Смешные истории

стало жаль бедного кота, и я решил как следует проучить этих соседей, если они хоть раз еще проделают свой трюк.

В один из дней, когда я усталый и злой возвращался с работы, в подъезде снова встретил пушистого соседа. Он, как обычно, с печальным выражением на мордочке, преданно сидел у дверей хозяев и ожидал прощения. Не знаю, что он натворил, но обычно это какие-то мелочи. Что-нибудь уронил или поцарапал руку, когда играл.

Увидев меня, кот привстал и приветливо затарахтел. Подъездная акустика только усилила этот звук, получилось очень громко. Я не удержался и улыбнулся, все проблемы дня как-то сразу улетучились. Взял кота на руки и, глядя, как он трется о мой пиджак, понял, что пора преподать жестоким хозяевам питомца хороший урок. Вставил ключ и, открыв свою дверь, занес кота внутрь своей квартиры.

— Так и знала, что рано или поздно ты его принесешь сюда… — вздохнула жена, увидев меня с котом.

— Странно, что ты сама еще этого не сделала, — усмехнулся я в ответ и, разувшись, отнес бедолагу на кухню.

Налил ему молока, дал кусочек рыбы. Котик с удовольствием все съел и опять замурчал, снова запрыгнув мне на руки.

На следующий день был выходной, и я несколько часов подряд наслаждался криками соседей во дворе. Они вышли всей семьей искать пропавшего кота. Звали его по-всякому, обещали ему разные вкусняшки и всяческие блага.

Но кот продолжал сидеть у меня на руках, как и сейчас сидит рядом с моим компьютером. Он не выходит из нашей квартиры, а я не спешу выдавать его обратно. Скорее всего, меня обвинят в воровстве, когда все раскроется, возможно, удастся отделаться скандалом.

Но я думаю, это невысокая цена за благополучие этого ласкового и доброго кота, который просто не знает, как угодить своим хозяевам.

любовью старшин и офицеров части в качестве транспорта для поездки на рыбалки, охоты и тому подобные вылазки.

В тот день Вася повез сержанта с офицером на рыбалку. На обратном пути их остановил патруль. Разговаривать отцы командиры были не в состоянии. Трубок, чтобы отделить их фан от Васиного чистого дыхания, тогда еще не придумали. Замели на губу (гауптвахту) всех, вместе с машиной. Документы свои Вася закинул в щель в обшивке дверцы чисто из вредности.

Ночь в камере Вася, привыкший к тяготам военной службы, проспал как младенец. А под утро забеспокоился. Забеспокоился о машине. Дело было осенью и морозцы уже начали прихватывать. Вчерашним вечером Васю затолкали в камеру, не особо вникая в его просьбу "слить...". А слить надо было воду из радиатора. Теперь вода могла замерзнуть и угробить двигатель. Вася не думал о том, накажут его или нет. Вася думал о моторе. И поднял бучу. И добился своего — его выпустили к машине прогреть мотор.

Мотор урчал, Вася сидел в кабине и с грустью смотрел на закрытые ворота. Ворота на территорию губы находились прямо перед ним, через двор. И ТУТ ОНИ ОТКРЫЛИСЬ. Ворота открылись и на территорию въехала дежурная полуторка. Часовой подошел к шоферу и они оживленно начали что-то обсуждать. Прямо напротив Васи были открытые на Свободу ворота.

Вася потом не мог объяснить, зачем он это сделал. "Черт дернул" — единственное его объяснение. Сцепление — скорость — газ... и Вася на свободе, несется к родной части. Сзади за ним гналась где-то далеко полуторка, но мы же помним, — "У Студера мотор втрое!". Ребята издали заметили знакомую машину и открыли ворота. Студер влетел на территорию, сходу воткнулся на свое законное место, из машины выстрелился Вася и исчез в закоулках части. К уже захлопнутым воротам подлетела полуторка, из которой выскочил взбешенный Начальник Губы.

Командира гауптвахты вообще-то побаиваются все. Как говорится "... не зарекайся". Но только не фронтовик-разведчик. Выслушав Начальника Губы, требующего немедленно вернуть добычу, Васин командир сказал ему следующее: "А че ты ко мне приперся? Это твои бойцы обосрались, с ними и разбирайся! А я своего солдата еще и награжу за то, что сам в плену не остался и оружие не бросил. СВОБОДЕН! "

"Вась, тебя командир вызывает". Всё, дальше бежать было некуда и поплелся Вася пред светлы очи.

— Что же ты, солдат, сам сбежал, а офицера бросил? — начал троллить командир Васю.

— Да они же отдельно от меня.. да я же..

— Ладно. Пошутили и будет. Старшина! Собирай солдата! Раз ему назначили 10 суток ареста, значит должен отбыть!

Когда старшина с Васей уже подошли к воротам, окошко командирского кабинета открылось:

— Старшина, ты куда его вести собрался?

— Как куда, товарищ полковник, на губу. Вы же сами приказали.

— Я сказал 10 суток ареста, а не на губу! Его же там без соли сожрут, а мне солдат живой и здоровый нужен. Значит так — освободить каптерку сапожника, арестанта туда и часового поставить!

Следующие десять суток Вася отъедался и отсыпался. Как самому "несчастному" повар откладывал ему самые вкусные котлетки. Старшина плевался, ходил к командиру и просил прекратить это посмешище — работы навалом, машина простаивает, люди смеются. Но командир был тверд: "Если я за свои слова отвечать не буду, какой я командир! "

— —————

Сейчас Василию Александровичу 76 и он строит дом. Говорит: "Не помру, пока не дострою". И работы там еще ДОФИГА! Я ему верю.

не жаждал крови. Я вежливо указал гербалайферу, что и так имею дефицит веса и совершенно не хочу худеть. Однако негодяй достал несколько брошюрок с красочными фотографиями каких-то ожиревших дам в купальниках и стал тыкать мне их в нос с криками, что такие ре-зультаты возможны только по их "самой совершенной программе". Видя, что этот впариватель не собирается от меня отставать, я очень решительно сказал: "Если вы сейчас же не пойдете своей дорогой, то прольется кровь!"

Но эти слова лишь придали гербалайферу новых сил. На свет появились какие-то "клеточные" пилюли (по-моему, имелось в виду, что продавцов таких пилюль надо держать в клетках и не разрешать посетителям их кормить…), и впариватель стал проталкивать мне их в рот, предлагая попробовать. Вот тут мое терпение кончилось. Я сунул впаривателю под нос Красную Книжечку, сгреб его за рукав и отвел в комнату милиции в метро.

В ментовнице нас приветствовал некий старшина, несколько похожий своими габаритами на носорога. Во всяком случае, металлический стул под ним подозрительно скрипел и проседал, а пол содрогался. Старшину инструктировал (или просто с ним трепался) столь же дородный лейтенант. Я впихнул гербалайфера в комнату, представился и предложил составить на него протокол за "оскорбительное приставание к гражданам" (есть такая формулировочка в одном из кодексов). Тут до впаривателя дошло, что он в чем-то ошибся. На лету перестроившись, труженик торговли выхватил еще одну пачку брошюрок и радостно завопил: "У нас есть разные программы! С нами вы сможете набрать вес вдвое!"

Старшина-носорог переглянулся с лейтенантом. "Оскорбляет!", — злобно сказал старшина. "При исполнении служебных обязанностей!", — добавил лейтенант. После этого и состоялась гражданская казнь впаривателя — составление протокола и передача дела в суд. Как я узнал позже, тот совершенно потерял голову от полученного отпора и предложил судье — молодой женщине — очередные пилюли для избавления от жировых складок. В благодарность за предложение судья избавила Москву от впаривателя на целых 15 суток. Жаль только, что эта участь не постигла и прочих торговцев самыми новыми фотоаппаратами, участками на Багамах, тремя утюгами по цене одного и прочим товаром для простаков!

нашел временный вид на жительство вашего гражданина. Зовут так и так. Поможете человеку?

— Да, конечно! Куда подъехать и до скольки будете доступны?

— Тут недалеко (называю адрес).

— Понял, скоро буду.

Через 30 минут отдал документы прибежавшему пареньку из посольства, получил шоколадку и после обмена любезностями — распрощался.

Спустя пару дней звонят с незнакомого номера, по голосу — молодая девушка.

— Алло?

— Леший?..

— Да… Чем могу помочь?

— Вы карточку в посольство сдавали на днях?

— Да, я…

— Ой, спасибо! Вы извините, они не хотели давать Ваш номер, но я упросила, не сердитесь!

— А! Все получилось?

— Да! Они меня нашли, все отдали, я к вам хотела заскочить, спасибо лично сказать! Мне завтра улетать нужно, а тут такое!

… получил бутылку шампанского и посмотрел на счастливую девушку.

А как не быть счастливой, если твое посольство так тебя прикрывает?

Уважаю, молодцы.

не смогут выполнять тяжёлую физическую работу. Но они – всё равно, ленивы и склонны к бунтарству...

– Смотрите, как медленно они двигаются, а обленившаяся стража не погоняет их плетьми и не бьёт, даже здоровых и сильных рабов. Но, они будут двигаться гораздо быстрее. Им не будет нужна стража. Стражники тоже превратятся в рабов. Свершить подобное можно так. Пусть сегодня, перед закатом, глашатаи разнесут указ фараона, в котором будет сказано:

"С рассветом нового дня, всем рабам даруется полная свобода. За каждый камень, доставленный в город, свободный человек будет получать одну монету. Монеты можно обменять на еду, одежду, жилище, дворец в городе и сам город. Отныне вы – свободные люди"...

Утром следующего дня жрецы и фараон вновь поднялись на площадку искусственной горы. Картина, представшая их взорам, поражала воображение. Тысячи людей, бывших рабов, наперегонки тащили те же камни, что и раньше.

Обливаясь потом, многие несли по два камня. Другие, у которых было по одному, бежали, поднимая пыль. Некоторые охранники тоже тащили камни. Люди, посчитавшие себя свободными – ведь с них сняли кандалы, стремились получить, как можно больше вожделенных монет, чтобы построить свою счастливую жизнь.

Кратий ещё несколько месяцев провёл на своей площадке, с удовлетворением наблюдая за происходящим внизу.

А изменения были колоссальными. Часть рабов объединилась в небольшие группы, соорудили тележки и, доверху нагрузив камнями, обливаясь потом, толкали эти тележки. – Они еще много приспособлений наизобретают, – с удовлетворением думал про себя Кратий, – вот уже и услуги внутренние появились: разносчики воды и пищи... Скоро выберут себе начальников, судей.

Пусть выбирают: они, ведь, считают себя свободными, а суть – не изменилась, они, по-прежнему, таскают камни...

давно, когда он еще был совсем молодым артистом и порядков цирковых толком не знал, довелось ему попасть с цирком на гастроли в Сочи. В составе труппы было шоу лилипутов, человек двадцать. Как-то днем лилипуты собрались на пляж. Дрессировщик тоже. Вдруг к нему подошел кто-то из начальства:

— На пляж идешь?

— Да.

— Есть ответственное поручение: последи там за лилипутами. Люди они маленькие, каждый обидеть может, а ты мужик дюжий, с тобой не тронут.

Дрессировщик не почувствовал подвоха:

— Ладно, я согласен, послежу.

— Только давай без дураков — сдашь обратно по счету и чтоб никого нигде не потерял! Они ценные очень!

— Ну ладно...

Прибыли на пляж. Лилипуты, недолго думая, достали водку и стали откровенно нажираться. На жаре их всех быстро спьянило, что не удивительно при такой комплекции. Выяснилось, что этих лилипутов, вообще-то, хрен обидишь, они сами кого хочешь задерут. Запьянев, карлы стали нагло докапываться до близлежащих девиц и чуть было не огребли звездюлей от их парней, конкрентно двое из лилипутов, но подвалили остальные карлы, и парни с девицами предпочли смыться в другое место. Лилипуты застолбили здоровенный кусок пляжа, разогнали народ своим поведением и не намеревались пускать новых посетителей, дрессировщику даже пришлось раза три встревать в разборки. Кто-то принес пива, лилипуты захмелели еще больше. Стали орать песни. Дрессировщик удивлялся, откуда у тех столько прыти. Но тут началась главная часть шоу: кто-то из карликов проорал: "А теперь всем купаться!" и вся их пьяная братия вдруг вскочила, как ужаленная, и резво ломанулась к морю.

Неожиданно пляж накрыла большая волна, часть карлов не удержалась у кромки берега, и их стало уносить в море. Поднялись душераздирающие крики. Дрессировщик мгновенно отреагировал и полез догонять уплывающих захлебывающихся лилипутов. Благо, при его огромном росте там, где карлы уже начинали тонуть, ему было по пояс. Он стал вылавливать лилипутов, а для скорости лова просто-напросто швырять пойманных на берег. Кое-кто из лилипутов тоже кинулись спасать товарищей, но начали тонуть сами. Дрессировщику пришлось вылавливать и этих. Было уже не до разбору, кто тонет, кто нет, мужик стал до кучи вышвыривать всех подряд. По пути схватил и швырнул какого-то левого мальчишку. Народ при виде шоу "летающие лилипуты" ржал впокатуху. Наконец, загнал всех обратно на берег. И тут дрессировщику весь этот балаган надоел окончательно, и он объявил, что если кто из лилипутов попробует подойти к морю, то получит лично от него в дыню и показал свой пудовый кулачок. После этого порядок сразу восстановился. Дрессировщик скомандовал карлам одеваться, выстроил их и строем повел обратно в цирк, идя в конце шеренги.

В цирке уже с предвкушением ждали, какую же новую корку отмочат лилипуты. Очень удивились, что карлы вернулись в полном составе. Обычно их, как выяснилось, приходилось вызволять, откуда только возможно — от ментовки до постели какой-нибудь бабы. Коллеги ржали — предлагали заняться дрессурой лилипутов. От общения с лилипутами дрессировщик зарекся навсегда...

просто обеспеченный американский программист, влюбленный в семью, и наслаждающийся как работой, так и отдыхом. А начиналось это так:

В середине 90-х перед ним встал вопрос выбора: продолжать ходить на работу, где зарплату выдавали три месяца спустя и — махоркой с галошами, перейти в бандиты, или купить на последние деньги десяток полосатых сумок и начать челночить. Еще знакомый предлагал бегать по митингам, чтобы втереться к кому-нибудь в команду... но Боря твердо хотел только одного: хорошо делать свою работу и иметь достаточно средств и времени на собственную жизнь. Увы, Украина 90-х была с ним несогласна.

В результате 2000-й год он с женой встречал в подвальной комнате на Брайтон-бич, которую снимали у молдавского еврея за 200 долларов. Cитуация была тяжкой. Ситуация была безнадежной.

Все работодатели дружно избавлялись от программистов. Лохотрон под названием "ошибка 2000" закрылся. Нет, Борю на обманули. В предыдущие годы действительно достаточно было закончить подозрительные месячные курсы тестеров, проводимые в спортзале какой-нибудь школы, и за пару недель находилась работа минимум на 50 тысяч годовых. Борюсик тупо опоздал.

Он рассылал сотни резюме, стал посещать православные, католические и протестантские церкви, волонтирил в синагоге, выстаивал очереди на ярмарках вакансий (а вот программиста никому не надо?), и судьба сжалилась над ним. Он получил работу! И не беда, что дорога в один конец занимала полтора часа. И ничего, что платили 8 долларов в час. Это был прорыв!

Ах, как Боря хотел работать! Он с вечера стирал и гладил рубашки, вставал в 5, и приезжал самым первым. Он смотрел на босса глазами голодной собаки. Он старался дружить со всеми. Он реально старался выполнить все как можно лучше и быстрее.

Работа представляла собой полусемейную индусскую фирмочку, чудом оставшейся на плаву. Борю выворачивало от запахов и манер начальника и сослуживцев, но он никогда не терял улыбки (заискивающей, как он говорил позже).

И вот однажды преграды рухнули! Сам босс предложил ему прийти и поиграть в гольф с остальными сотрудниками!

У Бори и мысли не мелькнуло признаться, что он ни разу в жизни не играл (выгонят ведь!), и поблагодарив, согласился. А вечером был скандал. Боря, почитав в Интeрнете правила игры в гольф, потребовал двести долларов, чтобы купить клюшки. В семейном запасе было только 70. Наконец, съездив по объявлению Боря купил с рук клюшки, сумку и мячики. Всего за 30! Боже, благослови Америку!

Я пропущу описание гольфа. Это был позор.

А приехав на работу, Боря от охранника узнал, что уволен.

В конторе был один человек, хорват, который относился к нему по-человечески. Ему Боря и позвонил.

"Борис, — сказал тот, — не бери в голову. Ты хороший программист, и вскоре найдешь работу. На самом деле ты был обречен еще две недели назад, когда переделал коды брата начальника, и тем самым за одну смену выполнил работу компании за месяц. Им не нужен специалист такого уровня.

Я могу посоветовать тебе только одно. Пожалуйста, не стесняйся признаваться в том, что ты не знаешь. Дело в том, что твои клюшки были женские, и для левши".