Учебные истории

а уж там дальше – как выйдет. Говорят, что некоторые, получив первый навык владения кистью или домрой, в дальнейшем даже забивали всяких народных своей креативностью и неординарностью.

Знакомый этот работал на шахте, заработки у него были солидные, бросать свое забойщицкое дело он не собирался, а «на художника» выучиться хотел для души, для удовольствия. И способности у него были.

Университет заочный, работы свои преподавателям «студенты» отправляли по почте, общались с консультантами тоже письменно. А надо сказать, что человек этот самый знакомый весьма основательный. Когда настало время выполнять зачет по разделу «натюрморт» в карандаше и акварелью, он в бабкином сарае нашел старую игрушку - лошадь-качалку, куклу дочкину взял с ободранными волосами и облупившимся носом, сложил все это добро возле собачьей будки и изобразил пастельными карандашами, отгоняя периодически собаку Шарика, чтобы не нарушал требования жанра – «натюр»-то должен быть «морт».

К акварельному рисунку подошел тоже серьезно: на рынке у знакомой девушки Марины был куплен шматок сала «с прорезью» - розоватого, с крупинками серой соли, в огороде выдернуто пару луковиц с зеленым пером, редиска заблестела малиновыми отмытыми боками, буханка черного хлеба устроилась рядом с салом. После некоторых раздумий в центр композиции была помещена извлеченная из холодильника бутылка «Пшеничной».

Рисунок удался: цветовые контрасты черного-белого, зеленого-красного, игра капелек воды на запотевшей бутылке – это было классно. Автор упаковал свои произведения в плоский пакет бандероли, отнес на почту и стал ждать заслуженного зачета с похвалами.

Через месяц пришел ответ – преподаватель отметил стройность композиции, умело изображенную игру света и тени, творческий подход… И велел еще раз пройти тему из теоретического курса – о перспективе.

«Вы совсем не учитываете перспективу, соотношение размеров предметов на вашем рисунке ошибочно, - писал он. – Ведь это же невозможно: чтобы сало было вровень с буханкой хлеба, такого сала не бывает».

- Конечно, - говорил мой знакомый, - в московских магазинах не бывает. А в Донбассе на базаре – есть. То он цепляется, небось, потому что без слез на такую радость смотреть не может.

Как бы мне хотелось написать, что пришлось ему снова на рынок идти, напрягать знакомую девушку Марину, чтобы предоставила кусок сала посолиднее – в Москву отправлять, для наглядности. Но нет – истина дороже!

…Знакомый все сокрушался: ну, не принимают там заказные бандероли – только плоские конверты. Так и не пришлось профессору по натюрмортам увидеть настоящее сало, которое «с прорезью», розоватое, с крупинками серой соли…

готовился до того, что двоиться в глазах стало. И решил за день до экзамена навестить одноклассника.

У него дома была большая библиотека с редкими изданиями, которую он раз в год перебирал. И вот мне на глаза попалась небольшая брошурка из серии "Популярно о науке". В этой книжке подробно расписывалась история изучения закона тяготения - начиная с основ Ньютона и заканчивая расчётом орбит планет и периода их обращения. Написано всё было простым, увлекательным языком - книжку я прочёл взахлёб.

На следующий день толпа абитуриентов ломилась в двери кабинета. Посмотрел я на это дело и решил пойти в парк погулять. По моим расчётам устный экзамен продлился бы ещё часа три. Через часик снова зашёл в универ, толпа практически не уменьшилась. И что-то меня дёрнуло сходить к расписанию и проверить номер кабинета. Как чувствовал - поток-то не мой. Галопом на нужный этаж, у двери - никого. Открываю рывком, сидят двое экзаменаторов, складывают вещи, больше никого.

Не помню что именно втирал, билет получить таки удалось. Опаньки, теория тяготения. И тут я им всю вчерашнюю книжку и пересказал, практически без подготовки. За неимением времени второй вопрос прослушали мельком, а на задачу так и не посмотрели. А я получил заслуженную пятёрку и незаслуженную репутацию гения физики.

в специально построенных деревянных домиках человек на 40 в каждом, с двухэтажными кроватями. Разместились, и пошли спасать колхозную капусту. Рубим, собираем в бурты, приходит машина – загружаем.

Все как обычно в студенческих колхозах. Днем капуста, вечерами отдыхаем. Из развлечений - настольный теннис (столы) да карты. Тенниса хватает только на особо увлеченных, обыгрывающих всех остальных.

Кто-то играет в карты, кто-то начинает выпивать. Не все, конечно, денег-то почти ни у кого не было. Если и выпивали, то не массово, так, иногда, в сложившихся маленьких группках людей, близких друг другу.

Вот одна такая группа ребят из трех парней, устроила себе маленький праздник. Уважаю их всех троих. Они хорошо играли на гитаре и пели. Отдыхали достойно, никого не напрягали. Пели из Макаревича, Высоцкого, что-то свое. А потом, как полагается, «устали» от праздника, и уснули.

Один из них, Валера, уснул особенно крепко на первом этаже койки, при этом на втором этаже никого не было (случайное свободное место). Громко так уснул, заливисто.

Остальным тоже спать пора, как бы, но под валерин «отдых» особо не уснешь ведь. Вот и родилась идея, а давай, дескать, Валеру вынесем на улицу? Ему там свежее будет, а нам потише...

Сказано-сделано. Тихо вынесли его, кряхтя от натуги, на этой двухэтажной кровати, на улицу. Валериному сну выезд не помешал, как храпел этот бугай, так и храпел. Поставили кровать возле входа в домик, дальше не смогли, смех давил всех. А сами спать легли в предвкушении.

Глубокой ночью проснулся весь барак от грохота. Валера один (а выносили его человек шесть, если не больше) хмуро матерясь на комаров и долбое[ж]ов, тащил свою кровать обратно в домик. Один. Помощи ни у кого не просил. Геракл, блин.

Уважуха, конечно, но срезала этого супермена фраза моего друга:

«Ох@еть! Валера с [м]лядок на своей кровати едет!»

бабушку подробностями традиций постельной жизни – что они с мужем делали, когда делали и каким образом делали. Старушка отнекивается: "Да мене-то чо? Лежу себе да лежу". Беседа записывается на диктофон. Диктофон отдается на расшифровку студентке, заметим – совсем юной, но добросовестной и записывающей все буквально. В расшифровке бабушкина фраза и была зафиксирована буквально: "Да мин@т-то чо? Лижу себе да лижу". Типа все по-простому, традиционно.

Студенты-практиканты делают описание жилища. Дом из саманных кирпичей. Студенты из города, и что такое саман не знают, но приносят в качестве экспоната саманный кирпич. Объясняю, что саман делают из глины и навоза, использование навоза в деревенском хозяйстве – дело обыкновенное. Студенты делают описание, демонстративно зажимая нос, а карточку описания экспоната озаглавливают "Кирпич говняный обыкновенный".

Во всех экспедициях делаются копии похозяйственных книг сельских администраций. В этих книгах указываются сведения о всех жителях села – ФИО, отношение к главе семьи, пол, возраст, образование, место работы и т. д. Однажды студенты-первокурсники, делавшие выписки из похозяйственных книг вернулись с "круглыми глазами" и заявили, что "в этой деревне живет полно [мав]ров". Еще и спрашивают всех: "А вы [мав]ров здесь видели? ". Господи, какие могут быть [мав]ры в сибирской глуши, откуда? Выяснилось, что в похозяйственных книгах напротив многих фамилий стояла запись "[мав]р". Сокращенное от "неграмотный".

Полевиков вряд ли можно удивить какими-то условиями жизни. И в коровниках жили, и в "красных уголках" (один из них был прозван за обилие крыс "крысным уголком"), и в спортзалах (кто на брусьях, кто на канатах), и в заброшенных домах с привидениями, и в общагах со строителями (с привидениями – безопаснее).

Особым колоритом всегда отличаются туалеты. Можно конкурс по туалетному экстриму устраивать. Одним из номинантов, безусловно, можно считать туалет в селе Маргенау Омской области. Там было все в норме. Кроме дверей. Их просто не было. В конце концов, мы нашли лист картона, который нужно было держать перед собой в руках, иначе никак не получалось. В высоту он закрывал сидящего человека примерно до шеи. Казалось бы, ничего особенного. Мало ли туалетов без дверей. Кроме одного обстоятельства. Этот туалет выходил на самую оживленную дорогу региона. В течение экспедиции ее участники приветствовали автомобилистов, проносящихся по трассе Москва–Владивосток.

Экспедиция немецкого отряда. Заезжаем в деревню на автобусе. Деревня грязная, что не отвечает стереотипным представлениям о немецком орднунге. Руководитель, озираясь вокруг, высказывает сомнения: похоже, что здесь и немцев не осталось, все выехали, не знаю, стоит ли устраивать здесь базу, и, обращаясь к студентам – вы поспрашивайте, есть ли здесь еще немцы.

Студент-первокурсник, решив, видимо, не откладывать дело в долгий ящик, высовывается по пояс в окно автобуса и громко орет проходящей мимо старушке: "Бабка! Немцы в деревне есть? ! ". Старушка в шоке, а за студентом закрепилось прозвище "партизанен".

Но всему прекрасному приходит конец, сессия подкралась внезапно.

Надо как-то сдавать, чтобы на второй курс перевестись. И что придумали, запустить на зачёт другого нашего приятеля, который школу с углублённым изучением английского заканчивал.

Разжали скрепки в зачётках, середину поменяли.

То есть, фотография на первой странице от знатока, что вместо него пошёл сдавать, а середина, где отметка о зачёте должна стоять, от настоящего.

Подгадали день, когда зачёты от запоздавших принимала дежурный преподаватель.

Далее мизансцена. Заходит в кабинет "засланный казачёк" и говорит ей на хорошем английском:

- Здравствуйте, я немного не уложился в график по семейным обстоятельствам, не могли бы вы принять у меня зачёт?

Преподша тянется к журналу и обнаруживает, что у фигуранта какие-то задания не сданы. Тот, (всё так же на английском) начинает убеждать, что это недоразумение, просто отметки в журнале забыли поставить.

- Вы знаете, я сейчас позвоню Нине Петровне и уточню у неё, что у вас там сдано.

И начинает набирать номер.

Повезло ребятам, что трубку никто не взял, поверила на слово. Зачёт был получен.

А непутёвый приятель перевёлся на второй курс, с успехом закончил ВУЗ, сейчас он успешный предприниматель. С иностранцами общается через переводчика.

Подрастают сын и дочка, и за их успехами в изучении английского он следит особенно пристально.

И как-то мне сказал:

- А знаешь, ведь подошла бы наша англичанка тогда к телефону, и жизнь моя сложилась бы по другому ;)