Детские истории

мурашки, событию заранее. И настораживали нас вовсе не поля и не военное дело. Подлинное волнение вызывал тот факт, что каждый из нас должен был собственноручно изготовить деревянный автомат. А таланты у всех были разные. У некоторых и вправду выходило подлинное произведение автоматного искусства. А у других не выходило. Поэтому многие готовились к получению звиздюлей ещё и от военрука, как будто мало нам было географички, биологички, и бродившего по Европе призрака.

В назначенный день мы явились в школу. Я свой, выпиленный из многослойной фанеры, автомат забросил за спину, в первую очередь для того, чтобы он не вызвал к себе какого-либо внимания. Поглядев на поделки товарищей по оружию, я с облегчением взял его в руки. Здесь же крутилась и группка ребят, которые заранее скооперировались и произвели малой серией просто восхитительные калаши.

И был среди нас один признанный всеми раз[гиль]дяй. Он принёс "автомат" сколоченный двумя гвоздями из трёх дощечек, причём дощечки были не опилены ножовкой, а сломаны об коленку. Раздался ржач. Но ржач этот нёс в себе некоторые нотки скорее восхищения, чем насмешки.

Явился военрук и высказал своё мнение. Ржач повторился. И тут воевода вдруг объявил: "Ладно, что с тобой таким делать! На, вот, возьми". И вынес тому из опечатанной кладовки настоящий автомат, тот самый, что использовался для тренировок по его разборке и сборке.

В результате мы все дефилировали перед городом, неся в руках свои позорные игрушечные поделки, и только главный разгильдяй был вооружён настоящим автоматом.

с поводка - носите с собой, например, связку ключей, и научитесь её сильно и точно бросать. Тогда собака будет чувствовать, что хозяин способен до неё дотянуться даже на расстоянии.

Лет десять назад в одном симпатичном отеле я зашёл в лифт, чтобы подняться на двенадцатый этаж. Другие пассажиры вышли на втором-третьем; последним на четвёртом лифт покинул какой-то итальянский мальчишка. Выходя, он оглянулся и со шкодливой физиономией вжал все кнопки панели - так, чтобы лифт дальше останавливался на каждом этаже. После этого он отскочил на пару метров и застыл в готовности бежать, с явным любопытством ожидая - что же я предприму.

Бежать за ним я, конечно, не собирался. И потому, что где-то рядом наверняка был его номер с дверью и родителями, и потому, что догнав - что с ним делать? Я предпочёл другое решение. Ещё со школьный времён у меня осталась привычка носить с собой складной нож. В жизни подростка он требуется удивительно часто: вчера винтик в парте открутить, сегодня вырванный листок для самостоятельной ровно подрезать, завтра банку консервов легко и просто открыть, это не говоря уже про всякие игры. Я предпочитаю нож на клипсе со шпеньком и фиксатором - такой неприметно висит в углу кармана, а при необходимости открывается движением одной руки.

И вот, теперь взгляните на происходящее глазами шкодливого мальчишки: дядя, который его, скорее всего, не догонит, лениво проводит рукой мимо кармана, картинно встряхивает кистью - и оттуда возникает лезвие ножа. Парень ощутимо напрягся, но остался стоять: я ведь по-прежнему далеко. И тогда я столь же картинно перехватил нож за лезвие и занёс над головой в положении для броска.

Я честно не думал, что мне когда-нибудь в жизни пригодится совет про ключи, но вынужден подтвердить: мгновенное разрушение казалось бы безопасной дистанции - великое дело. И вопрос даже не в том, с какой скоростью он убегал вдоль длинного коридора, вопрос в его шортах, из-под которых шагов через десять-пятнадцать предательски вывалилась небольшая какашка.

Мама придумала историю, что папа - разведчик, сейчас на задании. Сын требует подробностей, и мама придумывает, так что получается многосерийный рассказ. Сын не позволяет выбросить старый костюм бывшего мужа, так что костюм стал частью легенды. И вот сыну уже 5 лет. Однажды он гуляет возле дома, мама приглядывает за ним из окна, дело к вечеру. Вдруг сын ненадолго исчезает из поля зрения, а потом забегает домой и возбужденно кричит: "Мама, я папу нашел." Мама успокаивает его, но он не слушает, кричит: "Папа ранен, он там лежит, надо скорее его забрать," - и тянет маму на улицу. Мама не может его успокоить, идет с ним на улицу. Сын тянет ее на близлежащую помойку - там обычное дело: лежит пьяный грязный бомж, физиономия побитая, но живой, шевелится. Мама пытается увести ребенка, но тот близок к истерике: "Это раненый папа." А ребенка волновать нельзя. Мама решает завести бомжа домой, может быть, покормить, пока ребенок успокоится да ляжет спать, потом бомжа спровадить, а утром сыну сказать, что папа снова ушел на задание. Они вдвоем поднимают бомжа, он смирный, что-то мычит, но потихоньку идет. Завели его домой.

Мама говорит сыну: "Сейчас папа помоется, потом поужинает, но ему мешать нельзя, так что ложись пока спать." Но сын все еще близок к истерике:

"Нет, я буду только с папой." Вместе заводят его в ванную, мама кое-как раздевает бомжа, заталкивает его в ванну, включает холодный душ. Бомж ничего не понимает, но под холодным душем немного приходит в себя, что-то бормочет. Мама приказывает ему: "Мойся, потом поговоришь." В это время сынишка тащит в ванную костюм бывшего мужа: "Папа, одевайся." Бомж слегка приходит в себя, ничего не понимает. Мама жестко говорит бомжу:

"Переодевайся, и ничего не спрашивай." Сынишка тащит бомжа на кухню:

"Мама, папа хочет кушать." Мама вынуждена выставить еду. Сын восторженно подкладывает бомжу кусочки. Бомж ест, постепенно приходит в себя. Мама пытается уложить сына спать, но он требует, чтобы папа спал рядом. Мама вынуждена постелить на полу, сама в полудреме сторожит, как бы чего бомж не выкинул. Утром та же история: сын ведет гостя в ванную, дает мамину бритву, потом кормит его завтраком. Но теперь уже гость не выглядит бомжом: выспавшийся, вымытый, бритый, в хорошем костюме - вид довольно приличный. Улучив момент гость пытается выяснить, в дело. Мама объясняет. Потом гость уходит, дав честное слово сыну, что ему надо выполнить небольшое поручение, и он к вечеру обязательно вернется. И действительно вернулся. Но приехал на машине, с цветами для мамы.

История оказалась довольно обычной. Он - зам. директора довольно крупного завода, развелся, стал крепко пить. После очередной пьянки отстал от собутыльников, не помнит, как оказался на помойке побитым.

Теперь они живут хорошей семьей, родился второй сын. Первый сын окреп, сейчас ему 8 лет, рассказывает всем, что его папа раньше работал в разведке, а теперь после ранения работает на заводе.

и две козы, поэтому стадо надо шесть дней пасти…- ответил я.

- Сегодня вечером, чем занят? - поинтересовался товарищ.

- Да, собственно, ничем. У дяди Васи, нашего соседа, телевизор сломался, даже кино вечером не посмотреть.

- А ко мне брат двоюродный приехал. Давай вечером вместе на футбольное поле выберемся… Костерок пожжем, картошки поедим?

- Давай. Во сколько?

- Сейчас шесть вечера, ты домой ужинать?

- Да, - ответил я, - сейчас стадо в деревню заведу, на пруд, искупаюсь, поужинаю и готов. Грядки поливать уже не надо, всё выросло…

- Ну, значит, часиков после восьми, на поле встретимся.

- Что взять? Картошки, помидоров?

- А ты на мотоцикле?

- Нет, Урал, сломанный стоит, отец на Минске в поселок уехал, будет запчасти заказывать.

- Ну и не таскай тогда… Мы с братом на мотоцикле будем, привезем…

- Понял. До вечера.

Товарищ кивнул, топнул ногой по кик-стартеру и полетел по тропинке к себе. Иж бодро трещал мотором и блестел на солнце хромированными выхлопными трубами. Да, хорошая вещь! Проводив взглядом Иж с гордо восседавшим на нем приятелем, я направился к деревне. Козы уже гордо шли во главе стада, овцы бежали следом. Прошел за стадом до нижнего конца деревни, хозяева поили и загоняли овец и коз домой.

Собрался, натянул старые кеды, переложил из пастушеской сумки в карман ножик и спички.

- Бабушка, я ушел.

Футбольное поле находилось примерно посредине пути до соседней деревни, до деревни было около полутора километров, поэтому идти было недалеко. Между деревнями были две дороги, одна полевая, другая шла по лесу. Футбольное поле находилось на опушке, от лесной дороги его отделяли деревья, по краю футбольного поля, со стороны поля ржаного, росли черемухи, рябина, вязы… Невысокие, но тоже отгораживали.

Солнышко уже зашло, наступили вечерние сумерки. Заливались птицы, трещали без умолку кузнечики, жужжа натужно рядом пролетел шмель. Свернул с дороги в прогалину между кустами рябины, зазвенели комары. На краю футбольного поля стоял знакомый мотоцикл. А, вот и приятель… Поодаль его брат…

Двоюродный брат приятеля был постарше его на год, имел то же имя и фамилию, когда о братьях говорили, то просто, называли имя во множественном числе. Порознь же они именовались, большой и маленький. Лето они оба частенько проводили в деревне у своей бабушки, жила она в середине деревни, возле поворота на ферму. Старший брат тоже был участником многих наших летних проказ.

- А мы тут уже дровишек набрали. У тебя спички есть?

- А как же, а вы, почему не взяли?

- Да, забыли… Друг на друга пронадеялись.

- Ясно. Где будем костерок делать?

- А давай, как и в прошлый раз, подальше от сосен, возле дальних ворот, от кустов недалеко, там кострище осталось.

- Давай. Да и ветерок с поля лучше обдувать будет.

Разожгли костер, стемнело. Красота! Ветерок приносит то запах нагретого за день соснового бора, то запах осенних полевых цветов… Горит костер, потрескивают угли… Неподалеку отдыхает мотоцикл, отблески костра отражаются в выхлопных трубах и стекле фары… Мотоцикл пахнет особым запахом, свойственным именно двухтактным моторам, в них в бензин добавляют масло, поэтому, он и пахнет смесью масла и бензина. Те, кто ездил на двухтактных мотоциклах, знают и помнят этот запах! Запах юности…Запах дороги…

- Ну что, картошку заряжаем?

- А вы картошку взяли?

- Да, и картошку, и помидоры, - сказал старший брат. - И еще кое-что взяли, ты такое и не пробовал…

- А что это, дай гляну… Это ром?! Кубинский?! Где взял?

- Да, это я из города привез! У нас в соседнем районе еще перед олимпиадой его на спиртзаводе стали разливать по бутылкам, а везут из Кубы!

- Ни хрена себе! Не только не пробовал, даже и не видел ещё… а какой он на вкус? Сильно крепкий?

- Я его и сам ещё не пробовал, сейчас попробуешь и нам расскажешь, - со смехом сказал старший.

В костерке, под углями лежит картошка, пламя стало меньше, а вокруг стало темнее… Небо… В городах звездное небо выглядит по-другому, ну звезды и звезды, и что? В городе засветка городская мешает разглядеть главное. В сельской местности, в лесу, на даче, безлунной ясной ночью очень хорошо виден млечный путь. По небу на самом деле, идет выраженная полоса звезд, и правда, похожая на разлитое кем-то молоко. Вот и здесь, над головой бездонное черное небо, мириадами звезд раскинулся млечный путь… Тем, кто этого не видел, об этом бесполезно рассказывать, всё равно, что дальтонику объяснять про цветной телевизор.

- А у тебя стакан есть? – спросил младший.

- Да откуда, я же без сумки… а в мотоцикле нету?

- Так Иж без люльки, отец отцепил после сенокоса и оставил в поселке, она, говорит, мне пока не нужна… На рыбалку без нее удобнее. Вот за грибами начнёт ездить, снова прицепит…

- Ну дела, я из горла не умею…

- Да и мы с братом тоже не умеем…

- Что делать будем? Не ехать же домой за стаканом?

Взгляд упал на мотоцикл. Да, жаль, что коляски нет… Ладно, надо что-то делать. Так! А ведь поворотники по виду напоминают пузатые рюмки… Идея!

- Отвертка есть?

- Зачем?

- Поворотник снять…

- Зачем?!

- Как зачем, он и будет стаканом!

- Нет отвертки…

- Ладно, ножик, то у меня есть.

Болтики поддались… Поворотник снят. На нем резиновое колечко, поэтому он чистый внутри, пыли нет. Ну что, надо пробовать…

Первый поворотник налили мне, как автору идеи, да и как самому младшему. С интересом смотрят братья на меня… Как пойдет? Толстоват край, непривычно… Это не стакан… Ну да ладно, не до роскоши! Ой упало… Внутрь, в смысле, упало… Так, помидорку сверху, срочно… Успел! Можно вдохнуть.

- Ну, как пошло? Как на вкус? – это младший.

- Попробуй, узнаешь…как только это взрослые пьют?! – отшутился я.

Хорошо! Из костра выкатили несколько картофелин, разрезали одну, готово. Горячая, рассыпающаяся и дымящаяся на разрезе, печеная в костре картошка! Мне жаль людей, которые не пробовали это кушанье! Конец августа, ночь, звезды, прогорающий костер, мотоцикл без одного поворотника обиженно глядящий на нас поблескивающей в свете костра фарой, печеная картошка, еще один поворотник с ромом…

Ночь, звёзды, кузнечики и догорающий костер, всполохи зарниц по горизонту… Как у Егорова «были мы шумны, беспечны, чуть пьяны, а значит, вечны…», пятнадцать лет от роду и огромная жизнь впереди, манящая невообразимыми возможностями. И не в роме вопрос, пьянила открывающаяся впереди новая жизнь, новые горизонты, новые города, новые знакомства, новые приключения!

Сейчас, вспоминая себя тогдашнего, как я хочу снова оказаться на том футбольном поле, снова смотреть на костер, вдыхать запах остывающего мотоцикла и ароматы поля и соснового леса, снова выпить рома из поворотника и закусить помидоркой и печеной картошкой… Снова оказаться пятнадцатилетним…Чтобы снова млечный путь над головой и вся жизнь еще впереди.