Время действия - начало 2000-х. В промозглый ноябрьский вечер, я обнаружил своего соседа по комнате, Ворона, в сильном душевном волнении.
- Ворон, с днем рождения тебя, - сказал я, вручая ему бутылку Бехеровки. - А что это ты такой возбужденный?
к девочкам. Так что переодевайся и идем в «Остров» за алкоголем.
Оказалось, что Ворон познакомился на сайте знакомств с некоей Аленой, и та, узнав, про день рождения, пригласила его к себе. Ворон предложил сообразить «на четверых», Алена согласилась, и вот я тоже в доле. На часах 10 вечера, в багажнике стандартный набор из вин и нарезок, в бардачке «плюха» (девчонки просили «что-нибудь» привезти, пояснил Ворон), и мы мчим с Профсоюзной в Свиблово.
Не всегда приятно, дорогой читатель, когда тебя где-то ждут. Настроение и либидо падают, когда ожидающие оказываются не теми и вместо жарких объятий и веселых разговоров берут тебя в «коробочку» с демонстрацией удостоверений уголовного розыска, уже заполненным бланком протокола и заранее заготовленными понятыми в лице двух местных алкоголиков.
- Ну что, господа, - сказал маленький круглый капитан. - Сами все сдадите или вызовем собаку?
- Товарищ капитан, - начал я, - тут какая-то ошибка. Что мы должны сдать и причем тут какая-то собака? Мы приехали к своим знакомым в 243 квартиру. Давайте поднимется туда и вы сами во всем убедитесь.
- В 243 квартире, гражданин Повар, проживает одинокая бабушка-ветеран войны. Мы, конечно же, не будем туда подниматься и тревожить ее. А собаку мы вызовем, чтобы проверить автомобиль Мерседес, принадлежащий гражданину Воронцову Константину Владимировичу, на котором вы приехали и привезли запрещенные вещества, - наставительно произнес капитан.
«Дурак ты, Ворон, - подумал я. - Засветил перед девицами машину, захотел выпендриться. Сейчас наедимся». Прекрасно понимая, что никакую собаку никто вызывать не будет, я уже готов был ответить, но Ворон меня опередил.
- Не надо собаку, - сказал он. - Я сдам добровольно.
- Вот и славно, - хлопнул в ладоши круглый капитан. - Тогда пройдемте.
В плотном ментовском кольце («понятые» тем временем тихо исчезли) мы вернулись к «мерину» Ворона.
- Все? - спросил Ворон, передавая капитану спичечный коробок из бардачка.
- Как это все? - удивился капитан. - Как же все? Сейчас мы все проследуем в ОВД, вы дадите показания, а утром приедут дознаватель и криминалист, и вы сдадите анализы. Может, у вас там целый коктейль.
В местном ОВД нас с Вороном развели по разным комнатам, откатали пальцы мерзкой масляной тушью и предложили написать объяснение. Если бы я был Максимом Камерером или героем историй Грубаса, то, конечно, ловко вышел бы из этой ситуации с выгодой для себя. Но я был всего лишь студент-третьекурсник, поэтому принял единственное правильное решение - писать правду. Мол, предложил мне гражданин Воронцов К. В. проехать с ним к неким дамам, ранее мне незнакомым. А то, что у него лежало в бардачке я впервые увидел, при товарище капитане. Запрещенных веществ никогда не употреблял и готов хоть сейчас это доказать, писая куда угодно.
В этот момент в комнату, где я сидел, вошел еще один участник представления. В отличие от остальных, он уже был в форме майора и, по всей видимости, являлся дирижером этого представления. Прочитав мое объяснение, он брезгливо поморщился:
- Что ты мне горбатого тут налепил! Ничего он не знает, ничего не ведает. Ладно, мне тут с тобой лясы точить некогда. Звони родителям, пусть приезжают к нам для разговора.
- Это будет затруднительно, товарищ майор, - ответил я.
- Почему это?
- Живут в 1000 километров от Москвы, в Волгограде.
- Звони родственникам в Москве!
- У меня здесь никого нет, - скорбно вздохнув, сказал я. - Я студент, иногородний.
- Ну, значит, пойдешь у меня «паровозом». Приятель твой все нам уже рассказал, что гашиш этот у тебя взял, и что у тебя еще есть. Мы утром к вам проедем и все изымем. Не отвертишься.
Я молчал. Наконец майор ушел, хлопнув дверью, но через несколько минут вернулся и швырнул мне паспорт.
- Забирай свой паспорт и пошел на хер отсюда!
Меня выпроводили на улицу. На часах была половина второго. Метро уже не ходило, выпить было нечего и не на что. Я ходил около машины Ворона. Сам он появился только через полтора часа. Обратно мы ехали молча. И лишь спустя несколько дней, хорошо напоив Ворона, я узнал концовку этой истории.
Оказалось, что в Москве у Ворона была своя Золотая рыбка, которой он, оказавшись в сложной ситуации, и позвонил. Точнее, только нажал на «вызов», а разговаривал уже майор. Рыбка выслушала майора и, натянув «гражданку», поплыла в ОВД Свиблово выручать любимого племянника, по дороге совершая разные нужные звонки. Из ОВД рыбка отправилась на поиски круглосуточного банкомата, а вернулась уже в сопровождении команды поддержки, оснащенной всеми необходимыми постановлениями и средствами фото- и видеофиксации. Этой команде нужно было только подождать минут пять, а затем, как писали в старых документах, «конно, людно и оружно» торжественно проследовать в здание и там засвидетельствовать момент вымогательства у целого государственного советника юстиции второго класса. Как развивались события после выполнения всех необходимых в таких случаях приветствий, Ворон не знал. Его отправили подышать воздухом.
