Истории о животных #хозяин

ладно. Лучше о собственных котах которые присутствовали в моем детстве. Вначале начнем с Пушка, это кот который был у друзей нашей семьи. Как там сейчас их окрестили, «сибирский» что ли? Пушистый и злобный. Не, на хозяев он лапу не поднимал, а только лишь не любил детей. Коим я и был в тот момент. Пять лет, это же ребенок? Вот столько мне и было. Поэтому по приходу, он и гонял меня из угла в угол. Рассчитывая расцарапать мне личность или еще куда впиться своими немаленькими клыками. А вы думали у него небольшие молочные зубки? И он может ими только сосать молочко из блюдечка. Жаль, что вы заблуждаетесь. Ну да ладно, просто он в доме был любимым котом. И ничего хорошего от меня не ожидал. Даже жратвы. А где я ему в пять лет возьму? Если только в холодильнике слямзить, но я в его банду не вступал. Сам ел, что давали.

Второй кот это Мурзик. Он наш, домашний. Полосатый, беспородный и жирный. Но меня тоже не любил. Чуть позже я расскажу почему. Но он сильно любил моего младшего брата Ваську. Тот рыбак с рождения и как только научился самостоятельно ходить, сразу взял себе удочку побольше. С ней в лет пять и пошел на рыбалку. Правда на момент рассказа, ему было уже восемь, а мне десять. Так вот, Мурзик его любил, потому что тот каждый день притаскивал ему баночку с усыриками или каменками и даже гольянами. Мурзик лежал на солнышке и ждал, периодически попукивая. Но ненавязчиво, в пределах приличия. Так вот, Ваську он любил. Но как-то странно. Вероятней всего, получая от него каждый день рыбу, он просто считал его рабом. Это была любовь хозяина к рабу. Он любил его за это.

А теперь вернемся к тому, почему он не любил меня. Один раз я по каким-то делам пошел в кладовку и ненароком заглянул в бочку где хранился свинячий корм, типа комбикорма. И охренел. Нет, там был не поросенок. Но крыса едва уступающая по размерам коту. Не местная, определил я. Такую бы мы всей семьей не откормили. Наверняка в соседнем гастрономе травили, вот и квартировалась у нас временно. Но дело не хитрое, ведь у меня есть кот. И я быстро нашел Мурзика, он лежал где положено, ждал Ваську и привычно попукивал. Я взял его на руки нежно, как и положено хозяину и ничего не ожидающего потащил к бочке. Швырнув его туда и прикрыл стоящей рядом крышкой. Что там творилось я не видел. Но когда все поутихло, я крышку снял. Кот и крыса сидели в разных концах, оба напряженные, мне показалось даже, что у кота есть мышцы. И точно были, как только крышку я убрал, он сквозанул в верх «свечой». А это была двухсотлитровая бочка, это вам не тазик. И свинячьего корма было только на дне, видимо крыса все сожрала. Ну короче кот с места, без разгона взмыл вертикально верх и еще примерно на метр выше бочки. И сиганул в сторону так, что походу уже и не попукивал, а срал беспрерывно.

Ну что мне оставалось делать? Ну взял лопату, штыковую и хотел крысу охреначить самолично. Но она ловкая с@ка, несколько раз увернулась, а потом по черенку лопаты, моему плечу и шее, тоже свалила. Наверное побежала за Мурзиком, решив, что с ним драка намного честнее. Чем со мной да еще и с лопатой.

И вот здесь я понял, как мне не хватало кошачьего воспитания. Ведь мог же выгнуть спину дугой и прыжке догнать крысу. Мало того, что догнать, но и перекусить ей шейные позвонки. А потом притащить в зубах Мурзику. Но родители допустили огромную ошибку, не давая коту спать со мной в кроватке. Играться с ним, таская за усы и уши. Прыгать со шкафа на шкаф. И если есть возможность лазить по столам. Всего этого меня лишили. Даже срать в кошачий лоток не приучили. Ушла крыса.

которая ее, можно сказать, вырастила, ходит по стеночке, поджав хвост, будучи в два раза крупнее. Хозяева пытались воспитывать, но безрезультатно. Говорят, порода такая - "хнанит", это бедуинские пастушечьи собаки, полный отстой. Мучились они с ней страшно - и жизни никакой, и отдать куда-нибудь рука не поднимается, усыпят же, ясно дело.

А на днях заезжал к ним по делам - о чудо, Джези не узнать. Притихла, ходит тихонько, косится злобно, но не рычит, не кидается.

Удивился, неужто, говорю, воспитали все-таки? Но как? А ларчик просто открывался... . Дальше - со слов хозяина:

Недели три назад ночью звонок - двоюродный брат, мол, срочно улетаю, дело жизни и смерти, на вас вся надежда, приютите собачку... . Да, знаю... нет, не успеваю... на пару недель. . плииизззз... .

Так в доме появился Линдо. Какой он породы, не знал никто, представьте тушку боксера с широченной мордой амстафа и с ушами лабрадора. При этом - добродушный и воспитанный пес. Поместили его на заднем дворе, Линдо деловито осмотрелся, обнюхался, где надо пописал, с интересом посмотрел на беснующуюся за стеклом Джези, моментально сдружился со старушкой Пэм и убежал с ней гулять.

Джези, которую по лютости нрава никогда не выпускали одну, лаяла и бросалась на выходящую во двор стеклянную дверь дня два без передыху, потом, вроде, поутихла. Линдо на нее внимания не обращал: ну, лает - и лает.

Через несколько дней, когда страсти улеглись, Линдо запустили в дом. Первое время он смирно сидел в уголке, привыкая к обстановке, виляя хвостом и улыбаясь всем проходящим, как улыбаются только амстафы. Джези ходила мимо бочком, злобно порыкивая. Линдо, однако, в местные разборки не вмешивался, понимая, что он - в гостях, лишь следил за Джези взглядом, и чем дальше, тем больше появлялось в его взгляде что-то очень нехорошее... .

А потом случилось следующее: мерзкая тварюга, решив показать, кто на самом деле в доме хозяин, ни с того, ни с сего, рыкнула на Пэм, которая тут же забилась в угол, отвернув морду. Линдо спокойно встал, подошел и одним движением лапы придавил сучку к полу. Просто придавил - и все. Потом медленно приблизил к ней огромную морду и посмотрел. Не рычал, не скалил зубы, просто посмотрел ей прямо в глаза и только. Джези пискнула и, оставляя мокрый след, рванула прочь.

С этого момента в доме настали тишь да благодать.

Никто не лаял, не рычал, не бросался на окна или на людей. Линдо спокойно сидел на своем месте, посматривая вокруг, Пэм примостилась рядом, Джези большую часть времени сидела в комнате у кого-то из детей, а если выходила, то двигалась исключительно по кривой, по противоположной от Линдо стене.

Где-то с неделю назад вернулся, наконец, хозяин, и Линдо забрали. Провожали его всей семьей со слезами на глазах. Уходя, Линдо обернулся и посмотрел на дом, где прожил почти две недели, а потом - на хозяев, как бы говоря: ну вы, это, звоните, если что, приеду, разберусь.

- Ну и как теперь? - спросил я.

- Джези еще пару дней не могла поверить, что Линдо увезли. Бывает, начнет лаять, да на дверь бросаться - и сразу оп... сьеживается, хвост поджимает и по сторонам - зырк-зырк, нет ли Линдо поблизости. Он-то, бывало только голову повернет в ее сторону, она от страха под себя делает. Сейчас, конечно, уже поняла, что его нет, и иногда начинает быковать, так мы только скажем "Линдо! ", она сразу в чувство приходит. Так что, мы серьезно думаем иногда выпрашивать его к нам на недельку-другую.

А что, хозяин его часто за границей, помощь по-любому не помешает, всем хорошо. Должен же быть мужик в доме.

Впрочем, и с ней ничего особенно серьёзно как-то не планировал - так, погуляли пару месяцев. А когда она стала делать всякие намеки, таскать меня по романтическим фильмам и по полчаса рассуждать о свадебных платьях, я решил, что пора и честь знать - перестал ей звонить, и если мы где-нибудь встречались в университете (я был старше её на два курса) обходился с ней как можно вежливее и отстранённее. И вот как-то, когда мы почти перестали общаться, она вдруг пригласила меня на дачу, на оленину. Её отец был охотником, и, случалось, по паре месяцев проводил где-нибудь в тайге. Дом у них весь был завешан всякими рогами, медвежьими головами и застелен шкурами. Я пытался как-то отбрехаться, но всё-таки она меня уломала.

И вот в выходные поехал я на эту их дачу. Она находилась под Загорском (ныне Сергиев Посад), и по весенней расхлябице добираться туда пришлось от станции почти полчаса, обходя лужи, меся грязь на раскисшей лесной дороге, и даже продираясь кое-где через бурелом. На дачу я явился весь потный и грязный. Утешало только обещание Кати, что после выходных её отец подбросит меня на своём УАЗике. Увидев меня, Катя захлопотала, заставила раздеться, бросила брюки в стирку, а взамен выдала мне какие-то отцовские брюки.

Через час сели за стол, за которым собралась вся семья. Подали обещанную оленину, приготовленную с какими-то таёжными травами, а затем и запотевшая бутылка водки на столе показалась. Отец Катьки травит анекдоты, вспоминает случаи из охотничьей жизни - умел он, надо сказать, их рассказывать, царство ему небесное. Катерина как-то особенно нежно на меня смотрит, и я предчувствую, что и вечерком мне, скорее всего, где-нибудь в её комнате повезёт. В общем, благодать.

И вдруг дядя Коля (отец) поворачивается ко мне, смотрит на меня строгим взглядом и спрашивает: Иван, а что у вас с Катериной-то? Свадьба-то когда будет?

Я хотел начать рассусоливать о том, что ещё не время, надо подумать, и вообще, пока денег нет, как вдруг почувствовал странное напряжение в районе паха. Я отклонился так немного назад и осторожно так взглянул под стол. Смотрю - а там Персей - охотничья собака дяди Коли, огромная такая лайка, вцепилась мне в причинное место. И только я шевельнусь - рычит.

А вместе с тем и дядя Коля на меня сурово так смотрит, ожидая ответа. Ну, думаю, капец мне. Сейчас откажусь жениться, поднимется, может быть, гам, и кто его знает, как собака шум и строгие интонации в голосе хозяина интерпретирует? Оторвёт мне ещё всё хозяйство к чёртовой матери. Сказать об этой истории вслух тоже как-то неудобно. И вот сижу, раздумываю, как дальше-то быть, и чувствую вместе с тем, что собачьи зубы всё плотнее на причинном месте...

Вжал я голову в плечи, и выпалил: Да, дядя Коля, я бы только рад жениться. Когда Катя решит, тогда и будет свадьба.

Будущий свёкр пожал мне руку, у тёщи скатилась крупная слеза, Катя рдеет от удовольствия. И чувствую вместе с тем, что и Персей ослабил хватку. Ну а там и грибочки подали, и ещё бутылочку - отпраздновать, так сказать, нашу помолвку.

Через три месяца действительно женился, и до сих пор мы с женой вместе душа в душу, вот уже тридцать пять лет. Трёх детей родили, внуки уже пошли...

Как-то через пару лет после свадьбы я, стесняясь и краснея, рассказал Катьке об этом случае с Персеем. Вот, говорю, случайность какая нам помогла. А она лукаво так улыбнулась и говорит: да не случайность это. Я, говорит, Персея два месяца тренировала. В мешочек наложу гороха, намажу салом и учу собаку по щелчку его хватать - не крепко, так чтобы попугать только. Собака охотничья, понятливая, живо это усвоила. А когда ты пришёл в грязной одежде, я тебе отцовские штаны дала, которые перед тем так же салом намазала... Так что случайностей не бывает...

у него никто не отнимет. Вот приходит ко мне приятельница, чтобы познакомиться с моим приобретением - Барсиком. Барсик пугается и, видимо, не ждет от гостьи ничего хорошего. Может быть, она хочет здесь поселиться, а его снова выдворят на улицу ? И он решает, что этому не бывать, надо спрятаться как можно надежнее, чтобы его никто не нашел.

Вот только что кот свободно гулял по квартире, но когда он понадобился для демонстрации, оказалось, что его нет нигде. Разговариваю с приятельницей то об одном, то о другом, но из головы не выходит мысль "где Барсик ? ", не мог же он выпрыгнуть с 5-го этажа, но его нет ни под диваном, ни в лоджии, ни в кладовке, ни в шкафу. Снова пытаюсь занять приятельницу разговором, но теперь и она тоже захвачена моей тревогой, и мы вместе повторяем поиски. Кота нигде нет.

Нашу растерянность невозможно описать словами. Наконец, остается только осмотреть тумбочку на кухне, тесно примыкающую к дивану. Под нижним ящиком тумбочки в пространстве высотой около 10 см находим Барсика. Передние лапы он развел по сторонам, а задние - максимально вытянул назад и лежит, распластавшись на животе в такой вот немыслимой позе уже не менее 15 минут. Беру его на руки и начинаю увещевать, но он испытывает панический страх и пытается спрятать хотя бы голову у меня под подбородком. Но эти прятки были первыми и последними и больше не повторялись, кот в конце концов понял, что он здесь - навсегда.

полноправными хозяевами.

Их и не пасли толком, как прежде, – выпускали за околицу и не заморачивались с присмотром. Да его и не надо было: в стаде имелся свой сторож, лучше овчарки, – молодой козёл по кличке Борюха.

Сначала-то он был Борькой, как все козлы в округе, но за любовь к дракам и потасовкам со всеми подряд его как-то незаметно переименовали. Родился Борюха в другой деревне, но в двухлетнем возрасте его привезли в Афанасьево для улучшения породы местных коз. С обязанностями «мужа стада» он справлялся отменно, на досуге же любил похулиганить и подраться.

Поначалу деревенские собаки пытались осадить новичка, но тот быстро разобрался с несколькими из них так, что у остальных отпало всякое желание его задирать. Козлу было всё равно, с кем драться, – не обижал он только своих хозяев. Когда стадо возвращалось в деревню, население предупреждало друг друга о приближении Борюхи выкриками:

– Козы пришли!

Вечером козёл всегда шёл позади стада с самым невинным выражением морды, но хитрые глаза зорко высматривали на улице очередную жертву. Ребятня и взрослые прятались за калитками и воротами, пережидая, пока боец прошествует к своему двору. Но Борюха не спешил, доводил до ворот двух коз, которые жили с ним под одной крышей, а сам шёл искать приключений.

По заслугам он получил только однажды, когда со всего маху боднул тракториста из соседнего села, приехавшего к тёще по делам. Мужик то ли не знал про козла, то ли забыл, но без опаски вышел из кабины трактора и уже двинулся к калитке, как получил под зад удар козлиным лбом. Правда, на ногах удержался. А в руках у мужика был моток провода – им-то он с размаху и врезал козлу по шее. Борюха издал боевой клич, принял свою любимую бойцовскую позу – на задних копытах, стал ростом с человека и направил на противника рога.

Напасть повторно не получилось: мужик шустро запрыгнул в кабину трактора. Почти час ему пришлось ждать, пока Борюха соизволит уйти. Но на следующий день трактористу просто так уехать не удалось. Козёл проводил стадо за деревню, вернулся к трактору, лёг неподалёку и уставился на калитку палисадника. Пришлось мужику откупаться сыроежками. Он бросил за забор несколько грибов, подальше от техники, Борюха побежал подбирать, а тракторист в этот момент успел заскочить в кабину.

С грибниками у козла были особые отношения. Топать полтора километра в березняк он ленился, но своим козлиным чутьём угадывал, что в лесу появились грибы. В эти дни Борюха промышлял мелким грабежом.

Ближе к полудню выходил на тропинку, ведущую к березняку, ложился и ждал «тихих охотников», которые возвращались домой с полными вёдрами и корзинами. Дойти до деревни живым-здоровым можно было, только откупившись от козла пятью-шестью грибами. В нужную минуту люди бросали грибы в сторону от тропинки, и пока разбойник их поедал, быстро прошмыгивали мимо.

Был у козла и свой любимый «мальчик для битья» (правда, бил его Борюха как-то без усердия) – 50-летний Паша Мухин, грузчик из магазина в соседнем селе, любитель выпить в большие и малые праздники. Трезвым Паша совершенно не интересовал козла; боец провожал его взглядом, но не двигался с места. Однако стоило грузчику принять на грудь, как Борюха начинал забавляться от души. Он издавал громкое «ме-ме», подбегал к мужику, валил на землю и вставал на него передними копытами. Постояв немного, отходил в сторону, а когда грузчик поднимался и делал несколько шагов, снова валил его. От околицы и до ворот дома Павел успевал кувыркнуться не меньше двадцати раз. Сильных побоев мужчина не получал, но рабочая спецовка впитывала всю дорожную грязь. По доброте душевной грузчик прощал козлу это безобразие.

Всё Афанасьево ругало рогатого бандита за его поведение, но жил на краю деревни старик, у которого с козлом сложились приятельские отношения. Борюха не ленился пройти с одного конца деревни на другой, минуя свой двор, к дому Василия Кондратьевича. Никто не мог понять, почему козёл его не трогает, а как-то затихает и смирно лежит возле скамейки, на которую старик вечером выходил посидеть.

А объяснение простое: Василий Кондратьевич курил исключительно табак-самосад. Одну самокрутку делал себе, а другую – козлу, свою раскуривал, Борюхе же отдавал просто так. Тот мгновенно её съедал, будто ему сладкой капусты дали. Слопает и лежит рядом с дедом. Отдохнув, Василий Кондратьевич возвращался в дом, а хулиган перед сном отправлялся прогуляться по деревне.

Но однажды с козлом случилась беда: наступил в поле на гадюку, и та его укусила за ногу. Вечером козы не вернулись в деревню, хозяева заволновались, пошли искать. А стадо за околицей стоит полукругом над лежащим Борюхой – и ни с места. Козёл пытается подняться, но боль сковывает. Кто-то побежал к его хозяевам, рассказал про беду, они привезли садовую тачку, погрузили страдальца – и бегом в деревню, вызывать ветеринара. Тот сделал Борюхе уколы, велел три дня держать бойца дома и почаще поить водой.

Вот тут вся деревня и поняла, что значит козёл – хозяин стада. Выходят поутру козы и стоят, ждут своего поводыря. Их отгонят за околицу, а они через час снова в деревне и всем стадом у ворот Борюхиного дома.

Намаялись деревенские со своими козами, пока козёл отлёживался «на больничном», вспомнили, что никакой пастух не нужен, если он при стаде. Да и приплода с его появлением стало намного больше: ни разу ни одна коза не принесла одного козлёнка – на свет появлялись только двойни и тройни.

Много хорошего говорили о Борюхе, как-то сразу позабыв о его тычках в спину, развороченных поленницах и обо всём, за что прежде ругали. А Паша Мухин даже набрал для козла в березняке полное ведро сыроежек.

На четвёртый день Борюха окончательно выздоровел, вышел за ворота, призывно мекнул козам и повёл свой гарем за околицу – утром он всегда шагал впереди стада.

Из окошек, из-за калиток жители деревни Афанасьево смотрели на незаменимого козла Бориса, а тот спокойно шествовал в сторону луга, не забывая примечать новые кладки полениц вдоль заборов.

его угрюмости и резкости. Доброта и человечность Андрея проявлялась, в основном, к братьям нашим меньшим: он души не чаял в своём французском бульдоге и попугае. Последнее время к его привязанностям добавились и аквариумные рыбки.

Одни за другими добывались и добавлялись новые обитатели аквариума: сомы, клоуны, скалярии, ну и, конечно, золотые рыбки. Вот как раз с золотыми рыбками в аквариуме появился декоративный карп, о котором следует рассказать особо.

Поначалу внешне он не очень отличался от своих сестричек-золотых рыбок - белый, с серебристым отливом, держался с ними стайкой, плавал рядом синхронно и никого не обижал.

Но уже скоро стало происходить удивительное - он начал очень быстро расти, увеличиваясь в весе и размере. Разительно начал меняться и характер, и не в лучшую сторону: карп стал злым, ненасытным, хитрым и беспощадным. Особенно это было заметно при кормлении. Никогда до этого не видел, как рыба избивает своих сородичей: тычет мордой, бьёт корпусом, гоняет всех без разбора по аквариуму, заставляя прятаться в водоросли и замок на дне. За короткое время наш карп стал в водном царстве тираном и властелином.

Андрей очень полюбил карпа, часами мог наблюдать и разговаривать с ним, сидя в кресле напротив. Мне иногда казалось, что они похожи между собой, как дальние родственники.

Однако карп всё рос и достиг угрожающих размеров - занимал он теперь половину аквариума в длину - сантиметров 35-40 точно! Либо срочно нужно было покупать больший аквариум, либо избавляться от карпа. После долгих и мучительных колебаний выбрали второе. Его забрала наша знакомая и выпустила его в свой домашний пруд-бассейн. Существовал огромный риск, что карп не перенесет акклиматизации и погибнет.

Волновались мы зря. Мало того, что он не погиб, он и там стал центральной фигурой и хозяином пруда. Всё растет, поправляется, гоняет остальных рыб и сжирает за раз буханку хлеба. Даже утки, до недавнего времени беззаботно плававшие в пруду, теперь делают это с опаской. Соседи и гости специально приходят смотреть на него, как на достопримечательность.

Заходит к нему иногда в гости и Андрей...

река давно уже поменяла основное русло.

- А зачем вам такие огромные заборы? - удивился я.

Заборы действительно были огромными, не менее трех метров в высоту, с досками прибитыми без промежутка и выглядевшими огромной серой стеной с калиткой и воротами. И такой забор был не только у дяди Пети, но и остальных соседей.

- Мой дом, моя крепость! - усмехнулся он. - Да и тайга кругом, неизвестно кого в гости принесет. Так уж издревле повелось.

Не успел он распахнуть калитку как из под навеса на нас бросился пес. Нет, он не лаял захлебываясь. Он несся чтобы убить. И я так понял, что меня. Поэтому юркнул за дядю Петю.

- Свои Амур, свои! - произнес тот, весьма спокойно. И пес, потерял ко мне всякий интерес. Мышцы его расслабились, он взглянул на хозяина и поплелся под свой навес.

- Он даже не на цепи и не в вольере. - удивился я.

- Собака не должна быть на цепи, ему ведь на охоту ходить надо. А вольер и цепь сделать этого не дадут.

- Так он с вами на охоту ходит? - стало интересно мне.

- Иногда со мной. Но в основном сам, у меня со временем напряжено. Сейчас вот пасеку на липу вывожу. Поэтому сам. Но добычей делится. Когда зайца принесет, но в основном всякую мелочевку.

- А я могу его погладить? - сверкнула в голове еще пацанская мысль.

- Погладить можешь. Только он этого не любит. Староват он уже, да и по молодости этого не любил.

Так состоялось мое первое знакомство с Амуром. Недели полторы он вообще не обращал на меня внимание. С утра подходил к калитке, ждал когда дядя Петя его выпустит. И возвращался только после обеда. Дядя Петя не обманул, возвращался в большинстве случаев с добычей. Мышь, бурундук, ондатра, был даже бобренок. Все это приносил к крыльцу и ждал когда выйдет хозяин или хозяйка. И только услышав: «ешь, это твое, у нас сегодня есть», утаскивал добычу под навес.

Я знакомился с местными пацанами. Иногда дядя Петя давал лодку покататься. Правда вместо своего «Вихря-25» выдавал мне «Ветерок», но я и этим был доволен. Местные показали мне как доставать речных устриц, жарить их «язычок» на костре. Водили с собой на рыбалку, по ягоды, грибы. Иногда дядя Петя просил что либо помочь в домашних делах. А, иногда и тетя Галя просила сбегать в местный магазин. И вот тут у меня начинались проблемы. По всему моему пути меня атаковали местные псы. Одно дело если бы на тебя бросались какие-то шавки или болонки, другое дело местные волкодавы. Кусать не кусали, но выскакивая из-под ворот, жути наводили немало. Поэтому вместе с авоськой я брал и приличную палку.

- Зачем тебе палка? - однажды спросил меня дядя Петя. И я пожаловался на местных кобелей и сук. - Так ты возьми с собой Амура, он с ними разберется.

- Да он со мной наверное не пойдет. Мы ведь так и не подружились.

- Амур, иди сюда. - позвал дядя Петя, - это гость и его надо охранять. Головой за него отвечаешь. Иди с ним в магазин. А ты племяш палку оставь, не нужна она тебе. Идите.

И мы пошли. Амур не ласкался ко мне, шел немного в стороне, сбоку. На мои слова не обращал внимания, как его я только не подзывал, чтобы погладить по спине и потрепать по холке. Он был независим и просто выполнял свою работу. Нес службу. И странное дело, за весь путь ни одна собака нас даже не облаяла. Нет, некоторые выскакивали на улицу, но заметив Амура, поджимали хвост и тут же водворялись восвояси. Хотя тот на них даже не рычал. Такое поведение меня очень заинтересовало. И только по приходу домой я рассмотрел его повнимательней. У него оказывается весь «клюв» был как побритый, да и уши тоже тщательно выбриты. Так выбриты, что в некоторых местах даже порвались. И работали явно не машинкой и даже не бритвой. Работали зубами, превратив его морду в сплошной шрам, который по истечению времени даже не обрастал шерстью.

А рассмотреть я это смог, потому что он принес и положил кусок колбасы на крыльцо и замер в ожидании. Колбасу купил ему я, попросив продавщицу отрезать грамм триста отдельно. И он не набросился на нее прямо у магазина, принес домой. А я вспомнил дяди Петины слова, сказав - «ешь Амур, это твое. Стая уже накормлена» и показал ему второй кусок который купил для дома. Только после этого он посмотрел на меня как мне показалось, с благодарностью и потащил свой кусок к навесу.

С того дня мы были практически неразлучны. Он следовал за мной везде и даже в лодку прыгал. Хотя воду походу не любил.

Однажды, хотя я думается рассказывал эту историю здесь. Но если так, то думаю редактор не сочтет ее за боян или повтор. А если и сочтет, то невелика беда.

В общем однажды, когда мы с Амуром отдыхали на берегу протоки, я увидел на взгорке Мишку. Почти мой одногодка, имел великолепного кобеля немецкой овчарки, привезенного ему отцом из собачьего питомника погранцов. Годовалый пес был просто красавец, молодой, мощный, дрессированный. И любимым Мишкиным развлечением было травить его на других кобелей. Мишка говорил, что ему нет равных. Сметал любого своей мощью.

Вот и здесь, стоя вместе с ним на взгорке он крикнул:

- Что это там с тобой за шавка? Убирай, я к тебе спустится хочу. А-то мой Рекс загрызет его ненароком.

- Пусть попробует, - ответил я. И посмотрел на Амура лежащего в двух метрах от меня, с некоторым сомнением. Ведь тот явно уступал Рексу.

- Ну смотри, я предупреждал! - и Мишка спустил Рекса с поводка, который после команды «фас» понесся к нам огромным прыжками издавая злобный рык. Скажу честно, было страшно.

Но не для Амура. Он поднялся, как мне думалось немного даже лениво и занял позицию между мной и несущемся Рексом. Занял как-то полубоком, оскалив навстречу противнику зубы. И ожидал, не лая и не скуля. Ожидал молча. Только мышцы напряглись. На ногах, на загривке, да и вообще по всему телу. Он походу вообще превратился в единую мышцу.

И о чудо! Рекс не добежал до него где-то метров пять. Вы видели как юзят собаки которых остановили на бегу? Да-да, интересно юзят. Аж, землю лапами вспахивают. Вот и Рекс, юзя, пролетел еще с метр. А потом, как-то уныло поджав хвост и поскуливая, повернулся к хозяину и поплелся. Мишка очумел:

- Что за херня! - найдя наконец слова, крикнул он. - Я сказал фас, ФАС! Вперед! - но Рекс не реагировал. И даже прицепленный на поводок он не хотел спускаться с хозяином. Тому приходилось тащить. А Амур опять занял свое место, греясь на солнышке. И потерял к ним всякий интерес. Но не Мишка. -Что это за херня! ? - повторил он свой вопрос так и не дотащив до нас Рекса. - Ну что за херня?

- Амур получил от хозяина команду, охранять меня. И он готов был к смерти. Своей или Рекса, неважно, тут уж как карта ляжет. - ответил я. - И в отличии от тебя, Рекс это понял. Грустно умирать молодым, да еще и по дурости хозяина.

Кто-то обсуждая эту историю написал, что в Амуре вероятно текла кровь волка. Сколько лет прошло, а я с каждым днем все больше верю, что комментатор был прав.