Истории о животных #клетка

записывают этот звук наши англоязычные друзья). "Тоже мне экзотика! " - резонно могут мне возразить, и столь так же резонно пытался возразить охреневший я ветеринару в далеком году в далеком Монреале. "Не собачка и не кошечка - значит экзотика и всё тут! Тарифы - вон там, на плакатике" - непреклонно возражал бывалый ветеринар с профессиональной улыбкой мастера кастрации... Впрочем, сейчас не об этом.

Со зверюгами у меня в эмиграции шло по нарастающей. Я вообще привык иметь дома живность, но то - дома. Тут с той же собакой гулять некогда и негде, коту наполнителя не напасешься со студенческих денег, а самое главное - лендлорды обычно крайне недружелюбно относятся к идее добавить на вписку четвероногого друга. "Ну если душа просит - заведи хомячка или свинку" - посоветовал мне один из местных друзей - "По закону если животное живет в клетке и её не покидает, то запретить его держать нельзя. Предмет личного пользования это вроде как, а не животное". "А что, мысль! " - подумал я и заботливо потопал в ближайший звероприют, где обзавелся шустрой шоколадного цвета с рыжим вкраплением девочкой-свиночкой. Стесняшкой эта девочка не была и с удовольствием обкусывала (весьма впрочем незлобиво) мои пальцы, когда сидела на руках, скакала по клетке и вносила элемент непредсказуемости в простой холостяцкий быт. Полюбила взбираться по мне и прятаться в щетине под шеей, чем дала мне отличную отговорку в плане бритья, кстати.

"Свинке одной скучно и тоскливо, ей так нельзя! " - уверенно сообщила мне по телефону моя любимая при следующем разговоре. "Ну нельзя так нельзя... " - пожал плечами я и двинул в уже знакомый приют. А что, клетка есть, жрут они немного - где одна, там и две... Фигушки, где одна, там сразу три. В смысле, что в приюте сидели в клетке уже две свиночки, одна из которых была гладкошерстная и прыгучая, а вторая - перувианская - волосата, как хиппан, и столь же невозмутима. "Они всю жизнь жили вместе, их так вот и принесли, нельзя разлучать... " - старательно объясняла мне девочка-волонтёр, пока я подписывал бумаги. "Вот теперь-то им точно не будет скучно! " - думал я и, как всегда, ошибался. Скучно не было мне. Диспозиция вышла тупиковая: рыже-шоколадная вселилась первой и явно обладала всеми правами на главенство, но новоприбывших было двое, причем пара была слаженная. А вы видели, как дерутся свинки? Узри такое Остап Бендер - и идея дуэли на мясорубках более не прельщала бы его воображение. Дело в том, что животные они довольно мирные, лишённые острых, как бритва, когтей, длинных клыков и прочих боевых атрибутов. По сути морская свинка процентов на 30-40% состоит из головы на крепкой шее, плавно переходящей в туловище. Едальник. Массивная, крепенькая, миленькая голова с глазками бусинками и выразительным носиком... Вот ими-то они и дерутся. Подбежала к сопернице, яростный взмах башкой - бадабум в лобешник! У хиппо-свинки при этом еще очень мило чёлочка подлетала. Шум при этом стоял такой, что казалось будто в атаку идет вся будённовская конница, а не три грызуна-переростка делят полквадратных метра.

"Это бесперспективно... " - подумал я на третью ночь, прислушиваясь к ходящей ходуном клетке и прикидывая как скоро меня прибьют соседи. Решение было принято кардинальное: я докупил еще одну клетку, разломал обе на составляющие решетки, на пол в углу в несколько слоев постелил промышленной прочности полиэтилен, обнес его скрепленными воедино решётками и посыпал соломки. Получился весьма симпатичный кораль (лендлорд красоты не оценил, но про юридические тонкости борьбы с лендлордами я в другой раз напишу. Урона стенам и полу я не нанёс, а с остальными претензиями он пошёл... ладно, не отвлекаюсь). В общем жилплощадь была увеличена, в разные углы кораля поставлены по крутому индейскому чуму из ближайшего зоомагазина и среди скво моего племени воцарился мир.

... Я уже забыл, за каким хреном я поперся в тот приют. Вот реально, не нужно обычным людям там шататься. Возможно совета хотел спросить по свинине моей, а может ещё что... Помню только, что в этот раз я зашёл и... удивился. Свинки - экзотика, помните? Их вот так вот по одной, по две стояло в прошлые разы, а тут - весь коридор заставлен клетками со свинками. Стадо. "Шер ше ля охренеть? " - с интересом спросил я у пробегавшей мимо измученной волонтёрши (Квебек - провинция франкоязычная и говорить по-французски считалось данью приличия). "Да ... ... @#$! " - на удивление мрачно отозвалась девушка. "Тут одна не очень умная учительница по биологии невнятной половой ориентации, к родителям которой у меня большие претензии и несколько вопросов, задала своим семиклассникам проектик на четверть - завести свинку и последить за ней. Вот четверть закончилась и почти весь класс сдал "материал" свой сюда! У нас даже полок сейчас не хватает их всех расставить, а запас свинского корма они уже сожрали весь! " Перспективка вырисовывалась для этих колбасок самая что ни на есть усыпительная, "но у меня ж и так три дома уже, ну люди! ! " - извинялся я, что забираю всего двух. Розетчатых. Одну сразу окрестил Пушкиным (в обиходе Пушкой) за бакенбарды, вторая стала Ёжкой - за панковски торчащую щетину. Машка, Дашка и Шняшка смирились с подселением довольно легко (хотя и не без бадабума), и я стал владельцем свиностада. В приют я больше не ездил.

* * *

Тем временем у любимой в далёкой Калифорнии происходили вполне логичные события. Номер раз: умилившись моими свинками, она завела себе свина. Крупного, двуцветного (благородного серебристого цвета, с главным оружием - головой - аккуратно выделенным белой шерсткой). очень умный, тихий и спокойный, он жил в коробке в ящике стола и всюду путешествовал с нею. Знал своё имя и поворачивал голову, его услышав : )

Номер два: в какой-то момент мы размышляли о её переезде в Канаду (хотя в результате в Штаты уехал я), а потому свина мне любимая решила подвезти заранее - на акклиматизацию.

И очевидный номер три: свин был молодой и совершенно не стерилизованный. По этой причине в загон к красавицам он запущен не был, а оставлен взамен носиться по квартире и спать в отдельной коробочке снаружи. Никогда не видевший одновременно такого разнообразия красоток, свин очумел. Со всей свойственной ему силой и изобретательностью он пытался устроить подкоп, нагромоздить гору и перепрыгнуть внутрь, но сошелся на том, что каждый день подолгу грыз решетку. "Держитесь, девки, я уже почти! " - урчал он, когда с той стороны подходили полюбопытствовать пушистые обитательницы, и принимался за дело с удвоенной силой. Он грыз размеренно и чётко, мечтая о любви и свинятах. Перманентный долбяще-скрежещущий звук слегка раздражал, но я уже вынашивал коварные планы...

"Нет-нет, риск минимален, мы - профессионалы. Внешне всё останется почти таким же, он даже взбираться на самочек будет... Минимум вмешательства, быстро и качественно, тарифы вон там, на плакатике" - пояснили мне местные ветеринары. Студенческий бюджет хрустнул, но устоял, а красавец-свин познал чудо стерилизации. "На всякий случай еще несколько недель не пускайте его к самочкам, пусть все пройдет" - напутствовали меня айболиты, вынося переноску с еще сонным бойцом. Идея календаря свину близка не была, он жил по принципу "сейчас или никогда". Звали его Ух, за характерные издаваемые им звуки, и вот эту симфонию - бодрящее уханье "я уже иду! " вкупе с разгрызанием решетки - я и слушал оставшиеся недели. Его можно было не искать, коробка была не нужна - он дневал и ночевал рядом с загоном, горящими глазами следя за вожделенными девственницами. Страшно представить картины разврата, мелькавшие в его морскосвинском мозгу.

Всё прошло совершенно обычно - не было ни торжественного перекусывания ленточек, ни оркестра, ни банкета. Просто в один из дней, проснувшись на ставшие уже привычными звуки стройплощадки, я ухватил работягу-гастарбайтера под пузо и со словами "Да иди уж, чего там... " закинул его в вольер. "Девочки! " - радостно сквикнул герой-любовник Ух. "Опа, девки, держи миски! Кто ушами будет хлопать, к тому в домик этот гад пропишется... " - недобро прищурились уже бывалые и совершенно неромантичные девочки. Свиньи, что с них взять. Честно сказать, душа у меня нежная, осколки чужой мечты больно царапают ее, поэтому я не стал досматривать уже ставшую привычной процедуру прописки "духа" (с бадабумом и подлетанием чёлочки). С ехидной мыслью: "Ты сам этого хотел... " я ушел за комп.

* * *

Ночью я проснулся от до боли знакомого звука. "Блин, я ж его уже посадил туда? . . " - спросонья подумал я и включил свет. Ух сидел в углу вольера и остервенело грыз знакомую ему решётку, уже с другой стороны, изнутри. Временами он поднимал голову на свою милую старую коробочку в дальнем углу комнаты - но лишь на мгновение. Не теряя времени он вновь брался за привычную работу. Девочки его больше не интересовали. Он хотел домой.

"Кого Создатель хочет наказать - тому он исполняет все его желания" (С)

Но у него нет никаких проблем ни со здоровьем, ни с агрессивностью, - пытался я переубедить женщину.

- Ну и что? Он мне не нужен!

На самом деле проблема у щенка была. И большая. Он оказался беспородным и некрасивым. В полгода все щенки выглядят немного нескладными, потому что теряют милые детские формы, но ещё не дорастают до взрослых параметров. Этот пёсик был куплен на рынке как грифон - курносая маленькая собачка с жёсткой шерстью и игривым нравом. Все эти признаки породы у щенка были, но ростом он уже давно перерос самого крупного гриффона и неумолимо приближался к миттельшнауцеру. Крупная нижняя челюсть с перекусом придавала пёсику сходство с боксёром, а огромные уши - одно стоячее, другое висячее - вообще походили на овчарочьи. Жёсткая шерсть торчала под самыми неожиданными углами. Думаю, если бы его выставили на конкурсе "самая уродливая собака", он бы вошёл в пятёрку лидеров.

- Я хотела маленькую собачку, - продолжала ныть обиженная женщина, - а мне подсунули этого уродца.

- Породистых собак на рынке не покупают, - мрачно озвучил я прописную истину.

- Ну да! А знаете, сколько они стоят в питомнике?

- Знаю, - злобно сказал я.

И задумался. Из данной ситуации было три выхода. Чрезвычайно привлекал первый: вылить на тётку флакончик с бриллиантовой зеленью, чтоб она неделю отмывалась. Смущает последствия в виде вызова полиции и неприятностей для клиники. Второй был не столь радикальным: всего лишь сообщить хозяйке самым холодным тоном, что здоровых животных мы не усыпляем. Последствия тоже были малоприятные. Женщина наверняка отыщет другую клинику или просто выставит собаку на улицу. А на дворе морозный январь... Третий выход был самый хлопотный. Я тяжело вздохнул и набрал номер приюта для животных.

- Привет, Свет. Хозяина для щенка найдёшь? Кобель, шесть месяцев, похож на помесь бульдога с терьером, страшный, как я после ночной смены, но добрый. Фото вышлю. К себе взять не сможешь? Что, опять полна коробочка? Ладно, пока побудет у меня. Только ты уж побыстрее, ладно? Хозяин клиники это не приветствует.

Закончив разговор, я поднял глаза на владелицу. Она смотрела на меня удивлённым взглядом. "Просто так собаку не отдаст, - понял я. - Придётся искать подход".

- Значит так, - в моём голосе было больше холода, чем за заледеневшим окном, - усыпить я его не могу, но поскольку сейчас праздники цена будет двойной. За вывоз трупа и кремацию тоже придётся доплатить. И за хранение трупа в холодильнике тоже. Труповозка приедет только в понедельник. Сами понимаете: новогодние каникулы.

- Как так? Это что за безобразие? - рот у горе-хозяйки противно искривился.

- Согласен: безобразие, - ответил я. - Но не я здесь цены устанавливаю. Поэтому, чтобы сохранить Ваши деньги, предлагаю написать отказ от собаки. Я передам её в приют, где щенку найдут нового хозяина.

- Нового хозяина? - у женщины глаза на лоб полезли. - Да кому он нужен, такой страшненький?

- А может, - тут на её лицо мелькнула мелкая подозрительность, - это редкая порода? И Вы его задорого продадите?

Я мысленно хлопнул себя по руке, потянувшейся к банке с бриллиантовой зеленью. В голове определилась мысль: "Спокойно... спокойно... нельзя лить на посетителей зелёнку, выкидывать их в окно и даже нецензурно выражаться. Я профессионал! Я профессионал! ".

- Можете продать его на рынке, - сказал я. - У него прививки есть?

- Какие прививки? - у женщины уже голова шла кругом.

Она никак не могла понять, что я решил спасти щенка исключительно из гуманных соображений, и искала подвох.

- Ещё и за прививки платить? А без прививок я его продать не смогу что ли?

- Попробуйте, - равнодушно сказал я. - Штраф заплатите, если что.

- Нет уж! - тётка сняла ошейник, сунула его в сумку, а пса подтолкнула ко мне.

- Забирайте это чудо. Он и так мне всю мебель изгрыз. Что надо подписать?

Я сделал фото щенка и послал Свете. Она обещала тут же выложить на сайт. Пёсика я покормил и поместил в клетку в стационаре. Посетителей больше не было, я уселся поудобнее, чтоб видеть входную дверь, и запел. Есть у меня такая привычка - исправлять плохое настроение песней. Два-три романса, исполненные моим тягучим баритоном, и жизнь снова становится терпимой. Главное - наблюдать за дверью, чтоб не напугать клиентов.

- У - у - утро тума - а - нное, у - у - тро седо - о - ое, - затянул я.

- Вау - у - у! - донеслось из клетки.

- Чудо, ты умеешь петь? - удивился я. - Ох, вот и имя тебе родил. Чудо! Ну... давай дуэтом!

Мы с пёсиком исполнили "Утро", потом спели "Чёрный ворон", а на "Выйду в поле с конём" так отлично спелись, что я не заметил открывшуюся дверь. Поэтому, когда раздались аплодисменты, я подпрыгнул от испуга.

- Браво - браво! - задыхаясь от смеха, сказал сухонький пожилой мужчина, незаметно проникший в помещение. Это был мой друг, клиент и лечащий врач Александр Иванович, для своих просто Шурик.

- Шурик, ты меня напугал!

- Это ты меня напугал! Иду мимо, слышу - воют! Подумал, что ты окончательно заработался. Вот, зашёл узнать, не нужна ли профессиональная помощь.

- Нужна! Ещё как нужна! Можешь зверя приютить на недельку-другую? У нас в приюте опять мест нет.

- Ох, это я зря предложил... Ты же знаешь: я после смерти Мухтара никаких собак не завожу...

Мухтара мы с Шуриком похоронили в прошлом году. Пёс забрал в могилу половину сердца хозяина. Но щенка надо было куда-то пристраивать и я добавил в голос просительных нот.

- Но это же временно! Пока место не освободится. Представь, что это пациент, которого тебе впихнули, пока койка в терапии не появится.

- Ты про койки вообще молчи! Хоть здесь про работу не напоминай, Айболит фигов. А что это за порода? Какой-то он страшненький...

- Это редкая порода! Единственный экземпляр. Название ещё не придумал, так что сам фантазируй. Его усыпить привели.

- А ты опять оставил?

- Опять.

- Добрый ты человек, Айболит!

- Не особо. Я чуть эту тётку зелёнкой не облил.

- Ну не кислотой же. Ладно, давай своего собакена. На день-два, не больше. Как зовут хоть это чудо?

- Так и зовут - Чудо. Но можешь придумать что-то своё.

- Зачем? Хорошее имя. И соответствует. Поводок есть?

- Сейчас что-нибудь соорудим. Хозяйка всё с собой забрала.

- Вот зараза! Ну ладно, одевай зверя, пока я добрый. Что вы там с ним пели?

- "Выйду ночью в поле с конём"!

- Я тоже попробую. Но учти: максимум на неделю! Как только что-то освободится - звони!

Когда через несколько дней освободилось место, я позвонил Шурику.

- Знаешь, а ну его к чёрту, твой приют, - ответил друг. - Я теперь этого пса ни за какие деньги не продам. Мы по вечерам концерты устраиваем! Жена скоро со смеху помрёт, а ведь, как Мухтар умер, почти не улыбалась. Пёс хоть и страшненький, но такой юморной! Тапки приносит, танцует, каждое слово понимает! Правда, сгрыз все табуретки, да и фиг с ними. Внуки теперь чуть ли не каждый день приходят, а раньше раз в месяц навещали! Спасибо тебе, друг!

Я положил телефон и посмотрел в окно. На улице падал снег, тускло светились новогодние гирлянды на раме. Чудеса случаются тогда, когда их меньше всего ждёшь... Спасённый щенок, снова смеющийся Шурик и я - ветеринар - случайный посредник между этими двумя судьбами. Как удачно всё сложилось! Зазвонил городской телефон. Трубку взяла моя ассистентка Мила.

- Ветклиника, здравствуйте. Да, сегодня работаем. Конечно, привозите. Нет, по телефону ничего сказать не могу, посмотрим на месте.

Я оторвался от наблюдения за падающими снежинками и посмотрел на Милу.

- ДТП. Собака. Скорее всего, перелом.

- Готовь операционную, Милочка. Сегодня хороший день. Давай постараемся его не испортить...

до миски, от аптеки до ветклиники, от грязного поля до последних проводов в одеяле, которое ещё пахнет её шерстью.

И вот эта любовь — она делает сердце другим. Не громче. Не сильнее. Тоньше.

Он проходит мимо коробки с щенками и не может не свернуть.

Он не может не заметить, что у соседа пёс кашляет уже неделю.

Он не может «просто отдохнуть», если кто-то зовёт на помощь.

Потому что внутри уже стоит этот сигнал: «Они не скажут. Я должен понять сам». И ты думаешь, что сильный. Что справляешься.

А потом сидишь ночью, в тишине, а твоя собака кладёт морду на колени и просто смотрит. И ты вдруг ловишь себя на том, что никто, вообще никто, не умеет так смотреть. С доверием, от которого разрывает грудную клетку.

Человек с собакой — не лучше других. Просто он уже один раз перестал быть один. А потом, возможно, потерял. И теперь у него — всегда открытая дверь в сердце, и сквозняк.

Да, он устает сильнее. Потому что нельзя выключить эмпатию, если тебя годами учили понимать без слов. Нельзя пройти мимо, когда ты знаешь, как легко пройти точно так же — мимо тебя.

Берегите себя. Берегите тех, кто не говорит, но ждёт. И если у вас нет собаки — это ничего. Главное, чтобы было место внутри, где она бы точно поместилась.

всех находящихся в машине.

Не заезжая домой, сердобольные люди отправились в дежурную «навороченную» ветеринарную клинику. Хирург, осмотрев несчастного, сообщил, что у бурундука сложный перелом со смещением и нужна срочная операция. Так бурундучок был прооперирован «всего» за 1.5 тысячи рублей, и пока он все еще пребывал в наркозе, врач вызвал спасителей на доверительную беседу …

-А теперь вот что, дорогие мои, - бурундуки – удивительные животные. Если он сейчас, дай Бог, выживет, вам нужно следить за ним, чтобы он …не повесился…….

-??????????

- Дело в том, что в природе, когда у этого животного случается что-то из ряда вон выходящее –травма там какая, болезнь или кто-то вдруг разорит его запасы, то несчастный просто вешается на первой попавшейся рогатине или пропарывает свой животик острой палкой. Такая уж вот у него тонкая душевная организация…

От услышанного женщина впала в ступор, а потом накинулась на хирурга - Так что ж Вы нам этого раньше не сказали?

- Вы еще не все знаете. Когда он оклемается, обязательно отвезите бурундучка на то же самое место, где вы его подняли с дороги. Потому что на том самом месте его каждый день будет искать бурундучиха и орать от горя, а если он не появится в течение какого-то времени, то и она повесится…А там останутся беспризорные дети, которых, сами понимаете, не ждет ничего хорошего…

Услышав все это, семья пришла в ужас. И пока потенциальный самоубивец пребывал «под кайфом» наркоза, спасители купили ему дорогую клетку, специально оббили ее пароллонном, чтобы, не дай Бог, суицид не свершился на их глазах.

Пока бурундук приходил в себя и выздоравливал, семейство денно и нощно несло вахту у клетки новоиспеченного члена семьи. Как сводка «Информ-Бюро», передавались новости типа «Он открыл глаз», «он перевернулся на другой бок» и т.д и т.п., изредка оглашая ночь истошными воплями «мы его теряем!!!». Каждый шорох и вздох в клетке был под неусыпным контролем.

Эпилог.

История умалчивает, что произошло с бурундуком дальше, но с тех пор, животных в этой семье недолюбливают и упоминают в исключительно кулинарном аспекте

. ..

киндера тоже занимался по полной программе: "Надевай тапки! Делай уроки!"Когда случались дома скандалы, переходил на ненормативную лексику: "[м]ляди-шторм!" Проживала птичка в семье довольно долго, лет 10, клетка была уже старая, из ивняка. Довольно хлипкая.Решило семейство птичку порадовать, купить ей новое хипповое сооружение за 100 баксов под названием : "Клетка птичья.Класс "люкс".Клетка действительно была выдающаяся : огромная,хромированная, с кучей причиндалов. Все были в восторге, кроме Кирюши( попугай )...После помещения птички в клетку начался театр одного актёра . Сначала с криками : " [м]ляди!" Кирюша выдрал себе из крыла огромный пук перьев вместе с кожей, потом ,с тем же уже привычным кличем,стал производиться следующий трюк.Со скорбным взором самоубийцы Кирюша карабкался по боковым прутьям под потолок клетки, закатывал глаза ,провозглашал : "[м]ляди все!" и падал вниз, причём на спину. Всё это повторялось с завидным постоянством до тех пор, пока обалдевшие хозяева не прикинули , что у птички это был протест против принудительной смены среды обитания. Тогда Кирюшу быстренько поместили в старую клетку ( благо не успели её ещё выбросить). Восторгу птахи не было предела.Он перетрогал клювом каждый прутик в клетке, с блаженным видом тёрся головой о них головой, а потом проорал : "УР-Р-Р-ААА!" Вот так!

кассе причитающееся мне жалованье за два месяца. Конец восьмидесятых, жрать в магазинах нечего, перестройка.

- Слушай, говорит он – приехал же в колхоз, не поленился- идея такая есть. Я тут прочитал пару книг по кролиководству- не хочешь поучаствовать?

- А на почему оно мне надо?

- Дык бизнес. Интересно. Опять же- пожрём от пуза. Мишка и Олег (наши приятели- раздолбаи из соседней лаборатории, такие же аспиранты, как мы) тоже участвуют. Мы по триста рублей скидываемся, возьму с твоей зарплаты?

А пёс его знает, я конечно ни разу не ботаник, и даже не хлопкороб, или как там этих Тимирязевских кроликоедов называют? Разве что из любопытства? Денег у меня тогда было море- отряд получал зарплату натурой, определённый процент из этой натуры- картошку собирали, полагался командованию, то есть мне. Мы тогда схитрили маленько- наняли грузовик, я выбрал троих студентов понадёжнее, они получали в хранилище картошку из той, что считалась нашей, и торговали ей на ближайшем рынке. Так что триста рублей не то, что не жалко, а практически незаметно.

- Ну ладно, хрен с вами. Вступаю в ряды.

В рядах кролиководов оказалось вполне весело. Мы расчистили большой сарай на участке родственницы инициатора негоции, привезли с ближайшей птицефабрики (были свои контакты) полгрузовика бракованных секций от птичьих клеток- и соорудили из них четырёхэтажный концлагерь по периметру стен, и в центре.

Получилась такая буква Ш. Вполне прилично кстати. Сейчас уже не вспомню, сколько всего было клеток- но точно поболе полутора сотен. Сделали вентиляцию, а в крышу вклеили битумом ветровое стекло от Икаруса – на свалке подобрали. Светло стало и просторно.

Хотели вначале говнопроводы делать жёлобами, чтобы продукт самостоятельно скатывался- но подумав, от идеи отказались, слишком много места займёт, да и не факт, что посыплется- слиплось, встало комом- вот вам и апокалипсис из кроличьего дерьма.

Рядом у пятиэтажки меняли крышу – мы наделали коробов из ржавой кровельной жести – под дерьмо как раз. И потекли суровые трудовые будни. Ехать от города было почти рядом, поэтому мы по очереди наведывались покормить заключенных, и почистить клетки.

Срок беременности у крольчих – тридцать дней, за раз на свет производился примерно пяток- десяток зверёнышей. Месяц сидят у мамки, потом расселение- и мамашу можно опять отправлять на случку. Путём проб и ошибок статистически были определены лучшие сучки и лучшие кобели – в сарае на гвозде висел журнал учёта, куда записывались эти яркие события из их тюремной жизни.

Молодняк надо было расселять по половому признаку- сучки отдельно, кобели отдельно- иначе начнут трахаться друг с другом, и всё- инцест в природе даёт только вырождение.

- Что у нас на сегодня? Номер четвёртый е…ёт шестнадцатую? Музыку будем включать? Как на хер- торжественное же событие! Наливай!

Охальник Мишка вытаскивает крольчиху за шкирку, и суёт в клетку к кобелю.

- Жених готов? Невеста готова? Согласны ли вы стать мужем и женой? Жених, ответьте, невесту не спрашиваем – а куда она, бл…дина денется? Горько! Маэстро, попрошу Мендельсона!

Процедура редко когда занимала больше пяти секунд – но прелюдий и ломаний (я не такаая, а поговориить…) не было вообще. Чётко, по солдатски- влез, включил свой перфоратор, мякнул, завалился на бок. Готово. Можно выпить по рюмке – за здоровье молодых.

Кормили их в основном ворованным сеном с колхозного поля неподалёку. Это сейчас у всех комбайны, скатывающие траву в неподъёмные рулоны по полтора центнера весом, да ещё в полиэтилен упаковывающие. А тогда на поле в беспорядке валялись вполне себе приличные брикеты килограмм по семьдесят. Едем вдвоём, в машину кроме нас четыре брикета помещается, и два наверх- на багажник. Считай, недели на три- четыре призрак голодной смерти концлагерю не угрожает. Почему концлагерю? А Олежек пошутил – над дверью сарая написал по- немецки – «jedem das Seine»- как на воротах Бухенвальда.

Когда молодёжь набирала вес, девок гнали пинками на панель- тут главное не забыть записать, кого с кем, и у которой больше помёт получился- дабы наиболее перспективных отобрать на предмет дальнейшего использования. А пацанов ждала более печальная участь – газовой камеры у нас не было, приходилось использовать более простые подручные средства. А на хрена нам лишние кобели производители? Когда на два десятка сучек и одного достаточно?

Отчего- то в нашей компании почти все оказались не то брезгливыми до робости, не то робкими до брезгливости. Кроме меня. Так что грязную работу палача приходилось осуществлять исключительно мне –а эти засранцы, мои коллеги, даже присутствовать отказывались.

Приговор зачитывался в доме, номера приговорённых выписывались на листок, потом присутствующие опрокидывали по рюмке, произносилась отходная молитва и акция осуществлялась. Мишка всё похоронный марш включать пытался – это так он шутил.

Попытки извлечь из процедуры какую- то прибыль поначалу успехом не увенчались. Продать мясо на рынке – кто же знал, что надо одну заднюю лапу не отрубленной и не ободранной оставлять? Чтобы покупатель был уверен- это именно кролик, а не кошка?

Кто знал, что шкуры надо снимать чулком, а не распарывая брюхо? Иначе продать их невозможно. Как- то попробовали торговать живьём – на птичьем рынке, но за день удалось продать всего десяток мелких крольчат- пацанов – не Бог весть какой гешефт.

Выживали не все – двое- трое с каждого помёта дохли от неизвестных причин. А ещё в сарае изредка появлялись крысы – они тоже с удовольствием лакомились крольчатиной – представляю, какие сцены отчаянья разыгрывались там по ночам. Стали на ночь запирать кошку – и пару крыс она действительно задушила. Но кроль- существо нежное, с высокой нервной организацией – крыса ещё только подобралась, нацелилась хапануть за ногу, сквозь прутья решётки – а он уже скончался от инфаркта.

Мишка с Олегом, как- то по пьянке отмочили- поспорили, два болвана. А что будет, если двоих кобелей стравить – подерутся, или трахаться начнут? Результат превзошёл все ожидания – вначале один пытался пристроиться к другому классически- сзади, как у них принято. Второй вежливо заметил, что вообще- то гомоc@ксуализм- не его жизненное кредо, но раз Вы так настаиваете, не желаете ли для начала сделать мне мин@т? Развернулся, и попробовал, гм, отъестествовать партнёра спереди – в пасть, то есть. За что и поплатился прокушенным, гм, естеством. Там визгу и крови было- как из брандспойта.

Эти два селекционера- экспериментатора хохотали взахлёб, пополам сгибались, описывая ситуацию. А ферма лишилась одного из производителей. Правда, только на две недели. Через две недели укушенный уже вполне сносно исполнял свои обязанности.

У Мишкиной жены сестра вышла замуж за Финна. И вот, под Новый год, семейка собралась целиком – приехали из Оулу в Ленинград всей компанией- что там была за родня, уже не помню, но под вечер нам на голову сваливается весёлая компания- Мишка с женой, её сестра, и трое бравых Финских хлопцев, горячих, так сказать Лапландцев.

То есть в доме вполне просторно, водки хоть залейся, да они ещё с собой привезли. Но кормить- то их чем- то надо?

- Что значит чем? А зверьё?

- Так у нас по плану холокост только через две недели. Может на смерть мочить не будем? Только задние лапы на студень ампутируем?

Этот спектакль Финны запомнили на всю жизнь – Мишка потом рассказывал. У нас уже грамм по двести в организмах присутствовало, поэтому без цинизма не обошлось. Включили похоронный марш, выбрали номера обречённых- зачитали торжественно приговор. Мишка всерьёз отмочил начало отходной молитвы на Латыни – « De profundis clamavi ad te, Domine; Domine, exaudi vocem meam*». Мишкина жена с сестрой от хохота под стол повалились, а Финны только глазами хлопают- не понимают, что происходит. Все выпили по рюмке, и я пошёл в сарай- акцию осуществлять.

Финны увязались со мной. Какими глазами они на это смотрели! Широко раскрывши рты.

Надобно отметить, что рука у меня уже была здорово набита, так что акция была осуществлена максимально быстро и профессионально. Уже через час чугунный горшок с кроличьим рагу стоял на столе – и все с удовольствием наваливали на тарелки добавку.

Закончилось всё довольно печально – не помню, как это по научному называется, но кроли, если живут скученно, подвержены эпидемиям. И если стадо начало стремительно дохнуть, надо не лечить пытаться- бесполезно, а резать оставшихся в живых. К сожалению, так и произошло.

Ну, не разбогатели, так хоть пожрали от пуза. Есть, что вспомнить.

"Из глубин я воззвал к тебе, Господи! Господи, услышь голос мой".