Лучшие истории месяца
www.anekdo.net - наше зеркало для заграницы
Перед тем как стать актером Брэд Питт сменил множество профессий: он таскал кондиционеры и зазывал посетителей в ресторан в костюме цыпленка! Однажды он устроился в стрипклуб водителем.
"Мне также нужно было собирать все деньги, которые засовывали стриптизершам в белье, и в конце шоу выбраться из клуба живыми. Не всегда это легко удавалось", — вспоминает Брэд.
Этим он занимался по ночам, а днем посещал актерские курсы, чистил бассейны кинозвездам и развозил продукты по магазинам и ресторанам. В середине 1980-х он еще работал цыпленком, а спустя 10 лет уже приобрел особняк в Южной Калифорнии почти за 2 млн долларов.
Позже он скажет:
"Я узнал от тибетских монахов, что три самые страшные вещи, которые могут произойти с человеком, — это красота, слава и богатство.
Кажется, я по уши в дерьме! "
* * *
Было мне ровно пять лет когда моя мать вдруг объявила, что скоро мы соберёмся и поедем на турбазу в Сочи. С этого дня моя жизнь превратилась в сплошное ожидание. Каждый день я спрашивал её, когда же мы поедем, но получал только ответ "Скоро!".
И вот в один день она вдруг пришла забирать меня из детского сада намного раньше обычного, сказав, что этот
день наступил, и что мы едем сегодня вечером. Радости моей не было предела. Навсегда запомнилась её реакция "Ну что ты лезешь на меня как на лестницу!? "
И вот мы на турбазе, живём в небольших однокомнатных домишках.
Время было уже осеннее. О том, что где-то по соседству находилось море я, конечно, слышал, но мне было сказано, что оно было не только далеко, но и купаться в нём было холодно, поэтому у моря я тогда так и не побывал. Однако никаких разочарований мне такое положение дел совершенно не принесло. Каждый день был наполнен какими-нибудь яркими событиями.
Особенно мне нравилось когда в лагере устраивались общие построения, и кто-то из руководителей вызывал некоторых из построившихся и торжественно, под аплодисменты, им что-то вручал. Я не совсем понимал, что это было такое, но проникался всеобщей радостью и приподнятым настроением.
И тут вдруг мы все куда-то засобирались, подхватились и пошли.
Идём целый день по тропинке, кушаем консервы, разогретые на костре.
До этого я никогда в жизни ничего подобного не пробовал.
Мне очень понравилось. Тропинка узкая, и я всё думаю, когда же мы развернёмся и пойдём назад. Те, кто сейчас позади окажутся впереди. Знают ли они дорогу? Но наступает вечер, и мы не разворачиваемся! Вместо этого мы поднимаем палатки и остаёмся ночевать! Такого тоже в моей жизни никогда не было! Я в полном восторге. Наутро мы собираемся и продолжаем идти. Проходим мимо каких-то крошечных строений в которые можно заглянуть через круглую дырку, и мне объясняют, что это древние захоронения. Как я просился забраться через эту дырку вовнутрь, но мне не разрешили! Ничего, поход продолжается. Опять ночёвка, опять костры.
На следующий день — переход через реку. Кто-то из взрослых человеков (а на деле высокий парень лет двадцати пяти) берёт меня на руки со словами "дайте-ка мне этого короеда" и переносит через реку. Какое смешное слово! Ночёвка, костёр. И вдруг на следующий день — снег! Снег! Ведь не было никакого снега ещё вчера, а сегодня у меня из-под него едва торчит голова! Это, как оказалось, было вершинной точкой нашего похода и пора было возвращаться назад. Возвращение, по правде говоря, почти не запомнилось, но было здорово.
Однако то, что произошло уже в лагере произвело на меня просто неизгладимые впечатления. Подошло время одного из моих любимых построений, и дядька опять начал называть фамилии. И подходить к нему стали люди, которых я хорошо знал по нашему походу. И дядька им что-то вручал, а все хлопали. Радовался я за них безмерно. Но что это? На одну из фамилий отзывается и идёт тётенька, которую я хорошо знал ещё до похода! "Мама, мама! Тёте Наташе тоже что-то дали! "Вернувшись, тётя Наташа продемонстрировала крошечный значок. Но что это был за значок! Таких я никогда до этого не видел! Компас, звёздочка и надпись "Турист СССР". Это не просто значок, пояснила мне мать. Наташа его заслужила! Как я радовался за Наташу. Моя знакомая — и заслужила значок! Меня постепенно начала разбирать гордость за то, что я с ней был знаком. И тут... И тут!.. Дядька вызывает мою мать! Она идёт и тоже возвращается со значком! Я ещё не отошёл от впечатлений, полученных от Наташи, а здесь со значком возвращается сама моя мама! Уж такой радости я вообще не ожидал! Назвали ещё несколько фамилий, и процедура, похоже начала подходить к концу. И тут дядька называет мои фамилию и имя! "Ну, иди", говорит мне мать. Я иду и не верю происходящему. Иду, и все хлопают. Я не верю, не верю, что всё это действительно со мной происходит. Дядька пожимает мне руку и тоже даёт мне значок! Но только мой значок был ещё лучше. Он был самый большой! Кроме компаса на нём были изображены ещё костёр и палатка. И надпись "Юный турист СССР".
А вы говорите мороженое....
В 1999 года в один из магазинов сети супермаркетов в Калифорнии зашел мужчина и попросил продать ему 12.000 стаканчиков шоколадного пудинга. Вот таких...
— Вы уверены, что вам нужно именно столько?
— Да, заберу всё, что есть на складе.
— А может, возьмете пару упаковок?
— Нет, мне нужно всё. И еще скажите,
где ближайшие магазины вашей сети.
— А что вы хотите с ними делать?
— Хочу полететь в Европу. Бесплатно.
Не поверили продавцы в его объяснения, решили, что у богатых свои причуды, может, он ванну из пудинга принимать будет.
Мужчина погрузил пудинг в минивэн, объехал еще несколько магазинов, забив машину до отказа.
Почему же он решился на такую странную покупку, да ещё и потратил на неё более 3 тысяч долларов?
Дело в том, что в магазин пришел инженер Дэвид Филлипс. Oн решил обмануть систему и обеспечить себя путешествиями на всю жизнь.
Дэвид, как настоящий инженер, внимательно прочитал условия рекламной акции на упаковке замороженных продуктов "Healthy Choice". Там говорилось, что за каждые 10 штрих-кодов можно получить 1000 миль авиаперелетов.
Для своего гениального плана он нашел в магазине самый дешевый товар, участвующий в акции — стаканчики пудинга по 25 центов.
На первый взгляд — мелочь, но Дэвид быстро посчитал: потратив всего 25 долларов, он получает эквивалент билета, который стоит в разы дороже.
На реализацию плана ушло немало сил. Жена Дэвида поначалу думала, что мужа пора сдавать в лечебницу, ведь весь их дом превратился в склад пудинга. Но когда он показал ей расчеты, она поняла — это не безумие, это джекпот.
Однако возникла проблема: физически содрать 12 тысяч наклеек в сжатые сроки было нереально. Пальцы болели, времени не хватало.
И тут Дэвид сделал "ход конём", который превратил его аферу в благотворительный акт. Он договорился с "Армией Спасения": они помогают ему отрывать эти проклятые этикетки, а он отдает им весь пудинг бесплатно.
В итоге он не только получил свои штрих-коды, но и списал 800 долларов налогов за благотворительность. Пудинг накормил нуждающихся, а Дэвид отправил коробку с купонами в штаб-квартиру авиакомпании.
Менеджеры акции, наверное, протерли глаза, когда увидели почтовое отправление. Но условия есть условия. Дэвид Филлипс получил на свой счет 1 250 000 авиамиль, пожизненный статус "Золотого клиента" и возможность летать куда угодно.
С тех пор прошло много лет, а Дэвид всё ещё летает. Он возил семью в Европу, в Австралию, на лучшие курорты мира. И всё это — за те самые стаканчики, над которыми смеялись кассиры.
* * *
* * *
Сижу дома, никого не трогаю, вдруг звонок от папы.
— Юля, отвечай быстро! Сколько гирлянд мы тебе отдали в прошлом году?
— Две, — ответила я.
— А что случилось?
— Ничего! — радости в голосе папы прибавилось, и он крикнул в комнату, забыв, что я еще на связи, — Таня! Готовь лоб, я был прав!
Мама, прости.
* * *
* * *
— Шеф! До круглосуточного докинешь? Правда, у меня пара сотен всего! Ты сколько надо возьми, а мне оставь на бутылку пива. Трубы горят. Опохмелиться надо срочно, а то сд@хну!
Таксист махнул рукой и Толик запрыгнул в машину. Три дня он не выходил из запоя. Всю дорогу до магазина его трясло. Так хотелось быстрее добраться до магазина.
Открыть бутылочку и спокойно выдохнуть.
Таксист, понимая всю сложность ситуации, подвёз Толика прямо до дверей супермаркета. Видать сам бывал в такой ситуации. И, взяв сто рублей, решил перекурить пока ждёт его обратно. Толик помчался как бешеный к двери. Но, вдруг, что-то заставило его остановиться. Он посмотрел в сторону мусорной урны и увидел рядом с ней маленького щенка, который не мог запрыгнуть в эту урну. "Видать, там что-то вкусное лежит", — подумал Толик и, взяв щенка, посадил его в урну и зашёл в магазин.
"Что-то долго его нет? Видать прямо в магазине похмеляется", — заволновался таксист. Толика не было минут пятнадцать. И вот дверь открылась и он выйдя направился прямо к урне. Достал пару пакетиков собачьей еды и вывалил на одноразовую тарелку. Щенок был очень голоден и смёл всё за несколько секунд. Толик взял щенка за пазуху и сел в такси. Эти несколько минут в машине была полная тишина. Таксист остановился у подъезда и протянул обратно Толику его сотню.
— Нет, ты что шеф? Эта твоя работа! Тебе тоже семью кормить!
— Бери! То, что я увидел сегодня стоит во много раз дороже. Спасибо тебе! Тебе нужнее. Кстати, меня Олег зовут!
Сегодня такая хорошая погода. Уже несколько лет подряд, сюда на озеро, на рыбалку, приезжают трое друзей: Олег, Толик и лохматый пёс по имени Бимка.
* * *
Греку Моратису было 63 года, когда в 1976 году врачи в Соединенных Штатах диагностировали у него рак легких и сказали, что лечить его уже слишком поздно, что жить ему осталось всего шесть месяцев.
Моратис отказывался в это верить и решил проконсультироваться с несколькими другими врачами. Но, к сожалению, все они вынесли один и тот же вердикт: он умрет через шесть-восемь месяцев.
Моратис решил вернуться на родину, на остров Икария в Греции, чтобы прожить там то, что у него осталось.
Он купил ферму, построил там дом, проводил счастливые дни со своими старыми друзьями. Прошло шесть месяцев, затем первый год, второй и третий — а он все не умирал.
Еще лучше: Моратис дожил до 90 лет, а затем решил вернуться в Соединенные Штаты, чтобы сообщить врачам о своем состоянии. Затем он обнаружил, что все, у кого была диагностирована его болезнь, были мертвы.
Моратис продолжал жить до 102 лет и в конце концов умер от остановки сердца... от смеха
* * *
Мне уже 61, а этот случай я помню так ясно, будто всё было вчера. Мне было лет 16–17, училась я в Бердянске, а на праздники ездила к родителям в Красноармейск (ныне Покровск). Приехала как-то поздно ночью. Ждать до утра на вокзале — тоска, а до дома пешком минут двадцать: через железную дорогу, депо и парк. Думаю — дойду.
Иду… и чувствую: за мной идёт особь мужского пола. Куда я — туда и он. Я ускоряюсь — и он ускоряется. Тут юмор заканчивается.
За депо стояли тогда пятиэтажки, подъезды были открыты. Я — шмыг в первый попавшийся подъезд и звоню в первую же дверь. И — о чудо! — открывает женщина. Я быстро объясняю ситуацию, а тот тип стоит неподалёку, как памятник тревоге.
Женщина спокойно говорит:
— Сейчас, доченька, мой сын тебя проводит.
Сыну было лет 25–27. Вышел, проводил меня до самого дома, а "особь" мгновенно растворилась в ночи, как плохая мысль.
И вот что поразительно: глубокой ночью люди открыли дверь. Просто так. Без вопросов.
Я до сих пор вспоминаю их с огромной благодарностью. Родителям тогда ничего не сказала — зачем волновать, когда всё обошлось.
С тех пор знаю точно: в этой жизни ничего не бывает просто так. Наверное, поэтому я сама никогда не откажу в помощи, если могу помочь. И муж у меня такой же — всегда вступится за человека в беде.
* * *
То ли байка, то ли быль...
Сто лет назад в Петербурге на Вознесенском проспекте находился уникальный в своем роде ресторан. Он славился отсутствием драк, скандалов или дебошей, которые обычно устраивала разгулявшаяся публика.
Дело в том, что весь обслуживающий персонал этого ресторана, от повара до гардеробщика, при приеме на работу проходил обязательный
экзамен "на вынос пьяного".
Хозяин заведения Порфирий Филимонович лично устраивал проверку желающим у него "послужить", которую проходили далеко не все. Но если уж выпадало счастье получить у него работу, то платил хозяин щедро и относился с уважением.
Испытание заключалось в том, что, обладавший недюжинной силой и весьма внушительной фигурой, Порфирий Филимонович не без удовольствия начинал "ходить колесом" по всей ресторации, сшибать мебель и для пущей убедительности выкрикивать, что он в свое время "и на медведя ходил". Задачей экзаменуемого было не испугаться и попытаться утихомирить разбуянившегося работодателя. Немногим молодцам удавалось унести ноги без особых увечий, а уж тем более справиться с "дебоширом".
Однажды в поисках места официанта попал на такую экзаменовку один юноша "щуплого студенческого вида". На него и время-то Филимоныч поначалу тратить не хотел, но тот настоял. Посмотрел внимательно новобранец, как хозяин "безобразничает", снял очки и на глазах у присутствующих за считанные секунды стянул с себя сюртук, продернул сквозь рукава шарф, выскочил навстречу Филимонычу, коротким мастерским ударом съездил ему по уху. А пока тот стоял, оглушенный и опешивший от неожиданности, стремительно натянул сюртук ему задом наперед и ловко примотал шарфом руки к туловищу. Затем, поразмыслив мгновение, "студент" так же быстро свернул из двух салфеток кляп и, не церемонясь, затолкал его в рот несчастному экзаменатору.
После таких потрясений Порфирию Филимоновичу пару дней пришлось провести в постели, так как на поверку у него каким-то образом оказались сломаны два ребра. На "Аркашку-студента" обижаться не стал и работать к себе взял, а прежде выяснил, откуда тот "такой шустрый выискался". Оказалось, несколько лет до этого Аркадий Рыбин проработал санитаром в доме для умалишенных и вынужден был там справляться с более серьезными противниками, нежели Порфирий Филимонович.
* * *
Два года назад делали ремонт с мамой в квартире. И по этому случаю в 8 вечера к нам пришел установщик дверей. Ну тут и началось. Пришла соседская бабка и устроила скандал, что мы ей не даем спать и вообще, она сейчас милицию вызовет. Никакие объяснения не действовали и, когда бабка начала откровенно хамить, закрыли перед ней двери.
Часа через полтора к нам позвонил в домофон лейтенант. Естественно, уже никто не шумел. Все спокойно обсудили, написали все бумажки нужные и отправили его с Богом. Через 20 минут прихожу на кухню и вижу автомат. Зову мать. Сначала ступор. Потом начинаем ржать.
Тут возникает вопрос. А что делать-то? Если позвонить в отдел — лейтенанта уволят в лучшем случае. Никаких данных он не оставил. Где искать — неизвестно. Сам он за автоматом не возвращается.
Короче говоря, позвонили мы в отдел и сказали, что нам очень понравился лейтенант и мы непрочь с ним еще раз увидеться) Прилетел через 10 минут. Рассыпался в благодарностях, чуть ли не плача. Спрашивал, что мы сказали по телефону, когда звонили в отдел. Обменявшись любезностями, мы выпроводили его и автомат. Через неделю приехал и вручил бутылку шампанского и конфеты.
Мораль? Нет никакой морали. Упустили оказию застрелить бабку.
* * *
В память о Чарли Чаплине. Он ушёл из жизни в этот день, в 1977 году.
В 1942 году Чарли Чаплину было пятьдесят четыре года, и он был одним из самых известных людей на планете. Он стал мировой иконой — Маленьким Бродягой, человеком, чью походку, усы и трость узнавали на каждом континенте.
Но за славой скрывалась непростая личная жизнь. Три брака —
все с гораздо более молодыми женщинами — и каждый закончился болезненно. Пресса больше не восхищалась им; она следила за ним, ожидая нового скандала.
И именно в тот год, в Лос-Анджелесе, он встретил женщину, которая изменила всё.
Её звали Уна О’Нил.
Ей было всего восемнадцать. Она была красивой, застенчивой, вдумчивой. Дочь Юджина О’Нила — лауреата Нобелевской премии и одного из величайших драматургов Америки. Родители Уны были разведены, а отношения с отцом — сложными и холодными. Он был гениален, но далёк и редко присутствовал в её жизни.
Встреча с Чаплином стала для неё не просто знакомством с кинолегендой. Это была встреча с человеком, который наконец-то обратил на неё внимание.
Между ними сразу возникла глубокая связь. Чаплин увидел в Уне искренность и мягкость, которых ему так не хватало прежде. А Уна увидела в нём не всемирно известного комика, а человека, который слушал её, поддерживал мечты и относился к ней с теплом и уважением.
Мир был возмущён.
Разница в возрасте — тридцать шесть лет — казалась недопустимой для Голливуда, для общества и особенно для её отца. Юджин О’Нил пришёл в ярость. Он сказал Уне, что если она выйдет замуж за Чаплина, то перестанет быть его дочерью.
Уна всё равно вышла замуж за Чарли Чаплина.
16 июня 1943 года она стала его женой. Ей было восемнадцать, ему — пятьдесят четыре. Газеты взорвались заголовками. Её называли "девочкой-невестой". Его — опасным человеком. Им предсказывали быстрый конец и утверждали, что он разрушил её жизнь.
Они не знали главного.
Впервые в жизни Чарли Чаплин обрёл покой. Те, кто был рядом, заметили это сразу: резкость ушла, тревожная суетливость исчезла, одержимость работой ослабла. Всю жизнь он куда-то спешил — за славой, за совершенством. Но рядом с Уной он остановился. Она дала ему дом. Настоящий.
Уна, в свою очередь, нашла стабильность и любовь, которых ей так не хватало в детстве. Она отказалась от актёрских планов не из-за давления, а потому что была счастлива. Она хотела семью. Хотела жизнь с Чарли. Мнение окружающих её не волновало.
В 1952 году их союз прошёл тяжёлое испытание. В разгар "красной угрозы" власти США обратили подозрения против Чаплина. Когда он и Уна отправились в Лондон на премьеру, ему сообщили, что разрешение на возвращение в Америку аннулировано. После сорока лет жизни и работы в США ему закрыли путь обратно.
Чаплин был потрясён.
Уна — разгневана.
Она могла вернуться одна. Могла начать новую жизнь в Америке, рядом с привычным миром. Но она не колебалась. Уна отказалась от американского гражданства, переехала с Чарли в Швейцарию и больше никогда не оглядывалась назад.
"Я выбрала эту жизнь, — сказала она позже.
— И выбрала бы снова".
В Швейцарии они вырастили восьмерых детей — Джеральдину, Майкла, Юджина, Викторию, Жозефину, Аннет, Джейн и Кристофера. Их дом был шумным, живым, полным смеха и творчества. Чаплин, некогда рассеянный и ненадёжный муж, стал заботливым отцом. Он писал сценарии по ночам, чтобы днём быть с детьми. Читал им, играл с ними, сиял на семейных фотографиях.
Те, кто знал их близко, говорили одно и то же: Уна спасла его.
А он дал ей любовь и принадлежность, которых она никогда не знала.
Брак, который все осуждали, стал одним из самых прочных в истории Голливуда.
Чарли Чаплин умер в Рождество 1977 года, в возрасте восьмидесяти восьми лет. Уне было пятьдесят два. Она осталась в Швейцарии, посвятив себя детям и сохранению его наследия. Она больше не выходила замуж и редко давала интервью. Когда её спрашивали, не хочет ли она снова быть с кем-то, она отвечала тихо:
"Я уже пережила любовь всей своей жизни".
Уна умерла в 1991 году, в шестьдесят шесть лет, и была похоронена рядом с Чарли.
Мир насмехался над их браком. Отец отвернулся от неё. Пресса называла всё это скандалом.
Но то, что они построили вместе, опровергло всё.
Тридцать четыре года — через изгнание, осуждение и восемь детей — они выбирали друг друга. Каждый день.
В итоге это была не история скандала.
Это была история любви.
И она выдержала всё.
* * *
* * *
В Тае на островах в экскурсию входил полет над морем на параплане. Таец на катере набирает скорость, ты бежишь по пирсу и потом взлетаешь и наверху там планируешь. Тебя в это время фоткают и распечатывают в рамочке отдают фото.
Перед этим спрашивают, вам с погружением или без. Я подумала, что погружение, это когда полет закончили и ты приземляешься не на пирс, а в воду. Наивная блин. Оказалось, что в полете он снижает скорость и ты просто падаешь с крыльями и тебя волокут по воде, далее опять скорость набирается и ты снова паришь и так три раза. А я еще думаю, почему с погружением никто кроме меня не согласился и тайцы уважительно качают головой и приговаривают "Леди рашен мафия". Понимание пришло, когда после взлета через минуту я плюхнулась в воду и он стал волочить меня так по волнам.
Лифчик сразу же оказался на голове, трусы на пятках. Я не знала ловить трусы, лифчик или затыкать нос. И в этот момент он набирает скорость и мы взмываем без лифчика и трусов в воздух. Я все натягиваю прям в полете, снизу [м]лять фотосессия в рамочку. Это был пи[c]ец.
* * *
