Смешные истории

Так что аистов я отмёл сразу и решительно, а вот над капустой задумался. Мама на ней почему-то особенно настаивала.

Про эту овощную культуру мне было известно, что у неё сто одёжек и все без застёжек. Разумеется, подобные легкодоступность и легкомыслие позволяли зародиться в ней чему угодно. Но меня смущала зима. Зимой капуста не росла, я это знал точно.

На зиму родители капусту квасили. В нашем гараже стояла целая кадушка ледяной, квашенной капусты, из которой папа периодически нарубал топориком.

Оттаивая, капуста жутко воняла. И думать, что я в ней родился, было крайне неприятно. Поэтому, настойчиво продолжая докапываться до истины, я терзал домочадцев расспросами, пока мама, наконец, не призналась.

— Из животика! – со вздохом явного облегчения произнесла она. – Ты взялся из моего животика.

— Как? – только и сумел выговорить я.

— Очень просто, ты был у меня в животике, а потом взял и вылез.

И мне стало не по себе.

Я прикрыл глаза и начал катать машинку взад-вперёд… взад-вперёд...

Что обычно находится в животике и откуда оно потом вылазит, я отлично знал, и это было гораздо хуже капусты. Даже версия с аистами, на этом фоне, казалась божественной.

Я, конечно, подозревал, что отнюдь не царских кровей, но столь низкого происхождения не ожидал совершенно.

— И так, это, все? – оставив машинку, вновь посмотрел я на маму.

— Да, так рождаются все, — ответила она.

— И ты?

— И я.

И я снова закрыл глаза и вернулся к машинке.

Но через минуту в мою голову пришла спасительная мысль и я ухватился за неё, как муравей за соломинку.

— А животик разрезают?

— Иногда, — сказала мама.

— А тебе разрезали?

— Нет.

И я снова сник.

И целый год проходил очень, очень грустным.

А однажды, в пылу спора накричав на своего приятеля Олежку, красочно обрисовал ему откуда тот взялся. Отчего Олежка тоже мгновенно погрустнел, и мы оба потом молча катали машинки, боясь смотреть друг на друга.

На девчонок же я и вовсе глядеть не мог. И всю старшую группу садика находился, словно в забытье. Пока, как-то летом, не наткнулся в книжном шкафу на том "Акушерство и гинекология"... С картинками...

И за обедом уже не попадал вилкой в рот.

— Что ты делаешь? Кушай нормально! – негодовала мама. – Ты что, заболел?

Но я не заболел. Я, наоборот, выздоравливал.

Моё до этого бледное лицо покрывалось румянцем, в глазах проступал лихорадочный блеск, и я едва дотерпел до конца трапезы.

А потом выскочил из-за стола, шмыгнул за дверь, стремглав преодолел два пролёта лестницы и, ворвавшись в Олежкину квартиру, прокричал с порога:

— Нас не выкакивали! Нас выписивали!!

И Олежкина мама выронила изо рта пирожок.

Покачивая бедрами, красавица повела меня в свой кабинет. Сразу вспомнились слова из песни Т. Шаова:

"Я шел за ней, как шел Петрарка за Лаурой,

И как Орфей за Эвридикой шел,

И вдруг, она, о чудо! – обернулась,

И ласково сказала: "Слышь, козел! "

— Слушайте, а давайте сразу на ты, вас ведь Дмитрий зовут?

— Кхм... Да, обычно. — очнулся я от наваждения

Она села не за стол, а напротив меня, прикоснулась рукой и спросила вкрадчиво, глядя в глаза:

— Ну как поживаешь Дмитрий?

Я снова почувствовал себя дураком. По идее, после этого вопроса, я должен был схватить ее за плечи, поцеловать взасос и прошептать: "А как у тебя дела, милая?"

— Как нынешняя работа? Тебя устраивает?

Уф-ф. Отлегло! Я уж грешным делом подумал, что меня вербуют в шпионы. А тут всего лишь на новую работу. Но что за новый метод? Ради чего цирк?

— Скажите Татьяна Вл… Таня, в чем конкретно будет заключаться моя работа? По телефону мне сказали: "Руководитель, менеджер продаж, директор"…

Видать, я задал вопрос в лоб, и что-то пошло не по сценарию, она занервничала и отрезала:

— А, ну сейчас в восемнадцать часов вы все узнаете у нас в конференц-зале. – почему-то снова перешла на вы и взглянув на часы, вспорхнула:

— Одну минуту! – неплотно притворила дверь.

— Привет! Как добрались? – услышал я знакомое за дверью – Проходите сразу в зал. Слушайте, а давайте сразу на ты, вас ведь Алексей зовут?

Так закончилась романтическая часть истории…

II Часть. Посвящение.

В зале нас, человек десять разных возрастов и пола, рассадили по кругу. Судя по нервозности обстановки, предполагалось шоу – несколько дам крутилось у большой плазмы. Ну вот, все расселись.

— Кхм... Господа! – торжественно начала одна особа. Давайте сначала познакомимся…

Не буду утомлять читателей процедурой знакомства, где помимо имени, ненавязчиво спрашивали уровень доходов, род деятельности, круг знакомых, здоровье и т. д.

Кстати выяснилось, что среди нас не все приглашенные, через одного сидели дамы с подозрительно одинаковыми брошками и наигранно одухотворенными лицами.

Задав мне пару вопросов и поняв, что я не ведусь, мне предложили уйти. Но меня стала забавлять ситуация, в конце концов это шоу, притом бесплатное, и я остался, прикинувшись заинтересованным и приняв правила игры.

Но тем, кто не понял куда попал, пришлось не сладко. Ведущие, а их было несколько, наперебой, участливо, расспрашивали каждого пришедшего о его проблемах, болезнях, охотно рассказывали о своих болячках. В бой вступили подсадные тетки, с брошками, и довели пришедших до того, что у них остался всего один вопрос: "Господи, до чего же мы больные и бедные! Что же нам делать?"

— А вот что! АЛИЛЛУЯ! У нас есть специальный БИОЛОГИЧЕСКИЙ КОРМ!

Торжественная музыка, затем демонстрация яркого ролик-фильма.

Затем, все посвященные как с цепи сорвались, наперебой рассказывая о своем исцелении этим чудным продуктом. Вариаций болезней было много, но все рассказы объединяло одно – "она была при смерти, бедная и родственники покинули ее".

Вот некоторые "железные аргументы" чуда:

— Он привезен из самой Франции!

— Раньше, для получения железа, человеку надо было съесть одно яблоко в день, а сейчас, в связи с плохой экологией — 1,5 кг. Зачем вам есть столько яблок? Съешьте одну таблетку.

— Какой сертификат Минздрава? У нас сертификат лучше, потому что проверен независимой экспертизой ИЗВЕСТНЫХ врачей – Иванова, Петрова и Сидорова (Кто такие?). И т. д.

Кстати, Танечка тоже была, оказывается, смертельно больна, и лет ей, типа, уже много-много.

— И даже, – всхлипнула она, покусывая губы – после того как я покушала корм, ко мне вернулся муж!

Это был удар ниже пояса. Все женщины ахнули, а одна нервно затеребила платок, видно уж не терпелось попробовать этот приворот.

И вот на пике этого щемящего признания, когда слеза навернулась даже у меня, в зал резко открывается дверь:

— Кто-нибудь сегодня корм брать будет? А то я склад закрываю – буднично проворчал мужик в спецовке.

"Посвященные" зло посмотрели на него. Ах, если бы взгляд мог убивать! Мужика разорвало б на кусочки!

Главная тетка глянула на часы, и мысленно промотав вперед большую часть спектакля, решила выдать финал:

— Да, господа, наш корм стоит дорого! Но вы сами видите результат – повела рукой в сторону своих дам.

— Мы просто предвидим будущее. Скоро весь мир будет есть биологические добавки, а вы начнете есть их уже сейчас! Мы даем вам ЗДОРОВЬЕ! — вдох-выдох — Кстати, вы можете зарабатывать на этом. Расскажите об этом чуде друзьям, знакомым, а мы дадим вам значительную скидку на корм — пожалуйста, распространяйте. Заработок от пяти тысяч евро в месяц! Мы даем вам РАБОТУ! — снова вдох-выдох — Но и это не все! Вы можете заработать вот такую брошь! – вытянута рука вверх с чем-то ослепительно сверкавшим – Эта награда ПРИЗНАНИЯ нашего общества за значительные успехи в распространении нашего корма! Кстати, – прищурилась, поднеся к глазам цацку – Она золотая!

Торжественность снова нарушил мужик, на этот раз охранник и демонстративно звякнул ключами. Все как-то зашевелились, поднялся шумок.

— Господа я жду вас завтра! – голосом, не терпящим возражений, тетка стала перекрикивать гул — А сейчас записываемся на БЕСПЛАТНЫЕ курсы менеджера по продажам!

Кто-то метнулся к столу записываться, кто-то стоял в раздумье, а я и еще два мужика потянулись к выходу.

На крыльце нас догнала Татьяна:

— Что? Вы все уходите? Может, придете завтра? – с надеждой она заглядывала нам по очереди в глаза.

Все не сговариваясь, замотали головами.

— Слушай, а что ты делаешь сегодня вечером? – нашелся я, и по ее радостно вспыхнувшим глазам, понял, что муж к ней не вернулся…

Каждый день в одно и то же время (немцы — пунктуальные, блин) на берег выезжал танк (то ли Тигр, то ли Пантера, то ли вообще Панцер-4 — не помню точно), суть в том, что пушка была достаточно мощная, а так как опустить пушку ниже определенного уровня танк не способен, то выезжала эта "машинка" все время в одном месте — там небольшой уклон был в сторону противоположного берега, так что корпус танка наклонялся, и он прямой наводкой делал три — пять выстрелов по расположению советских частей и уезжал. Из орудий у части нашего героя были только "сорокапятки", которые этому танку ничего сделать не могли, хотя и знали заранее, где он выйдет (отсюда мысль, что это был, скорее, Тигр или Пантера — с "четверками" "сорокпятые" пушки с грехом пополам справлялись). Итак, ежедневный отчет о потерях, запросы на тяжелые противотанковые пушки, но начальству не до этого — тут Воронеж брать надо... И как то раз этот офицер едет в расположение самоходных гаубиц к своему земляку-односельчанину. Гаубицы эти вы наверняка видели — просто пушка на гусеничном ходу — не САУ и не "зверобой". Ну, и просит у того одну пушку на пару дней. На что получает вполне адекватный ответ, что любая капля горючки — это "по закону военного времени", но одну пушку он выделить сможет, если доставка в обе стороны за счет "принимающей стороны". Ну, как говорится, долго ли — коротко, находится с десяток лошадей и с три десятка солдат, которым этот танк уже поперек горла. За ночь такую гаубицу перетаскивают к берегу, ставят напротив места ежедневного "променада" танка и укрывают ветками. Нацелив предварительно именно на этот спуск. А надо заметить, что у этих гаубиц угол поворота "лево-право" — буквально несколько градусов... и повернуть больше можно, только повернув весь корпус.

Итак, снаряд в стволе бронебойный, калибр приличный... Вот вот подойдет танк. И в нужное время танк выходит, но не в свое обычное место, а в стороне и, так как не может спуститься, то стреляет не по расположению этой части, а дальше — в тылы...

Артиллеристы, как и пехота на переднем краю, приуныли, потому что пушку вечером надо волочить обратно... Снаряд разряжают, достают из ствола, прячут в укладку, снимают потихоньку ветки, и тут... танк появляется в "самом нужном месте"... Неизвестно, кто подавал снаряд, но подали не бронебойный, а бетонобойный, у которого усиленная головка и взрыватель не в головке, а в донце снаряда, то есть он должен "зарыться" в бетон и только после этого взорваться, вскрывая доты и дзоты. Снаряд заряжен, прицел, выстрел... И тут картинка — снаряд попадает точно в башню танка, но нет взрыва — есть только звук удара кувалдой (очень большой) по наковальне (ну ОЧЕНЬ большой), башня танка буквально разваливается на две части, танк потихоньку начинает сползать в реку, а взрыва нет, и тут позади танка на порядочном расстоянии раздается взрыв снаряда, как потом оказалось, он еще и осколками сумел немало противника задеть...

Больше на тот берег танки не выезжали — потому что сверху стрелять нельзя — пушка не опускается так низко, а единственно нормальное место занято тем самым "безбашенным" танком. Гаубица была оттащена обратно, а бойцы зажили спокойно до самого наступления, хотя снайпера и доставали ежедневно.