Это было лет десять назад, во время моей службы в СА. Служил у насодин лейтенант, ростом за 190 см, размер плеч около 40,по кличкеКомар. Он был большой любитель выпить, но денег часто не хватало наобильные возлияния. Однажды, в группе офицеров мы обсуждали статью изгазеты о том, что можно после своей смерти отдать своё тело для наукиза деньги. Комар этим заинтересовался. Тут доброжелатели ему иподсказали, что так сделать можно, что так уже где-то делали, толькокак военному человеку, ему нужно написать рапорт на имя командирачасти об этом. Комар недолго думая пишет рапорт, относит его встроевую часть, затем получает пистолет с патронами и заступает вкараул. На следующий день, рапорт попадает к командиру части и у тоговолосы встают дыбом:"...Прошу мой труп, после моей смерти отдать длянаучных исследований... вознаграждение в кол-ве ...руб прошу выплатитьмне..." и.т.д.Он есс-но спрашивает где Комар-"в карауле", "соружием?"-"да". Волосы начали шевелиться еще больше. но на его звонокответил бодрый голос Комара.С караула его сняли, на всякий случай,шутник получил взбучку, а все остальные-весёлую историю.
ВВС - страна чудес
Одного ушлого проверяющего, который ни хрена в авиации не смыслил, техники решили проучить - надоел своими дурацкими замечаниями. Самолёт взлетел, а колёса шасси вращаются, вот один техник и говорит другому:
- Ты - как хочешь, а я инженеру доложу, что мой после взлёта колёса не останавливает, а в стране горючки не хватает. Ну как тут выполнишь соцобязательства по экономии ГСМ? . .
Идёт разбор полётов - проверяющие докладывают свои результаты, дошла очередь до этого товарища:
- Так и так, это плохо, это хорошо. Но вот, товарищи, вопиющий факт разбазаривания ГСМ! После взлёта лётчики не затормаживают шасси, тем самым происходит перерасход горючего! Сами знаете, что в стране временные трудности с ГСМ.
Генерал авиации, председатель комиссии, аж привстал со своего стула:
- Что, что?! Кто и что там не тормозит?
Зал грохнул, генерал осел и затрясся плечами, смеялись все до слёз, пока комполка не цыкнул. Генерал встал и отправил "проверяющего" изучить до конца разбора устройство шасси у летательных аппаратов, а потом ему доложить.
Дело было в далёком 1988 году. Служил я в тогда ещё Советской Армии радиотелеграфистом. Приходилось работать и ночью, потому что, как известно, ВРАГ НЕ ДРЕМЛЕТ. Что бы случайно не прослушать важное сообщение вся информация с эфира записывалась на обычный касетный магнитофон. Приёмник был мощный, ловил, кроме служебных, массу развлекательных частот, чем мы пользовались, не смотря на строгий запрет. Музыку записывали на служебные кассеты и потихоньку передавали по смене. И вот однажды, когда до дембеля оставалось около двух месяцев, я немного расслабился и заслушавшись новым хитом Наутилуса не заметил как сзади подошёл прапор, начальник смены. Поймав меня с музыкой он проверил изъял все левые кассеты и положил их в сейф до утра. Я понял, что если это дело дойдёт до ротного дембеля мне ещё долго не видать, да и товарищам придётся не сладко. И вот дождавшись когда прапор выйдет в сортир, мы кинулись к сейфу (ключ он оставлял в двери) и при помощи электромагнита моментально стёрли запись со всех кассет с музыкой. Прапор был недалёкий и о таких чудесах техники не ведал. Утром он с чистой совестью доложил о происшествии ротному и они вместе сели к магнитофону слушать компромат. Картина из лучших кинокомедий: растущее недовольство ротного и растерянное, ничего не понимающее лицо прапора. В результате, через два месяца я отбыл домой в первой партии с нагрудным знаком Отличник Советской Армии, а прапора направили на внеплановый медицинский осмотр.
Подводная лодка вышла из Кольского залива и направилась в полигон для выполнения торпедной стрельбы. Полный штиль. Тепло. Светит солнце... Но Главный инспектор ВС СССР маршал Москаленко уже полтора часа на ногах, устал. Из центрального отсека подняли банку (стул по-морскому). Он сел, но вот незадача: в сидячем положении ничего, кроме железа и голубого неба, не видно. "А вы мне поставьте стул вон туда", - говорит маршал и показывает на ракетную палубу. Закрепили банку страховочными тросами, надели на маршала спасательный жилет и укрыли одеялом. Кирилл Семенович задремал...
Командир отправил старпома к маршалу с докладом о готовности к погружению. Старпом вытянулся в струнку, поднёс руку к пилотке и громко доложил: "Товарищ маршал, лодка к погружению готова". Главный инспектор на секунду приоткрыл глаза и тонким голосом ответил: "Погружайтесь-погружайтесь... ". Старпом вернулся на мостик. Командир приказал вызвать на мостик личного ординарца маршала - прапорщика Меняйло, который в кают-компании уже отмечал посвящение в подводники. Прапорщик Меняйло ещё с военных времен служил ординарцем у маршала... Он бесцеремонно взял за подмышки маршала, поднял его и начал выговаривать: "Кирилл Семёнович, ну что ты капризничаешь? Морякам надо выполнять боевое упражнение, а ты мешаешь".
В начале мая краем уха услышав по радио. . ? про скидки на проезд ветеранам вслух возмутился - да им уже за 90! Куда кто из них поедет! ! Чистой воды пиар. .
10го сажусь в поезд до Саратова. Купе чистенькое и старичок сидит. Тетки какие-то вьются вокруг, железнодорожная фея гвоздички ему сует, мужик баул пристраивает. Суета. .
Дедок
Рассказал и про то как сам спасал орудия из резерва Ставки главнокомандующего на Украине в 41. Более 200 орудий были целехоньки после авиа налета, а вот машины и тягачи разбомбили. . Нашли несколько тракторов в близлежащих колхозах и МТС и на них вывезли с десяток орудий. Остальные взорвали. .
К своим доставили только шесть. Да и бойцов довел половину из 32. . Орден получил за этот подвиг. .
А в мае 45го, где-то в Венгрии, отмечая победу с тремя друзьями офицерами, рассказал в землянке эту историю и про то, что именно отсутствие руководства и связи с войсками стоили нам в 41 почти всей кадровой армии (порядка 6 мл. человек). Наутро двое "друзей" написали особисту доносы и получил он 10 лет лагерей. Рад был, что с правом переписки. .
Дед заснул, мирно посапывая, а я так и не заснул до Саратова. . Все думал - ведь мало победить! а как же не озлобиться? они выжили. .
Лихие 90-е. Лето. Вечер. Жара. Духотища. ОВД. Кабинет. Водка на столе, грошовые закуски. Окно открыто. Магнитофон орёт блатной шансон. Следаки и опера отмечают звездопад (новые звания - звезды). Поскольку присутствуют дамы , курим исключительно в коридоре и скопом. Чтобы никто не мешал из начальников, политруков, проверяющих - двери на ключ. После одной из покурок двери не заперли. Налили выпили. Занюхали. Двери открываются - на пороге начальник ОВД, зам. по партийно-политической работе, проверяющий из областного. Магнитофон орет "Мурку". Начальник -"Что делаете? " Ответ старого опера -" Молодежь фольклору учим... . . так вот, "зашухерила", оно же "засветила"-сдала, доложила в милицию, "малина", сиречь - притон, хаза - постоянное местопребывание уголовного элемента, "маслина" -пуля, это от слова "маслята", то бишь, патроны... Записал? К утру выучишь, перед сходкой доложишь, тьфу, перед оперативкой... " начальник ОВД, зам. по партийно-политической работе, проверяющий из областного развернулись на выход, и вдруг слышим голос проверяющего: " Молодцы! Отлично обучение поставили . .. Да ещё во внерабочее время ... Обязательно отражу в рапорте... . ".
Что-то вспомнилось, как нас крышевали в армии стройбатовцы.
После военной кафедры в МГТУ летом 1992-ого года поехали на сборы. Попали в учебный полк ПВО. Как там было "весело", я уже как-то рассказывал.
В общем из положенных 1500 призывников на момент нашего приезда в части их была от силы рота неполного состава (развал
В итоге за "студентов" взялись сразу по двум направлениям -- официальному, т. е. офицеры, которые от безделья уже вешались, а тут сразу несколько сотен "курсантов" (у нас взводами майоры командовали) и неофициальному (дедовщина), когда небольшое, но сплоченное землячество представителей народов с орлиным профилем, сидящих на теплых должностях каптерщиков, кладовщзиков и т. п. , наехало на нас и попробовало взимать дань в денежном, продуктовом и натуральном (работы на их благо, а не то, что подумали) виде.
От офицеров, понятно, отбиться не удалось, так что полугодовой курс молодого бойца нам пришлось осилить за месяц. Причем со сдачей экзаменов как по ВУС, так и по общей подготовке. Слава богу шагистикой не мучали.
А вот с "дедами" пришлось вначале тяжело, правда те очень быстро сдулись -- сложно гнуть пальцы на "стрелке", когда твоих пришло человек десять, а "салабоны" почти в полном составе, так что все ограничилось воплями типа "Вы не мужчины, давайте один на один".
Попробовали зайти с другой стороны - стали ловить нас по одиночке.
Все прекратилось, когда однажды на помощь "курсанту" непонятно откуда вылез боец в форме старого образца, причем не первой свежести. Его слов: "Студентов не трогать. Мы с ними по вечерам в волейбол играем" хватило, чтобы деды с извинениями растворились в ближайших кустах.
Это оказался один из стройбатовцев, что жили в соседней с нами казарме и с которыми мы делили по вечерам ближайшие спортивные площадки, устраивая целые сражения в футбол и волейбол.
P. S. Стройбат к учебному полку отношения не имел, просто временно жили на территории, т. к. возводили очередные корпуса в военном городке.
Рассказ товарища от первого лица.
Призывная комиссия. Уже знал что, пойду в армию, а прикалыватся досих пор хочется. На просьбу врача нагнитесь и раздвинте ягодицы выполняю команду, смотрю себе между ног на врача и хриплым голосом спрашиваю:
- ДЕМБЕЛЬ ВИДНО? А он, падла: - НЕТ будет видно через два года.
А он, падла:
- НЕТ будет видно через два года.
- Знаешь его историю? - спросил меня приятель, показывая на какого-то бомжа.
Я не совсем понял поставленного вопроса, и переспросил, - чью историю?
- Да вот, его! – Рома кивнул на ковыляющую мимо развалину. Я присмотрелся. Лет под пятьдесят, как будто разбитый ДЦП: голова неподвижна и подвернута, кисти рук держит как богомол, идет
Мой приятель Рома, репатриант из Абхазии продолжил:
- Это же «вертолетчик». Я его еще по Сухуми знал. Он нормальный был, летное училище закончил, жена, дети, летал на вертолетах, как Мимино. А во время войны его контузило, выжил, но вот так скрючило. В Сочи уже таким перевезли, он даже говорить не может. Семья сейчас с ним мучается... Хотя несколько лет назад с ним прикол тут случился. …
Помнишь, на площади возле морвокзала вертолет стоял - прогулки над морем? Там же цены за прогулки были - мама, не горюй, поэтому вертолет больше стоял, чем летал. А наш «вертолетчик» там постоянно ошивался, душа требовала неба. Подойдет к пилоту, постоит, помычит. Тот и в сторону уходил, и в кабине прятался, и внимания не обращал, бомжара ведь с виду, не под стать ему, пилоту малой авиации, но как-то снизошел и спросил «что, хочешь в кабине посидеть?» «Вертолетчик» утвердительно замычал. «Ну, садись, только ничего не трогай!!» «Угу-угу» прозвучало в ответ. Наш «вертолетчик» при помощи пилота, с блаженной улыбкой на лице, забрался в кабину, посидел чуток, а потом дверцу – хлоп, и на замочек изнутри закрыл!!! Пилот тарабанит в дверь - «открывай, открывай»!! А «вертолетчик» тем делом осмотрелся, один тумблерочик, другой… щелк, щелк… Раскрутил винт… ПОДНЯЛ МАШИНУ В ВОЗДУХ, повисел пару минут и, с чувством глубокого удовлетворения, опустил машину вниз… Когда, после доброй паузы «вертолетчик» открыл дверь, пилот помог ему выйти как самой значимой фигуре в его жизни, правда, в штаны покакал, но виду пытался не подать…
День ВДВ, вечер. На набережной отдельные кучки в тельняшках довольно громко празднуют, причем одна такая группа празднует достаточно назойливо и явно ищет повода "постоять" за Родину и навалять супротивнику. Сначала пытались разобраться между собой, но тут под руку очень удачно подвернулся парнишка фриковатого вида: яркая молодежная одежда, независимый взгляд. Толпа быстро его окружает, обычные разводящие вопросы - "а что это у тебя, а как, чего, зачем? . . " Наконец, задают главный вопрос: "Ты знаешь какой сегодня день? " И это было их главной ошибкой! Парень не задумываясь громким голосом лупит как из пулемета: "Сегодня 84-я годовщина Воздушно-Десантных Войск, берущих отсчет от первого десантирования 12 десантников на учениях под Воронежом. Первый командующий ВДВ - Василий Филиппович Маргелов, отличительная форма десантников - берет и тельняшка, девиз ВДВ - "Никто кроме нас! ", Слава ВДВ! " Толпа - в хмуром о... (цепенении) - как же, добыча срывается и как срывается . Паренек повторяет уже настойчиво: "Слава ВДВ! ! С праздником! " Подходят более вменяемые тельняшки, "Слава ВДВ! ", "За ВДВ", братание, мир во всем мире, дружба. Паренек с кем-то ручкается; достается бутылка, разливается, чокается. Все расходятся своими путями. Как говорил Суворов, "Удивить - значит победить" .
Всю жизнь я ненавидел гаишников. Как-то поехали мы с братом покататься по вечернему городу. А перед этим поужинали острой едой (лука там, чеснока наелись в довольно большом количестве). Едем, - как же! - останавливают. Шибздик какой-то, метр с кепкой.
- Пил? А ну-ка дыхни! - любят гаишники у граждан изо рта нюхать, просто прет их это дело. А мне че? Щас, думаю, я тебе дыхну! Сморщился так гаишник, отдал документы сразу, ну, поехали мы дальше кататься.
Проходит некоторое время, заехали мы в один микрорайон, а выехать не можем, перекопано все теплотрассами. Пришлось пробираться по газонам, а под конец аккуратно съезжать с высокого бордюра возле остановки. Откуда ни возьмись - машина с этими же гаишниками. Спрашивают, че за езда типа? Оправдываемся, перекопали, мол, все, проехать невозможно. А документы? Говорю, вы ж меня полчаса назад останавливали. И тут этот шибздик, метр с кепкой:
- Че-то не узнаю, а ну дыхни! - Опять сморщился, документы мне отдает и говорит убито: - Узнал! :-)
Оперуполномоченный Баранов славился в управлении своим умением писать рапорта и протоколы. Вот один из его рапортов.
"...На улице ко мне подошел гражданин, оказавшийся впоследствии Мовсумовым Ш.Р. Он, не пояснив причину такого поведения, вытащил нож и стал им размахивать передо мной с намерением порезать мою кожаную куртку. Я попросил его не делать этого и отдать нож. Гражданин Мовсумов Ш.Р. согласился и передал нож мне. После этого я предложил ему пройти со мной в отделение милиции, что он и сделал. Была ли у него до этого сломана рука, я не заметил.
К сему прилагаю объяснение гр. Мовсумова Ш.Р. и рапорта членов ДНД Гусева И.Г. и Иванова М.В."
Следует добавить, что такие случайные встречи бывали у Баранова регулярно, а те, с кем сталкивала его судьба, обычно числились, как и Шараф Мовсумов, в розыске.
На фоне новостей из Сирии я вспомнил давнюю забавную историю. Появился у нас на военной кафедре новый препод, — как нам сказали, прямиком из Сирии, где он служил военным советником. Год точно не помню, но не раньше 81-го и не позже 83-го.
Энергичный жизнерадостный полковник очень нам понравился: занятия проводил интересно, много шутил. Про прошлую службу особо не рассказывал, разве что вот эту историю. Постараюсь изложить от первого лица.
«Я ещё недолго пробыл на новом месте службы, ориентировался не очень хорошо. А тут мы с приятелем договорились встретится на одной из площадей Дамаска. Я стою, жду, а товарищ задерживается. И тут проезжает мимо военный патруль. Увидели меня, и притормозили, — во всех смыслах. На мне форма сирийская, но без знаков различия. Я подзагореть успел, так что и не поймёшь: славянин, араб или ещё кто. Просто подъехать и спросить документы они почему-то не рискнули, в итоге кружат по площади, меня разглядывают. Мне это надоело, и, когда они в очередной раз рядом проезжали, я им сказал: «А ну пошли на х[рен]! » «О, советико! », — обрадовались сирийцы. Отдали воинское приветствие и уехали…. »
Из армейских историй, или как я научился не спать на посту.
В первый год службы, во время учений чёрт попутал найти боевую неразорвавшуюся мину. Лейтенант похвалил за наблюдательность, пообещал внеочередную увольнительную и оставил меня с ещё одним солдатом в чистом поле охранять найденную мину до прибытия сапёров.
Как сейчас любят
И тут в моей голове созрел идеальный план. Мы договорились спать по очереди: один спит, второй смотрит в оба и в случае приближающихся огней разбудит спящего. Как инициатор гениальной идеи, беру себе право спать первым, раскидываюсь прямо на земле, благо лето на дворе и сладко засыпаю, предварительно наказав напарнику разбудить меня через час.
Через какое-то время чуствую сквозь сон как что-то тёплое, влажное и невероятно нежное скользит по моему лицу. Ещё не успев сообразить где я и что я, пребывая в сладкой истоме от происходящего, я начал медленно открывать глаза.
В следующую секунду я услышал душераздирающий крик, от которого проснулся естественно заснувший через секунду после меня мой напарник (и всё живое и неживое вокруг). Только спустя мгновение я понял что крик этот мой собственный, и было от чего: прямо надо мной нарисовалась морда здоровенной коровы, которая усердно облизывала моё лицо.
Вы пытались открыть глаза со сна и в полной темноте увидеть перед собой коровью морду на расстоянии сантиметра? Вот и я нет, до того момента. Что я сделал со своим заснувшим напарником после того как пришёл в себя - это отдельная история.
С тех пор прошло 20 лет. Но всякий раз когда мне приходится не спать ночью, память рисует образ 20-ти летней давности и сон куда-то улетучивается.
Флотская история. Про торпеду.
Случилось это в 1993 году, во Владивостоке, на самой заре моей флотской лейтенантской юности. Сам я непосредственным свидетелем этого события не был, но последствия видел собственными глазами. В то время о ней шумел весь ТОФ.
Я по специальности - не минер торпедист, и поэтому прошу простить
Коля был молодым старлеем, год назад закончившим ТОВВМУ, что во Владивостоке. Ему крупно повезло (но, скорее всего, помогли, конечно же), и он попал служить на один из придворных кораблей, что стояли на 33-м причале, прямо напротив штаба ТОФ. Везение это, надо сказать, очень сомнительное по причине того, что такие части (а корабль - это воинская часть) постоянно находятся под пристальным вниманием штабистов и "избалованы" постоянными комиссиями, проверками, и прочими военными "прелестями" службы в образцово-показательной части.
Коля давно уже сдал устройство корабля, матчасть и был допущен к самостоятельному проведению занятий по специальной подготовке с личным составом. На том занятии Коля рассказывал устройство и принцип действия торпедного аппарата. Военные, как и любые другие, практические занятия подразделяются на три этапа: рассказ, показ, практическая отработка. Рассказ прошел гладко. Матросы были в основном второго года службы, и все это уже видели и слышали не по одному разу. Коля же, в свою очередь, материал знал твердо, поэтому рассказывал подробно и вопросов ни у кого не возникало. Правильно, а кому охота в десятый раз слушать одно и тоже. Подошли ко второй части занятий - показу.
Надо заметить, что накануне (о чем впоследствии, естественно, дознались компетентные органы) Коля бухал с товарищем в кубрике. Пили они спирт. Закуски почти не было. Приключений тоже. Просто выпили поллитра и расползлись по шконкам ко сну. Обычный день, обычный вечер, обычная пьянка, хоть и на придворном корабле. После спирта, если кто не знает, мучает дикий сушняк. В отсеке жарко. Голова гудит. Хочется пить. Но пить нельзя. У спирта такой эффект, что если с похмелья водички попил, то развезет хуже вчерашнего.
Коля, произведя определенные манипуляции с торпедным аппаратом, дослал болванку (на занятиях используются болванки без заряда) в аппарат, закрыл крышку и, сопровождая техническими терминами показ, нажал на кнопку пуск...
Дело в том, что торпедный аппарат всегда заряжен. Не торпедой, конечно же, а сжатым воздухом. Болванка пошла... . ! Шла она недолго и через 20 метров застряла в соседнем корабле ниже ватерлинии. Он тоже стоял на 33-м причале, совсем рядом.
Коля только через секунду (после гулкого удара за пределами своего корабля) понял, что что-то пошло не так. Все ринулись на палубу. У соседей полным ходом уже шла борьба за живучесть корабля, раздавались крики, команды и отборный мат...
Виновного искали не долго. Через час его увез в неизвестном направлении Уазик военной прокуратуры. Почему в неизвестном? Да потому, что подобные происшествия расследует отдел военной контрразведки. Потом приехали за командиром и старпомом. Их тоже увезли. Потом - за помощником командира по воспитательной работе... . Короче, взяли всех, кому Коля подчинялся или с кем дружил. Даже всех матросов, присутствовавших на Колином занятии, и тех увезли.
Прошло два дня. Из Москвы, из управления военной контрразведки при главкомате ВМФ прилетела ответственная серьезная комиссия во главе с целым контр-адмиралом. Колю доставили на корабль для разбора на месте преступления. Адмирал, хоть и контрразведчик, попался шумный и норовил дать Коле то под дых, то леща. Кричал про диверсию и про то, что он лично Колю на рассвете расстреляет, если что. Наверное, этот контр-адмирал никогда не служил на кораблях и ничего в устройстве как корабля, так и торпедного аппарата не понимал. Но от этого Коле было не легче. Он стоял в своем, теперь уже, наверное, бывшем, заведовании и ему было тоскливо. В отсек набилось человек 15. Все в погонах с большими звездами, а самый старший (контр-адмирал) орет и отвешивает лещей. Хочет, чтоб Коля показал, как он умудрился подбить соседский корабль.
Коля начинает рассказывать, что и в какой последовательности он делал на том злосчастном занятии, но адмирал не унимается. Орет - х@ль ты мне рассказываешь?! Показывай, урод, [м]ляять, недоделанный! Коля производит все те же манипуляции, но кнопку Пуск не нажимает, естественно. Адмирал, злой как собака, опять орет - И ЧТО! ? КУДА ТЫ НАЖИМАЛ, у[шлеп]ок? ?! Коля показывает пальцем - на кнопку... НА ЭТУ, ЧТО ЛЬ?! - орет адмирал и нажимает кнопку Пуск... .
Торпеда пошла в следующего соседа. Того к тому времени отогнали в ремонт.
Итог: Коле объявили НСС, а адмирала уволили без пенсии. Мораль: не хер руки совать, куда не знаешь : ))))
