(в простонародье - дырчок) и сбитая компания юных искателей приключений на разные части тела.
Еще в автобусе я приметил одного веселого парня в балахоне Prodigy и решил по приезду с ним познакомиться, чтобы было не так скучно. А я был уверен, что там царит скука смертная. Вечером того же дня, шляясь вдоль Ахтубы, я отсчитывал минуты до ужина. Как вдруг увидел своего будущего нового знакомого, выходящего на берег... в купальнике. "Корнет, вы женщина? ", - спросил бы я сейчас, но тогда был не способен связать и пары слов. О, подлый Амур, ты специально крался за мной по пятам и вонзил свои предательские стрелы по самое оперение. Впрочем наше знакомство состоялось в тот же вечер, в темноте спортивного зала под Ace of Base, Aqua, Slow Motion и других мастодонтов той эпохи.
Принцесса была прекрасной снаружи и очень плохой внутри. Достаточно сказать, что однажды этот демон в шортах поймал ужа, вручил его мне и отправил с заданием забросить в домик вожатых. Вожатыми назывались сотрудники института, взвалившие на себя нелегкое бремя культурно-массовой работы. Кроме того они владели ключами от педального катамарана, двух лодок и теннисными ракетками, которые выдавали по своему усмотрению. Страшные люди.
Следующие дни были бы лучшими в моей летней жизни, если бы не два "но". Во-первых, я почти ничего не соображал, потому что стоило Плохой Принцессе остаться в купальнике, как в моей голове выключался рубильник. Во-вторых, у меня был противник. Некий Геннадий, сын заведующий кафедрой то ли русской литературы, то ли изящной словесности. Он был старше меня, и тем опаснее. Геннадий не только томился лицезрением Принцессиной груди под тонкой полоской ткани, но и изнывал от того, что ее время было полностью занято мной. Поэтому Геннадий предпринимал регулярные попытки обратить на себя ее внимание.
Как-то после завтрака Плохая Принцесса предложила переплыть Ахтубу и провести время до обеда, греясь на песочке.
- Это хорошая мысль, осталось только дождаться катамарана. Кто-то уже его угнал, - ответил я.
- Зачем нам ждать катамаран, Повар? - удивилась Принцесса. - Тут всего-то триста метров.
И с этими словами она исчезла в волнах.
Пока я раздумывал, что мне делать, из-за поворота реки показался катамаран, на котором сидели Геннадий и его приятель. Их с Принцессой пути пересеклись, а затем катамаран повернул за ней к противоположному берегу. Этот волжский Антиплащ, этот Флимхант Гломгольд местного разлива увидел, что путь свободен, и не преминул воспользоваться ситуацией. Больше медлить было нельзя. Охваченный гневом я кинулся в воду. Однако у адреналинового запала есть одно неприятное свойство: он быстро проходит, а вместе с этим уходят и силы. Проплыв треть реки я вдруг осознал, что могу и не доплыть. Я перешел с мощного кроля на флегматичный брасс, и ненамного продвинулся вперед. В голову полезли мрачные мысли. "В конце концов, - думал я, гребя, - умереть на глазах любимой женщины не так уж плохо". "Зачем ты полез в воду сам? - спрашивали мои 12, 5% еврейской крови. - Взял бы лодку". Я греб мрачно и уныло, противоположный берег превратился в далекую точку. Оттуда слышался веселый девичий смех и довольное похмыкивание двух ломающихся голосов. Я понял, что обязан доплыть. Доплыть, чтобы просто взглянуть им в глаза. Или ему в глаза. Или кому-нибудь, на кого хватит сил.
И тут мои ноги нащупали дно. Я поднялся в полный рост на середине реки, уровень воды был мне по пояс, но через пару шагов опустился до щиколоток. Я шел и чувствовал себя апостолом Петром.
- А вот и Повар! - весело сказала Плохая Принцесса, когда я дошел до них. - Я знала, что ты приплывешь!
- А вот и я, - мрачно ответил я, стараясь придать голосу зловещий и ровный тон.
- Обратно плыть тебе не придется. Ребята отдают нам катамаран, а мне тут уже надоело. Поэтому залезай, поплывем к косе.
Я с достоинством залез на катамаран, и мы поплыли в сторону ГЭС к косе. А потом вернулись на обед. А потом еще 3 часа гуляли вдвоем.
На ужин она не пришла. Оказалось, что оплаченные ее родителями дни закончились, и Плохая Принцесса вместе с семьей сбежала в город в машине лагерного доктора.
