"НА ВОЙНЕ КАК НА ВОЙНЕ"
Несмотря на глухое, оторванное от цивилизации, без телевизора, детство, в летние каникулы в середине 60-х мне удалось посмотреть несколько уголков необъятной Родины. Я смотрел на все широко раскрытыми глазами, как будто на другие миры. Самым ярким на данный момент воспоминанием являются бабульки, спокойно идущие по грязи в лаптях, с торбами за спиной, в то время как наши космические корабли уже не первый год бороздят просторы вселенной!
Но были и забавные случаи, об одном расскажу.
Лето, солнечно, жарковато, общий пыльный и засаленный вагон, напротив меня два солдата, вольно расстегнувшие верхние пуговки на гимнастерках, подвижные и веселые. Всматриваюсь в эмблемки на петлицах, там вроде крылышки и колеса. Мучимый любопытством, спрашиваю, в каких войсках служили. Один из солдатов, с усмешкой взглядом показывая на петлицы, деревня мол, сам, что ли не видишь, с достоинством произносит: "В подземной авиации! " Волна как бы благоговения, будто я попал на космодром, обдала меня! В мозгу ассоциации с где-то прочитанным и/или увиденным, что у Гитлера были секретные подземные аэродромы, и что вроде советских пленных гоняли на их строительство. Все еще благоговея, я робко интересуюсь: "А летать приходилось? " Солдат, насмешливо-снисходительно, как тупому колхознику, отвечает:
— А то как же, в авиации служить — и не летать!
Я ошалевши, что впервые увидел перед собой живого военного летчика, тем не менее любопытствую дальше:
— А где Вы служили?
Солдатик обыденно отвечает:
— Да во Вьетнаме.
(Ни фига себе! Там же война идет, и я только в разговорах слышал, и нигде официально, что советские летчики там секретно воюют! Даже анекдот ходил, что сбитый северовъетнамский летчик на допросе признался, что его фамилия Ли-си-цын.)
— А как там было, расскажите что-нибудь!
— Значит, дело было так: Возвращаюсь я на МИГе с задания назад, все выполнил, пострелял-побомбил весь боезапас, лечу налегке. Вдруг в зеркало заднего вида вижу вдали Фантом. Е, я пустой, что делать?! Ну я по газам. А он приближается. Я влево — он влево. Я вправо — он вправо. Ну, чувствую, сейчас на гашетку нажмет. Ну я заднюю скорость как врубил!...
И тут солдат замолчал.
Я, ошеломленный, робко спрашиваю:
— А дальше что было?
— Ну, по госпиталям, теперь вот выписали, еду домой. Списали подчистую.
— А с самолетом что?
Тут лицо солдата посерьезнело:
— Этого я тебе не скажу. Подписку давал о неразглашении.
Так я и не рискнул задать мучивший меня вопрос, а мог ли он успеть, пока его Фантом догонял, высунуться из кабины и выпустить по врагу всю обойму из пистолета.
П. С. Подземную авиацию, если ее так можно назвать, я впервые увидел во взрослом возрасте. Реактивные самолеты вылетали один за одним из-под земли, как бы из полукруглого входа в землянку. Глазом этот вылет я не смог заметить, сколько ни пытался, настолько быстро они вылетали. Звук от вылетешего самолета появлялся, когда самолет был уже на высоте и на приличном расстоянии от точки вылета из "осиного гнезда". Может, от строительства такой инфраструктуры и появилась эмблемка у стройбата с в виде колес с крылышками?
5 апреля 2022
5 апреля 2022 |
|  |
* * *
Знакомый рассказал как-то про свою давнишнюю поездку в Грецию (какой-то "шуб-тур", если кто-то еще помнит, что это такое).
У них в русской группе, которую катали на автобусе по всяким экскурсиям (а также по шубным фабрикам), была такая девушка Любаша. Эта Любаша запомнилась всей туристической группе на первой же экскурсии, когда через полчаса после ее завершения выяснилось, что девушка забыла там свой кошелек, расческу и темные очки. Очки и расческа — дело наживное, а вот кошелек со всеми взятыми в поездку сбережениями — это дело серьезное. Экскурсовод сказал водителю пару слов на греческом, и автобус вернулся за утерянным. Кошелек быстро нашелся (вместе с деньгами), и группа приехала на ужин в отель всего лишь на час позже, чем планировалось. На Любашу кое-кто бросал, конечно, косые взгляды, но особо никто не возмущался.
На следующий день Любаша обнаружила, что на месте очередной поездки она оставида свой паспорт, при этом пропажа обнаружилась лишь через час после отъезда с шубной фабрики. После короткого совещания экскурсовода, группы и водителя (наиболее ретивые участники поездки предлагали высадить Любашу в ближайшем городке, чтобы Любаша добиралась обратно на фабрику и потом в отель на такси за свой счет) все же было принято решение съездить с Любашей обратно за ее паспортом и привезти паспорт и ее саму обратно в гостиницу. Водитель проявил чудеса героизма и группа приехала всего лишь через 2 часа после начала ужина, какая-то еда еще даже оставалась. Но тут народ, понятное дело, уже возроптал.
Во всех последующих поездках Любашу сопровождало 2-3 специально выделенных участника группы, которые ее каждые 15 минут спрашивали: "Любаша, ты не забыла тут паспорт, кошелек, деньги, очки, зонтик, что-то еще? "
Пунцовая от смущения Любаша отвечала: "Нет, нет, нет, ничего не забыла... "
Только после этого "ответственные за Любочку" давали отмашку: "Все, можно ехать дальше! "
При таком контроле Любаша ухитрялась ничего не потерять аж целых 4 дня. Народ (в том числе и "ответственные") потихоньку начал расслабляться и наслаждаться Грецией.
И вот, настал последний день поездки. Завтра с утра — самолет в Москву. Группа утром выезжает все тем же автобусом в какой-то достаточно далекий монастырь, они проводят там целый день, потом отправляются в обратный путь, вечер, солнце клонится к горизонту, автобус мерно едет по горным дорогам, народ дремлет, еще полчаса — и все вернутся в отель, уставший и оголодавший народ дорвется до ужина. Впереди мусака, долмадес, узо, метакса — все, что угодно.
И тут Любаша поднимается с места и громко восклицает: "О господи! "
Услышав ее громкий возглас, водитель автобуса резко тормозит. От резкого торможения просыпаются дремавшие туристы, все подскакивают на своих местах, повернувшись к Любаше и ожидая, разумеется, самого худшего: "Ну что еще?! "
Любаша, вся покраснев от всеобщего внимания, в наступившей внезапно тишине робко показывает рукой на пейзаж за окном, где багровое солнце заходит за высокие горы: "Посмотрите, красота-то какая! " * * *
После "Кавказской пленницы" знаменитый актер Владимир Этуш, сыгравший роль главного похитителя, Саахова, заведующего райкомхозом, стал национальным героем и на Кавказе, и в Закавказье.
Он рассказывал:
"После выхода картины на экраны знакомые предупреждали меня, чтобы был осторожен — мол, кавказцы и побить могут. А получилось совсем наоборот. Как-то пришёл на базар, так меня там чуть ли не на руках стали носить. Со всех сторон окружили, стали наперебой угощать. То есть приняли как родного. Хотя, как я понял, азербайджанцы считали, что Саахов — это армянин, армяне считали, что он азербайджанец, грузины тоже принимали явно не за своего… И всем было приятно. Особенно мне". * * *
* * *
В выходной день звонок с незнакомого номера — сбрасываю. Повторный звонок — просто не отвечаю, но в третий раз берет мой телефон жена. Выслушивает звонившего, кивает головой, соглашается с чем-то и обещает перезвонить.
Вместо ответов на мои вопросы спрашивает меня:
— У вас что корпоратив был вчера?
— Скорее мальчишник, посидели компашкой.
— Звонила жена твоего подчинённого, он с работы пришёл без трусов. Ну в смысле в штанах, но без трусов, а она ему еще с вечера новые с этикеткой вручила. Как объяснить ей что у вас происходит?
Начинаю восстанавливать события вечера, что бы вычислить кто, но залётчик звонит сам:
— Шеф помоги если возможно, дело до развода.
— Алиби смогу подтвердить.
— Да нет, не алиби — трусы нужны.
— Ну обрисуй их, поеду куплю.
— Да опять нет, мне нужно на территорию попасть, а сегодня выходной охрана не пустит. До понедельника я не доживу. И если возможно пусть жена со мной войдет.
Звоню в охрану, с начальником караула обговариваю серьезность мероприятия, все условия принимаю безоговорочно.
Через пару часов узнаю, что лад в семье восстановлен — трусы обнаружены висящими в душевой вместе с мочалкой, супругой опознаны... Анекдоты про Вовочку ещё..
