Самые смешные анекдоты 2026

ну скажи, сколько ты получаешь в час? — Ну, вообще-то, 500. А что? — Пап: — сын посмотрел на него снизу вверх очень серьезными глазами. — Пап, ты можешь занять мне 300? — Ты спрашивал только для того, чтобы я тебе дал денег на какую-нибудь дурацкую игрушку? — закричал тот.

— Немедленно марш к себе в комнату и ложись спать!.. Нельзя же быть таким эгоистом! Я работаю целый день, страшно устаю, а ты себя так глупо ведешь.

Малыш тихо ушел к себе в комнату и закрыл за собой дверь. А его отец продолжал стоять в дверях и злиться на просьбы сына. "Да как он смеет спрашивать меня о зарплате, чтобы потом попросить денег? "

Но спустя какое-то время он успокоился и начал рассуждать здраво:

"Может, ему действительно что-то очень важное нужно купить. Да черт с ними, с тремя сотнями, он ведь еще вообще ни разу у меня не просил денег". Когда он вошел в детскую, его сын уже был в постели. — Ты не спишь, сынок? — спросил он. — Нет, папа. Просто лежу, — ответил мальчик. — Я, кажется, слишком грубо тебе ответил, — сказал отец.

— У меня был тяжелый день, и я просто сорвался. Прости меня. Вот, держи деньги, которые ты просил.

Мальчик сел в кровати и улыбнулся. — Ой, папка, спасибо! — радостно воскликнул он.

Затем он залез под подушку и достал еще несколько смятых банкнот. Его отец, увидев, что у ребенка уже есть деньги, опять разозлился. А малыш сложил все деньги вместе, и тщательно пересчитал купюры, и затем снова посмотрел на отца. — Зачем ты просил денег, если они у тебя уже есть? — проворчал тот. — Потому что у меня было недостаточно. Но теперь мне как раз хватит, — ответил ребенок.

— Папа, здесь ровно пятьсот. Можно я куплю один час твого времени? Пожалуйста, приди завтра с работы пораньше, я хочу чтобы ты поужинал вместе с нами.

Мораль

Морали нет. Просто хотелось напомнить, что наша жизнь слишком коротка, чтобы проводить ее целиком на работе. Мы не должны позволять ей утекать сквозь пальцы, не уделяя хотя бы крохотную ее толику тем, кто действительно нас любит, самым близким нашим людям.

Если нас завтра не станет, наша компания очень быстро заменит нас кем-то другим. И только для семьи и друзей это будет действительно большая потеря, о которой они будут помнить всю свою жизнь.

Подумай об этом, ведь мы уделяем работе гораздо больше времени, чем семье.

тут же и устроили нечто вроде пресс-конференции - толпились, взволнованно шагали и балабонили по телефонам, пытаясь перекричать друг друга.

Атмосфера создалась самая что ни есть психованная — кто-то чего-то сгоряча ляпнул, кто-то на визге ответил хором, резко запахло валерьянкой. От нее свихнулась кошка и принялась носиться по квартире с душераздирающими воплями. Кто бросился ловить кошку, кто прорывался в спальню. Одна особо буйная таки ворвалась и втащила на своих плечах целую толпу, на ней повисшую.

— Пропустите меня к нему! — взывала она.

— Только через мой труп! — вопила другая.

Новый удачный прорыв с фланга этой схватки — чувак успел назваться зятем, но как глянул на всё это, прихватило и его. Скорчился, побледнел, схватился за сердце. К стенке прислонился, плащ у горла расстегивает, а пальцы не попадают.

— Я таких случаев навидался в своей практике — объяснил дальнейшее врач — тут ни с чем не перепутаешь, и секунды решают. Вижу, валерьянкой не обойдешься. Схватил его за ворот всей одежды разом и рванул от души, только пуговицы по всей комнате запрыгали — от рубашки, пиджака и плаща. Ну и влепил ему разряд тем же дефибриллятором, чтобы два раза не вставать. Пощупал рухнувшее тело — пульс есть, вернулся к главному больному.

Зять этот, когда очухался, был признателен за спасение жизни своего драгоценного тестя, но и расстроен — оказывается, он сотик пытался нащупать в нагрудном кармане и испугался, что его потерял. А к стенке прислонился, чтобы не мешать врачам и не попасть под бабскую разборку. Как увидел разъяренные физиономии бросившейся к нему бригады в белом, подумал, что сейчас его будут бить. Успел подумать, что пора валить отсюда, больше ничего не помнит. Особо не ругался, ощущения после электрошока описывал как бодрящие. Удалось откачать тестя — и ладно, фиг с ней с разодранной одежкой.

Тесть меж тем очнулся, вяло помахал рукой своим бабам, но лицо его стало печально, как будто он раздумывал над путями отступления в мир иной. При виде же зятя топлес и в пышных лоскутах ниже пояса, наподобие папуаса, больной стал оживать, вслушиваться, и наконец заговорил. Уверял, что всё это видел сверху из астрала, и только после того, как заржал, неодолимая сила вернула его обратно в тело. Поступок доброго доктора, долбанувшего электрошоком ни в чем ни повинного зятя, остался безнаказанным.

белый и пушистый. Стоил он 300 долларов.

Соседи в нем души не чаяли, кормили по-особому, причесывали... Клетка с кроликом стояла в саду, и Бобик часто там крутился — изучал странного зверя.

И вот однажды сижу я на веранде, и вдруг вижу — бежит мой пес — весь в грязи, в земле — и тащит в зубах того самого дорогущего кролика -дохлого, естественно, и чумазого. Ну все, думаю, кранты! Добрался-таки до Кешки!

Сразу вспомнились 300 баксов — где я возьму такие деньги...

Тогда мне пришла в голову идея: отняла кролика, наказала собаку и стала отмывать несчастного Кешку шампунем. Потом высушила его феном, расчесала, и — тихонько-тихонько — стала пробираться на соседскую территорию.

Посадила кролика в его клетку, стараясь придать ему естественную позу, и для правдоподобия сунула ему в зубы морковку. Потом быстро вернулась к себе и сижу — жду, что будет дальше. Час проходит, другой, третий...

Вдруг — стук в дверь.

Открываю — на пороге стоит сосед — белый как мел, глаза квадратные...

Ну, думаю, началось! А сосед говорит: — Маша, представляешь — вчера умер наш Кеша, мы похоронили его в саду...

А сейчас я смотрю — он сидит в своей клетке и, как ни в чем ни бывало, ест морковку... Маша, у тебя есть валидол..."