Истории о животных #крыса

Это имя прицепилось к нему ещё в младенчестве, когда пушистый комочек только появился в нашем доме и полной грудью познавал мир. Тогда никто не мог и подумать, что этот найденыш вырастет в настоящего пацифиста, будто бы пришедшего в этот наш грешный мир с миссией примирения. За всю свою кото-жизнь Кис ни разу не обидел человека ни когтем, ни зубом, даже нечаянно не поцарапал с одной лишь оговоркой.

Хотя, если быть честным до конца, один поучительный случай всё-таки был. Как-то вечером, валяясь на кровати, я почувствовал, как Кис чинно расхаживает по моей груди - обычное дело, не придаёшь значения, ведь Кис всегда был олицетворением миролюбия. Но тут в комнату вбежала дочка, ловкая и озорная, и с детским любопытством потянула кота за хвост. Тут уж сработал древний инстинкт кота - чтобы не упасть, Кис выпустил когти, вцепившись в первое, что ему попалось, - в мою кожу. От воспоминания о тех кровавых царапинах до сих пор становится немного не по себе. Но кого винить? У кота - чистая физиология, у дочки - чистая непоседливость. В итоге "словесные люли" достались конечно же дочке, а Кис остался при своём пацифистском авторитете.

Если бы мы с самого начала подозревали о такой душевной мягкости нашего кота, его следовало бы назвать иначе - скажем, Леопольдом, чтобы каждый день озвучивался старый и мудрый призыв: "Ребята, давайте жить дружно! "

Возраст Киса так и остался для нас загадкой. Его маленьким и промёрзшим котенком подобрала дочь возле какой-то городской помойки, а домой принесла с горящими от волнения глазами. К тому времени, как в нашем доме появился Митя, Кис уже был взрослым, сытым и степенным котом.

Миттельшнауцер в общем-то - порода бойцовская, с набором инстинктов, против которых идти невозможно. Ныне, поглаживая Митю по мохнатой голове, понимаю: по всем законам собачьей природы должен был он считать кота врагом злейшим. Я помню, как однажды застал их вместе на кухне: Кис с достоинством ел из своей миски, а щенок, решив заявить о характере, подкрался к самому загривку кота, попытавшись в игре перегрызть тому шею. Но вышло довольно комично - щенок был похож то ли на медвежонка, то ли на бегемотика, и нападение выглядело нелепо и безобидно. Кис же, как истый философ, даже не обратил никакого внимания на этот инцидент и продолжил свою трапезу, словно ничего не произошло.

С этого дня главным воспитателем Мити по сути стал Кис. Каждый раз, когда дом опустевал (кто на работу, кто на учёбу) именно кот оставался наставником щенка. Воспитание получалось специфическим - Митяй начал искренне верить, что все коты на свете - его закадычные друзья. Но уличная реальность быстро внесла коррективы - встречные коты вовсе не разделяли теории дружбы и нередко вставляли Мите "по первое число" своими когтистыми лапами. Впрочем, это не поколебало веру Митяя в доброту окружающего его мира.

Они часто спали вдвоём, обнявшись и свернувшись калачиком на ковре. Но стоило мне лишь попытаться сфотографировать эту идиллию, как кто-то из них тут же просыпался, и сладкая парочка распадалась без следа. Увы, лучшие кадры так и остались только в моей памяти.

Живём мы на первом этаже, а строители нашего старого дома, видимо, полагались на безропотность жильцов и не особенно беспокоились об изоляции - под подоконником кухни в полу зияют щели между железобетонными плитами, через которые к нам заползают не только тараканы и иногда даже крысы. Однажды крысиная семейка устроила логово под нашей ванной. И вот, когда миролюбивый Леопольд впервые столкнулся с такой группой пришельцев, он, видимо, ощутил нравственное потрясение. То ли собирался свести счёты с жизнью, то ли просто решил, что спокойствие дороже. В тот же самый день, не попрощавшись ни с кем (даже с Митей) кот спрыгнул с балкона и ушёл в таинственную неизвестность. Таким вот образом Кис исчез из нашей жизни, оставив тем не менее в нашей памяти свой образ мудрого и кроткого наставника.

Для удобства нашего кота на балконе всегда стоял старенький стул - не просто предмет мебели, а особенная промежуточная ступенька между теплым домашним уютом и неизведанными просторами внешнего мира. С его помощью Кис ловко запрыгивал на балконные перила, чтобы, причудливо изогнувшись, скользнуть вниз на землю и раствориться в пыльной траве газона. Мы естественно не убирали этот стул, даже когда дни шли один за другим без единой вести о нашедшем свое приключение коте - кто знает, вдруг однажды он решит вернуться домой, и стул снова окажется ему полезен?

Я частенько стоял на балконе, подолгу куря рядом с этим стулом. Спустя какое-то время ко мне стал присоединяться уже повзрослевший Митя. Он с удовольствием, одним прыжком, вскакивал на стул, уверенно ставил передние лапы на перила и принимал вид настоящего философа, устремив вдаль задумчивый взгляд. Можно было подумать, что он тоже вышел покурить за компанию и подышать свежим воздухом, а не просто быть рядом. Я никогда не мог игнорировать этот забавный спектакль, почухивал Митяя за ухом ласково приговаривая: “Ну что, Митяй-негодяй, доволен? ” — и он, хитро щурясь, улыбался во всю свою псиную пасть, мотал своим обрубком хвоста, а язык весело свешивался набок. Признаюсь, и мне тоже всегда были дороги эти минуты нашего с ним немудрёного уединения.

Однако вскоре выявилась простая, но горьковатая истина - Митяй-негодяй совершенно не переносил одиночества. Пока рядом был кот, пока существовала эта невидимая ниточка собачье-кошачьей компании, всё было спокойно - щенок знал, что не один в этом мире. Но стоило нам всей семьёй - трем составляющим его маленькой вселенной - разом покинуть квартиру, его настигала такая буря тоски, что стены сотрясались от душераздирающего воя, а соседи становились невольными свидетелями истерики отчаявшегося пса. Я поначалу отмахивался: да что вы, у нас дома всё спокойно всегда было... Но потом, сопоставив события, я понял, с тех пор как Кис исчез, дом опустел не только для нас, но и для Митяя, который остался без своего основного бессменного и молчаливого наставника.

точно не знал – ну бегают и бегают. Утром и вечером, после дойки коров, наливали им молока вдоволь – ну там и щенки, и ёжики сбегались – хрен их разберёшь где кто. Зимой жили в сарае – питались вместе со свиньями. Ну и популяцию крыс и мышей сводили до минимума. Главной в стае была самая старая кошка – мать, бабка, тётка и вообще не пойми кто всем остальным членам прайда. Только её иногда пускали на кухню, вернее не гнали, если уж прошмыгнёт. Котят, частенько, выкармливали все вместе. Рожала кошка в укромном месте и на второй месяц приводила котят показывать – сначала своим, потом приходили все вместе звать хозяев – дескать, посмотрите, каких красавцев привели. Котята были дикие – в руки не давались, да и, вообще, кошки эти особо ласковыми не были. Массаж лапками уж точно не делали. Но хозяев признавали и обращались к нам за помощью. Как–то прибежала старшая – зовёт куда-то - пошли посмотреть, а там молодая совсем ещё разродиться не может – ну помогли, мать ветеринаром была. Частенько приходили, когда у них позвонок рыбий на зубы надевался – просили снять. Ну и нас защищали по мере своих сил.

Я как-то наблюдал, как две кошки змею убивали. Змеи они в каждом дворе есть, у них тоже своя территория. Мы разбирали старый сарай и из-под половицы выскочила гадюка шахматная – живут такие на юге России. Это единственная ядовитая змея у нас. Ну как ядовитая, меня такая кусала однажды. Я ловил рыбу, свесив ноги в воду, ну она меня за пятку и цапнула, видимо пятку за лягушку приняла. Потемпературил дня три да и прошло всё. Кстати, не верьте тем, кто говорит, что змеи в воде не кусаются – ещё как кусаются. Так вот, не успела эта змея и на пять метров уползти – тут две кошки старшая и еще одна. Заняли позиции по разные стороны змеи и начали её убивать. Сначала та кошка, которая оказывалась сзади змеи наносила ей молниеносный удар лапой по голове, змея, развернувшись, делала выпад в её сторону, пытаясь укусить – та подпрыгивала метра на полтора вверх, уходя от атаки, и, в это время змея получала удар от другой кошки. Так и били они её по очереди, пока она и не сдохла.

Коты на второй–третий год жизни, заматерев, по весне уходили из дома, иногда возвращались, но чаще нет. Кошки, почувствовав приближение кончины тихо куда-то уходили и ни разу трупов я не видел. И только старшая всегда приходила попрощаться. Потрётся об ноги, посмотрит в глаза и уходит.

на груди, наравне с профсоюзным билетом. Как

сурово сказал маршал Р., когда ему предложили передать профвзносы через

актерку С.,:" Я с им никогда не расстаюсь".

В 198Х году возвращаюсь из командировки во Флоренцию. Пересадка в

Лозанне. Поздний вечер, темно. Решил проверить бумажник. Все есть,

кредитной и алкогольной карточек нет! Огляделся, может выронил. Я один

на перроне, а в 10 метрах сидит огромный жирный кот и что-то жует.

Подошел, позвал: кис-кис. Ноль внимания. Кинул ему завалявшийся

бутерброд. Жрет свое и молчит. Нагибаюсь над киской. Точно, жует мою

кредитную карточку, а рядом валяется алкогольная, уже надкушенная.

Ну, дал я по жопе коту, летел он быстро, но низко. Спас карту на

алкоголь. Кредитку тоже нашел, потом в банке поменяли. Дело не в этом.

Когда кот (5кг минимум) приземлился в 30 метрах и злобно обернулся, я

обмер.

Это был не кот, а огромная крыса с хвостом на полметра. Крыс двинулся на

меня, и я, натурально, обоссался. Хорошо, поезд подвалил, я прыгнул на

подножку и захлопнул дверь. Остыл и подумал, что при развитом социализме

крыс таких не водится, а первач, при необходимости, народ и сам

изготовит.

Зачем я вам мозги пудрю?

Сегодня, 24 июля 2008 года в 14.30 выхожу из автобуса 640 и напротив

Военторга вижу рыдающую девочку. Она утверждает, что злые люди кису

убили. Заглядываю за деревянную катушку из-под кабеля, которая уже

полгода там валяется, и вижу огромную дохлую крысу в два раза больше

лозанской.

Наш-то капитализм похлеще швейцарского!

ладно. Лучше о собственных котах которые присутствовали в моем детстве. Вначале начнем с Пушка, это кот который был у друзей нашей семьи. Как там сейчас их окрестили, «сибирский» что ли? Пушистый и злобный. Не, на хозяев он лапу не поднимал, а только лишь не любил детей. Коим я и был в тот момент. Пять лет, это же ребенок? Вот столько мне и было. Поэтому по приходу, он и гонял меня из угла в угол. Рассчитывая расцарапать мне личность или еще куда впиться своими немаленькими клыками. А вы думали у него небольшие молочные зубки? И он может ими только сосать молочко из блюдечка. Жаль, что вы заблуждаетесь. Ну да ладно, просто он в доме был любимым котом. И ничего хорошего от меня не ожидал. Даже жратвы. А где я ему в пять лет возьму? Если только в холодильнике слямзить, но я в его банду не вступал. Сам ел, что давали.

Второй кот это Мурзик. Он наш, домашний. Полосатый, беспородный и жирный. Но меня тоже не любил. Чуть позже я расскажу почему. Но он сильно любил моего младшего брата Ваську. Тот рыбак с рождения и как только научился самостоятельно ходить, сразу взял себе удочку побольше. С ней в лет пять и пошел на рыбалку. Правда на момент рассказа, ему было уже восемь, а мне десять. Так вот, Мурзик его любил, потому что тот каждый день притаскивал ему баночку с усыриками или каменками и даже гольянами. Мурзик лежал на солнышке и ждал, периодически попукивая. Но ненавязчиво, в пределах приличия. Так вот, Ваську он любил. Но как-то странно. Вероятней всего, получая от него каждый день рыбу, он просто считал его рабом. Это была любовь хозяина к рабу. Он любил его за это.

А теперь вернемся к тому, почему он не любил меня. Один раз я по каким-то делам пошел в кладовку и ненароком заглянул в бочку где хранился свинячий корм, типа комбикорма. И охренел. Нет, там был не поросенок. Но крыса едва уступающая по размерам коту. Не местная, определил я. Такую бы мы всей семьей не откормили. Наверняка в соседнем гастрономе травили, вот и квартировалась у нас временно. Но дело не хитрое, ведь у меня есть кот. И я быстро нашел Мурзика, он лежал где положено, ждал Ваську и привычно попукивал. Я взял его на руки нежно, как и положено хозяину и ничего не ожидающего потащил к бочке. Швырнув его туда и прикрыл стоящей рядом крышкой. Что там творилось я не видел. Но когда все поутихло, я крышку снял. Кот и крыса сидели в разных концах, оба напряженные, мне показалось даже, что у кота есть мышцы. И точно были, как только крышку я убрал, он сквозанул в верх «свечой». А это была двухсотлитровая бочка, это вам не тазик. И свинячьего корма было только на дне, видимо крыса все сожрала. Ну короче кот с места, без разгона взмыл вертикально верх и еще примерно на метр выше бочки. И сиганул в сторону так, что походу уже и не попукивал, а срал беспрерывно.

Ну что мне оставалось делать? Ну взял лопату, штыковую и хотел крысу охреначить самолично. Но она ловкая с@ка, несколько раз увернулась, а потом по черенку лопаты, моему плечу и шее, тоже свалила. Наверное побежала за Мурзиком, решив, что с ним драка намного честнее. Чем со мной да еще и с лопатой.

И вот здесь я понял, как мне не хватало кошачьего воспитания. Ведь мог же выгнуть спину дугой и прыжке догнать крысу. Мало того, что догнать, но и перекусить ей шейные позвонки. А потом притащить в зубах Мурзику. Но родители допустили огромную ошибку, не давая коту спать со мной в кроватке. Играться с ним, таская за усы и уши. Прыгать со шкафа на шкаф. И если есть возможность лазить по столам. Всего этого меня лишили. Даже срать в кошачий лоток не приучили. Ушла крыса.

марки 600. Тент над бассейном.

Слив из бассейна, вначале предполагался, прямо в грунт, но выяснилось в глину воду не слить. Грунт такой в этом месте.

Решили проложить трубу, до пересыхающей речушки, протекающей в метрах пятидесяти.

Ура, бассейн есть! Ребята в первый день, плескались там как земноводные!

На другой день, бассейн покрылся, какой то зеленой тиной.

Проблем нет. Слили воду, отдраили пол и стены бассейна, налили свежую воду из скважины…

Все прекрасно! Но, на первых купальщиков, обнаружились пиявки! Не такие как у нас, а в два-три раза больше!

Прораб, который являлся Генеральным подрядчиком, этого объекта, решил. Воду хлорировать! Два баллона с хлором, для дезинфекции воды, были, но ни разу не применялись.

Сделали врезку в подающую трубу, и вода стала хлорированной.

Это тоже не помогло.

Все обитатели этого региона, учуяв воду, прямо по проложенной трубе, ломанулись к воде! Хлор, им был до лампочки!

Одно меня радует, крокодилов там не было…

украла несколько яиц (у собственной бабушки), литр молока, муку, ваниль и прочие ингредиенты. Я даже от рыбалки отказалась, чтобы сделать этим гаденышам приятное. Дождавшись, когда родня в полном составе отчалит на строящуюся дачу, повязав фартук, я принялась изобретать блюдо. Через полтора часа бешеных усилий рогалики во всей красе лежали на праздничном подносе. Ребята, уже проинформированные мною, пускали слюнки и покорно ожидали за нашим столиком во дворе. Триумфально вознеся во двор блюдо, полное горячих, распространяющих дивный аромат, рогаликов, я покинула алчущих и жаждущих буквально на пару минут (за молоком ходила, чтоб не всухомятку мои мальчики кушали). Вернувшись, я обнаружила пустое блюдо и сытые и довольные физиономии наевшихся до отвала друзей. Покровительственно похлопав меня по спине, Гасаненко заявил, что вкуснее может быть только борщ с салом и чесноком, из чего я сделала вывод, что просто-таки превзошла себя и теперь смело могу зваться гением кулинарии.

Несколько дней спустя…

Играли мы в войнушку :). А двор у нас представляет собой длинную пятиэтажку, окруженную гаражами и стекловатными (так по-моему) трубами. Так вот, загнали меня, значит, враги за эти самые гаражи. Напевая под нос: «Врагу-у не сдается наш гордый Варяг…» я лезу под эти трубы и натыкаюсь на МОИ РОГАЛИКИ!!! Взревев от ярости, вылезаю на радость преследователям обратно. Начинаю разбираться. Постепенно подтягиваются участники недавнего угощения. Последним приходит Гасаненко. Он-то и стал парламентером. Эта скотина мне в глаза сказала, что кухня и я – понятия несовместимые. Что РОГАЛИКИ были как КАМЕНЬ и их ДАЖЕ КРЫСЫ не стали бы есть, так как это СУЩАЯ ОТРАВА! Не успев окончить мысль, мой лучший друг неожиданно заходится в припадке гомерического хохота и на что-то указывает. Не понимая в чем, собственно дело, я пытаюсь разглядеть что его так рассмешило…

Рядом с ЕДИНСТВЕННЫМ НАДКУШЕННЫМ рогаликом лежала дохлая крыса. Народ лег. Война окончилась.

хорошо за 60 было, с сердцем плохо, но двигается с максимально возможной для себя скоростью.

- Что случилось? спрашиваю.

- Подожди! говорит запыхавшаяся соседка, опираясь на крышу машины. -Я тебя минут 10 дожидаясь. Подними капот.

- Зачем?

- Подними, сейчас сам всё поймёшь.

Ладно, поднимаю. Всё вроде нормально, как вдруг слышу ти-ихое такое мя-ау! Смотрю – сидит! Прямо на валу возле ремня. Как представил себе, что было бы, не подоспей соседка вовремя… Чумазый, блохастый, тощий – в чём душа держится! Но, посмотрев в эти глазёнки я понял, что просто так вытащить его наружу и оставить на асфальте я не смогу. Взял находку, закрыл машину и пошёл домой.

Моя жена идёт на работу позже, и поэтому, когда я вернулся, она была ещё дома. Увидев меня, спрашивает:

- Что случилось? Что-то забыл?

Затем, опуская взгляд на мои руки, заявляет:

- Ага, понятно! Не иначе как Дядя Фёдор кота в дом притащил! Верни, где взял!

Я ей: -Кать, ты чего? Куда я его дену? Он же сд@хнет на улице!

И ещё минут пять в том же духе, пока жена не ушла.

На работу я не пошёл, позвонил и попросил отгул. Напоил малыша тёплым молоком, искупал, и пока он дрых у меня на руках, искал инфу в интернете, как ухаживать за двухмесячным котёнком. Возни было много, кошатники не дадут соврать.

…Вот так у нас появилась наглая рыжая морда Чемберлен, или, по-семейному, Чёма.

Катя поначалу воротила нос, но когда обратила внимание, что тараканов в квартире стало заметно меньше, стала проникаться симпатией к хвостатому, а через год уже души в нём не чаяла, поскольку вслед за тараканами исчезли и мыши, которых она боялась до обмороков, причём в буквальном смысле. Правда, стали появляться тушки задушенных голубей и реже воробьёв, но тут уж ничего не поделаешь, природа… Кстати, из-за Чёмы у нас в подъезде, как ни странно, сильно увеличилась популяция комаров, но это я потом понял, почему. Дело в том, что их с аппетитом жрали ящерицы, на которых с недавнего времени стал охотиться Чёма. Сколько раз я видел их без хвоста, или с хвостом отросшим наполовину. Но, как я уже говорил, ругать бесполезно, да мы и не ругали. Мы же понимали, что его помойная душа требует пампасов, приключений и добычи.

Как-то сидим мы с женой вечером, смотрим ящик, как вдруг – звонок в дверь. Открываю – стоит сосед по площадке с каким-то пакетом.

- Привет, Жека! У меня тут кило осетрины для вашего кота!

- ?

- Да тут понимаешь какое дело. Знаешь же ту больную на голову бабу, с не менее больной на голову лайкой?

- Ну да, знаю.

- Так вот. Идём мы с дочкой из садика, а эта псина, без поводка, без намордника, круги нарезает.

- А хозяйка?

- Да ты слушай. Моя вина, не доглядел. Дочка чуть отошла, оступилась, упала на попу и в крик. Я к ней, но вижу, что и собака тоже к ней приспустила, и явно не поиграть. Чувствую, не успею раньше собаки, и тут между ними твой кот встал. Откуда только взялся? Как из-под земли возник, ей Б-гу! Собака замерла на секунду, и на него, а он, прикинь, вцепился передними лапами ей в морду, а задними – всё брюхо распахал, меньше чем за секунду! Собака наутёк, кот за ней, гнал её до конца улицы!

- Да, дела… Ладно, давай, заскакивай в выходные, отметим второй день рождения твоей дочери!

- Замётано!

И отдаёт мне пакет. Я говорю:

- Не сомневайся, всё Чёмке отдадим.

Возвращаюсь домой. Настоящий Герой валяется на диване, жмурится от удовольствия под ласковой Катиной рукой и мурчит, как будто и не было ничего. А я стою глядя на это всё, и думаю: а ведь не закури я тогда, опоздай соседка хоть на несколько секунд…

На следующее утро хозяйка лайки поджидала меня на парковке. Увидев меня, стала размахивать какими-то бумажками, орать, сколько я ей теперь должен за ветеринара, и что моего бешеного кота надо утопить… На крики выбежала Катька. По-моему, в этот момент от неё можно было бы запитать весь микрорайон, только провода подсоедини. Она такого морозу напустила на эту дуру! Так популярно объяснила хозяйке лайки, по какому назначению она может эти бумажки использовать, что та ретировалась моментом, как ниндзя. Вот она есть, моргнул - и нет никого!

- Ладно, - говорю, -иди домой, а то на работу опоздаешь…

…Как-то вечером я сидел за столом и пил чай перед телевизором, а Катя за компом. Обычно она отдыхает раскладывая свой любимый пасьянс Паук на 4 масти. Кстати, у вас получалось когда-нибудь его разложить? У меня - ни разу, а для неё это отдых! Издалека вижу, что на мониторе какая-то другая картинка, не пасьянс. Спрашиваю:

- Что делаешь?

- Читаю, что пишут.

- Ка-ать, ну вот ёлки-палки, целый день не виделись, а ты всякую фигню в соцсетях читаешь!

- Женя, вот послушай. Опять этой, с лайкой, всё не так. Птиц, видите ли, бродячие кошки поизвели! А то, что крыс и мышей почти не осталось, это благодаря кому? Пушкину?

- Да оставь ты эту убогую!

Я подошёл к жене и приобнял.

- Ты же знаешь, что они чувствуют то же самое, что и ты, - сказал я, кладя руку на её уже заметный живот.

- А мне боязно немного, - говорит Катя. -Со мной работает одна женщина, у неё тоже близнецы, так она всякие ужасы рассказывает! Говорит, что Б-г родителей близнецами наказывает за что-то!

- Да что она понимает! У нас же Чёма! Помнишь, как он насмерть встал за соседскую девчушку, которая его ещё постоянно за хвост таскала? Не переживай. Помнишь, как в песне:

И ползли по норам ночные крысы твоих невзгод,

Если в лунный луч выходил корабельный кот. *

- Да уж... Кот у нас, хоть и не корабельный, но полосатое пальто у него имеется! -сказала Катя, и улыбнулась.

*Здесь приведён фрагмент песни автора-исполнителя Олега Медведева "Корабельный кот".

как тщедушный котёнок вырос в роскошного кота: сам крупный, поджарый, глазищи жёлтые, выражение на хищной мордахе надменное. Вёл себя так, будто это он з а в ё л семью людей, чтобы не скучать. Имя носил подобающее – Лео. Лев, значит, царь. По окрасу давали имечко: был Лео ослепительно рыжим, просто золотым.

Любили мы его безоглядно. Он же снисходительно принимал нашу любовь, не особенно стараясь дать что-то взамен. Самодостаточный был кот.

Но даже с самыми любимыми животными мы иногда вынуждены расставаться. Пришла пора и наших испытаний: друзья пригласили нас встречать с ними Новый год. Отличная идея, только вот как с Лео: мы в Кёльне, друзья под Бременом, за день-ночь не обернёшься. Ясно, что кота нужно будет куда-то пристроить дня на три.

Выход нашёлся. Мои родители вызвались взять зверушку. Знакомы они с Лео были давно, конфликтов с котом не затевали, жили неподалёку от нас. Да и кому доверишь дорогое существо, кроме как родным маме с папой?

В общем, в одно прекрасное утро мы доставили добровольцам внушительный пакет с кошачьим кормом, закрытый кошачий туалет и самого владельца всех этих богатств. Доставили и уехали, чтобы вернуться уже в новом году.

Вернулись на четвёртый день. Встретили нас радостно. Особенно Лео демонстрировал ранее не выказываемые любовь и преданность, лез ко всем на руки, терся мордочкой о наши лица, мурлыкал и даже без обычных для него громких и действенных возражений вошёл в свою будочку-переноску, очевидно, одобряя наше желание ехать домой.

А через пару недель папа честно рассказал мне о времени пребывания нашего питомца в гостях «у бабушки и дедушки».

Оказывается, сразу после нашего отъезда кот, выпущенный нами на освоение временного жилья, забился в свой туалет. Там он просидел весь день, не делая ни малейшей попытки ознакомиться с территорией. Сначала этому никто не придал большого значения. Мало ли, стрессовая ситуация, адаптируется еще, успеет. Но когда к вечеру Лео так и не высунул носа из своего нужника, мама заволновалась.

- Роберт, мне кажется, у него культурный шок! – сообщила она отцу после некоторого раздумия. – Он же привык к немецкой речи!

(К речи кот привык ко всякой, в том числе и к очень экспрессивной русской – это в случае подмоченных тапок. Но в целом мама была права: немецкий у нас дома «довлел» - мой муж немец, куда ж деваться).

Родители переключили телевизор с русской программы на немецкую. Однако эти действия не имели положительных последствий в вопросе интеграции кота в квартире русскоязычных переселенцев. Утром гостеприимные хозяева обнаружили животное на прежнем месте. Мисочки с едой и питьём стояли нетронутыми в уголке. Мамино душевное равновесие существенно покачнулось. Она была разумной женщиной, но происходившее не поддавалось ее нормальной логике. Все те коты, которых она знала, были адекватными и предсказуемыми. Они ловили мышей и крыс, дрались с соперниками, любили кошек и жрали всё, что было съедобно. А этот отказывался от еды, явно переживая расставание. В жёлтых кошачьих глазах читалась вселенская грусть. Налицо была тонкая душевная организация животного, саму идею которой моя мать в прежние времена решительно бы отвергла. Но теперь – теперь от этого было не отвертеться!

Сочувствие, восхищение кошачьей преданностью и, самое главное, опасение, что сверхчувствительный котяра издохнет в своём туалете от голода и жажды, подвигли новоиспечённую котовладелицу на терпеливые уговоры.

- Лёвушка, золотко, выходи, покушай, попей водички! – напевно выводила она, ловко подвигая к месту добровольного заточения мисочку с кормом. «Лёвушка», утробно завывая, сверкал глазищами и отползал вглубь своего туалетного убежища.

- Прямо не знаю, что делать, - жаловалась мама отцу. – Может, ты с ним по-немецки поговоришь? Попросишь его? Всё-таки родной язык – большое дело!

Учительница русского языка и литературы, более сорока лет отдавшая школе, Заслуженный Учитель Казахстана, она не знала сомнений, когда речь шла о родном языке.

- Вот ещё! – резонно возразил папа. – Только котов разных я по-немецки не уговаривал отменить голодовку! Тебе нужно – ты и говори с ним. Хоть по-немецки, хоть по-русски. Да по мне, хоть по-украински, хоть по-казахски.

Он явно намекал и на мамину национальность, и на ее целинное прошлое. И на ее длительное нежелание учить немецкий, родной язык её мужа – волжского немца, тоже. Отцу ничего не стоило побеседовать с Лео на требуемом языке. Но что-то в этот раз зашкалило в моём обычно таком покладистом папке.

Мама поняла, что ей придётся самой выкручиваться из сложившейся ситуации. Вооружившись словарём, - она любое дело делала на совесть! – моя главная женщина засела за составление текста. Через полчаса всё было готово. Предусмотрительно положив перед собой в качестве шпаргалки аккуратно исписанный тетрадный листок, мама обратилась к коту с пламенной немецкой речью:

"Lieber Leo! H;ren Sie mir bitte zu! Sie m;ssen etwas essen und trinken. Kommen Sie bitte heraus! Kommen Sie bitte zum Essen! Ich bitte Sie sehr. Sonst werden Sie krank! "

"Дорогой Лео! Послушайте меня, пожалуйста! Вы должны поесть и попить. Выйдите, пожалуйста! Выйдите и поешьте! Я Вас очень прошу. Иначе Вы заболеете! "

Как дипломированный переводчик, гарантирую читателю верность переведённого. Я не спрашивала у мамы, почему для обращения к коту она избрала уважительную форму. Это и так было очевидно: исключительно из уважения к его верности и силе воли!

Тогда, рассказывая мне эту историю, отец вынул из нагрудного кармана рубашки сложенный в несколько раз листочек бумаги – мамину «петицию» к упрямому коту.

- Вот, спрятал, - заговорщицки шепнул он мне. – На память!

- Пап, ну а кот-то что? – хихикая, спросила я тогда. – Вышел? Поел?

- Да какой там! – отец махнул рукой. – Наоборот. Развернулся к нам задом в своём туалете!

И тут же добавил, глядя на моё опечалившееся лицо:

- Да не переживай ты! Жрал ваш кот! Ночью вставал и жрал. И воду пил. И по квартире гулял. А я потом за ним вставал и в мисочки корм добавлял, чтоб полными выглядели.

- А что ж ты маме не рассказал?! – ахнула я. – Она ведь переживала!

Отец смутился:

- Да я хотел сначала... – и в этот миг его удивительная улыбка осветила всё его лицо, заиграла в глазах, в каждой морщинке. – Но мне так нравилось, как она с ним по-немецки говорила. ..

По три раза в день...

Три дня подряд...

к бабушке, в частный дом, деревянный и очень уютный, стоящий в саду с прекрасными фруктовыми деревьями, гамаком, качелями и прочими ребячьими радостями. А на выходные забирали домой. Этакая пятидневка. От бабули я ходила и в ясли.

Сдавать анализы на аллергены в 70-е было не модно и мои родители отследили только одну закономерность - в каменном мешке квартиры приступы случались реже, никогда практически. А значит причина кроется в бабушкином доме! И это коты!

Так в моем детстве случились ненавистные рыбки и вечно трещащий компрессор для очистки воды. С рыбками тоже было интересно, но "пожамкать" их было нельзя. А отсутствие тактильного контакта делало дружбу и любовь с питомцем невозможной.

Сколько котов, котят и кошек я перетаскала домой в детстве - все напрасно. Мама кричала, что не хочет больше чтобы я умирала у нее на руках, и выдворяла пушистых восвояси. С мечтой о котике пришлось расстаться на долгие 40 с лишним лет.

Она сама пришла к нам и "навеки поселилась". Долго мы пытались прогнать с дачного участка обнаруженную по весне кошку. Молодую калико - трехцветку, белую с хаотично расположенными рыжими и черными пятнами. Наглая и тощая "зараза" охотилась за бабочками на нашем газоне и казалась фантастически романтической особой. С маниакальной настойчивостью она лезла в дом, ела все, что давали, даже хлеб, и постоянно обнаруживалась на моей кровати: летом дачные двери настеж - жарко бывает.

К осени стало понятно, что кошку придется удочерить. Она настолько обворожила моего непростого ребенка, так его обожала и любила, что материнское сердце дрогнуло. И вот мы, двое ненормальных, я астматик и муж аллергик, вот у него точно была аллергия на кошек, забрали красотку домой. В квартиру.

Где - то через год она нам подарила пару котят, мы ж не знали ничего о ней, вот и не стерилизовали сразу! За год Котовна отъелась и похорошела, котята вышли отменные!

Муся, а ничего веселее нам в голову не пришло когда мы встретили бродячую кошку, очень быстро освоилась, поняла кто в доме хозяин и стала искать к каждому из нас, взрослых, подход. Оккупация компьютерного кресла, полное неприятие пылесоса, любовь к подслушиванию телефонных разговоров, своенравность и всеядность, все это принесла она в нашу жизнь. И бездну любви! Мы "пулечкой" отстали от сына, а он и рад был, и занялись "дочкой".

Когда я вышла на работу после пятилетнего перерыва, именно Мусины повадки помогали мне осваиваться в новых, чаще всего мужских, коллективах. Когда Муся злится, она идет и с немым упрёком в глазах рвёт когтеточку. Ну а "для души" убивает дермантин нашей входной двери, если мы не видим.

Мы вместе уже девять лет. Как жаль, что она не пришла к нам раньше, моя радость, но кошачий помощник положен только в особо тяжких случаях, я так думаю.

P. S. Как показало время, аллергия у меня на плесень в деревянных домах. С кошками или без - не важно. Почти полвека мы могли бы быть вместе, но... Собаки, крысы, попугаи, улитки...

?

его выходил — кормил молоком из блюдца, когда тот по молодости прихварывал, растворял ему антибиотики в молоке.

После такой усиленной заботы на хорошем питании крысенок окреп, вырос и превратился в большего упитанного крыса по имени Ерёма. Ерёма прижился в бригаде, имел собственный паек, любил сало и свежий хлеб, и обедал по часам со всей бригадой.

Работали они на старой, еще довоенной, шахте, выбирая уголь почти у центра Земли. Однажды случилось во время смены ЧП — рванули пары метана, штольня почти на всем протяжении обвалилась, завалив проход метров на

200 вместе с шахтой подъемника. Нескольких горняков раздавило, как мух, остальные успели отскочить в глубь штольни.

Пришли в себя, стали подсчитывать шансы. Воздух просачивается, но из воды и запасов пищи на шесть человек только полфляги воды и три бутерброда, которые Митричу на обед положила жена. Спасателям для того, чтобы добраться до шахтеров понадобится не меньше месяца. В лучшем случае (не забывайте — 70-е годы, из всей спасательной техники — экскаватор и лопаты с отбойниками).

Все приуныли. Вдруг в темноте показались два крысиных глаза — Ерёма.

Посветили на него фонариком — крыс лежит на спине и машет лапками в сторону завала. Потом перевернулся, пробежал немного, опять на спину и машет. И так раза три. Зовет, что ли, - предположил один из горняков.

Делать-то нечего — пошли за ним.

Крыс, поняв, что люди идут за ним, более не переворачивался, залез на завал и исчез в щели. Шахтеры за ним. Сверху завала осталась щель, размером в аккурат, чтобы протиснуться самому габаритному.

Протиснулись. Метров через пять смотрят, взрывом покорежило стену штольни и открылся боковой проход. Залезли туда. В полный рост не встать, но на четвереньках можно. Крыс дождался пока последний шахтер не залезет в проход, и побежал дальше. Шестеро шахтеров на четвереньках — за ним. Проползли какое-то расстояние и уперлись в стену.

Эх, Ерёма, в тупик завел — резюмировал Митрич. Кто-то из шахтеров посоветовал переименовать его в Сусанина.

Давай назад, - приказал Митрич, еле перевернулся в штольне и пополз назад. Тут Ерёма прыгнул и вцепился в штанину Митрича, прокусив брезентовую материю и икру Митрича до крови. Так и висит на нем, задними лапами упирается. Митрич орет от боли. Но Ерёма его не выпускает.

А ведь он нам говорит — долбить надо, - догадался один из горняков, подполз к тупику и стал добить его молотком, оказавшимся при нем. Как только молоток стал вгрызаться в породу, Ерёма тут же отпустил Митрича и прилег рядом. Двоих самых худосочных отправили назад за инструментом и уже через час, сменяя друг друга, стали долбить породу. Отколотые пласты оттаскивали к завалу.

Как долго долбили, и сколько метров прошли никто не помнит. Когда сели аккумуляторы — долбили в темноте. Вымотались так, что работали как машины — без эмоций, на автомате.

Поэтому, когда молоток, прорубив породу, улетел в пустоту, никто не удивился, ни обрадовался.

Когда их, потрепанных, истощенных, но живых подняли на поверхность из соседней, заброшенной шахты, оказалось, что они продолбили шестьдесят метров за две недели, в то время как спасатели не могли до конца расчистить от обломков обвалившуюся шахту, которая еще два раза обваливалась, вынуждая начинать расчистку по новой.

А Ерёму Митрич забрал домой и с тех пор до самой своей крысиной смерти

Ерёма жил в индивидуальном доме и каждое утро жена Митрича лично меняла ему воду в поилке, сало и хлеб на все самое свежее.

Похоронили Ерёму в сделанном специально по этому случаю шахтеров из той бригады ящике из ценной породы дерева, а на могиле поставили крошечный гранитный камень с единственной надписью «Ерёме от 25 человек» (именно столько людей проживало на тот момент в семьях спасенной шестерки горняков).

Этот камень стоит там до сих пор.

кассе причитающееся мне жалованье за два месяца. Конец восьмидесятых, жрать в магазинах нечего, перестройка.

- Слушай, говорит он – приехал же в колхоз, не поленился- идея такая есть. Я тут прочитал пару книг по кролиководству- не хочешь поучаствовать?

- А на почему оно мне надо?

- Дык бизнес. Интересно. Опять же- пожрём от пуза. Мишка и Олег (наши приятели- раздолбаи из соседней лаборатории, такие же аспиранты, как мы) тоже участвуют. Мы по триста рублей скидываемся, возьму с твоей зарплаты?

А пёс его знает, я конечно ни разу не ботаник, и даже не хлопкороб, или как там этих Тимирязевских кроликоедов называют? Разве что из любопытства? Денег у меня тогда было море- отряд получал зарплату натурой, определённый процент из этой натуры- картошку собирали, полагался командованию, то есть мне. Мы тогда схитрили маленько- наняли грузовик, я выбрал троих студентов понадёжнее, они получали в хранилище картошку из той, что считалась нашей, и торговали ей на ближайшем рынке. Так что триста рублей не то, что не жалко, а практически незаметно.

- Ну ладно, хрен с вами. Вступаю в ряды.

В рядах кролиководов оказалось вполне весело. Мы расчистили большой сарай на участке родственницы инициатора негоции, привезли с ближайшей птицефабрики (были свои контакты) полгрузовика бракованных секций от птичьих клеток- и соорудили из них четырёхэтажный концлагерь по периметру стен, и в центре.

Получилась такая буква Ш. Вполне прилично кстати. Сейчас уже не вспомню, сколько всего было клеток- но точно поболе полутора сотен. Сделали вентиляцию, а в крышу вклеили битумом ветровое стекло от Икаруса – на свалке подобрали. Светло стало и просторно.

Хотели вначале говнопроводы делать жёлобами, чтобы продукт самостоятельно скатывался- но подумав, от идеи отказались, слишком много места займёт, да и не факт, что посыплется- слиплось, встало комом- вот вам и апокалипсис из кроличьего дерьма.

Рядом у пятиэтажки меняли крышу – мы наделали коробов из ржавой кровельной жести – под дерьмо как раз. И потекли суровые трудовые будни. Ехать от города было почти рядом, поэтому мы по очереди наведывались покормить заключенных, и почистить клетки.

Срок беременности у крольчих – тридцать дней, за раз на свет производился примерно пяток- десяток зверёнышей. Месяц сидят у мамки, потом расселение- и мамашу можно опять отправлять на случку. Путём проб и ошибок статистически были определены лучшие сучки и лучшие кобели – в сарае на гвозде висел журнал учёта, куда записывались эти яркие события из их тюремной жизни.

Молодняк надо было расселять по половому признаку- сучки отдельно, кобели отдельно- иначе начнут трахаться друг с другом, и всё- инцест в природе даёт только вырождение.

- Что у нас на сегодня? Номер четвёртый е…ёт шестнадцатую? Музыку будем включать? Как на хер- торжественное же событие! Наливай!

Охальник Мишка вытаскивает крольчиху за шкирку, и суёт в клетку к кобелю.

- Жених готов? Невеста готова? Согласны ли вы стать мужем и женой? Жених, ответьте, невесту не спрашиваем – а куда она, бл…дина денется? Горько! Маэстро, попрошу Мендельсона!

Процедура редко когда занимала больше пяти секунд – но прелюдий и ломаний (я не такаая, а поговориить…) не было вообще. Чётко, по солдатски- влез, включил свой перфоратор, мякнул, завалился на бок. Готово. Можно выпить по рюмке – за здоровье молодых.

Кормили их в основном ворованным сеном с колхозного поля неподалёку. Это сейчас у всех комбайны, скатывающие траву в неподъёмные рулоны по полтора центнера весом, да ещё в полиэтилен упаковывающие. А тогда на поле в беспорядке валялись вполне себе приличные брикеты килограмм по семьдесят. Едем вдвоём, в машину кроме нас четыре брикета помещается, и два наверх- на багажник. Считай, недели на три- четыре призрак голодной смерти концлагерю не угрожает. Почему концлагерю? А Олежек пошутил – над дверью сарая написал по- немецки – «jedem das Seine»- как на воротах Бухенвальда.

Когда молодёжь набирала вес, девок гнали пинками на панель- тут главное не забыть записать, кого с кем, и у которой больше помёт получился- дабы наиболее перспективных отобрать на предмет дальнейшего использования. А пацанов ждала более печальная участь – газовой камеры у нас не было, приходилось использовать более простые подручные средства. А на хрена нам лишние кобели производители? Когда на два десятка сучек и одного достаточно?

Отчего- то в нашей компании почти все оказались не то брезгливыми до робости, не то робкими до брезгливости. Кроме меня. Так что грязную работу палача приходилось осуществлять исключительно мне –а эти засранцы, мои коллеги, даже присутствовать отказывались.

Приговор зачитывался в доме, номера приговорённых выписывались на листок, потом присутствующие опрокидывали по рюмке, произносилась отходная молитва и акция осуществлялась. Мишка всё похоронный марш включать пытался – это так он шутил.

Попытки извлечь из процедуры какую- то прибыль поначалу успехом не увенчались. Продать мясо на рынке – кто же знал, что надо одну заднюю лапу не отрубленной и не ободранной оставлять? Чтобы покупатель был уверен- это именно кролик, а не кошка?

Кто знал, что шкуры надо снимать чулком, а не распарывая брюхо? Иначе продать их невозможно. Как- то попробовали торговать живьём – на птичьем рынке, но за день удалось продать всего десяток мелких крольчат- пацанов – не Бог весть какой гешефт.

Выживали не все – двое- трое с каждого помёта дохли от неизвестных причин. А ещё в сарае изредка появлялись крысы – они тоже с удовольствием лакомились крольчатиной – представляю, какие сцены отчаянья разыгрывались там по ночам. Стали на ночь запирать кошку – и пару крыс она действительно задушила. Но кроль- существо нежное, с высокой нервной организацией – крыса ещё только подобралась, нацелилась хапануть за ногу, сквозь прутья решётки – а он уже скончался от инфаркта.

Мишка с Олегом, как- то по пьянке отмочили- поспорили, два болвана. А что будет, если двоих кобелей стравить – подерутся, или трахаться начнут? Результат превзошёл все ожидания – вначале один пытался пристроиться к другому классически- сзади, как у них принято. Второй вежливо заметил, что вообще- то гомоc@ксуализм- не его жизненное кредо, но раз Вы так настаиваете, не желаете ли для начала сделать мне мин@т? Развернулся, и попробовал, гм, отъестествовать партнёра спереди – в пасть, то есть. За что и поплатился прокушенным, гм, естеством. Там визгу и крови было- как из брандспойта.

Эти два селекционера- экспериментатора хохотали взахлёб, пополам сгибались, описывая ситуацию. А ферма лишилась одного из производителей. Правда, только на две недели. Через две недели укушенный уже вполне сносно исполнял свои обязанности.

У Мишкиной жены сестра вышла замуж за Финна. И вот, под Новый год, семейка собралась целиком – приехали из Оулу в Ленинград всей компанией- что там была за родня, уже не помню, но под вечер нам на голову сваливается весёлая компания- Мишка с женой, её сестра, и трое бравых Финских хлопцев, горячих, так сказать Лапландцев.

То есть в доме вполне просторно, водки хоть залейся, да они ещё с собой привезли. Но кормить- то их чем- то надо?

- Что значит чем? А зверьё?

- Так у нас по плану холокост только через две недели. Может на смерть мочить не будем? Только задние лапы на студень ампутируем?

Этот спектакль Финны запомнили на всю жизнь – Мишка потом рассказывал. У нас уже грамм по двести в организмах присутствовало, поэтому без цинизма не обошлось. Включили похоронный марш, выбрали номера обречённых- зачитали торжественно приговор. Мишка всерьёз отмочил начало отходной молитвы на Латыни – « De profundis clamavi ad te, Domine; Domine, exaudi vocem meam*». Мишкина жена с сестрой от хохота под стол повалились, а Финны только глазами хлопают- не понимают, что происходит. Все выпили по рюмке, и я пошёл в сарай- акцию осуществлять.

Финны увязались со мной. Какими глазами они на это смотрели! Широко раскрывши рты.

Надобно отметить, что рука у меня уже была здорово набита, так что акция была осуществлена максимально быстро и профессионально. Уже через час чугунный горшок с кроличьим рагу стоял на столе – и все с удовольствием наваливали на тарелки добавку.

Закончилось всё довольно печально – не помню, как это по научному называется, но кроли, если живут скученно, подвержены эпидемиям. И если стадо начало стремительно дохнуть, надо не лечить пытаться- бесполезно, а резать оставшихся в живых. К сожалению, так и произошло.

Ну, не разбогатели, так хоть пожрали от пуза. Есть, что вспомнить.

"Из глубин я воззвал к тебе, Господи! Господи, услышь голос мой".