Лучшие истории дня

теоретически, ибо дела свои она уже сделала. Когда возникало новое тело и пыталось что-то рассказать хозяйке о недопустимости такого поведения, Лори поднимала голову и смотрела на тело, не скрывая своего презрения. И тело удалялось подобру- поздорову с приличной скоростью. Ибо Лори была бультерьером. Да-да, тем самым страшным, просто-таки монструозно ужасным бультерьером.

Её любили дети, вот хрен его знает почему. Может потому, что, когда ей чесали живот, она смешно похрюкивала и дёргала лапой, заставляя детей просто заливаться смехом. Всех соседских детей она знала, равно как знала и их родителей. Ни к одной малявке во дворе не мог подойти ни один посторонний дядя, будь он трижды в форме и пять раз в сутане. Лори поднимала голову и говорила басовитое: "Р-р-р!". Любое тело после этого скрывалось в тумане и пряталось там за лошадкой.

Периодически Лори водили на площадку, где она нехотя выполняла несколько упражнений, после чего разваливалась в тенёчке под лавкой и с презрением наблюдала за другими собаками, носящимися по площадке как ужаленные в пятую точку, и пытающимися (конечно же, нет) выполнить команды хозяина. Поход на площадку, которая находилась всего в каких-то метрах пятистах от дома, длился не менее часа. Ибо Лори не менее трёх раз садилась посередине дороги на [п]опу ровно и сообщала зевком, что далее она двигаться не намерена вообще, ни в какую сторону. Назад она двигалась куда охотнее. Ибо [п]опа этой строптивой собачьей дамы приближалась к асфальту не более двух раз и то для перекура. Во дворе её ждал любимый газон с одуванчиками, на котором она будет валяться ещё час.

Лори в районе знали если не все люди и собаки, то подавляющее большинство оных. Первых она игнорировала, вторых она презирала. И только к щенкам человека она относилась с трепетной и нежной любовью. Ну кто еще будет ей чесать пузо так, чтобы от счастья дёргалась задняя лапа?! Да, собственно, люди её сторонились, собаки обходили десятой дорогой, — а вы говорите: харизмы не существует. И только дети как пчелы на мёд липли к ней обниматься.

По этой причине шесть здоровых "дворянинов", выскочивших из кустов и подворотни, привели хозяйку в ступор. Она даже не обратила внимание, что эта свора охреневших в край диких "дворян", рванула не к ним с Лори, а к мальчику лет десяти, направлявшемуся как раз в ту самую подворотню. И если хозяйка находилась в прострации, то Лори это не касалось никоим боком — из положения "сидя на жопе ровно" она плавно как Т1000 перетекла в положение "торпеда в полёте". Не ощущая проблем, не видя препятствий, Лори ударом могучей хлеборезки, по странному стечению обстоятельств именуемой челюстью, перебила поводок. С грацией пикирующего сокола перемахнула две ограды газона. Первый "дворянин" был снесён широченной грудью Лори, пёршей на охреневших "дворян" с уверенностью, наглостью и скоростью "Титаника", несущегося за голубой лентой Атлантики. Только в отличие от этой дохлой шлюпки, айсберги, то есть, дворняги разлетались от форштевня Лори как мелкие брызги. Второй дворовый в один момент лишился уха, Лори прогрызла заднюю лапу третьему и, встав перед пацанёнком, вцепилась в загривок четвёртому. Не ожидавшие такого душевного гостеприимства, "дворяне" дали деру, оставив на поле боя только того, чей загривок попал в хлеборезку Лори.

Вой и вопли стояли такие, что из дома выскочило несколько мужиков — кто с лопатой, кто с топором. И тут бы Лори и конец, ибо этот, две секунды назад, "Восточный Экспресс", сидел на жопе ровно, рядом с пацанёнком, и ехидно улыбался во всю окровавленную харю, заставляя охреневать даже видавших виды мужиков. Но Лори повезло, пацан оказался не робкого десятка и он закрыл Лори собой. Тут уже подбежали хозяйка и мужичок из остановившейся машины. Пока парень объяснял соседям суть этого локального не совсем ледового, но побоища, подоспела и мать пацана. А Лори, так и сидевшую на жопе, отнесли в машину и отвезли в ближайшую ветеринарную клинику. Там, этот компактный локомотив обмыли-осмотрели -охренели, вогнали укол от бешенства и отпустили. На Лори не было ни царапины. В связи с отсутствием беспокойства за эту ленивую [п]опу Лори и её хозяйку отвезли домой, где собака по традиции тут же устроилась на любимом газоне, с трудом перевалив [п]опу через бордюр…

и сказал: "Смотри и слушай, где-то должна быть мать с остальными. "Мы стояли-стояли, слушали-слушали — нигде ничего. Взяли куропатенка с собой, принесли в квартиру. У мамы приключился когнитивный диссонанс, а когда он отключился, то говорить что-то за или против не было смысла. Птиц остался. Был наречен Прохором.

Проха был кореш без проблем: ел практически все, что давали, даже вареное яйцо и тушеную капусту. Я ему каждый день ловила мух, мух он ценил. На балконе ему поставили большую картонную коробку с добротной корягой и листьями, в которую он забирался на ночь.

Ну да, он гадил, конечно, — но только на гладком полу! Папа, как главный специалист по дрессировке (не только куропаток), двумя-тремя затрещинами дал ему понять, что с кровати, диванов, ковра надо сойти сначала на линолеум, а потом уже ляпать свои шедевры. Невероятно, но факт: Проха приучился. Вот лежим с ним на кровати, я читаю книжку, а он, привалившись к моему боку, пух свой чистит. Вдруг встает, топчется-топчется — скок с кровати на пол, сажает там кляксу — и обратно, на кровать, ко мне под бочок.

Обожал, когда солнечное пятно под окном появляется, сесть пузом на теплый пол и закемарить. При этом начинал заваливаться на бок, ноги из-под него по гладкому полу выезжали в сторону, и так он и валялся на боку, как кот какой-нибудь.

А один раз прихожу утром на кухню, застаю картину: сидит мама, на коленке у нее Прохор, она держит перед ним чашку, а он оттуда чего-то пьет. Оказалось — кооофе с молоком...

Но не все коту масленица. У Прохора начали расти настоящие перья, и папа сказал: "Его надо учить летать. Иначе он потом в лесу не выживет. "

Сказал — сделал. У Прохора начались тренировки. Против полетов птиц категорически возражал. С небольшой высоты он либо просто нехотя соскакивал, либо намертво цеплялся за руку когтями. Высота была увеличена. Тогда он наловчился, обдирая когтями поднятую вместе с ним руку, спускаться по ней вниз, на плечо, а уж быть спихнутым оттуда было не так страшно. С полетами не клеилось. И тут у Прохи стал расти гребешок. "А, — сказал папа, - тогда это однозначно петух. Не знаю, что он делал в лесу, но это петух. А раз петух, то летать ему не обязательно... А вот драться учиться — НАДО! "Надо — так надо. Тренировки перешли в партер. Проху дразнили ногой, а он на нее нападал. Это он делал с азартом и рвением, достигнув успехов. В результате успехов всем пришлось носить по два носка на каждой ноге - тогда синяков почти не было.

В общем, при добротном питании и должном физическом воспитании через пару-тройку месяцев у нас был шикарный сторожевой петух вишнево-коричневой расцветки, с зелеными и синими перьями в хвосте, радостно орущий в 5 утра на балконе. "Хм, — сказал папа, — а ведь ему теперь курица нужна!". Папа знает, что говорит. Нужна так нужна. И от знакомых из деревни была привезена молодая курица, такая же пестрая. Курицу привезли вечером, Проха уже спал на своей коряге в коробке. Правда, коробка уже стояла не на балконе, чтоб все-таки не улетел ненароком. "Курицу надо подсадить к нему прям сейчас. Тогда утром они проснутся, как будто так и было. Иначе он ее побьет", — инструктировал папа.

В самом деле: утром Проха увидел незнакомую мадемуазель, тюкнул ее лишь пару раз по голове, обозначив, кто тут главный, и настала семейная идиллия. Только вечером нам надо было уйти допоздна, а когда мы пришли, то в квартире был полный разгром. Похоже, деревенская курица с полным отсутствием манер пыталась найти место для насеста. Она мирно дрыхла в ванной, на полочке перед зеркалом, сметя все, что там стояло, на пол. Убрав осколки и вытерев лужу туалетной воды, мама сказала: "Или она, или я. "Прохор и его молодая жена были отправлены в ссылку, в деревню к тому самому владельцу курицы.

Мы были там потом, год спустя. Проха заматерел, еще увеличился в весе и размере, только одного глаза не было. "Зато весь гарем — полностью его, — сказал хозяин, — он моего петуха тогда чуть не до смерти уделал, сам глаза лишился, но того вообще пришлось прирезать, чтоб не мучился. Чужие все сюда ходить боятся, хоть люди, хоть коты, про соседских петухов вообще речи нет. "

Без особой надежды на эффект, мама позвала его: "Проша!". Он встрепенулся, прислушался — и вдруг каак припустит к ней, бегом! Прибежал, мы его погладили... На следующее утро смотрю — сидит папа у крыльца на корточках, протягивает Прохе на ладони хлеб. Проха как-то потоптался вокруг, потом примерился — взгромоздился на руку — клевать, как раньше... Хотя теперь он на руке еле-еле умещался и с трудом балансировал. Но ведь вспомнил! Вот зря говорят — "мозги куриные".

А Проха вот был индивидуум, личность куриной породы, не хуже кота.

время ему предложили вступить в партию. Тогда его назначили бы начальником.

— Я еще не готов к такому ответственному шагу — отвечал Н. , и его назначение откладывалось.

Но его назначили начальником. Событие неординарное. Чтобы беспартийного назначили начальником отдела, надо быть очень хорошим специалистом. И, главное, директор, явно ему симпатизировавший, назначил его, потому что он единственный не стремился занять эту должность и его назначение было компромиссом в длительной подковерной борьбе.

Когда его назначили начальником отдела, он не пересел за стол бывшего начальника, а остался на своем месте. Ему предложили хотя бы поставить на его стол телефон, но он запретил: будет причина лишний раз вставать из-за стола.

Наш отдел проектировал объекты для всего СССР, а так же для Вьетнама и Индии.

Естественно, как начальник отдела, он ездил и туда, и туда. Индусы на ряд объектов не захотели ставить советское оборудование. Его отправили в командировку в Великобританию для получения характеристик закупаемого индусами оборудования.

По приезде его из Англии, наш отдел, как водилось в СССР, послали на воскресник в колхоз. Старый начальник всегда посылал туда своего заместителя, т. е. Н. Но Н. никого замещать себя не посылал, а сам всегда ездил в поле с отделом.

Машины у него не было никогда. Он десятилетиями носил один и тот же костюм и обувь. Зарабатывал он не плохо, но жена и трое детей...

Он приехал в колхоз в повседневном костюме.

— Да, на прошлой неделе я ходил в этих туфлях по Пикадилли — сказал он, счищая грязь с обуви.

Единственным его хобби были сад и пасека. Нашему институту выделили очень неплохой участок под сады всего в 25 км от города. Он там построил прекрасный дом.

Был ли он образцом настоящего советского человека? Наверное, да, но... Соседи злословили, что они ни разу не видели на участке его жену, а вот его заместительницу встречали на его участке часто.

Я ездил в сад на Жигулях. А он на электричке. Однажды, когда он шел из сада на электричку с тяжелым рюкзаком, я остановился и предложил его подвезти. Он отказался. Не хотел ни от кого зависеть.

Я стал немощным стариком, перенес операцию на сердце, уволился, а он все руководил отделом.

Он перестал быть начальником только в 87 лет. В 90 лет он продолжает работать рядовым инженером в своем отделе.

Я редко, но езжу на дачу. Периодически вижу его с рюкзаком. Но уже не останавливаюсь. Он ни разу не сел ко мне в машину (сейчас после Копейки у меня уже третья).

Мед?

Его целебные свойства?

Да, я ел этот мед килограммами.

Целебные свойства не в мёде, а в пасеке. Её содержание, а не мед, продлевает жизнь.

мне распечатанное сообщение. Оно было из главного офиса Delta в Атланте и коротко сообщало: "Все воздушные линии над континентальной частью Соединенных Штатов Америки закрыты для коммерческих полетов. Немедленно приземляйтесь в ближайшем аэропорту. Сообщите о своем направлении".

Никто не сказал ни слова о том, что это могло значить. Мы поняли, что ситуация серьезная и нам нужно как можно скорее приземлиться. Капитан выяснил, что ближайшим аэропортом был Гандер, на острове Ньюфаундленд, в 600 километрах позади нас.

Он запросил разрешение на изменение маршрута у канадского диспетчера; разрешение дали моментально, не задавая вопросов. Лишь позже мы узнали, почему так произошло.

Пока экипаж готовил самолет к посадке, пришло еще одно сообщение из Атланты. Из него мы узнали о террористической активности где-то в Нью-Йорке. Несколько минут спустя стало известно об угоне самолетов. Мы решили не говорить пассажирам правды до приземления. Мы сказали им, что в самолете обнаружилась небольшая техническая неисправность и что нам необходимо приземлиться в ближайшем аэропорту, в Гандере, чтобы все проверить.

Мы пообещали сообщить больше подробностей по приземлении. Конечно, пассажиры ворчали, но к этому мы привыкли. Сорок минут спустя мы приземлились в Гандере. Местное время было 12:30 — это 11:00 по стандартному восточному времени.

На земле уже стояло десятка два самолетов со всего мира, которые тоже изменили маршрут на пути в Штаты.

После остановки капитан сделал объявление: "Дамы и господа, вы, вероятно, хотите знать, какая техническая проблема привела сюда все эти самолеты. На самом деле мы здесь по другой причине".

Затем он рассказал то немногое, что мы знали о ситуации в Штатах. Были громкие вскрики и недоверчивые взгляды. Капитан сообщил пассажирам, что управление воздушным движением в Гандере велело нам оставаться на своих местах.

Ситуация находилась под контролем канадского правительства, никому не разрешалось выходить из самолета. Никто на земле не имел права близко подойти к любому из самолетов. Только периодически приближалась полиция аэропорта, осматривала нас и двигалась к следующему судну.

В течение часа или около того приземлились еще самолеты, и в Гандере собралось 53 воздушных судна со всего мира, 27 из них американские коммерческие борты.

Тем временем по радио понемногу начали поступать новости. Так мы узнали, что самолеты были направлены во Всемирный торговый центр в Нью-Йорке и здание Пентагона в Вашингтоне.

Люди пытались воспользоваться мобильными телефонами, но не могли подключиться из-за различий в системах сотовой связи. Некоторым удалось пробиться, но они получали только сообщения канадского оператора о том, что все линии в Америку или заблокированы, или забиты.

Ближе к вечеру к нам пробились новости о том, что здания Всемирного торгового центра рухнули и что четвертый угон закончился крушением. К этому времени пассажиры были морально и физически обессилены, не говоря уже о том, что напуганы, но все оставались на удивление спокойными.

Нам достаточно было только посмотреть в окно на остальные 52 самолета, попавших в такое же затруднительное положение, чтобы понять, что мы не одиноки.

До этого нам говорили, что людей будут выпускать из всех самолетов по очереди. В шесть вечера аэропорт сообщил, что наша очередь наступит в 11 утра следующего дня. Пассажиры были недовольны, но смирились с этой новостью без особого шума и начали готовиться к тому, чтобы провести ночь в самолете.

Гандер пообещал нам воду, обслуживание туалетов и медицинскую помощь при необходимости. И они сдержали слово.

К счастью, у нас не случилось никаких медицинских ситуаций, о которых стоило бы беспокоиться. Впрочем, у нас была на борту девушка на 33-й неделе беременности, и мы очень о ней заботились. Ночь прошла спокойно, несмотря на не самые подходящие для сна условия.

Около 10:30 утра 12-го числа появилась кавалькада школьных автобусов. Мы сошли с самолета и попали в терминал, где прошли пограничный и таможенный контроль, а затем зарегистрировались у "Красного Креста". После этого нас (экипаж) отделили от пассажиров и в микроавтобусах отвезли в небольшой отель.

Мы не знали, что делали наши пассажиры. От "Красного Креста" мы узнали, что население Гандера — 10 400 человек, а позаботиться им надо было о 10 500 пассажирах, которых занесло к ним в город! Нам сказали, чтобы мы отдыхали в отеле и ждали, пока американские аэропорты снова откроются и с нами свяжутся. Нас предупредили, что вряд ли это случится совсем скоро.

Весь ужас ситуации дома мы осознали, только когда добрались до отеля и включили телевизоры. К тому времени прошли сутки.

Между тем выяснилось, что у нас уйма свободного времени, а жители Гандера невероятно дружелюбны. Они начали называть нас "люди из самолетов". Мы пользовались их гостеприимством, исследовали город и в конечном итоге неплохо провели время.

Два дня спустя нам позвонили и увезли обратно в аэропорт. Вернувшись в самолет, мы воссоединились со своими пассажирами и выяснили, как провели это время они. То, что мы узнали, было потрясающе…

Гандер и окрестные городки в радиусе 75 километров закрыли школы, конференц-залы и прочие крупные помещения. Все эти залы превратили в жилые зоны. В некоторых были раскладушки, в некоторых матрасы, спальные мешки и подушки. Все школьники старших классов были обязаны на волонтерских началах заботиться о "гостях".

Наши 218 пассажиров попали в небольшой городок под названием Льюиспорт, в 45 километрах от Гандера. Их поместили в школе. Если кто-то из женщин хотел разместиться только с женщинами, это тоже можно было устроить. Семьи не разлучали. Пассажиров в возрасте устраивали в частных домах.

Помните нашу беременную пассажирку? Ее поселили в частном доме через дорогу от круглосуточного центра скорой помощи. При необходимости пассажиры могли вызвать стоматолога. Медсестра и медбрат оставались с группой непрерывно.

Звонки и электронные письма в Штаты и по миру раз в день были доступны каждому. Днем пассажирам предлагали экскурсии. Некоторые поехали кататься на лодках по озерам и бухтам. Некоторые ходили в пешие путешествия по окрестным лесам. Местные булочные были открыты, чтобы обеспечить гостей свежим хлебом.

Жители готовили еду и приносили в школы. Людей возили в рестораны по их выбору и кормили великолепными блюдами. Багаж оставался в самолетах, так что всем выдали жетоны в автоматические прачечные, чтобы постирать вещи.

Другими словами, путешественники получили все мыслимое и немыслимое.

Рассказывая нам об этом, пассажиры плакали. Когда в конце концов им сообщили, что аэропорты открыты, их всех доставили в аэропорт точно вовремя, ни один не пропал и не опоздал. Местное отделение "Красного Креста" обладало полной информацией о местонахождении каждого пассажира и знало, на каком самолете каждому из них надо быть и когда все эти самолеты отправляются. Они замечательным образом все организовали.

Это было невероятно.

Когда пассажиры поднялись на борт, было ощущение, что они побывали в круизе. Каждый знал всех по имени. Они обменивались историями о своем пребывании, стараясь впечатлить друг друга и помериться, кто лучше провел время.

Наш полет обратно в Атланту выглядел как частный полет-вечеринка. Экипаж просто старался не вмешиваться. Это было ошеломительно. Пассажиры передружились и звали друг друга по имени, обменивались номерами телефонов, адресами и электронной почтой.

А затем случилось нечто невообразимое.

Один из пассажиров подошел ко мне и попросил разрешения сделать объявление по громкой связи. Мы никогда такого не позволяем. Но этот раз был особенным. Я сказал "конечно" и дал ему микрофон. Он взял его и напомнил всем, через что они прошли за последние несколько дней. Напомнил им о гостеприимстве, которое оказали им совершеннейшие незнакомцы. И сказал, что хотел бы отблагодарить хороших людей из Льюиспорта.

Он сказал, что хочет основать трастовый фонд под названием Delta 15 (номер нашего рейса). Цель фонда — дать стипендии старшеклассникам Льюиспорта, чтобы они могли учиться в колледже.

Он попросил у своих коллег по путешествию пожертвовать любую сумму. Когда листок с записями вернулся к нам с указанием сумм, имен, номеров телефонов и адресов, итог составил больше 14 000 долларов! Этот мужчина, врач из Вирджинии, пообещал собрать пожертвования и начать процедуры для организации стипендии. Он также добавил, что обратится в Delta и предложит им тоже поучаствовать.

Я рассказываю эту историю, а трастовый фонд уже составляет 1, 5 млн долларов, 134 студента попали в колледж.

Отличная история, да? Напоминает нам о том, как много в мире людей, готовых помочь. Просто о тех, кто не помогает, больше пишут в газетах.

своим чередом подошла осень златоглавая, и наступила пора собирать уже созревшую бруснику. Ну раз наступила, надо собирать, собрались в путь дорогу два нанайца, и пошли в сторону близлежащих сопочек, на спинах короба в руках ведерки.

Путь им предстоял не дальний, нужно было пройти мимо пахот и определиться с сопкой, с которой следовало начинать. Выбрав подходящий распадок, приятели направились в сторону опушки. Выйдя на лужайку подивились, перед ними расстилался буро-красный ковер из вызревших плодов. Начали собирать, двигаясь то передом, то пятясь задом приятели разбрелись по поляне, то вплотную сближаясь, то увеличивая расстояние. В один прекрасный момент (или не очень прекрасный;-))нанаец Вася почувствовал, что кто-то толкает его как будто бы локтем в бок. Смекнув, что кроме как подельнику, увидевшему что-то интересное, это быть некому, Вася медленно обернулся. Вот скажите, вы часто бываете в ситуациях, когда в

30 сантиметрах от вашего лица вы обнаруживаете огромную медвежью башку, с удивлением пялящуюся на вас. Вася не часто, более того до этого никогда не бывал. Как оказалось, по какой-то роковой случайности Михал Потапыч тоже выбрал эту поляну, дабы полакомиться вкуснейшей зрелой ягодой перед зимой. Так они и ползали по полянке, не подозревая о соседстве друг с другом. Но вернемся к нашему герою. Повернувшись и увидев косолапого,

Вася оторопел. Всего лишь на секунду. Через мгновение удивление и страх вытеснил генетический код десятков поколений рыбаков и охотников. Вася, не до конца понимая зачем и почему, не давая медведю опомниться от удивления, крепко схватил косолапого за уши и заорал, нет, ЗАОРАЛ: ААА, дальше они покатились кубарем вниз, сначала медведь, а рядом, вцепившись в его уши, Вася. Перестали кувыркаться уже у изножья сопки. Медведь был мертв. Как известно, у хозяина тайги слабое сердце, как должна вести себя дичь? Убегать, прятаться на дерево, но никак не хватать за уши и не истошно орать. Сердце медведя не выдержало. К склону подоспел Васин товарищ, тут выявилась новая проблема. От страха Вася настолько крепко схватил медведя за уши, что не было никакой возможности оторвать Васю от ушей: -) пришлось отрезать медведю уши, так они и вернулись домой, Вася с ушами в руках и его приятель с котомками. Еще 2 дня Вася не мог разомкнуть руки, а после еще неделю руки невыносимо болели. История рассказана охотником, лично знакомым с главными действующими лицами, и собственными глазами видевшего тушу медведя без ушей.

P. S. Уважаемые депутаты, мандаты, и прочие члены, пожалуйста давайте не будем так баснословно рубить наши дальневосточные леса, и бесконечно продавать его в китай да по европам, давайте сохраним на просторах нашей необъятной родины хотя бы небольшие нетронутые места, где происходят такие пусть маленькие но чудеса!

крупная сделка между лицами южной национальности по

"левому" коньяку. Место и время сделки известны.

Район связывается с главным Управлением (где К. и работает), чтобы те помогли зафиксировать это событие.

Приехав с группой на место, К. с огорчением наблюдает, что место

"южане" выбрали крайне удачное - точек для съемки практически нет.

Но! Рядом стоит шестнадцати-этажка! К. белкой скачет на чердак и мощным "цифровиком" аккуратно отщелкивает весь процесс сделки. После этого на сцену вылетают молодые орлы в камуфляже и производят задержание главных действующих лиц. К. несется в главное Управление.

Занавес.

Действие второе.

В районной управе шеф с гиканьем и улюлюканьем колет продавца. Тот упирается рогом и колоться явно не желает: "нэ знаю, начальнык, савсэм ничэво нэ знаю!" Тут появляется довольный К. и раскладывает перед продавцом веер фотографий. Тот понимает, что влип, но по инерции продолжает упираться. Тут до него медленно доходит необычный ракурс съемки и он спрашивает у К. , мол откуда снимали-то? К. смотрит на него как на малахольного и пожимая плечами отвечает:

"Спутник...". Занавес.

Действие третье.

Вусмерть перепуганный продавец лихорадочно строчит чистосердечное признание. The End.

PS. А К. за эту операцию получил благодарность. Удачи ему в его незаметном:-) труде!

все окна раскрыты настежь. Сидим как-то вечером с приятелем, тоже старшекурсником, играем в шахматы и пьем чай. Нет, натурально в шахматы и действительно чай, хотя преферанс и пиво были существенно популярней. Так вот, мирно так сидим, на пятом этаже общаги, а в комнате над нами, на шестом, самом верхнем этаже, "гуляли" первокурсники из моего стройотряда — они как раз пили пиво, и, видимо, приняли немало, так как шум у нас над головой стоял невыносимый. В какой-то момент стало совсем невмоготу — ребятки наверху принялись гарцевать по комнате на стульях. Я уже грешным делом подумывал, не подняться ли мне и не попросить ли их поутихнуть. Тут мой приятель изобретает нестандартный ход. Он берет огромную консервную банку, полную бычков (мы использовали её как пепельницу), забирается на подоконник и ловким баскетболистским движение забрасывает банку в открытое окно комнаты наверху. Шум там мгновенно стихает и, что удивительно, не возобновляется. Мы спокойно доигрываем нашу шахматную партию.

Так вот. Прихожу я утром на работу — а начиналась она с разводки студентов по объектам, для чего все собирались вместе, — и слышу разговор двух первокурсников:

— Вчера чо было — не поверишь! Прикинь, квасили мы, ну приняли пивка неслабо, и тут курево у нас кончилось — не запаслись. Совсем уже охренели без курева, сели на стулья, начали скакать на них по комнате и молить Господа, чтобы хоть бычков нам подкинул. И тут — прикинь, ты не поверишь — в открытое окно влетает охеренная банка с бычками! Это на шестом этаже! Пять человек свидетелей! И что мы блок Мальборо не попросили!???