«По бокам космического корабля Space Shuttle размещаются два двигателя по 5 футов шириной. Конструкторы корабля хотели бы сделать эти двигатели
еще шире, но не смогли. Почему?
Дело в том, что двигатели эти доставлялись по железной дороге, которая проходит по узкому туннелю. Расстояние между рельсами стандартное: 4 фута 8. 5 дюйма, поэтому конструкторы могли сделать двигатели только шириной 5 футов.
Возникает вопрос: почему расстояние между рельсами 4 фута 8. 5 дюйма? Откуда взялась эта цифра?
Оказывается, что железную дорогу в Штатах делали такую же, как и в Англии, а в Англии делали железнодорожные вагоны по тому же принципу, что и трамвайные, а первые трамваи производились в Англии по образу и подобию конки. А длина оси конки составляла как раз 4 фута 8. 5 дюйма! Но почему?
Потому что конки делали с тем расчетом, чтобы их оси попадали в колеи на английских дорогах, чтобы колеса меньше изнашивались, а расстояние между колеями в Англии как раз 4 фута 8. 5 дюйма! Отчего так?
Да просто дороги в Великобритании стали делать римляне, подводя их под размер своих боевых колесниц, и длина оси стандартной римской колесницы равнялась… правильно, 4 футам 8. 5 дюймам! Ну вот теперь мы докопались, откуда взялся этот размер, но все же почему римлянам вздумалось делать свои колесницы с осями именно такой длины?
А вот почему: в такую колесницу запрягали обычно двух лошадей. А 4 фута 8. 5 дюйма — это был как раз размер двух лошадиных задниц!
Делать ось колесницы длиннее было неудобно, так как это нарушало бы равновесие колесницы.
Следовательно, вот и ответ на самый первый вопрос: даже теперь, когда человек вышел в космос, его наивысшие технические достижения напрямую зависят от РАЗМЕРА ЛОШАДИНОЙ ЗАДНИЦЫ ДВЕ ТЫСЯЧИ ЛЕТ НАЗАД».
Теперь давайте по фактам:
1. Твердотопливные ускорители (SRB) Space Shuttle делают на заводе Thiokol (ныне Northrop Grumman), штат Юта. Ускорители состоят из сегментов (по 4 секции каждый). Да, их доставляют по железной дороге, НО ширина этих сегментов — 12 футов, а не 5 футов. Собственно здесь можно было бы уже поставить точку, но давайте пойдем дальше.
2. Железнодорожный путь от Юты до Флориды не проходит через узкие туннели, которые ограничивали бы ширину груза.
3. Диаметр ускорителей ограничен не туннелями, а аэродинамикой, весом топлива и инженерными расчетами тяги.
4. Стандарт железнодорожной колеи — это случайность. И он никак не связан с колесницами. Первые рельсовые пути начали строить в угольных шахтах и ширина колеи варьировалась от 2 до 6 футов. Не было там никакой колеи римских повозок. Джордж Стефенсон построил железную дорогу Stockton-Darlington (1825) такой ширины только потому, что такая же была на руднике, где он раньше работал инженером.
В середине XIX века в Англии была «Война колей» (Gauge Wars). Например, были другие стандарты — 7 футов 0. 25 дюймов (Брюнель, Great Western Railway), 5 футов 6 дюймов (Восточная Англия) и еще множество вариантов. Это было очень неудобно: пассажиры пересаживались, а грузы приходилось перегружать. Парламентский акт 1846 года закрепил колею Стефенсона, как стандарт.
Добавлю, что в мире есть огромное количество дорог с разной шириной колеи. Например, железную дорогу от Яффо до Иерусалима перекладывали четыре раза.
5. У римлян не существовало никакого стандарта на ширину колесницы. Колесниц было огромное количество и самой популярной (дешевой) была повозка с одной лошадью.
Для меня в этой байке самое поразительное то, что люди даже на несколько секунд не хотят задуматься прежде, чем нажмут кнопку «Репост». Давайте на минуту допустим, что это правда — есть какие-то узкие тоннели. Неужели вы считаете, что инженеры не смогли бы обойти это ограничение? Хотели, дескать, но не могли. Правда? Но большую конструкцию можно доставить морем, ее можно перевести по воздуху, ее можно собрать на месте и т. д. Например, ракета Сатурн 5 для программы Аполлон имела диаметр 33 фута и ее транспортировали баржами.
Интересно разобрать причины живучести это байки. Она построена по линейному принципу — от космоса до лошадей. Потом есть хлесткая ударная концовка. И она очень льстит самомнению читателя, который на минуту чувствует свое превосходство.
