Истории о животных #собака

случайно забежала к Матросу на участок, то Матрос Покусал Алабая на прогулке, то Матрос оторвал от кошки, то-ли хвост, то-ли наоборот, кошку от хвоста (подробностей не помню), то пописал на соседскую Газель, а заодно и разбортировал у нее все четыре колеса. Короче, Матрос был чертовски ловок, силен, страшен и не предсказуем , хорошо хоть с людьми инцидентов пока не было. Чего только не изобретали в поселковом чате по поводу снижения опасности от его прогулок.

Хотя, нужно отдать должное, что один по улицам он конечно же никогда не шлялся, всегда брал с собой намордник и хозяина на поводке. Но люди чего только не придумывали; и чтобы гулял Матрос только ночью и только в високосный год, не чаще, или выходить с ним на улицу нужно только в сопровождении хозяина и кинолога с усыпляющим ружьем. Даже была идея засунуть Матроса в железную клетку и в таком виде катать его на телеге по поселку как Емельяна Пугачева. Ну, не знаю, как по мне, на телеге такое себе гуляние.

Итак, мы неспеша продвигались по улице: Матрос в вязаной тельняшке, рядом его хозяин и немного позади, я. Где-то далеко впереди истерично гавкали собаки за заборами, но по мере нашего приближения, все они, как по команде замолкали и только затравленно таращили глаз в заборную щель.

Этот ужасный крокодил- стаф-бур-буль-ам-пит-бух-бух-терьер, или как его там, потихоньку заинтересовался и мной, принялся недовольно оглядываться и внимательно изучать меня своими маленькими черными, непонятно куда смотрящими глазками.

Я еле удержался, чтобы не начать оправдываться, мол, уважаемый Матрос – это совсем не я предлагал вас катать в клетке, как Пугачева, я вообще ничего про вас не писал в поселковый чат. Да, если хотите, то я и читать его больше не стану.

Тут Матрос отвлекся от меня и весь напрягся, потому что мы уже подходили к кустам за которыми открывался восхитительный охотничий вид: скамейка, а на ней спали, разговаривали и просто скучали, греясь на зимнем солнышке, штук шесть котов.

Всё.

Решающий момент настал, до скамейки всего лишь какой-то метр. Молниеносный, охотничий рывок Матроса сквозь кусты, не заставил себя ждать. Но коты – все же коты. Они как кошачья бомба взлетели со своих мест и осколками разлетелись во все стороны света.

Но что это? На скамейке, как ни в чем не бывало, остались два кота. Один просто спал, а второй, как вылизывал себе грудь, так и продолжил, никак не обращая внимания на рычащую в десяти сантиметрах Матросовскую морду. На удивление, Матроса они тоже особо не заинтересовали, как будто это были не кошки, а пустое место. Матрос только недовольно фыркнул и спокойно пошел дальше, заглядывая в кусты, не прячутся ли там беглецы.

Я очень удивился такому устройству дикой природы.

Поздоровался наконец с хозяином Матроса, показал на спокойно сидящих котов и сказал:

- Неужели и правда работает правило: Всегда преследуют только тех, кто убегает.

Хозяин посмотрел на котиков, махнул рукой и ответил:

- Нет, все гораздо проще, Матрос в этой жизни не боится никого, даже меня. Никого, кроме этих двоих. Это его Мама и Папа. Они его с месячного возраста воспитали. Матрос при них даже на диване лежать стесняется, как только они входят в комнату, сразу слезает и уходит к себе на коврик…

к ветеринарам, те сначала долго ржали. Сказали, какой-то гибрид чиха с неизвестным науке насекомым. Потом ржать перестали и серьезно и грустно объяснили, что бывают такие плодильщики у нас в городе, скрещивают непонятно кого непонятно с кем, потомство продают как породу, а выбраковку могут либо в ветеринарку подкинуть, либо просто вон в ближайшую лужу, типа милосердные, не утопили же, может и выживет. Если захочет. Дали типа шанс.

Блоха очень хотела жить. Перенесла стойко все капельницы, уколы в комариную ляжку толщиной с подружкин мизинец, таблетки и остальные издевательства. Оказалась блоха мальчиком, поэтому назвали его Джеки. Ну, Джек. Но почему-то все знакомые звали его Блох. Он милостиво отзывался на оба имени.

Гуляла с ним Света только самолично, ее дети отказывались: боялись, что во дворе над ними будут ржать. Часть зубов у Блоха так и не выросла, а часть выросших пришлось удалить. Ел бедняга только перемолотую пищу, Света готовила ему паштетики и кашки. В полгода собралась животинку кастрировать, как положено, и тут выяснилось, что бедолага ещё и криптарх.

В общем, жили они не тужили. Света все это время встречалась с мужчиной таким солидным, разведённым. Мужчина над Блохом все время непочтительно ржал, обзывал волкодавом и грозой окрестных мух, над Светиной нежностью к уродцу тоже смеялся всяко, но Света наша непробиваема, как танк: люблю, говорит, и всё, поэтому от[вяж]ись и от меня, и от собаки. Мужчина обижался: как это его женщина может любить ещё кого-то, кроме него?!

И вот однажды (недавно) случилась у Светы с мужчиной размолвка, хорошо, что дети были в лагере. Мужчина выпил, начал Свету словесно обижать, она терпеть не стала и в ответ мужчину тоже словесно обидела. Тот от избытка эмоций попутал все берега и влепил ей затрещину.

А Света у нас женщина крупная. В теле такая. Высокая, полная, с могучими руками. И с характером. И за словом в карман не лезет, и наподдать тоже может запросто. И вот она уж было собралась объяснить, что это мужчина у нее в гостях, а совсем не наоборот, но не успела. Из теплого мехового домика серой молнией вылетел Блох и молча! Страшно! Вцепился мужчине в икроножную мышцу. И начал эту мышцу жевать с жутким утробным клёкотом.

Мужчина от неожиданности взвыл, отодрал собачатину от ноги, и вышвырнул его в коридор. Света уже орала и в прыжке летела снести мужчине башку, но не успела, так как в этот момент Блох совершенно молча и страшно поднялся на свои паучьи лапки и из коридора молнией наперерез Свете метнулся к мужику, и вцепился на этот раз в его бедро. Тут уж Света не оплошала и не дала обидеть своего масеньку, сама начала мужика ***рить так, что ему только и осталось прикрывать башку руками, собаку отрывать было некогда, а Блох в это время мужественно жевал бедро супостата, глазами подбадривая хозяйку, мол, давай, ещё чутка поддай, и на пару мы его с тобой щас замочим!

В общем, мужик был о****юлен, собачку Света аккуратно сняла с немного погрызенного бедра уже бывшего своего сожителя, и, обливаясь слезами, умчалась с масиком в круглосуточную ветеринарку. Там герою под лёгким наркозом удалили ещё один сломанный зуб, предпоследний, и обрыдавшаяся Света, как богиня возмездия, с отходящим от наркоза Блохом за пазухой, понеслась своего бывшего сожителя убивать.

Тот уже протрезвел и сообразил, что ему щас вот-вот придет неминуемый ****ец, и, пока она проливала слезы в ветеринарке, быстренько вывез из Светиной квартиры свои вещи, прихватив заодно и Светино осеннее пальто, в оплате которого он участвовал ровно на 50%. Света сатанински захохотала, обнаружив пропажу, так как пальто случайно испортила этой весной отбеливателем, и предназначалось оно теперь исключительно для походов с масиком на улку в прохладную погоду. И бросилась отходящего от наркоза масика целовать и обнимать, называть своим спасителем, героем и защитником. Потом села на телефон и обзвонила всех своих подружек, включая меня, с рассказом о том, как Блох чуть не загрыз насмерть огромного злого мужика, который на нее посмел напасть, и только чудом ей удалось его (Блоха) оттащить от истекающей кровью скулящей и рыдающей жертвы. Подружки ахали, восхищались и рвались в гости, лично засвидетельствовать своё почтение герою, а заодно и подлечить нервы его хозяйке старым проверенным средством, белым сухим чилийским.

Целую неделю Света принимала у себя вечерами толпы восхищённых паломниц, которые почтительно целовали лапки смельчаку, не побоявшемуся напасть на [ч]удака ровно в сто раз его тяжелее. Смельчак жмурился, улыбался и милостиво принимал заверения в том, что он - самая смелая, умная и красивая собака в мире.

ними общий язык. Дик же все время пытался меня сожрать и переставал лаять только после окрика хозяина. Изредка мы с Серегой общались через забор, при этом я вставал на лежавшие там рядом кирпичи, высунув голову над забором. Во время разговора Дик всегда пытался ухватить меня своими зубищами за морду лица, заливаясь на всю улицу злобным лаем. Да, он так и вел себя в собственном дворе, пока не выходил с него. А выходил довольно часто, поскольку как и моя Динка цепи не знал. Обычно они вдвоем и гуляли. На моей же территории (во дворе и в доме), куда они часто заходили вдвоем, Дик был моим лучшим другом. На мою Муську он внимания не обращал, как и на своих кошек, ел, что доставалось, вел себя довольно скромно, но… Лежу, бывало, вечером с книжкой на застеленной покрывалом кровати, Динка лежит где-то рядом на полу, а Дик, сидя около кровати, положит башку свою кареглазую на мою подушку и смотрит преданно мне в глаза. Чуть зазеваешься, он уже целиком лежит на кровати, развалившись у меня в ногах. Ну, дорогой гость.

Утром на работу меня провожают до самого крыльца, по дороге еще несколько собак позовут. Смех и грех…

Но как моя голова над соседским забором опять появится, Дика не унять, он, гад, моментом забывает, что он мой лучший друг и опять пытается меня сожрать. Охранник, блин…

вечером. А что?

Нормальный поход выходного дня. Детей проветрить, чтоб не околели со скуки в городе. Компания проверенная, много лет общаемся. Спросил только вокзал, с которого отбываем и время.

Вышли из электрички уже совсем в темноте на полустанке, название которого даже узнавать не стал. Надо отойти пару-тройку километров в сторону, поужинать, переночевать, а там видно будет. Штурман (тот, кто в этот раз планировал маршрут) пояснил, что в километре отсюда есть хороший лесной массив, к которому надо пройти через деревню. Ну, закинули рюкзаки на спины и потопали.

Вошли в деревню. Большая деревня, длинная. И полная собак. Брешут.

Из-под ворот, из-за заборов, отдельно – группа сопровождающих, состав которой постоянно меняется. Женщины нервничают, за детей боятся.

- Мущщины! Сделайте что-нибудь!

- Сейчас, - откликнулся Сергей. – Вы идите вперед, я разберусь.

Я тоже притормозил. Любопытно стало – как он нейтрализует целую деревню собак. Сергей скинул рюкзак и сделал несколько глубоких быстрых вдохов.

Потом сделал небольшой полупоклон и, медленно разгибаясь, издал такой странный горловой рык, что у меня по всему телу волосы встали дыбом, а по спине прошла холодная волна мурашек. Я обнаружил, что стою, прикрывая причинное место руками. Группа, отошедшая на двадцать шагов, тоже встала. Было видно, как все озираются по сторонам и жмутся в кучу.

Через минуту до сознания дошло, что собак вокруг больше нет ни одной, а все остальные мертво молчат.

- Ни хрена себе! Это что было?

- Идемте, за ужином расскажу, – Сергей надел рюкзак и двинул в нужную сторону.

Пока шли через деревню, не видели и не слышали ни собак, ни кошек. Так и прошли насквозь в глубокой тишине. Дошли до места, поставили палатки, сварганили быстрый ужин. Налили по маленькой, не пьянства ради, а здоровья для, и выжидательно уставились на Сергея.

- Крупные кошки рычат на вдохе, это меня недавно просветила родственница жены, биолог с большим стажем, - начал Сергей.

- Как так? – не понял народ.

- Устройство дыхательного аппарата такое. У нас совсем по-другому, поэтому мы звуки издаем на выдохе. Отсюда принципиальная разница в изменении тона к концу. У нас повышается, а у них понижается, потому что объем легких увеличивается и резонансная частота уменьшается.

- Да? И что?

- Ну, ничего, в общем-то. Но любая живность рык льва или тигра отлично различает на слух за километры. А по тембру прекрасно определяет объем легких и, соответственно, примерный вес. Мы тоже различаем. Память предков. Сами ведь почувствовали?

Народ нестройно согласился и поежился.

- Тетка еще добавила, что мы так рычать не умеем. Зря она это сказала. Я три месяца убил, а научился. Немного неприятно, но терпимо. Зато результат.

Народ снова поежился и почувствовал необходимость хлопнуть еще по рюмашке.

- У них, кстати, объем легких относительно веса гораздо меньше, чем у нас. Поэтому собаки и испарились в момент. До сих пор, наверное, сидят по конурам, а самые сообразительные – на деревьях. Потому что получили четкое указание, что по деревне идет голодный котяра весом килограммов в двести пятьдесят-триста.