Звонок с незнакомого номера.
— Мария Евгеньевна? Здравствуйте. Доставка цветов. У нас для вас букет из 101 розы. Когда вам удобно привезти? Сегодня можем? — говорит типичный женский голос сотрудницы колцентра.
«Колцентры, всё же, ужасно портят голоса. От повторов из них человеческое уходит.
Остаются просто буквы, сложенные в слова. Вроде и тембр приятный, а хочется трубку бросить», — думаю я и отвечаю:
— Я цветы не заказывала.
— Вы — нет. Это вам подарок. Букет уже оплачен, мы должны просто привезти, — уточняет девушка.
— Точно мне? — удивляюсь я.
Девушка зачитывает мои ФИО и адрес.
— Кем оплачен? — снова удивляюсь я.
— Мы не можем разглашать. Даритель пожелал остаться анонимным.
— А почём у вас одна роза вы мне хоть можете сказать?
Видимо мой вопрос ставит девушку в тупик. Она говорит дежурное: «Минуточку, я уточню», но меня не завешивает. Я слышу, как стучит пальцами по клавиатуре и пыхтит. Возвращается:
— У вас большие алые розы по сто пятьдесят штука.
— Ого. Пятнадцать косарей букетик-то? — уточняю я, проведя нехитрые расчёты.
— Примерно. Так когда вам привезти и куда? Сегодня можем с 14 до 16, с 16 до 18, с 18 до 21 го.
— Слушайте, а что если вы мне его не привезёте, а оформите возврат? Почём будет у вас розочку вернуть? — спрашиваю я.
В ответ тишина, потом «минуточку», слышно, как положила телефон и куда-то пошагала. Вернулась:
— У нас возврат товара не предусмотрен.
— Я неправильно выразилась. Не возврат. Вы же их мне не повезёте, так? Оставите у себя и всё. 50%. Хорошая сделка, как скажет дядюшка Трамп, — говорю я.
— Я же сказала — мы так не делаем. Вам что, цветы не нужны? Вам 101 розу подарили, и вам не надо? — раздражается девушка.
— Нет, не надо. Все мои люди знают, что сейчас я цветов не принимаю — все подарки принимаю деньгами. Близкие люди знают, что розы я не люблю. То есть это какой-то непонятный человек, который мне, словно назло, решил всучить нелюбимые цветы, которые будут умирать у меня на глазах стоя в ведре, когда я без пенсии сижу. Мне это зачем? Приму букет только если вы скажете, кто эта сволочь, которая надо мной так поглумилась!
Она опять просит «минуточку», шаги удаляются, шаги приближаются. Говорит:
— Давайте мы вам привезём букет, а вы выставите его на Авiто и продадите сразу со скидкой. У вас купят. И там есть карточка от адресата. Заберёте её себе и поймёте, кто это.
— Так посмотрите, что там написано, и скажите мне, кто этот дурной даритель!
— Я не могу! Я — отдел логистики! Я не вижу ваш букет, ваших карточек! Я вам доставку оформляю!
— Вы же можете позвонить тем, кто оформлял заказ, и видит карточку?
— Не могу! Не положено! Они не скажут! Они не могут сказать — карточка запечатана! Только вы можете её увидеть, когда вам цветы привезут!
В голосе её такое раздражение, и такой напор, что я понимаю — дело нечисто.
— Ну, что с вами делать? Давайте так… Везите сегодня по адресу, который вы назвали, — типа, соглашаюсь я. Думаю, что если окажусь неправа, и букет действительно привезут, развезу розы по могилам и памятникам.
— Хорошо. Сейчас я отправлю на ваш номер кодовое сообщение. Назовите мне цифры, чтобы я могла оформить заказ, — щебечет она уже радостно.
Приходит сообщение. Код. Приписка «никому не сообщайте». Всё понятно.
— Пришёл код?
— Да, но он мигнул и пропал куда-то в телефоне, и я его больше не вижу, — вру я.
— Зайдите в сообщения, — говорит мошенница.
— Так… А они у меня где?
— Вы что, никогда сообщения не получали? — снова раздражается она.
— Да в этот адский гаджет столько всего разного валится! Смсками мне только сообщения от МЧС приходят об уровне оранжевой опасности, и спам. На что они мне?
— Посмотрите, там внизу у вас значок есть сообщениями?
— А какого он цвета?
— Голубого.
— Есть.
— Нажимайте. Открылось?
— Да.
— Называйте цифры.
— Какие цифры?
— Код называйте! — уже почти кричит она.
— А тут нет кода. Тут сообщения от сына. Это телеграмм открылся.
— Так… Код всё равно уже просрочился. Я вам его ещё раз отправлю, а вы смотрите на экран, и увидите код.
Телефон снова курлычет сообщением.
— Видите код?
— Вижу, но тут написано никому его не говорить.
— Конечно, потому что я вам его отправила, и никому кроме меня его говорить нельзя! Это же мой код, понимаете?
— Не понимаю. Тогда бы написали «никому, кроме отправителя», а написано «никому».
— Я его и так знаю! Это же я его вам отправила! Мне код нужен, чтобы свериться, что мы точно вам букет доставляем.
— Ага. Тогда давайте вы мне его прочитаете, а я проверю, правильный ли, и вам скажу, — парирую я.
— Вам что, подарок не нужен? — снова наезжает она.
— Да что-то всё так сложно, что, наверное, уже не нужен. Жила без 101 розы, и ещё проживу, — говорю я, стараясь изобразить печаль и не вспоминать прошлое с огромными букетами.
— Ничего сложного! Просто назовите цифры, и мы привезём вам красивый букет роз!
— Да что-то мне уже расхотелось.
— Зачем вы тогда тратите моё время? — верещит она.
— Потому что чем больше времени вы потратите на меня, тем меньше женщин разведёте на деньги. Вы -- мошенница, а мошенничать нехорошо!
Естественно, дальше меня обкладывают трёхэтажным матом, и бросают трубку, а я остаюсь с чувством выполненного долга и реальной печали от понимания тотальной раздачи наших персональных данных. Цифровизация у нас — они знают про меня всё. Почти всё, кроме того, что я не люблю срезанные тепличные цветы и только ромашкам могу простить, что они срезаны. А ещё, что никакие коды из сообщений я никому никогда не называю.
Эх… А для бульварного романа как всё красиво начиналось: «У нас для вас букет из 101 розы»…
