- Старость, - говорила Раневская, - это время, когда свечи на именинном пироге обходятся дороже самого пирога, а половина мочи идёт на анализы.
Понятна мысль моя неглубокая?
Я жила со многими театрами, но так и не получила удовольствия.
Главное — живой жизнью жить, а не по закоулкам памяти шарить.
Пусть это будет маленькая сплетня, которая должна исчезнуть между нами.
Я - выкидыш Станиславского.
Я ведь еще помню порядочных людей... Боже, какая я старая!
Если человек тебе сделал ЗЛО — ты дай ему конфетку, он тебе ЗЛО — ты ему конфетку... И так до тех пор, пока у этой твари не разовьётся сахарный диабет.
Одной даме Раневская сказала, что та по-прежнему молода и прекрасно выглядит. "Я не могу ответить вам таким же комплиментом", — дерзко ответила та. — А вы бы, как и я, соврали! — посоветовала Фаина Георгиевна.
Здоровье - это когда у вас каждый день болит в другом месте.
Кто бы знал мое одиночество? Будь он проклят, этот самый талант, сделавший меня несчастной.
(Диалог с режиссером Ю. Завадским) - Фаина Георгиевна, вы своей игрой сожрали весь мой режиссерский замысел! - То-то у меня ощущение, что я наелась дерьма!
Поклонников миллион, а в аптеку сходить некому.
Страшно, когда тебе внутри восемнадцать, когда восхищаешься прекрасной музыкой, стихами, живописью, а тебе уже пора, ты ничего не успела, а только начинаешь жить!
Одиночество как состояние не поддается лечению.
