колесика по бокам от старой детской коляски на длинных стойках. Велосипед из двухколесного получился четырех Это помогло. Через пару недель Мишка уже восседал на велосипеде не хуже чем Чапаев на коне. И Славка понял, что пора подходить к испытаниям на ход. Поначалу просто толкал по двору эту конструкцию с восседающим на ней медведям, что было трудно. Больше всего нервировала довольная рожа Мишки, который педали крутить отказывался, а конфеты ел без меры.

И тут егерь сообразил, что за двором улица идет под уклон и в принципе там уже толкать велосипед будет не нужно, а за конфетой Мишка сам прибежит только позови. Уже через пару дней на медвежонке было какое-то подобие намордника сшитого из кожаных ремешков Славкой самолично и ошейник с поводком привязанным к велосипеду. Первые испытания показали, что расчеты были правильные. Спустившись под уклон своим ходом, а в конце услышав такую сладкую фразу — на конфету! Мишка соскакивал с велосипеда и на четырех конечностях несся за сладостью. Вначале его пугал звук громыхающего за спиной на поводке средства передвижения, но конфета победила.

Не учел егерь только одного и пожалуй главного. А именно еще одного дома, который после его был самым крайним. И бабушку которая там жила. Она выходила ну улицу так редко, ковыряясь в своем огороде, что егерь об ней даже не подумал. А зря. Бабуля была явно не глуха, зрение правда подводило. Но услышав на улице какое-то громыхание и соседские призывные крики она решила все проверить. Мишка в этот момент делал очередной заезд лихо спускаясь с горы и по своему по медвежьи улыбаясь. Вышедшая бабка прищурилась и... и в этот момент он с нею поравнялся. Улыбаясь. Бабуля охнула, она ведь не знала как медведи улыбаются и пробормотав что-то на нецензурном, огородами, в целях конспирации и безопасности понеслась в леспромхозовскую общагу. Там у нас был опорный пункт. И даже участковый Мельников, после одного из телефпльмов имеющий подпольную кличку "Анискин" тоже был там. И весь актив местного ДНД. Какое-то собрание проводили. Бабуля не взирая на количество народа заперлась туда с одним только вопросом:

— А скажи-ка мне участковый доколе у нас по поселку будут медведи на велосипедах разъезжать?

— Сергеевна, ты же вроде не пьешь? — охренел Анискин.

— Я не пью, а вот медведь на велосипеде явно пьяный!

— С чего ты взяла?! — охренел тот еще больше.

— А ты видел хоть одного трезвого медведя на велосипеде?

— Нет. — произнес участковый осматривая ряды дндэшников, но те скромно пожимали плечами тоже в незнании.

— Вот я и говорю, что трезвого никто не видел, значит и этот пьяный.

Ее железная логика напрочь убила у всех желание дискутировать. Участковый сказал за мной дндэшникам и потрогал у себя кобуру. Что в ней было никто не ведал, но доверие внушало и народ ломанулся за бабулей.

Мишка в это время уже спал у себя в вольере, утомленный гонками и обожравшийся конфетами. И даже не знал, что уже окружен. Славке сделали взыскание по всем статьям и цирк закончился. Но главное тот слово свое практически сдержал, хоть и с горки, но медведь на велосипеде ездил.