Истории для взрослых #туалет

Короче, заходит в комнату одна мадама вся вдрабадан, демонстративно поправляет колготки и во всеуслышание заявляет, что ее только что оттр@хали в туалете. Причем так оттр@хали, что просто космос. Улетела дальше, чем Юлия Пересильд. Кто? А в том-то и вопрос. Благодетель зашел сзади, отправил на орбиту и сразу вышел. Но никто из вас – космонавтка обводит взглядом сидящих мужчин, с доброй половиной которых переспала по молодости – на такое не способен, а о муже и говорить нечего. Мужики отводят глаза, женщины предлагают выпить за любовь и интересуются подробностями.

Через некоторое время участников вечеринки начинают таскать в полицию. Космонавтка, протрезвев, написала заяву об изнасиловании. Не сама, а с подачи мужа. Муж на концерте присутствовал, но первым накидался до зеленых соплей и весь перформанс проспал в соседней комнате. Ну и обидно стало. Поставил ультиматум: или ты шлюха и развод, или ты сопротивлялась и насильника мы посадим. Кого конкретно? А это пусть полиция разбирается, ей за это деньги платят.

Следствие не сходя с места зашло в тупик. Никто не сознается, никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Пострадавшая охотно делится тактильными ощущениями, но их к делу не пришьешь. Но тут добрались до музыканта, и выяснилось, что он приходил не один. С ним был ассистент, который концерт снимал. А по окончании камеру не выключил, а вместе со штативом уронил на пол. И она пять часов из-под стола снимала пол коридора. Или пол-коридора. Короче, нижнюю половину коридора вместе с дверью туалета и входящими-выходящими ногами.

Дальше пострадавшая с мужем и полицией смотрит кино. Вот я зашла в туалет. А вот за мной зашли ноги в джинсах. Вот они вышли. Надо же, всего двенадцать минут, а казалось, вечность прошла. Джинсы – примета так себе, но эти зеленые носки я определенно где-то видела. Блин, муженек, да это же твои носки. Я их тебе дарила к 23 февраля. Выходит, это ты меня трахнул в туалете.

Казалось бы, все решилось ко всеобщему удовольствию, но нет. Пути женской логики неисповедимы. Космонавтка наотрез отказалась забирать заявление. С мотивировкой: ты от меня скрывал такие таланты, пять лет раз в месяц по три минуты, а тут по пьяни и не зная с кем расстарался. Так вот посиди теперь. Полиция в тупике. По закону изнасилование жены – тоже изнасилование, а опьянение пациента не оправдывает, а усугубляет. Продолжение драмы смотрите на том канале, на который участники догадаются ее продать. В главной роли... ну, вы поняли.

полгода. А тут, видишь, кончились трусы с носками. Что делать? Куда идти? Как решать проблему?

Это лишь маленькая толика вопросов, которые тревожили меня, когда я шёл в оптовый бутик "Апражка". Не под силу решать сразу столько вопросов бытового плана интеллектуально развитому человеку. Ноша слишком тяжела.

В бутике сказали, что минимальная партия носков - двенадцать пар (наверное по количеству месяцев в году, одни носки на месяц. ну, или по количеству апостолов. апостолы же носят носки, а, Полумрак? ты вроде должен же быть в курсе?), а трусов - четыре. За всё - триста рублей. Ах[рен]еть, дорогие мои, как низко сейчас ценится мужской трикотаж. Купил и то и другое. Но, б%%%ь, на товар не посмотрел.

Носочки вроде бы ничего так оказались, чёрненькие и серенькие, приятненькие такие носочки, сечас в них сижу (вы не подумайте ничего плохого, поверх носков - кроссовки). А вот трусы. А вот трусы это да. Это, б%%%ь, нижнее бельё для сильных духом. Нет, в плане покроя они о[фиг]ительны, сидят приятненько так, а вот в плане "боевой раскраски".

На том месте, где у меня находится х[рен], нарисован злой заяц. Представляете злого зайца? Реально озлобленный самец зайца с красными глазами (не забывайте про эффект красных глаз, когда фотографируете злых зайцев).

То есть он сидит у меня, буквально, на хуе и злится! И завершает этот, б%%%ь, шедевр по раскраске мужского нижнего белья величественная надпись:

"При изготовлении этой футболки не пострадало ни одного зайца". То есть вы понимаете, да? Мне теперь штаны в общественном месте не снять, засмеют. Скажут, мол, смотрите на дурака, он футболку на х[рен] нацепил.

Позор то какой!

А ещё! А ещё, б%%%ь, эта художественная хуета на трусах из футболки оказывается фосфорная! Она, б%%%ь, в темноте светится! Я, б%%%ь, когда ночью после туалета в зеркало посмотрелся, чуть х[рен] себе не отбил.

Представляете? Сидит у тебя на хуе святящийся заяц с красными глазами и злится.

П%%%%ц, дорогие мои.

выданный мне понятливым именинником презерватив. Хозяин же и предоставил эту комнату в наше полное распоряжение. Довольно поспешно мы разоблачаемся, девица весьма прелестна и без одежды, и тут начинается самая веселуха: в комнату заваливает один из гостей в поисках будильника и с видом, что на наши занятия ему наплевать. Натыкается на мой моргающий зеленым мобильник и пытается его унести. На мои протесты он заявляет , что в нем есть будильник, и когда говорю, что нет, обзывает телефон поганым и уходит. Мы начинаем заново, но запал уже не тот. Вдруг моя партнерша заплетающимся голосом объясняет, что ей нужно в туалет, надевает МОИ штаны и футболку и пропадает на 15 минут. Я, лишенный таким образом свободы перемещения, лежу, прикрыв наготу покрывалом. Мой покой нарушает другая девица – удивленно обнаружившая меня голого и одинокого в темной комнате. Она скромно извиняется, обещает предупредить других чтоб не беспокоили и уходит. Возвращается моя зазноба. Я в третий раз собираю волю в кулак и снова пытаюсь слиться с нею в экстазе. На сей раз за открывшейся дверью возникает хозяин праздника. Созерцая ее раздвинутые ноги и мою голую задницу, он опять-таки извиняется, говорит, что был уверен, что мы уже кончили, и закрывает дверь. У девицы – натуральная истерика, ее чувство юмора уже утонуло в алкоголе, с невероятным трудом успокаиваю ее, но и я не всесилен! Тем не менее, продолжаем и на этот раз. Тут в коридоре раздается вопль, словно кого-то ущипнули за попу. Моя зазноба моментально спихивает меня и в чем была выходит в коридор на подмогу. Именинник оказывается первым, кто приходит мне на выручку и прекращает ее гордое шествие, запихивая обратно ко мне в комнату. На сей раз она разъярена, в голове у нее что-то щелкает, и я уже слышу упреки в изнасиловании. Нежным словом и поцелуем обвинения сняты, но осадок остался: она одевается и пулей вылетает из комнаты. Следую за ней под понимающие взгляды всей честной компании, мирно пьющей в соседней комнате.

Я, опоздавший на последнюю электричку, остаюсь на всю ночь. Ближе к утру в пресловутой комнате раздаются гитарные аккорды и шум веселья. Заглядываю на огонек – это именинник с оставшимися гостями допивает водку. Вдруг меня осеняет, я сую руку под одеяло - и достаю бюстгальтер, в спешке забытый моей новой подругой, давно ушедшей домой. Как-то она там без него? :) Но самое веселое – при включенном свете я с досадой обнаруживаю на ручке двери в злополучную комнату небольшую кнопку, блокирующую ее открытие с внешней стороны…

Вот так всегда, для полного счастья постоянно не хватает какой-нибудь мелочи…

человеку в туалет посреди улицы. Hу с кем не бывает. То ли,вражины, улиток несвежих подсунули на обед, то ли просто перенервничал,пытаясь так переиначить список заказов родни, что бы он хоть на порядокне рознился с суммой на эти заказы отпущенной. Hе знаю. Hе суть важно.

А то, что на вопрос, где у них тут туалет, мне указали на круглуюметалическую штуковину. И всего за два франка я угодил на экскурсию в -кабину пилота космического корабля: множество кнопок, рычагов ипереключателей, но самое грандиозное - это когда, после твоего ухода,унитаз вместе с полом медленно проваливается в преисподнию, где за негопринимаются моющие машины. Возможно, что местные об этом и не догадываются,но я узнал.

Дело в том, что глупая машина узнает об уходе клиента, а, следовательно,и начинает уборку, когда перестанет чувствовать давление твоего веса на пол.

Я же, по старинной студенческой привычке, влез на унитаз с ногами, что быне подцепить какую-нибудь кож. вен. заразу (Париж все-таки - столица любви).

Цеплять, так хоть более романтично. Когда вдруг вырубило свет, меня этоне насторожило, ибо у нас на Сахалине скорее его наличие насторожит. Hо быля не дома, хотя, как выяснилось позже, и у нас и у них отключение светазнаменует собой одно и то же - еще большие катаклизмы. Hо, когда вся этачертова система, во главе со мной, величественно на ней восседающим,поползла куда-то вниз, вдоль стен, а из появляюшихся из под пола амбразурхлынула какая-то светло-розовая жидкость (первая мысль была, естественно,что кровь убиенных, попадших в эту жуткую западню до меня), я нескольконасторожился и ловко спрыгнул с горшка, чуть запутавшись в спущенных штанах,и находчиво рухнул мордой в появившуюся на полу лужицу. Hо, слава богу,этот механизм, в отличие от судебной махины, имел обратный ход, и яне изведал французской мойки, ибо все медленно и верно поползло вверх.

Я чуть замешкался с подъемом, думая о счастливой судьбе России, лишеннойэтого чуда инженерной мысли, и этого чуть оказалось достаточно. Замокпосле ухода кабины вниз, разблокировался и новые два франка, с той стороны,распахнули дверь и впустили в уже ставшую родной кабинку волоокую амазонку,как я узнал чуть позже, с прелестно-пронзительным голоском. Естественно,что как только она вошла, дверь автоматически закрылась и только тут онаувидела меня, вежливо улыбающегося, лежащего на боку в лужице и прикрывающегоеще не заправленное в спущенные штаны достоинство. Когда я стал подниматься,бедняжка, наконец-то, вышла из столбняка и принялась судорожно шарить рукойпо двери в поисках спасительной кнопки, но все еще не произнося не словаи не рискуя встать ко мне спиной. Hо когда мне все же удалось натянуть штаны,встать, и с мужественным, полным достоинства видом, начать объяснять, зачемя полз со снятыми штанами через подозрительную лужу в незапертой туалетнойкабинке, она не выдержала. И, испустив стон ужаса, плавно переходящийв дикий вопль, повернулась ко мне спиной и сразу же справилась с непослушнойдверью. Вышли из кабинки мы почти одновременно, но познакомиться поближе мнетак и не удалось. Странные они все-таки люди. У нас, в России, стресс роднитлюдей, у них, по-видимому, наоборот, разъединяет.

Настроился на постельные подвиги, помылся, побрился, переоделся.

И вот она пришла. Прошёл где-то час болтовни ни о чём, я уже начал к ней приставать, как вдруг её телефон зазвонил.

Конечно же, это был тот мажор. Он ей что-то там наговорил, и они прям при мне договорились встретиться этим вечером.

Я удивлённо смотрю на неё, а она начала мне заливать: "Извини, ты хороший, но мне он нравится, я хотела, чтобы он приревновал, поэтому с тобой встречалась, бла-бла-бла".

Ну, думаю, ясно всё с тобой.

Повисла неловкая тишина и вдруг я предложил: "Хочешь чаю? ".

Я пошёл на кухню заваривать чай, а моё разбитое самолюбие диктовало мне в левое ухо: "Подсыпь ей слабительного в чай".

У меня мама фармацевт, поэтому домашняя аптечка сгодится на все случаи жизни. Когда мы попили чай, она засобиралась домой, готовиться к предстоящему свиданию.

Уже в дверях она меня снова спросила: "Без обид? " и в ответ получила одобрительный кивок головой.

Я рассчитывал на то, что у неё прихватит живот через пару часов и она подумает о своём отношении к людям, сидя в туалете. Но мне повезло больше.

Через пару дней уже, наверное, весь универ слышал печальную историю того парня про то, как во время страстного акта любви она обоc@алась прям на сиденье его новенького автомобиля.

Это был лучший день в моей жизни.

в комнатном санузле.

И решил мой знакомый построить себе эту незамысловатую будочку, даром более 10 лет гадит в доме с женой и сыном.

Я ему давно говорил:

- Юрик, построй туалет на улице, ну к тебе же гости приходят, да и самому летом-то приятней там справлять свои неотложные нужды.

Прихожу недавно в гости к Юрику, смотрю, он старый колодец разобрал и пытается что-то там городить.

- Туалет буду делать, - заявляет мне Юрик.

Вот здесь позвольте мне небольшое лирическое отступление.

Я в 80 году родился, а отец мой в 50; но даже он не помнит, как эти колодцы строились. Да Вы и сами представьте: цилиндр диаметром 3 метра, именно цилиндр, а не конус, выложенный по кругу камнем на всю глубину без всякого раствора, и глубиной не менее 30 метров и вода оттуда никакими бытовыми насосами не откачивается.

Я Юрику говорю: да у тебя через 10 метров, ниже по склону, скважина, мною, кстати, пробурена, и у тебя всё дерьмо подземная река, по закону сообщающихся сосудов, вынесет в твою бурку, забьёт насос и, даже, возможно, испортит тебе всю поливальную систему.

Херня – говорит Юрик – я же воду оттуда не пью, а растениям оно и полезнее.

Ну, как говорится, Хозяин – Баран, тут не поспоришь.

Немного о Юрике: профессиональный охранник тридцати пяти лет (правильно, нах[рен]а работать, если свои небольшие деньги можно заработать, нихера не делая). На вопрос: а кто у нас премьер-министр? отвечает: а оно мне надо, мне он к зарплате денег не добавляет. Недавно делали ставки на Евро-2012, так этот чудик вполне реально хотел поставить на Бразилию и долго возмущался, почему его ставку не принимают, пока мы угорали в сторонке.

Прихожу к нему через несколько дней, смотрю – готово архитектурное сооружение.

Материалом для сооружения объекта послужили поддоны из-под стройматериалов с толщиной доски 2 сантиметра. Всё бы ничего, но наш герой и пол сделал из этих досок… так как поддонов было мало, размером эта будочка получилось побольше собачей конуры, но явно меньше необходимого. Чтобы доски не портились, Юрик покрыл их отработанным машинным маслом (зачем деньги на краску тратить – был его аргумент). Дырку в полу, из-за небольших размеров строения, пришлось пропилить ну очень близко к двери. А саму дверь наш архитектор расположил в направлении своего дома, а не в направлении обычно безлюдного огорода (чтобы пьяным, сразу после исполнения ритуала прямо домой идти). Я уж не говорю о том, что сесть там не на что.

Описание процесса. Пришлось проверить лично.

Пока туда зашёл и развернулся, всю одежду испачкал неотстирывающимся машинным маслом. Потом в позе орла, уперевшись головой в наполовину открытую дверь, (так как из-за маленьких размеров будочки и расположения «очка» закрыть дверь не представлялось возможным) я с ужасом наблюдал через щели в двухсантиметровых досках пола разверзшуюся прямо подо мной тридцатиметровую бездну…

Когда я, наконец, поднял глаза, то обнаружил перед собой окна кухни и сидящих там за столом гостей, которые подчёркнуто старательно не смотрели в сторону бессмертного строения вполне известного архитектора.