Истории на отдыхе

охоты и рынок сбыта в местном пансионате. Короче

Андрей молодец.

Я все интересуюсь тонкостями его охоты, он с удовольствием рассказывает:

- Заплываешь, останавливаешься и замираешь. Все. Теперь нужно лежать так полчаса, пока рыба не поймет, что ты просто плавающая коряга, а сам смотришь в маске под воду. Увидел первых рыбешек, не спеши, подожди, подплывет крупная рыба. Дождался, прицелился и шмаляешь... Вот и вся охота. Это, что мы сейчас едим – мелочь, иногда попадаются такие здоровые экземпляры, что непонятно, кто кого тащит, я ее к берегу или она меня в Турцию... Вообще очень захватывающее занятие: целый день лежишь в воде, жена не пилит, лафа…

Лена:

- Ой, несчастья кусок, кто тебя пилит! ! ?

Андрей:

- Да я это так, к слову... Единственное неудобство – это конечно дубак.

10 – 20 минут в воде еще ничего, а вот через полчаса уже выползаешь весь синий. Сидишь, отогреваешься на солнце, потом обратно...

Я:

- Так ведь бывают же специальные водолазные костюмы, чтобы не мерзнуть.

Андрей:

- Не водолазные, а гидрокостюмы, но – это тоже полная херня. Тепло да, не спорю, но он как-то с@ка, сковывает движения, я пробовал, мне ни хера не понравилось. Чувствуешь себя в нем как последний идиотский [ч]удак б%%%ь... Уж лучше так, в одних плавках, ближе к природе с@ка...

А гидрокостюмы – это все параша и развод на херовы бабки...

Я:

- Андрюха, хорош материться, ты чего разошелся? Хлопец туда-сюда снует, услышит. А возьми-ка лучше нас сыном на свою охоту, хочется хоть раз в жизни поучаствовать.

Андрей:

- Да ты че? Не. Там такое место, что от машины придется спускаться по отвесной скале к морю. Нужно быть чуть-чуть альпинистом, а ты тем более с малым... Не.

Тут Андрей засобирался и уехал по делам в пансионат, а мы с сыном еще остались в гостях.

Когда муж посигналив, скрылся за поворотом, Лена заразительно захохотала, даже мы с сыном заулыбались непонятно чему.

Лена:

- Чувствуешь себя в нем как последний идиотский [ч]удак - это он точно заметил. Грубас, ты ему не говори, что знаешь, но я тебе по секрету расскажу: Андрей меня уже достал этим гидрокостюмом, все мечтал купить и не какой-нибудь дешевый -бэушный, а самый дорогой, фирменный. Еще с зимы копил деньги, весь мозг мне проел, рассказывал какой этот костюмчик удобный и теплый, ночью засыпАл с картинками из рекламных журналов.

Короче, недавно съездил в Симферополь, купил. 500 баксов отдал, прикинь... Наша машина столько не стоит. (Лена опять не смогла увернуться от смешливой волны... ) Вернулся и даже не пообедав схватил ружье и бросился на свою охоту - гидрокостюм испытывать.

Приехал, спустился к воде, влез в эту резину и поплыл. Настрелял рыб, решил возвращаться. Принялся снимать костюм, а там на спине молния, к молнии привязана веревочка, чтобы потянуть и расстегнуть без посторонней помощи.

Андрей дернул за веревочку, да так сильно, что оторвал ее вместе с поводком от молнии...

Он и так и сяк, никак не дотянуться, не акробат. Руки за спину гнет, а все без толку. А еще и голодный, с утра не ел (восемь часов за рулем в

Симферополь и обратно... ) и пить хочет, а погодка была под сорок.

Обратно на скалу в костюме не подняться, материал толстый, неповоротливый. Там и без костюма страшновато.

Рядом на пять километров никого, прошло часа четыре, никак. Еще немного и солнечный удар хватит... (Лена опять зашлась веселым лошадиным смехом... ) Хочешь не хочешь, а жизнь дороже пятисот баксов... Пришлось ему сдирать с себя резиновую шкуру. Бедный мой муж - то терся спиной о скалу, пытаясь порвать молнию, то хотел распороть горло, короче плюнул и разорвал трезубцем в клочья свой новый костюмчик...

Андрей еще неделю тут по стенам бегал и все орал:

- Суки! Втюхали гидрокостюм! Ай молодцы! Одна сраная молния, и ту на спине пришили! Уроды! 500 баксов б%%%ь! Не жили богато, не хер и начинать!!!

наживку насаживать. Карась, лещ, красноперка, густера - разнообразие радовало глаза и душу. Но около 11 утра началось какое-то безобразие. На наши поплавки стала прыгать щука приличных размеров. Не съесть пыталась, а именно прыгала - вылетит из воды и всем телом на поплавок плюх. То на один, то на другой плюхнется, как бы говоря: а ну, рыбачки, поймайте меня, красавицу. А как не попробовать, раз сама просится? Все спининги подаставали, давай протоку приманками бороздить - фиг там, ни одной поклевки, только несколько приманок на корягах оставили. Плюнули на это дело, пошли к палаткам, шашлыки с водочкой откушивать.

В воскресенье, с утра, все по новой: бешенный клев белорыбицы, а в 11 щука та начала опять над поплавками издеваться. И результат попыток ее поимки тот же. Один из нас не выдержал, пошел по берегу гулять, нервы успокаивать. Метрах в ста от нас нашел брод в протоке, перешел на тот берег и в нашу сторону направился неспеша. А прям напротив нашей стоянки стал прыгать как сумасшедший, зовя нас к себе. Мы пообещали его в воду скинуть (а весна на улице, вода холодная), если зря припремся туда.

Не зря. С более крутого противоположного берега открылась картина, не видная с нашей пологой стороны. Стали видны коряги, на которых мы оставили несколько приманок. Если б только мы. Коряги были просто усеяны блеснами, воблерами, поперами и прочими щучьими заманухами. Не менее 150 штук насчитали. Настоящее щучье богатство, которое, судя по всему, постоянно пополнялось рыбаками, пытавшимися поймать щуку - проказницу.

Не одних нас она дурила. Ай, да молодца, пятнистая!

С отличным настроением мы продолжили отдых, не забыв выпить за здоровье щуки.

горящими глазами вглядываются в небо, в южную сторону, уши у них оттопыриваются, как у чебурашек– гусь, гусь вот-вот пойдет! Важно не пропустить первый гусиный крик или силуэт! Они начинают собираться в стайки, как революционеры-заговорщики, возбужденно пересказывая последние новости, как будто ждут прихода союзных войск: «Мне свояк звонил, Игарку уже прошли, скоро и до нас дойдут! » Другие охлаждают пыл: «Вчера похолодало, по Енисею снег прошел, они обратно повернули. Еще недельку подождать надо бы. » «А у меня сосед-вертолетчик три дня на островах просидел, хоть бы один прилетел! Рано еще. А ты патроны уже заготовил? Сколько? Двести штук? Думаешь, хватит? »

В это время начальству не позавидуешь. У каждого из охотников находится объективнейшая причина, чтобы взять отгул или отпуск на несколько дней. У кого-то теща при смерти, у кого-то жена рожает, третьего в больницу должны положить на обследование, четвертый два года без отпуска, «ну хоть на недельку отпустите». И все настолько убедительны, как будто школу Станиславского успешно закончили.

Дикий серый гусь совсем не похож на своего домашнего собрата, он размером с домашнюю утку, и жира в нем весной не больше, чем в вяленом минтае, но охота на него – это вершина спортивной охоты. Попробуй подойди к компании охотников, которые с ностальгической истомой и поволокой в глазах вспоминают, как в прошлом году за неделю сидения в тундре добыли пару гусей, и скажи, что ты зимой трех оленей в течение пяти минут подстрелил, на тебя посмотрят, как на слабоумного: «Какие олени, дорогой, о чем ты вообще? Ты бы еще про ондатру начал рассказывать! Не видишь, тут серьезные люди про Гуся беседуют! »

Я тогда работал в тундре молодым специалистом, сразу после окончания вуза, и мне повезло в первую же весну съездить на гуся. Никого мы тогда не добыли, но зато я понял, что такое азарт гусиной охоты, когда мы брели по распадку по колено в мокром снегу, под которым уже вовсю бежали ручьи, и вдруг услышали где-то далеко в тумане перекликающиеся крики пролетающих гусей. «Ложись! » Плюх в снег, и закапываешься в ледяную жижу поглубже как крот, чтобы гуси как можно позже тебя увидели. Из тумана вдали появляется косяк гусей, который быстро проносится мимо. Встаешь, весь мокрый, и только выдыхаешь: «Эх, далеко прошли! »

«Вы знаете, Бендер, как я ловлю гуся? Я убиваю его, как тореадор, - одним ударом. Это опера, когда я иду на гуся! "Кармен"! » - Паниковский

Стояли полуголодные девяностые годы. То зарплату задерживали, то продукты не подвозили, поэтому охота в то время была не только удовольствием, но и средством добычи пищи. После той поездки «на гуся» прошел почти месяц, за это время мне одолжили ружье, с которым я начал вечерами ходить в тундру. Добывал я немного, по одной-две утки или куропатки, в зависимости от того, в какую сторону уходил. Трофеи нередко относил дежурной смене операторов добычи газа, которые круглосуточно дежурили на объекте и обедали там же. В тот вечер я подстрелил из скрадка на озере утку и решил отдать ее дежурной смене. Перед самым промыслом залез я на газовую трубу, диаметром около метра, и пошел по ней. Мне осталось пройти полсотни метров, как вдруг я услышал знакомые крики. Не может быть! Весенний пролет гусей закончился еще пару недель назад. Я посмотрел в сторону криков и на фоне огромного красного заходящего солнца увидел три силуэта, которые направлялись прямо на меня. Так, спокойно. Не шевелимся, чтобы не спугнуть. Медленно снимаем ружье с плеча. У двустволки двенадцатого калибра отдача приличная, поэтому пошире расставляем ноги и устойчиво становимся на трубе. Отворачиваемся в сторону, чтобы солнце не слепило и ждем, когда гуси подлетят поближе.

Крики раздавались все ближе и ближе. С такого расстояния уже можно было стрелять, но я терпеливо стоял столбиком и ждал, чтобы уже наверняка попасть. В книгах нередко перед смертью у героев нередко вся жизнь, начиная с раннего детства, умудряется пролететь перед глазами. У меня в те мгновения перед глазами мелькало не прошлое, а будущее. Гуси подлетали все ближе и ближе, вероятность подстрелить хоть одного из них с такого расстояния становилась все реальнее и реальнее. Передо мной пронеслась картина, как я стреляю в гуся и он по инерции падает прямо рядом с трубой. Я беру этого гуся и несу его операторам. Захожу к ним, небрежно держа его за шею, как будто это обычная куропатка. Операторы скапливаются вокруг меня и начинают удивленно охать: «Ух ты, смотри – гусь! Они же уже давно пролетели. Как это ты его подстрелил?! Ничего себе, ну ты уже настоящий охотник! » Тут я прерываю сам себя, резко оборачиваюсь к гусям и вскидываю ружье. Гуси летят прямо на меня, низко-низко на землей и до последнего момента меня не замечают. Тут они испуганно начинают тормозить, но свернуть в сторону уже не успевают и летят прямо надо мной. Они настолько близко, что их можно сбить длинной палкой. Я хладнокровно прижимаю приклад ружья к плечу и практически в упор стреляю. Зарядом дроби с такого расстояния промахнуться просто невозможно, прямо передо мной на расстоянии нескольких метров во всей красе распахнутые крылья трех гусей. Операторы, ждите, теперь мы (я и гусь) идем к вам! Я плавно тяну за курок – и тишина. Что такое? Осечка? Но щелчка не было! Может, не взвелось, ружье – бескурковка, снаружи не видно. Я быстро переламываю ружье об колено и вижу два патрона, одним из которых я полчаса назад подстрелил утку. И именно за этот курок я и дергал! Нет чтобы и на второй курок нажать! Быстро захлопываю ружье и навожу его вслед улетающим гусям. Поздно, за это время гуси удалились из зоны поражения. Вслед им звучит запоздалый бессмысленный выстрел. Все, опера закончилась. Дивные жирные птицы улетели навсегда.

Мамин-Сибиряк (с)

и ресторанчик симпатичный. У входа швейцар колоритный такой стоит.

— Можно у вас покушать? , - спросил я у швейцара.

— У нас?! Вы хотите у нас покушать? , - почему-то удивился швейцар. Да, хочу, - подтвердил я, списав удивление на свой неидеальный английский.

— Подождите, сэр, я сейчас узнаю, - сказал швейцар и удалился в заведение.

Довольно скоро он появился обратно, пригласил меня внутрь и забрал мокрый зонтик. Метрдотель в смокинге сказал:

— Вы знаете, у нас есть свободный столик, но только на полтора часа. Если вас это устроит, мы будем рады видеть вас нашим гостем.

Немного заинтригованный приемом, я сел за столик и посмотрел меню. Дороговато, конечно, но ладно. Зато согреюсь. Огляделся. Сводчатые потолки, старинные интерьеры. Нескольких человек за соседними столиками я точно где-то видел раньше. Учитывая, что в Лондоне я бываю не часто, явно видел их не вживую, а на экране.

Залез в интернет посмотреть, куда же я забрёл. Один из старейших ресторанов Лондона, излюбленное место отдыха правительственных и артистических кругов. Если вы не постоянный посетитель, бронировать столик рекомендуется за несколько месяцев до посещения.

Ну что хочу сказать? Вкусно. Если бы не дождик, вряд ли бы я сюда попал. А если бы знал, что это за место - и дождик бы не помог, я бы даже и не пытался.

кожу. В этом увлекательном занятии приняла участие вся семья. Спустя некоторое время я заметил, что очереди на водяную горку типа открытый жёлоб практически нет - все обедали или просто спали в тени пальм.

„Эх, прокачусь! “- подумал я и попросил жену сфотографировать меня в момент вылета из трубы или погружения в воду. Это было не самое удачное решение в моей жизни - но я тогда ещё об этом не догадывался. Горка эта была относительно тихоходная и для придания ускорения многие заправляли плавки между ягодиц и сильно отталкивались руками при старте. Я сделал то - же самое и тут - же пожалел об этом - но было уже поздно.

На первом же изгибе жёлоба меня довольно прилично шарахнуло бедром о бортик гораздо выше и сильнее, чем обычно.

„Наверное, я качусь очень быстро! “- пронеслось у меня в голове - „ Надо тормозить! “

Но не тут-то было - все попытки замедлить спуск его только ускоряли! И в конце концов спуск превратился в свободное падение - я летел вниз быстрее журчащей по дну жёлоба воды и с примерно двухсекундным тактом врезался не по детски в плавные изгибы полутрубы. Каждый раз всё ближе к краю жёлоба. Каждый раз всё больнее. А скорость всё росла...

На предпоследнем, самом опасном повороте меня подбросило так, что потом полет я продолжил головой вперёд.

„Всё, чудак, довыёживался! “- подумал я и попробовал что-нибудь громко крикнуть, чтобы хоть как то себя подбодрить. Но полёт продолжался в полной тишине - челюсти свело так, что разжать их удалось намного позже.

Наконец это свёрнутое в спираль чудо инквизиторской мысли закончилось и труба меня просто выплюнула, как надоевшую игрушку.

К счастью для жены, стоявшей по пояс в воде, я набрал такую скорость, что перелетел через неё с фотоаппаратом, даже не испортив ей прическу.

Приводнился я в метре от бетонного края бассейна, сделав против своего желания зверскую „бомбочку“ животом.

Работник аквапарка что-то громко мне объяснял, но поняв, что я не дружу с испанским, оставил меня в покое.

Когда спустя пару часов я подошёл посмотреть снизу на место, где меня особенно близко к краю шарахнуло о бортик - только тогда я до конца осознал всю серьёзность ситуации - высота была не менее 7 метров. И бетонный, некрашенный пол...

Фотография конечно не получилась - в левом правом углу можно разглядеть пол-ноги с сильно размытыми контурами. Но повторять свой подвиг я наотрез отказался - не стоит оно того.. .

Да и вам не советую - детям нужен отец, а не его последняя фотография!

гитара, палатка. Амуниция, у них была конечно же первостатейная. Все самое дорогое. Даже ледорубы были, хотя до льда и снега они не собирались идти, но фотки с ледорубом и бухтой веревки, это круче чем ковбой Мальборо. Они поднялись на километровую высоту, не больше. Переночевали. Пора и домой в Москву. Но Кавказ внес свои коррективы, они заблудились наглухо. Наглухо - это три дня и три холодных ночи. Сожгли бензин из зажигалки "зипо", гитару, спальный мешок, а мокрая трава че-то не горит. День похож на день, и ничего нового: с утра до вечера хромое блуждание от пропасти до пропасти, а как они туда попали, и как спуститься вниз к людям – непонятно.

Между собой, охрипшие влюбленные общались только матом. На четвертое утро, они проснулись от звуковых галлюцинаций. Им слышались: немецкая речь, смех и переливы губной гармошки. Как в фильмах про войну. Звуком все не закончилось, в палатку заглянул мужик и сказал:

- Гутен морген.

Наши герои выползли из палатки и увидели двадцать человек из группы "Эдельвейс", навьюченных до зубов, только без оружия.

Это были матерые немецкие альпинисты и в результате "э-кальских" и "бэ-кальских" переговоров, выяснилось, что они к своему восхождению готовились два года и не намерены отвлекаться от маршрута ни на секунду, поэтому не может быть и речи, о том, чтобы отвести наших страдальцев вниз к людям. Они лишь неопределенно показали ледорубом направление и тыкнули варежкой в компас. Бедолаги не хотели отпускать живых людей, тем более, они уже там вчера блуждали, куда смотрел ледоруб.

Наши твердо решили, что немцы не пройдут и легли перед ними "трупами". И немцы поставили ультиматум (немцы вообще любят ультиматумы):

- Вы идете с нами «шнеллер», покорять «алес» вершину, далее мы спускаемся с той стороны горного хребта и приводим вас в цивилизацию. Но если вы будете нас задерживать, мы вам тут же скажем "ауфидерзейн".

Русские посмотрели вдаль и вверх на сияющую снежную вершину и грустно сказали:

- "яволь"

Немцы грубо высыпали все вещи студентов на землю (ну немцы, что возьмешь) и взяли то немногое, что пригодится в походе, остальное велели бросить, собрали им с миру по карабину и пошли.

Наши 100 000 раз пожалели, что поперлись с немцами. Это все равно, что человек сломавший палец, ломает себе еще и обе ноги, чтоб с поломанным пальцем без очереди попасть в Склиф. Но отступать было поздно.

Представьте - как трудно лезть в гору человеку, который прет на вершину, только чтобы попасть вниз. Чего только стоит сон над пропастью, в гамаке прибитом гвоздиком к горе. Нормальному человеку такое приснится и он, вздрогнув, проснется...

Они вернулись домой еле живые, похудевшие, с обгоревшими на солнце лицами и слезящимися глазами. Но вернулись.

Через месяц немцы прислали им фотографию. Я ее видел: Радостные Гансы и Фрицы орут и смеются, как будто увидели в бинокль Москву. В руках вымпел покорителей вершины, а на заднем плане на снегу сидят две печальные фигуры с впалыми глазами

"... У многих катанье на коньках производит отдышку и трясение. .. "

Козьма Прутков.

во двор вломились до безумия испуганные люди и ,перебивая друг друга, принялись визгливо объяснять, что приближается большой вражеский флот. Через час, или раньше, он уже подойдет к берегу. Защищать город нам нечем, так что вся надежда только на тебя, Архимед. Ты ведь самый умный человек на свете, если нам не врал. Придумай что-нибудь. Спаси нас!

- Да, как же я вас спасу? Они на кораблях, их там много, а я один и мне под семьдесят.

- Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Если ты нас не спасешь, то мы все умрем. Вся надежда только на тебя, Архимедушка. Осталось меньше часа, надевай сандалии и начинай уже что-нибудь делать.

- А как вы себе это представляете? Что я должен делать? Ну, прекращайте реветь, я этого не люблю. Ладно, сейчас что-нибудь сообразим. Ну, вот, хотя бы притащите из дома все зеркала, которые у вас есть, а там посмотрим. Все, давайте выходите, а то корову мою испугали, из-за вас у нее молоко может пропасть. Да, вы не ослышались, обычные зеркала. Бегом, если хотите жить! Встретимся на берегу.

Неизвестно, спалил ли Архимед вражеские корабли, или не спалил. История это умалчивает. Но, в любом случае, от тысяч зеркал, враги на кораблях поймали таких «зайчиков» которых не видел даже самый придурковатый помощник сварщика.

Так что вражескому флоту пришлось срочно разворачивать оглобли от Сиракуз.

Из ныне живущих людей, подобных Архимеду, лично я знаком с одним — это, конечно же, мой старинный друг, бывший КГБ-шник, Юрий Тарасович. Каждый раз он меня поражает своим системным подходом, быстротой и силой мысли. Он никогда в жизни не попадал в тупиковые ситуации, просто потому, что был не в курсе, что ситуация тупиковая. Для Юрия Тарасыча нет никакой изюминки и никакого подвоха в задаче про волка, козу и капусту. Обычная логистическая операция, не более того.

Несколько лет тому назад, Юрий Тарасович поехал отдыхать куда-то к друзьям на Кавказ, а заодно прихватил с собой внука Юру и его молодую жену Олю. И Тарасычу веселее, и для молодых это было что-то типа свадебного путешествия.

Природа потрясающая, но от дома до берега реки топать километра три по серпантину, да и вода в реке на ощупь примерно минус тридцать градусов, особо не поплаваешь, тем более в жару. Но, куда-то ходить надо, вот Юра с женой и спускались к реке по два раза в день: утром и после обеда. А дед вообще к реке не ходил, загорал наверху, недалеко от дома. Да и чего туда ходить , силы тратить? Все же не мальчик уже, за восемьдесят. К тому же речку сверху и так отлично видно.

А, надо сказать, что жена у Юры очень спортивная барышня, она с детства занимается альпинизмом и даже что-то там такое покорила. Вот, в один прекрасный день, когда молодожены должны были отправляться на обед, Оля решила разыграть мужа. Сказала чтобы Юра пошел вперед, а она еще раз окунется и очень скоро догонит его.

Юра кивнул, без задних мыслей собрал в рюкзак покрывало, полотенца, телефоны, бутылки с водой и пошел по серпантину наверх.

А в это время Оля принялась покорять практически отвесную стену метров двадцать высотой. По подсчетам Оли, минут через восемь она должна была уже оказаться наверху. Наверху, где, ничего не подозревая, читал книгу Юрий Тарасович и куда только через полчаса должен подойти уставший и удивленный Юрка.

В принципе, отличный план для девятнадцати лет.

Тарасович, сидя на кресле-качалке, действительно читал книгу, но вдруг, сквозь шум ветра и бурление реки внизу, услышал какое-то странное мычание. Прислушался. Вроде показалось. А, нет, вот сейчас не показалось. Отложил книгу, хорошенько потянулся, надел шлепанцы, не спеша подошел к краю обрыва, с интересом заглянул вниз и увидел. Оля всеми двадцатью пальцами рук и ног, впилась в отвесную скалу и не могла пошевелиться, только тяжело дышала и дрожала от страха и усталости. Из одежды на ней - всего лишь купальник, и все тело исцарапано до крови. Видимо, она уже давно прошла точку возврата и вот, почти на самом верху, остановилась. До конца оставался какой-то метр, может, даже сантиметров семьдесят, но их никак уже не преодолеть, абсолютно не за что цепляться, да и спуститься вниз тем более невозможно.

Оставалось только ждать, когда силы покинут глупенькую альпинистку, руки разожмутся, и она погибнет в страшных, но недолгих муках. Ждать нужно было, скорее всего, не больше минуты. Юрий Тарасович оценил обстановку, присел на краю пропасти, улыбнулся, подмигнул Оле и спокойно сказал:

- Все нормально, я тебя сейчас вытащу, не переживай…

Кстати говоря, я, много раз прокручивая эту историю в голове, долго думал — а что вообще можно сделать в такой патовой ситуации?

Так ничего толкового и не придумал. За веревкой бежать некогда, спасателям звонить тоже не будешь. Да, даже за потную руку ее не схватишь, просто не дотянешься, а если и дотянешься, то все равно не удержишь . Только и остается попрощаться с человеком, или прыгнуть вслед за ним. Просто тупиковая ситуация, или в лучшем случае сцена из кошмарного сна.

Но как же поступил наш мудрый дед Юрий Тарасыч? А вот как: он, без всякой паузы снял с себя футболку и сказал:

- Оля, я сейчас спущу тебе футболку, но ты не хватай ее руками, не дергайся, просто держись за стенку как держишься. Укуси футболку покрепче, старайся коренными зубами. Не бойся, твои зубы выдержат три твоих веса. Как закусишь и будешь готова, помычи и я тебя вытащу, а ты просто помогай мне руками и ногами.

Оля прикусила футболку, замычала и уже через десять секунд оказалась наверху. Дед тянул не особо сильно, килограммов пятнадцать , не больше, но этого хватило, все остальное Оля сделала сама.

Юрий Тарасович отвел ее подальше от края пропасти, а потом уже со всей дури отвесил Оле хорошего пендаля, сел на землю и завалился на бок.

У него случился сердечный приступ. Неделю в Баксанской больнице провалялся, весь отдых молодым испортил...

шкурке...

Деревья тогда были большими, наши дети - маленькими, а мы сами - молодыми и красивыми. Муж мой и мама его активно уговаривали меня провести лето с двухлетним сыном у свекрови на даче:

- Поезжай, поживи там! Ребенку нужен свежий воздух! Свои овощи и ягоды! Фермерские продукты! Это же здоровье ребенка!

Я вяло сопротивлялась, меня терзали смутные сомнения. Муж и свекровь работали, жить там одной с ребенком мне не хотелось

Меня прижали к стенке последним аргументом:

- А скучно тебе там не будет. У соседки такой же ребенок, как и у тебя, будете в гости ходить. А мы будем на выходных приезжать.

Я сдалась и, собрав вещи и сыночка, отбыла на дачу.

Итак, дача, чудесное июльское утро

Хлопает дверь нашего "спального" домика. По дорожке к летней кухне бежит человек в памперсе. Лицо и руки человека покрывают пятна изумительного зеленого оттенка. В кулачке человек сжимает заветный пустой флакончик бриллиантового зеленого. За ним, путаясь в шлепанцах и застегивая на ходу шорты, бегу я... .

... . Сын проснулся сегодня рано, огляделся, увидел на подоконнике новый объект - флакончик из-под зеленки. Бабушка, видимо, вчера оставила, подумала что он закончился. Ребенок дотянулся из кроватки до подоконника. Остатков зеленки хватило, чтобы создать замечательную ик[бах]ну на обоях и занавесках, а также нанести боевую раскраску на себя. Увидев, что мама на соседней кровати открыла глаза, ребенок ловко, как Маугли, вскарабкался и перемахнул через бортик кроватки, открыл засов и исчез за дверью.

Сон испарился мгновенно, бегу за своим сокровищем. Кошка, мирно спавшая на лавочке, подпрыгнула в воздухе и дематериализовалась. Догоняю, отбираю трофей, сын возмущенно орёт. Тащу к умывальнику, пытаюсь отмыть зелень, да куда там... . Сама только перемазалась.

Надо варить кашу, иду на кухню, ставлю на плиту молоко. Снаружи раздаются вопли и грохот. Выскакиваю - сын лежит на земле и палкой (и где он их только берет?! ) пытается выгнать кошку из-под крыльца. Объясняю:

- Киса живая (пока еще, ага! ), зачем же ты ее палкой?

- А чего она?! ?! - возмущается детище.

С кухни слышится шипение - молоко убежало...

Краем глаза вижу, как на соседнем участке подружка Ирка выводит из дома за ручку свою дочку Ксюшу - очаровательную двухлетнюю куколку в голубом платьице и беленьких сандаликах. Ирка сажает Ксюшу в песочницу, а сама вальяжно устраивается неподалеку в шезлонге с журнальчиком и чашкой кофе.

Ну конечно! У нас ведь тоже есть песочница! Сажаю мою прелесть в песочницу, выдаю совки и ведерки. Сама иду спасать наш завтрак. Минут десять проходят в тишине и покое, около песочницы за кустами мелькают светлые кудряшки сыночка. Я успеваю сварить кашу и даже откусить бутерброд с сыром. Иду за сыном. Оказывается, без дела он не сидел... В корыте за кустами у меня было замочено для стирки постельное бельё. Сын набирал в ведерко песок и щедро высыпАл его в корыто, ведерок пять точно успел принести.

Тащу деятеля на кухню, сажаю за стол, даю кашу и ложку и включаю мультики по видику.

Отмыть пододеяльник от песка в небольшом корыте - занятие увлекательное, но крайне не простое. Через некоторое время, отчаявшись, всё бросаю и иду проверить своего едока. Каша размазана по столу, видик выключен, из кассетоприемника торчит мой бутерброд. Ребенка нет. Ищу по дому. бегаю по участку. Ребенка НЕТ. Бегу к калитке. Она, разумеется, закрыта, но ночью под ней дождь размыл лужицу жидкой грязи. Вот по этой грязи детище и проскользнуло на волю, судя по следам. Выбегаю на дорогу. Вдалеке мелькает желтая маечка. Хорошо, хоть машин в посёлке практически нет. Надо догонять. . Шлепанцы мешают, поскальзываюсь и падаю коленками в грязь. Скидываю тапки и бегу босиком. Мечтаю, чтобы что-то задержало моего беглеца.

О, Боги, спасибо! Какая-то девушка вывела на прогулку свою собаку чау-чау. Подбегая к сыну, наблюдаю, как он тычет в морду собаке грязный пучок травы, приговаривая:

- Кушай, собачка, кушай!

(О, да, Билл, песок - неважная замена овсу)

Бедный чау-чау с ужасом смотрит на непонятное зеленое, покрытое подсыхающей грязью существо, жмется к ногам хозяйки и скулит. Хозяйка в не меньшем ужасе тоже пытается что-то пищать.

Хватаю ребенка, идём обратно, по дороге мысленно ругаюсь на мужа, который не приварил к низу калитки решётку, как я просила. "Да ты что, там и мышь не полезет! " Ну да, мышь, может, и не пролезла. Дома отмываю деточку, переодеваю, запихиваю в него остатки каши.

А не сходить ли нам в гости?

Увидев соседа, опытная уже Ксюша мгновенно выскакивает из песочницы и отбегает на безопасное расстояние.

Ирка, возлежа на шезлонге, томно поднимает черные очки и окидывает меня взглядом.

Вид у меня тот еще. Лицо красное, взмыленное, волосы дыбом, мокрая майка прилипла к телу, коленки исцарапаны, руки в зеленке, на ноге синяк...

- Спортом занимаешься? - делает вывод Ирка - Какая ж ты молодец! А мне вот всё некогда...

Я отрешённо опускаюсь на лавочку. С волос стекают капельки пота и падают в песок.

Маленькая Ксюша огорченно наблюдает, как сосед, расправившись поочередно с ее куличиками, старается попой сесть на песочный замок...

Начинается новый день.

- как будто сбылись предания о незадачливых жертвах Медузы Горгоны, о проклятых грешниках Содома и Гоморры - все они превратились в соляные столпы.

Точными копиями себя живых, но похожие на людей не более, чем манекены, скульптуры или чучела. Застыли навеки в тех позах, где застала их смерть - влюбленные парочки, няньки с младенцами, бабульки, деды. Никого не миновали в этом парке укусы пауков Мировой паутины.

Кто сидя застыл, кто лежа на лежаке. Кто повис на давно остановившихся качелях. Кто стоя столбиком со скрюченной рукой у самого носа.

По пустым глазам, унылым физиономиям и проводам, впившимся в уши, было очевидно - им сейчас высасывают мозг, но он уж почти кончился, досасывают жижу.

Как спеленутые в кокон мухи, некоторые еще вяло барахтались. Изредка расталкивали своего парня для селфи вдвоем на зависть подругам.

Но в целом эта часть человечества забыла снять кроссовки в жару, в парке, даже лежа на попоне среди лужайки. Выглядела полностью пережеванной жвалами цифровой революции - рахитичные тела, бледные лица, очки с трех лет на носах.

Даже боксеры расселись по ступенькам вокруг бессильно повисшей груши лилово-красного цвета. Она напоминала хер слоновый - слоны, как известно, спят стоя. Дай мне волю поставить тут арматуру для живой изгороди, вот слона бы и вылепил над этим местом. Чтобы спортсменам смартфоны дождиком не промочило. Зеленоватые отсветы бродили по их лицам в закатном сумраке, как у нежити. Вероятно, смотрели чужие матчи на солнечных газонах.

Мрачно уехал я прочь, но чу! За гротом послышался какой-то веселый кипеш. Свернул туда в удивлении. Там просторная беседка стоит, изредка устланная телами йогов, чаще пустая. Сегодня в ней было не протолкнуться.

Понятия не имею, флэшмоб ли это был, корпоратив или парковый массовик-затейник. Но народ собрался разный, от мала до велика, человек тридцать. Обоих полов примерно поровну. Раздался задорный голос какого-то паренька, без микрофона слышный издали:

- Так! Бродим по беседке как попало, своими кругами и загогулинами, более-менее постоянными, но чтобы особо не толкаться. Встретившись с препятствием, обязательно глядим ему прямо в глаза! Встретившись взглядами, даем пять! Сердечно хлопаемся друг с другом ладошами и расходимся по правилам правостороннего движения. Если кто нравится- не нравится, можете менять орбиты!

Толпа слегка заржала и принялась вращаться. Там чистый пол для занятий йогой, естественно все разулись. От встречных хлопаний раздалось нечто вроде грома аплодисментов. Раскаты его вскоре начали стихать. Из первоначальной сутолоки возникло более-менее упорядоченное движение, типа роя астероидов.

Наметились даже планеты - пара улыбающихся дев в коротких шортах явно пользовались популярностью. Они гордо вращались наособицу, плыли неторопливо, чтобы успеть поздороваться ладошкой с каждым встречным почти в очереди. Кавалеры предпочитали вращаться в противоположном направлении.

- Да это же планетарная модель атома, которую придумал Бор! - осенило меня. Вот почему электроны с противоположными спинами норовят спариться! Вот объяснение принципа неопределенности! За рулями электронов сидят маленькие человечки и рулят куда угодно, особенно прочь от наблюдателя. В целом стараются не толкаться, но предпочитают крутиться по двое!

Не успел народ опомниться и устояться по своим орбитам, парень воскликнул:

- Так! Правила усложняются! Теперь вы имеете право давать пять не кому попало, глядеть по сторонам скрытно, но если уж встретились взглядами, киваете друг другу и хлопаете!

Толпа расхохоталась, вид приняла конспиративный, как у шпионов на задании, хлопки однако продолжились. Пара чуваков вдруг заскучала игрой и испарилась с площадки.

- Так! А теперь у нас появляется мячик! Только один! Каждый, кому он попадет, бросает тому, с кем первым встретился взглядом!

Обычный теннисный мячик полетел в народ и заскакал по занятной траектории. Все невольно следили, где сейчас мячик, и взглядами встречались там чаще.

- Так! А теперь мячиков два!

Я не стал влезать в эту игру, потому что пропустил ее начало, а стоять зевакой рядом было скучно. Поехал себе дальше, но возвращаясь обратно через четверть часа, застал какой-то радостный дурдом - народ носился во все стороны и жонглировал множеством мячиков. Ведущий обегал периметр и кидал обратно в беседку вылетевшие. Народ успел сыграться, мячи вылетали нечасто, игроки бегали их подбирать сами. Я спросил у этого паренька, когда он присел к столбу отдышаться:

- А как называется эта игра? Понравилась!

Он просиял:

- Никак! Сам только что придумал!

Охренеть, всего дюжина теннисных мячиков. Подобранных вероятно с соседнего корта. А сколько движухи! Наверняка состоялось несколько знакомств с продолжением. Может, он сам и подговорил эту пару случайно встреченных девиц для зачина. Если так, прекрасный пикап! Гораздо веселее, чем по сайтам знакомств таращиться на фотошопы и аватарки, на лавках в одиночестве сидючи.