"Неверная дорога часто проходит по удивительным местам". (Из Рунета)
Красиво и жизненно сказано, чего уж там...
Со мой с самим неоднократно бывали такие случаи, особенно после пирушек.
Вот вспомнился один, совсем необычный, прямо-таки сказочный: я, восемнадцатилетний сопляк, не дошёл ночью до хаты всего-то ничего и заснул на скамейке возле подъезда.
И чую я сквозь сон — мне ухо крутят. Да больно так крутят, несомненно рабочими и узловатыми пальцами.
Разлепляю зенки — раннее утро, а надо мной стоит сосед наш, дядя Коля, и строгим голосом меня спрашивает:
— Ты где вчера нализался, засранец? Отвечай живо.
Ну, у меня винище-то ещё не всё из башки выветрилось, и я борзо буркнул в ответ что-то типа "А вам какое дело? "
Дядя Коля дал мне лёгкий подзатыльник и повторил вопрос:
— Говори сию же минуту — где пил, шмакодявка?
Тут в голове моей начало потихоньку проясняться, и я честно собрался с мыслями и ответил на поставленный старшим и авторитетным товарищем вопрос:
— В Тихоновке день рождения одного кента отмечали. Дядь Коль, вы только маме не говорите, что я на лавочке спал, а?
Дядя Коля задумался на секунду:
— Хм... В Тихоновке, говоришь..? А какой дорогой домой шёл, пьяница?
— Ну, — говорю, — наверное, как все ходят: через степь, через пустырь с "трубой", мимо третьей бани... Дядь Коль, да чего вы пристали-то?! Можно, я домой пойду? Я пить больше не буду. Я спать хочу, правда... Чего вам от меня надо-то?!
В общем, ситуация прояснилась только много позже: оказывается, дядя Коля, выйдя утром из подъезда, обнаружил меня мирно спящим на местах бабушек-соседок. Взгляд его случайно зацепился за мои грязные туфли "на платформе" и брюки-клёшь, испачканные чуть не по колено какой-то редкой в наших степях глиной. Дядя Коля, будучи скульптором-любителем, искал такую глину всю свою сознательную творческую жизнь, а тут нате: лежит себе, и сопит себе соседский бухой пацан, по щиколотки измазанный этой вожделённой глиной...
Короче: дядя Коля излазил всю тропинку от нас до Тихоновки вдоль и метров этак на сто поперёк; стращал меня разлашением тайны спанья на сидячих местах; победив корпоративный родительских дух, подкатывал ко мне с пивом, пытаясь выяснить маршрут; два раза мы с ним ходили в Тихоновку и назад ночью (оба раза я шёл впереди, пьяный, а он, не дыша, следовал за мной в паре десятков метров...)
Ничего так и не помогло: золотая глина так и осталась ненайденной...
Вот. А ещё говорят про Колумба.
Колумбу просто повезло: у него хотя бы марсовые были почти трезвы и смогли зафиксировать Кубу.
| 29 Jul 2013 | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
У Н. П. Смирнова-Сокольского была уникальная библиотека, которая в 1961 году была оценена государством в 6 миллионов рублей. Министр культуры Е. А. Фурцева назначила Смирнова-Сокольского своим референтом по литературе.
В порыве радости он написал завещание, согласно которому дарил государству свою библиотеку. Но вот как-то ему передали, что на каком-то совещании Екатерина Алексеевна не очень лестно отозвалась о нём. Он обиделся и сделал в завещании исправление.
Когда в 1962 году Николай Павлович умер, то в тот же день пришли из Библиотеки им. Ленина забирать книги, имея на руках копию прежнего завещания. Вдова библиофила, актриса Софа Резниковская, сказала:
— Вы узнали о смерти моего мужа и сразу же пришли забирать библиотеку.
У вас есть завещание, но перед смертью он внёс в него некоторые коррективы. Не будете ли вы любезны с ними ознакомиться?
Те взяли завещание, а там крупно, красными чернилами было написано:
"Х** им в рот, а не библиотеку!"
Забеременела и родила рано, в 19 лет. Хотела сначала идти на аборт, но парень в ногах валялся, обещал сделать все для нас с малышом. Как потом оказалось, моему парню ребенок не был нужен, а подбила его на все это его мама. В итоге отец ребенка слился сразу после родов, а вот его мама регулярно появлялась на пороге и мешала мне жить. С раннего детства



