Истории о животных #ворона

мог.

Потом он умер, комнату заняли другие жильцы и собачку в дом не пускали, хотя и прикармливали, выставляя мисочку с сухим кормом на улицу.

Напрасно Герка прыгала в форточку, там было закрыто. А корм быстро сжирали уличные коты и вороны.

Беда была в том, что во дворе была прогулочная площадка детского сада, а у новых жильцов ребенок пошел в этот детский сад. Кому-то из его взрослых не нравилось, что собачка постоянно просится к ним домой, а их малыш просит ее впустить, стуча лопаткой по окну, поддерживаемый толпой таких же. К тому же эта собачка явно гадит на детскую площадку! Про кошек и крыс с помойки никто как-то не вспоминал.

Взрослые из этой квартиры договорились с хулиганами из двора напротив убрать эту собачку. Это стало явным и ясным потом. Короче Герка исчезла.

Для нас это был кошмар! Где Герка?! Куда исчезла? Кто видел?

По ночам был слышан вой Герки, будто призрачный. Вечерами собирались во дворе, обсуждали – все слышали? Почти все! Значит она жива! Но где находится? Под землей! Под нами! Призрак!

И вот однажды мы собрались найти ее.

Будучи мальчишками по 7-9 лет, мы влезли в бомбоубежище во дворе. Входы в него это такие ни к чему не относящиеся по архитектуре пирамидки или небольшие коробочки из бетона с вентиляционными проемами, закрытыми металлическими решетками в старых дворах Питера. У нас во дворе была такая коробочка.

Взломали проржавевшую решетку и пролезли в этот вентиляционный проход. Спустились вниз по заржавевшим железным ступеням и оказались в туннеле, ведущем под дом. Ну и, конечно, пошли по нему с фонарем.

Мы оказались в подземелье наших домов во дворе. Там было много коридоров, металлических дверей, комнат со стеллажами, древними шкафами с какими-то старыми папками, бумагами, плакатами, ящики на полу с противогазами… Вообщем целая сокровищница!

Но подвел фонарь – светил все тусклее и тусклее, садилась батарейка. Решение вернуться, пока фонарь еще светит. И тут возникла проблема – куда вернуться, где выход?

Пошли обратно, вроде по пройденному пути, но уперлись в бак. Он был в отдельной комнате, ржавый, наполовину наполненный водой с открытой крышкой наверно для воды для людей в бомбоубежище на случай войны. Постучали по нему зачем-то, и вдруг услышали скулежь собаки внутри бака.

Заглянули через люки внутрь и увидели нашу любимую Герку, которая пропала из двора неделю назад, доверчиво попав в руки живодеров, как тогда мы считали. Она стоял на задних лапах, царапая стенки передними, но не в силах выпрыгнуть.

Вытащили ее конечно. За шкирку. Она не сопротивлялась. Оказавшись на сухой земле, она едва смогла отряхнуться и упала от изнеможения.

Накормить ее было нечем, она была маленькой, ростом взрослому дяде до коленки, легкой.

Взяли ее на руки и пошли искать выход. Фонарь почти погас, когда мы увидели маленькую полоску света. Пошли на нее, уперлись в металлическую крышку из подвала на улицу, сквозь щель в которой пробивался свет.

Она была на высоте 2м дотянутся до нее мы могли, встав друг-на-друга, но открыть никак! Только приоткрыть… Слишком тяжелая!

Нам помог прохожий. Он увидел, что кто-то пытается открыть крышку и помог.

Он открыл эту крышку и увидел нас с собакой в подвале. Нас вытащили из подвала, пыльных, испуганных.

Приехала почему-то пожарная машина. Пожарный вытащил меня по лесенке последним. Приехала милиция с собакой. Они полезли в этот открытый лаз...

Они пришли домой к каждому из нас. Разговаривали с родителями. Потом я получил взбучку от родителей настолько жесткую, что лучше бы был выпорот и прощен сразу!

Решетку входа в бомбоубежище заварили накрепко! Кто-то разбивал стекла в квартире на первом этаже кирпичами, пока их не заделали досками, а потом решетками. Ублюдков, скинувших Герку в бак нашли и кто-то их отмочил так, что они пожалели о рождении.

А Герку пристроили у себя дворники. Я тогда был помощником дворника, ухаживал за собачкой. Просто занимался спортом, носил с собою гриф от штанги… Прикольно? Да? Как хорошо было вьехать им по челюстям живодеров!Просто СКАЗКА!

я семь лет назад и несколько ночей совсем не могла спать, потому что вороны, коих в моем дворе оказалось великое множество, галдели и выясняли отношения, с раннего утра. Никогда не угадаешь какие у тебя будут соседи, когда переезжаешь, но про птиц ты точно не думаешь, а я с таким количеством ворон столкнулась впервые. Когда зимой подходишь к дому вечером, издалека кажется, что несколько деревьев стоят в пышной листве, а приближаешься – это не листья, а вороны. И я сейчас не преувеличиваю.

Именно, вороны поспособствовали моему знакомству с соседом, которого однажды утром я застала во дворе за кормлением ворон. Кормить ворон? Серьезно? Я по утрам разрабатывала план по их уничтожению, практически, а он способствует увеличению популяции. В общем, мы с ним немного повздорили, а потом подружились и можем даже иногда попить кофе. Именно, благодаря ему я перестала реагировать на ворон по утрам. Он спросил: "Ты же любишь как поют птицы?". "Ну конечно"- ответила я. "Ну вот, вороны просто так поют, ну голос у них такой и слуха нет, но они же не виноваты, что такие." "А что-то в этом есть" - подумала я и на следующее утро, проснувшись как обычно от криков ворон, подумала: "Ну ладно, пойте, что уж там". Птиц Сергей, мой сосед, очень любит, в отличие от людей, и у него есть множество историй, связанных с птицами. Сегодня произошла очередная.

Ничто не предвещало ничего необычного, я просто шла в магазин, а навстречу мне шел Сергей с сидящей на руке вороной. Для Сергея рутина, для меня картина нестандартная, но эффектная. Ворона никуда лететь не собиралась, крутила головой и явно не испытывала никакого дискомфорта. На вопрос, что случилось, Сергей ответил, что увидел ее на разделительной полосе проезжей части, и когда подставил руку, ворона благодарно запрыгнула и никуда улетать не собиралась. Это был вороненок, которого Сергей видел два дня назад на столе у ресторана. Его подкармливал местный повар, который и рассказал, что вороненок тут уже несколько дней, и повар не знает, что с ним делать. Наверно, он не платил за еду, и его прогнали из ресторана, и он пошел на проезжую часть в надежде уехать в более дружественный район. А возможно, он уже разочаровался в своих друзьях и родственниках. Хорошо, на его жизненном пути попался Сергей. Когда я их встретила, Сергей шел и размышлял, что делать с вороной дальше. И тут на его пути попалась я)

Надо сказать, что моя тетя, когда я как-то рассказала ей о соседе, который кормит и спасает ворон, сказала, что всегда мечтала о вороне. А я когда-то в разговоре с Сергеем об этом упомянула. Сегодня звезды сошлись! Сергей вспомнил про мою тетю (я уже, конечно, не помнила), я ей позвонила, и она сказала: «Везите!». Мы и повезли.

Это чудо, а не птица. Я никогда не думала, что птица может сидеть на ветке, которая лежит на коленях, смотреть в окно и не проявлять ни малейшего беспокойства. Она два раза пыталась попробовать клювом подстаканник, и на этом все. Когда я с ней разговаривала, она наклоняла голову в разные стороны как будто пыталась понять суть. Ехали мы около сорока минут, и эта замечательная птица была настолько хорошим компаньоном, что я даже чуть не смалодушничала — хотела сказать: «Разворачивайся, она будет жить у меня!». Когда машина притормаживала, и ворона теряла равновесие, она балансировала крыльями, но ни разу не выразила ни малейшего недовольства. А когда мы доехали и Сергей протянул руку, она запрыгнула на нее и мы спокойно дошли до тетиного дома.

Мы привезли с собой веток: воронам надо прыгать лапками по шершавым поверхностям, и Сергей сделал у тети на балконе небольшой куст) Так как пол вороны не понятен, тетя решила назвать ее Жорой (Жоржетта, если девочка, Жорж, если мальчик). Уже скинула несколько фото, как он там сидит и смотрит в окно. Пока довольна) Я подумала, что если бы привела домой уток, потом взяла бы ворону – у меня уже была бы небольшая орнитологическая станция. Не удивлюсь, если встречу кого-то с совой или дятлом - в нашем районе все возможно)

В моей импровизационной группе, куда я скинула и ролики про уток, и про ворону, меня уже называют Белоснежкой. А я еще даже не пела.

ближайшую ветеринарку. Порыв был логичным и простым: вылечим ворону, отпустим на волю. С первой частью плана проблем не встало, ворона была успешно излечена, но перебитое крыло нарушило птичью аэродинамику, и летать ворона больше не могла и в дикой природе бы не выжила. Так в нашей жизни появилась дикая ворона-инвалид — мисс Кристина Тотенкопф.

Этот комок перьев прожил с нами четыре года. Она нас по-своему любила. О! Любовь вороны чувство особое. Оно означает, что тебя ненавидят чуть-чуть меньше, чем окружающий мир. Она еще более-менее мало ненавидела женщин, но стоило к клетке приблизиться любому мужчине, как она начинала истошно вопить и прыгать с жердочки на жердочку, опасно раскачивая клетку. Я ее понимал, но легче от этого не было.

О том, что телепатия не миф, я узнал именно от мисс Тотенкопф. Она считывала язык тела так круто, как я вообще никогда не видел. То есть, ты идешь мимо, смотря на ворону, и думаешь: «О! Ворона! », и она не сделает ничего. Ты идешь мимо, смотря на ворону, и думаешь, что кажется пора подстричь ей врастающий коготь — и ворона в ужасе начинает прыгать с жердочки на жердочку и истошно материться по-вороньи. Потому что она реально читает твои мысли.

Кушала ворона всё, но особенно ценила яйца, особенно перепелиные, и сырое мясо, особенно подтухшее. На таком питании перья у нее лоснились, а вот клюв и когти отрастали до неприличных размеров, и раз в месяц минимум приходилось их стричь обычными кусачками, заворачивая ворону в полотенце. Я при этом отчетливо слышал, как меня телепатически крыли отборным птичьим матом. Глаза же вороны в такие моменты просто искрились от ненависти.

Затем наступил 2014 год, и рубль обесценился ровно в три раза по отношению к доллару. Каюсь, я всегда ценил доллар больше рубля, а евро больше доллара, и руководствуясь этими соображениями, мы приняли решение уехать в Европу.

Если с котом особых проблем не возникло, и процедура была стандартная, то в случае с вороной всё было далеко не так просто. Птичий грипп еще держал умы европейских чиновников в ужасе, и потребовалось собрать какое-то неимоверное количество бумаг, а также вплотную познакомиться с чудом российской бюрократии — системой «Аргус». В ходе знакомства выяснилось, что из России вывозили и в нее же ввозили всех, от выдр и попугаев до сурикатов и тушканчиков. Серую же московскую помоечную ворону, corvus urbanus vulgaris, до нас в Евросоюз не вывозил никто. Я это точно знаю, потому что под Кристину Тотенкопф заводили отдельный реестр, где она значилась под номером один.

Про аэропорт мы благоразумно не стали даже думать, поехали на поезде через Польшу. Всю дорогу до границы старый и к тому времени уже беззубый, безобидный котик-сфинкс продрых, а ворона прокаркала. Ворона каркала, не переставая, громко жалуясь на судьбу, ровно до момента, пока в поезд не вошли польские пограничники; и вот тогда проснулся кот. Для начала он ловко вспрыгнул пограничнику на голову, затем разодрал ему руку, затем вознамерился сбежать с этапа, и ловили его всем поездом, от проводников до пограничников с автоматами. Я так думаю, это была запланированная диверсия, потому что ворона заткнулась и изображала из себя чучелко всё время представления.

Пограничники с большим трудом и откровенной неприязнью пропустили проблемного кота, а вот ворону … им никто не показал. После кота это было бы лишним. В итоге ворона въехала в Евросоюз нелегально, несмотря на все аргусовские бумажки — причем я по сей день уверен, что ее бы ни под каким соусом официально не пропустили бы.

Прошло несколько лет. Кот уже успел скончаться от старости, а ворона лишь грузнела и наливалась здоровьем. Почему-то было понятно, что она переживет и меня, и Алису, и уже пережила кота, и вообще они живут по 300 лет — или то во? роны? Честно говоря, я содрогался при мысли, что придется провести с этим комком каркающей ненависти всю жизнь.

…В конечном итоге после многих звонков и поездок к зоологам Кристина Тотенкопф обрела пристанище в Мюнхенском зоопарке, где, скорее всего, обитает и по сей день как ценный редкий экземпляр серой городской вороны — в Европе-то воро? ны черны, как смертный грех.

Мы так и не узнали, была ли она мальчиком или девочкой, но нам нравится думать, что девочкой.

Нет, но какова судьба, а? От предсмертной агонии на обочине Ленинградского шоссе в птичий рай при жизни в Мюнхенском зоопарке — благодаря решимости и неприятию чужой боли прекрасной девушкой по имени Алиса.

еще какие-то пернатые.

Не могу я, живущий в тепле и сытости, смотреть на голодных и холодных.

Кормлю, в основном, семячками и салом. Это едят все!

Синички таскают по одной семячке, шелушат их на соседних яблонях. Воробьи клюют, сколько уместится в организме или пока не прогонят. Сойки тоже набирают полный зоб, отгоняя от кормушки мелочь. Когда семячки клюют дятлы, остальные сидят в сторонке. Но дятлам больше по нраву сало.

В благодарность (или в отместку) всю зиму нахожусь под синичкиным контролем. Одна или две постоянно «дежурят» на кусте сирени под окном, заглядывают, проверяют, чем занимаюсь.

Если начинают садиться прямо на раму, значит, семячки в кормушке закончились, надо добавить.

Сороки и вороны тоже за мной следят, но близко не подлетают. Они ловят момент, когда я что-нибудь для них вынесу, типа остатков каши или пойманную в мышеловку мышь.

Когда выхожу из дома, синиц прилетает целая стая, две-три штуки садятся на ветки вокруг меня, если стою, или летят за мной, если пошел к машине или в магазин. Провожают метров на сто. Потом встречают на таком же расстоянии. При этом, еда у них в наличии. Если подброшу еще семячек из кармана, больше одной штуки не подбирают.

То ли охрана, то ли конвой…

Очень неловко себя чувствуешь, когда вышел «по малой нужде», а они тщательно наблюдают за подробностями процесса, сидя в полуметре от тебя. Пытаешься себя убедить, что эти наблюдатели - мужского пола.

Прошлой зимой зашел на участок сына (неподалеку, метрах в 30), а там - виноград несобранный висит. Подмороженный, неказистый, сморщенный, но сладкий. Нарвал в пакетик, на месте поел с удовольствием. Все под контролем синичьим: парочка наблюдает за мной, сидя на соседних ветках.

Дня через два утром на снегу возле крыльца обнаружил небольшую виноградную кисть ягодок на 10. Ягодки отборные, ровненькие, не чета собранным мною.

Явно птичий подарок. Только от кого? Синички подсуетились или другие птахи?

Не знаю, но на душе потеплело…

козу, сидящую на дереве. Снова раздалось блеяние, и тут я увидел ворону, которая сидела на макушке рябины и хитро на меня поглядывала, наклонив голову. Похоже, что моё поведение её явно позабавило. А она, ещё раз передразнив козу, слетела с ветки и улетела, что-то каркнув уже по вороньи мне напоследок. Как видно, пересмешницей она была отменной.

Ещё курьёзный случай про уже дикую свинью, точнее поросёнка. Находился я однажды в селе, где подрабатывал ремонтом радиотехники. Это село располагалось рядом с большим сосновым бором. И тут знакомый мужик показывает, смеётся и говорит: «Смотри, вон бежит свора собак, а среди них дикий поросёнок». И точно, бегут с десяток различных шавок – дворняг и с ними вместе бежит чёрно-бело-полосатый поросёнок, уже месяца три будет. Мужик мне объяснил это чудо. Оказывается его сосед, работая в лесу, нашёл и взял с собой дикого поросёнка, он был совсем маленьким, уместился в рукавице. Принёс домой, и ничего лучшего не придумал, как подложить к собаке, которая недавно ощенилась, А та его приняла и выкормила. Так поросёнок оказался воспитанником собак, и он стал подражать манерой поведения собакам, только лаять ещё не научился. Я его потом ещё несколько раз видел, смешно было видеть эту свинью, с собачьими повадками.

вылетели в форточку и более не возвращались.

Ёжик. Исколол нам все пальцы и нос котёнку. Сбежал быстро, стоило нам вывести его на первую прогулку.

Котята. С ними классно было играть, пока мы были сопоставимы по разуму. Но к сожалению все подобранные нами бездомные котята быстро вырастали и беременели, даже Барсик. Отец заколебался пристраивать их потомство по армейским столовым.

Из повзрослевших котят у нас задержался до скончания дней своих только перс, существо удивительной пушистости и сонливости. Вероятно, эта порода специально выведена в качестве живых диванных подушек, в декоративных и снотворных целях. Стоило мне прилечь с ним рядом на минуту, я засыпал мгновенно на часы.

С годами я пришел к выводу, что идеальное домашнее животное должно быть не овощем и не самоходной игрушкой, но верным соратником и помощником в общем деле. На коне хорошо скакать, с собакой охотиться - вот два древнейших настоящих друга человека!

Если же ни скакать, ни охотиться негде, вот вспомнил пару примеров удачного симбиоза в городских условиях.

1

Макс, здоровенный такой бородач, обожал бегать ранним утром по паркам, выплескивая лишнюю энергию. Но, как женился, джоггерш клеить ему надоело, а просто так бегать скучно. Стал реже появляться и начал тучнеть. Пока не завел себе мохнатую резвую с@ку (не ругательство, хоть она и разгрызла мою перчатку, а у самого Макса жрет носки).

Бег его теперь выглядит так: мечет перед собой палку на большое расстояние, а потом пытается догнать собаку, несущуюся за ней вслед. Для этого выбирается крутая гаубичная траектория, потому что как ни тужься Макс, собака все-таки бегает гораздо быстрее. Получилось упражнение на меткость - палку надо метнуть так, чтобы у них были равные шансы схватить ее первым. Иногда в финале это прыжок обоих вверх, одновременный захват палки рукой и зубами.

Макс еще и плавать любит в воде любой температуры, так что забег удачно сочетался с заплывом наперегонки за той же палкой. Рассказывал, что за полчаса такой утренней зарядки выматывается так, что потом ему в кайф целый день спокойно сидеть в офисе.

Но ничто хорошее не вечно. Поступили жалобы, что собакам в купальный пруд лезть нельзя, а летающая палка пугает нервных дам и старушек. Так что Макс исчез вместе со своей верной подругой.

А ведь это изобретатель нового спортивного многоборья, в котором удачно сочетаются легкий бег, спринт, копьеметание, водное поло и элементы баскетбола. И где вы еще найдете игру, в которой человек и собака соревнуются между собой на равных?

2

Юлия, тихая сухощавая и молчаливая женщина без возраста. То есть по лицу понятно, что ей за 60, а может и все 80. Но кожа молодая и тело спортивное. Эта дама тщательно шкерится - любительница плавать в такую несусветную рань, чтобы не успели добрести до прудов ни первые дамы с собачками, ни рыбаки, ни даже Макс со своей псиной.

Одна из причин такой партизанской жизни - ее экзотические домашние питомцы. Я узнал о самом существовании Юлии по одному из них, когда летом солнце всходило около 4 утра и мне приспичило заехать на пруд искупаться именно на рассвете. В спокойной воде где-то в середине пруда заметил перед собой нечто вроде крокодила, и он быстро плыл поперек моего пути!

Выбравшись на берег, хотел заснять, но чудище исчезло. У старожилов потом узнал, что Юлия держит комодского варана, питона и гигантского ворона. Но чтобы никого не пугать, гуляет с ними по очереди.

Объединяет столь пеструю компанию любовь к плаванию и свежевыловленной рыбе. С такими домашними питомцами удочка не нужна - вода в пруду прозрачна и мелка, ворон парит над ней и метко ныряет, а утки в ужасе разлетаются с водоемов, где он появился.

Я воспринял это как развесистую байку. Но уже зимой познакомился наконец с этой Юлией благодаря тому, что солнце стало вставать поздно, часов в 8 утра, а она сохранила привычку купаться незадолго до рассвета. Замешкалась и не успела скрыться до моего появления. Разговорились, пока она стремительно одевалась. Я спросил ее, а в самом ли деле она тут выгуливает этих диковинных животных и рыбачит с ними.

Юлия сухо усмехнулась:

- Всё переврали. Не комодский варан, а нильский, и совсем молодой еще, длиной чуть больше метра. А змея не питон, а удав. Этот меньше трех метров, для людей совершенно безобидный. Рыбачат они только для себя, жрут все сами и мне рыбу не отдают. Самую крупную иногда дарит ворона. И она вовсе не ворон, просто очень крупная. Зимой я их вовсе на пруды не вожу, им в ледяной воде холодно.

В тот раз она была с Жужей. Обычная мелкая собачка, кажется беспородная. Но тоже любит нырять в прорубь, пока другие моржи не видят.

в Новогородчине. У единственного подъезда к воде. А дальше – десятками километров по берегам сплошные болота, да изредка - давно заброшенные, мёртвые деревни. Ни дорог, ни тропинок. Так что подобрать нас обещали далеко, в устье Воложбы. На прощанье предупредили, что если в срок на точку не выйдем – то трупы они искать не будут, вертолёт нанимать больно дорого. И мы двинулись в путь.

Много чего в пути этом интересного было, долго это рассказывать. На одном пороге мы перевернулись – и, конечно, потопили часть барахла. А также всю еду, кроме последнего шматка сала. А дорога-то, между прочим, ещё дальняя лежала... Ну, кое-как нашли берег потвёрже, выгрузились, развели костёр, сушимся. Ну и сало мокрое тоже положили на пенёк, на солнце просушить.

Спустился я к лодкам – и слышу вдруг отчаянный, яростный мат. А приятель мой, надо сказать, человек выдержанный. Матом почти не ругался. Даже когда на пороге перевернулись, всего-то парой матюгов обошлось, да и то тихо. Другой бы тут целую матерную лекцию прочитал... Что ж там стряслось, думаю? Бегу назад на полянку, по болоту хлюпаю – и вижу такую картину. Над поляной летит ворона с нашим салом в лапах. Крыльями машет судорожно, как тот попугай из мультика, когда летать учился. Дёргается, рыскает по курсу, то набирает высоту, то срывается. Тяжко ей такой кусман тащить, тянет он её к земле, но и бросить не желает. А за ней по кочкам друг мой прыгает, орёт, матерится и кулаками яростно машет. Обещает вороне извращённые наказания. Оно и понятно - другой-то еды у нас вовсе нет.

Через секунду по кочкам уже два клоуна скакало, матерщина удвоилась. И то один, то другой осклизнётся, да в болотную жижу – бац! Вскочит – и снова вприпрыжку. А ворона-то, как перегруженный самолёт, всё высоту никак набрать не может. Вот уж и опушка кончается, впереди лес стеной... Но нет – рывок, резкий набор высоты, ворона, цепляясь салом за ветви деревьев, взмывает и исчезает за кронами...

В общем, когда мы до точки наконец добрались, в ту деревню как раз автолавка приехала. Мы из лодок на берег выскочили – и с рёвом к ней. Деревенские молча расступились. Со страхом смотрели, как мы в батон вцепились и, рыча, рвали его, как Тузик грелку.

Один дедок протянул жалостно: эх, сынки, это ж как оголодать надо...