Толстой сказал, что смерти нет, а есть любовь и память сердца. Память сердца так мучительна, лучше бы ее не было... Лучше бы память навсегда убить.
Цинизм ненавижу за его общедоступность.
Я, как яйца - участвую, но не вхожу.
- Вы заболели, Фаина Георгиевна? - Нет, я просто так выгляжу.
Проклятый девятнадцатый век, проклятое воспитание: не могу стоять, когда мужчины сидят.
— Очень сожалею, Фаина Георгиевна, что вы не были на премьере моей новой пьесы, — похвастался Раневской Виктор Розов. — Люди у касс устроили форменное побоище! — И как? Удалось им получить деньги обратно?
Женщины, конечно, умнее. Вы когда-нибудь слышали о женщине, которая бы потеряла голову только от того, что у мужчины красивые ноги?
На партсобрании в театре Моссовета, на котором обсуждалось немарксистское поведение одного именитого актера, обвиняющегося в гомоc@ксуализме:
- Каждый волен распоряжаться своей жопой, как ему хочется. Поэтому я свою поднимаю и ***ываю.
Я жила со многими театрами, но так и не получила удовольствия.
У Раневской спросили: что для неё самое трудное?
— О, самое трудное я делаю до завтрака, — сообщила она.
— И что же это?
— Встаю с постели.
- Что толку делать пластическую операцию?!
- Фасад обновишь, а канализация все равно старая!
- Фаина Георгиевна, как ваши дела?
- Вы знаете, милочка, что такое говно?
Так вот оно по сравнению с моей жизнью - повидло.
Раневскую спросили: «Какие, по вашему мнению, женщины склонны к большей верности: брюнетки или блондинки?» Не задумываясь, она ответила: «Седые!»
Я - выкидыш Станиславского.
(Диалог с режиссером Ю. Завадским) - Фаина Георгиевна, вы своей игрой сожрали весь мой режиссерский замысел! - То-то у меня ощущение, что я наелась дерьма!
