Реальная история! У моей знакомой дочка, 6 лет, вот пошли они на площадку гулять, ну мамаши, как водиться, стоят кучкой, о своем трут. . детишки ковыряются в песочнице, играют. И тут девочка эта, пятилетняя, подходит к маме и говорит: «. . мама а я слово неприличное знаю на букву Н»… мама в шоке, говорит, мол ты что, никому не говори это слово! ! И вообще забудь его! ! Дочка уходит дальше куличики лепить, а мамашки призадумались. . что же это за слово такое на букву Н… думала, думали. . ну никак не сообразят. Знакомая не выдерживает, зовет дочку… «. . Анечка, скажи маме на ушко, что это за слово было, неприличное, на букву Н, только больше никому не говори!!! ». Дочка ответила – …НАХ[рен]!
Сыну 9 лет, дочке - 4 года. Сын стабильно получает карманные деньги, пусть небольшие, но зато его. Плюс был остаток с подаренных денег ему на день рождения. Месяц назад он накопил 5000 и попросил свозить его в ТЦ.
Собрались, поехали. Ходим по ТЦ. Вопрос сына: Я могу купить все, что захочу? . Отвечаю, что он может купить все, что хочет, в пределах этой суммы.
Покупки ребенка: 4 мороженки, вкусняшки для кота и кролика, большая разделочная доска для меня (старая треснула, и я на днях говорил, что нужно купить новую), картину для раскрашивания по номерам для мамы, большую куклу для сестры и себе - большой набор лего. Я понимаю, что ценник уже перевалил за 5к. Молчу, думаю: по факту добавлю. Подходим к кассе, и продавец называет сумму 6800...
Сын, не долго думая, убирает свой набор лего и спрашивает: А так? 4800. Наблюдаю за его реакцией, жду, когда попросит добавить денег, но нет. Ни одной слезинки в глазах. Покупает и идет к нашим девчонкам вручать подарки. Я покупаю ему этот набор, убираю в черный пакет и иду к ним.
Спрашиваю сына: Ты мог купить куклу поменьше и дешевле, не покупать нам с мамой и взять себе набор. На что он ответил: Я себе еще накоплю, а сестренка маленькая, и она очень долго смотрела на эту куклу!
В одно время я увлекался минералогией. Заразил этим и своих малолетних тогда детей. По воскресеньям я ездил с ними куда-нибудь за город, и мы лазили по всяким возвышенностям, спускались в овраги, ища интересные камешки. В основном это были куски горных пород, вулканические камни и очень редко — минералы. Весь процесс мы называли «охотой на камни». Иногда она была безуспешной, и тогда мы, словно неудачливые рыбаки, которые покупают рыбу, чтобы не прийти домой с пустыми руками, тоже приобретали что-нибудь на блошином рынке. Всё самое интересное из найденного или купленного мы дома раскладывали на книжных полках.
Однажды к нам пришёл сосед. Заметив нашу коллекцию, он подошёл к полкам и стал с интересом рассматривать «экспонаты». Потом взял один из них в руки и спросил:
— А это что — золото?
— Нет, это халькопирит, — ответил мой восьмилетний сын, — его ещё называют золотом дураков.
Питер, 90-е
Было уже поздно. Мы сидели в комнате. У кровати на тумбочке горела лампа, мама раскладывала пасьянс на компьютере, я пересказывала события в школе. Вдруг в темноте коридора появились яркие блики - оранжевые, желтые, белые.
- Смотри, как красиво, мама, - сказала я и показала рукой на всполохи света в прихожей.
Мама
Она пыталась звонить соседям, даже лучшей подружке тете Тане с третьего этажа... Но никто не рискнул выйти из квартиры и посмотреть, что происходит снаружи нашей двери, в подъезде. Приехали пожарные и потушили дверь.
Оказалось, что дверь облили бензином и подлили бензина под дверь. А потом подожгли. Дерматиновая обшивка двери загорелась легко. Побелка потолка и стены на этаже были в черных разводах. Уже наверное через неделю мама забрала меня и брата и уехала в Москву к своим родителям. Папа остался в Питере разбираться с требованиями рэкетиров.
В Москве нас с трудом приткнули в школу, тоже в английскую, неподалеку от дома. Только эта английская школа была другая. Сюда приезжали не учиться, сюда приезжали в кожаных куртках и померяться машинами родителей. А у меня кожаной куртки не было, у меня вообще много чего не было. Правда были мозги. Пара человек на такие достоинства купилась и у меня появились друзья. Москва, вообще говоря, показалась мне недружелюбной, а школа - странной. На контрольных можно было пользоваться учебниками, учителя даже подсказывали номер страницы... модно было качать права и спорить по поводу оценок, с уроками друг другу помогали за деньги. А еще там было черчение, которого у нас в школе не было. До сих пор помню, как я билась над чертежом гайки, пока дедушка не объяснил, что поделить окружность на шесть частей можно, отложив на ней 6 радиусов циркулем.
А потом я выиграла какую-то олимпиаду по математике, случайно, кажется я единственная из класса поставила модуль при вычислении квадратного корня. В общем-то, мы просто это в школе в Питере уже проходили, и Московская программа от нашей отставала. Мне выдали какую-то грамоту и ручку.
Самое интересное случилось после олимпиады - победителей с разных школ пригласили участвовать в отборочных вступительных турах в мат. школу. А вот это уже была совсем другая школа - нормальная, набитая доверху такими же ботаниками как я, без родительских джипов и кожаных курток. Сказать, что я туда хотела, это вообще ничего не сказать. Я бредила и молилась все отборочные туры, и на каждом туре нас становилось ощутимо меньше.
На доске были написаны логические задачи, на столе лежал листик и карандашик... поэкспериментировав на бумажке, можно было поднять руку и объяснить решение задачи одному из преподавателей в классе, необязательно до конца, да и ответ был неважен. Какие-то ответы засчитывались, какие-то нет. В общем подготовиться было нельзя, но можно было молиться. И я молилась.
Мама и сама не знала, зачем она меня возила на эти экзамены. Задач на доске она не понимала, ребенок у нее был не гений. Но именно она подтолкнула меня в самом конце. По результатам туров отобрали несколько человек, которых должны были опять просеять уже на собеседовании. И вот, когда решался вопрос возьмут эту белобрысую или "того парня", мама меня пнула: "Говори по-английски, говори про свой дурацкий футбол, про игру на гитаре. Ты сюда хотела. Заинтересуй людей! "
- Ой, какая прелесть, она в футбол играет! Да у нас тут женская футбольная команда набирается! Меня взяли.
Меня взяли.
У московской знакомой два сына. Близнецы, три с половиной года. Один – смышленый хорошо развитый парнишка. Другой... тоже не дурачок, но не говорит. Совсем. Родовая травма. Врачи уверяют, что интеллект сохранен и речь тоже постепенно наладится, еще брата переговорит, надо только не опускать руки и продолжать заниматься. Но пока, пытаясь
Родители знакомой переехали на новую квартиру и взяли внуков погостить.
Дедушка пошел во двор погулять с тем, который не говорит. На площадке, как водится, толпа мамаш с отпрысками. И одна тетка, увидев, как мальчик мычит и кривится, начала громогласно возмущаться: мол, понарожают уродов по пьяни неизвестно от кого, а нам их потом содержать на наши налоги, надо таких ублюдков усыплять маленькими, и дальше по нарастающей в том же духе. Остальные мамаши – кто поддакивает, кто молчит в тряпочку.
Известное дело, как у нас к таким деткам относятся. Дедушка пытался что-то объяснить, но человек пожилой, интеллигентный, от базарных свар отвык, он ей слово – она в ответ двадцать, из них десять матом. Малыш, наслушавшись этих воплей, от страха описался. Дед повел его переодевать.
Тетка, увидев, что поле битвы осталось за ней, торжествующе закричала в спину:
- Вот-вот, убирайся! И ублюдка своего забирай и не приводи больше, пока говорить не научится!
Дома дед оставил внука бабушке – ему как раз пора было заниматься – и вышел во двор со вторым близнецом. Тетка, видя, что дед с внуком возвращаются, стала орать еще громче, что она такого безобразия рядом со своим ребенком не потерпит и двор для нормальных детей, а не для немых дебилов. Пацан, конечно, офигел от такого ласкового приема и на весь двор звонким детским голосом:
- Деда, а чего тетя на нас плохими словами ругается? Она дура, да? Дай ей по голове палкой!
Тетка поперхнулась на полуслове. Остальной двор тоже замер в обалдении: немой заговорил! И в наступившей тишине дедушка подытожил:
- Мы, как видите, в вашем культурном обществе сразу научились разговаривать. Теперь ваша очередь. Ступайте домой и не возвращайтесь, пока не отучитесь от хамства.
Про разные подходы адаптации детей иммигрантов в разных странах. Сразу скажу: какой подход лучше - не знаю. Мы с детьми иммигрировали дважды, сначала в Израиль, а потом - в Канаду. Особых проблем у них не было нигде.
Израиль
Нам звонит учительница сына из школы: "Вы не можете подойти. Произошло ЧП. "
Я примчался в школу:
"Ваш сын, прямо в классе, заговорил с другим мальчиком на русском языке! У нас в школе можно разговаривать только на Иврите! "
После достаточно долгой беседы, учительница убедила меня, что здесь дело не в русофобии, и заговори они на английском , реакция была бы та же. В Израиле много детей из разных стран, и для их адаптации, чем быстрее они заговорят на Иврите, полностью погружаясь в языковую среду, тем лучше.
Я с ней согласился. Действительно, у детей проблем с ивритом не было.
Канада
Я заметил, что у дочки, которая уехала в Израиль из СССР в три года, заметно улучшился язык. Русский. Оказалась, что в школе она общается или с девочками из России, или с такими же, как она, из России и Израиля.
Я пришёл в школу и спросил учителя: "Не видите ли Вы проблемы в том, что моя дочка практически не разговаривает на aнглийском? "
Учитель, пожилой итальянец меня спросил: "Ей в школе нравится? "
"Ну да" - ответил я, "Утром бежит с удовольствием! "
"Вот и хорошо! Я тоже дома разговариваю на итальянском. А английский она выучит. Никуда не денется! "
Я с ним согласился. Действительно, у детей проблем с английским не было.
Кoрнeй Чукoвcкий писaл: «Нaчиная с двух лeт всякий рeбенoк стaнoвится нa кoрoткое врeмя гeниальным лингвистом. »
. .
— Двухлeтнюю Сaшу спрocили:
— Куда ты идешь?
— За песочком.
— Но ты уже принесла.
— Я иду за ещём.
— Папа, сделай телевизор помолчее, мне сказку не слышно.
— Я сперва
Маша (3 года) увидела морщинки на лбу у отца, погладила их и сказала:
— Я не хочу, чтобы у тебя были сердитки!
— Ах ты, стрекоза! — сказала мать своей трехлетней Ирине.
Я не стрекоза, а я людь!
Двухлетний Юра, желая взобраться на диван, всегда обращается к своей матери с просьбой:
— Мамочка, мамоги!
И к отцу:
— Папочка, папоги!
— Ну, Оля, хватит, не плачь!
— Я плачу не тебе, а тёте Вале.
— А из замужа обратно выйти можно?
Сережа двух с половиною лет впервые увидел костер, прыщущий яркими искрами, захлопал в ладоши и крикнул:
— Огонь и огонята! Огонь и огонята!
Увидел картину с изображением мадонны:
— Мадонна с мадонёнком.
Было приятно узнавать от детей, что у лысого голова босиком, что от мятных лепешек во рту сквознячок, что женщина-дворник — дворняжка. К. Чуковский, «От двух до пяти»
К. Чуковский, «От двух до пяти»
В 14 лет я попал на месяц в больницу. Получилось, что я там был самым старшим среди мелюзги. Младшим мальчикам было года по четыре, а одной девочке, наверное, года два. Она еще говорить не умела. Она была детдомовская, вернее, из дома ребенка. Наголо стриженая, в замызганных ползунках и вся в зеленке. Вряд ли ее стали бы держать в общей палате с чем-то заразным,
Из-за этих болячек девочки постарше ее гоняли, называли паршивой. А она тянулась ко всем, видимо, не хватало ласки в своем детдоме. И в первый же день, когда я пришел в столовую и сел на стул, она подбежала, по штанам вскарабкалась ко мне на колени, обняла и замерла пугливо. Видно было, что она и боится, и надеется, что не прогонят.
А я не стал ее прогонять. Мне самому очень не хватало тактильных ощущений. У нас в семье телячьи нежности были не приняты, родители почти никогда нас не обнимали, с братом мы если не дрались, то играли во что-нибудь шумное. А в больнице пропало и то немногое, что было. Так что я обнял эту малышку, прижал к себе и стал покачивать. А она что-то такое завыла-запела, без слов, но очень уютное и ласковое.
Не помню ее имени. Все называли ее Мартышкой, у нее и правда было что-то обезьянье в личике. Когда я утром выходил из палаты, нянечки мне говорили: «Ну где же ты, невеста уже заждалась». Я негромко звал: «Мартышка! », и она, где бы ни была, слышала и бежала по больничному коридору мне навстречу с радостным воплем. Я подхватывал ее на руки и потом таскал на себе весь день, то на плечах, то под мышкой, то садился и сажал на колени.
Хотелось бы написать что-то вроде: «Мои родители удочерили Мартышку, и теперь она моя сестра». Но я рассказываю не рождественскую сказочку, а кусочек реальной жизни. Я ничего не знаю о ее судьбе. Может быть, ее и правда потом удочерили. Может быть, нет, и она покатилась по наклонной и спилась, как 90% детдомовцев. Может, преодолела всё и прожила достойную жизнь. А может, так и не научилась говорить и кончила свои дни в инвалидном доме.
А меня эта встреча перевернула. Я потом очень сильно тосковал по этому ощущению, когда мелкое теплое существо сидит у тебя на коленях и доверчиво обнимает. До сих пор считаю, что это – самое восхитительное, что может почувствовать человек в своей жизни, никакие сигары с коньяком, орг@змы и спортивные победы рядом не стояли.
Тоска прошла, когда родились мои собственные дети, а родились они довольно рано. С первого дня я их бесконечно обнимал, ласкал, таскал и тискал – но, конечно, не только тискал, но и укачивал, переодевал, мыл, кормил и делал всё остальное, что полагается делать с маленькими детьми. Случился в моей семейной жизни такой момент, когда я влюбился в другую женщину и задумался об уходе. Но задумался ровно на минуту, пока не задал себе вопрос: смогу ли я прожить хотя бы день без моих мартышек? Сразу понял, что нет, и вопрос был решен.
У моей жены была подруга Галя, которая вышла замуж за человека, помешаного на чистоте и порядке. Он мыл руки по двадцать раз в день и мог закатить скандал из-за одной крошки на полу или одной капли воды в раковине. Человек вырос в доме, полном грязи и тараканов, и двинулся на этой теме. Конечно, о детях в этой семье нечего было и думать, они ведь писают, какают, пускают слюни, срыгивают, размазывают еду по столу и так далее. Галя сперва переживала, потом смирилась.
Году на шестом этого брака Галя привела мужа к нам в гости. Он с опаской сел на наш не слишком чистый диван, держа руки на весу, как хирург перед операцией, чтобы ничего не коснуться. Но тут подошла наша младшая дочь, ей как раз было два года, и не говоря худого слова полезла к нему на колени.
Я прямо видел внутреннюю борьбу на его лице. Согнать вроде неудобно, не кошка всё-таки. Трогать – страшно и противно. Задал какой-то светский вопрос, типа как зовут твою куклу. Дочка охотно ответила, она в два года неплохо говорила. Сказала ему еще что-то, он ответил. Всё это держа руки на весу. Но постепенно он почувствовал, что ничего страшного не присходит, а происходит что-то хорошее, и перестал следить за стерильностью рук. Обнял дочку за плечи, покачал на колене, погладил по голове. Видно было, как человек оттаивает. Минут через двадцать он уже вел себя как любой другой гость в доме с детьми. Уходил очень довольный и жал всем руки, как нормальный человек.
А назавтра Галя позвонила моей жене в радостном потрясении: вернувшись от нас, муж потребовал немедленно, не откладывая ни на день, завести ребенка. Вот такая эстафета от Мартышки через мою дочь к Галиному сыну, который в ином случае мог бы и не родиться.
В обсуждалках, обители всяческих фриков и прочих критегов, иногда адекватных, мне задали вопрос: а что такое школьное лидерство? Чего мне там коптеть, отвечу в выпуске. Как я однажды пытался это лидерство захватить.
Март 1979, Седанка, это поселок под Владивостоком. Бараки сталинской эпохи, въевшиеся в землю, плюс три новых
Развязка наступила быстро - на следующем уроке нас погнали грести листья в школьном дворе. Нахрена это надо было делать в марте, не понимаю и сейчас. Ко мне подошла эта троица и предложила выйти за угол. Выяснить отношения. И вот смотрю на них и думаю - да это отработанный сценарий. Главарь скорее всего побьет меня сам, в честном поединке за углом - действительно мощен и наверно насобачился на таких драках. Если что-то пойдет не так, двое плюгавых гаденышей помогут. Результат 100% - из-за угла вернется смирный, слегка побитый и полностью лояльный пацан. Как и все предыдущие.
Но мне-то нафига это надо? У меня был единственный шанс. Главарь зарапортовался со своими угрозами. Я выдал удар в челюсть, добавил коленом в яйца, потом несколько ударов ногами по местам болезненным. Наибольшим повреждением оказалось то, что он сильно прикусил язык от первого же удара. Средство коммуникации со стаей оказалось утраченным. Наблюдалось лишь жалобное мычание в извивающейся позе. Оставшуюся стаю я спросил - кто выйдет со мной за угол, один на один. Для продолжения, так сказать, диалога. Оба гаденыша как-то застеснялись, и принялись сбивчиво объяснять, что им мешает это сделать. В основном валили друг друга на друга - коллега, по их единодушному мнению, был более достоин представить боевые качества Стаи.
Девчонки рассмеялись - вот это был подлинный конец преступной группировки. Более они не выпендривались. По возвращении в класс за парту со мной сел крепкий парень, тоже из офицерской семьи. Его ошибка состояла в том, что он когда-то послушно сходил за угол, как бычок на заклание, и был основательно побит. А в драке с превосходящими силами реально, чем подлее, тем лучше.
Захватили ли мы лидерство? В смысле прекратить гоп-безобразия - да. В смысле использовать - нет. Девчонки в классе показались мне неказистыми поголовно - мое сердце было разбито оставшейся в Алма-Ате Оксанкой. А соседу по парте было вообще все пофиг, лишь бы ему не мешали учиться.
Любопытно, что в лучших университетах мира есть явление противоположное, но равноценное - засилье умников. Майк Кроу, ректор Аризонского университета, сам читающий лекции, сказал приблизительно следующее, пересказываю по памяти:
- До пандемии мне не нравилось в очном обучении то, что в любом классе всегда находились два-три (a few) наиболее бойких студента, которые первыми отвечали на вопросы и охотно ввязывались в дискуссии, на ходу соображая, а что они вообще хотели сказать, кроме абсолютной потребности высказаться первым. Остальной класс был вынужден вежливо молчать за нехваткой времени. В зуме же я сам выбираю, кому предоставить слово, исходя из поступивших реплик в чате.
Что кулаками, что языками, хоть тушкой, хоть чучелом, юность склонна агрессивно самоутверждаться. Но укротить особо оборзевших всегда легче, чем кажется перепуганному сверстнику.
Детский садик. Новый год. Разумеется готовятся утренники. Ну а кто выступает в роли Деда Мороза, снегурочки и т. д. ? Разумеется воспитатели, нянечки и весь персонал, кто более-менее на эти роли подходит. Лидия Юрьевна, воспитательница группы, в которой была моя доча, была так сказать "почетной нечистью новогодней", т. е. постоянно играла то Бабу Ягу, то лешего, то Пирата, в общем очередного вредного персонажа. А утренники проводились по такой схеме - по две группы разного возраста, по два-три утренника в день. Вот. Короче: утренник. В зале две группы (наша и помладше). Ну, как положено - Дед Мороз, потом все дружно зовут Снегурку, потом ищут мешок с подарками. Мешка нет, начинают выяснять, кто же мог его украсть и тут в зал влетает Баба Яга.
Грим и костюм жутковатый. Дед Мороз обращается к детям : - Дети, кто же это к нам пришел?
И тут, перекрывая робкие выкрики из младшей группы (-Баба Яга! ) раздается дружный хор наших деток: - Лидия Юрьевна! !! ! ! Дед Мороз долго вспоминал следующую фразу сценария...
Дед Мороз долго вспоминал следующую фразу сценария...
Тут прикол случился.
Повез наш курьер заказ. Куда-то на окраину Москвы, к [черт]ям, типа Жулебино. Заказ - детская игрушка, кукла. Позвонил заказчику, а тот ему и говорит - это, мол для дочери, мы недавно сюда переехали, она не хныкала и т. п. И мы ей пообещали, что приедет добрый дядя и вручит ей подарок. И, типа, дочка сама откроет дверь и надо ей это вручить. Все документы и деньги потом.
Курьера зовут Аслан. Нормальный добродушный и отзывчивый парень. Дагестанец.
Аслан звонит, открывает дверь маленькая девочка и он ей протягивает эту куклу.
И тут из соседней квартиры выходит сосед. А теперь представь - на полутемной лестничной клетке ты видишь, что какой-то кавказец выманивает игрушкой на лестничную клетку маленькую девочку лет пяти...
Аслана спасло то, что он в свое время занимался боксом. Пригнувшись от летевшей в рыло плюхи, он сам, "на автомате" отправил клиента в нокаут.
Потом, правда, долго извинялся. Но мужик все понял. Поржали... . P. S. Девочка соседа возненавидела...
Поржали... .
P. S. Девочка соседа возненавидела...
Если меня когда-нибудь прибьют, то это сделают из-за моих детей.
Сегодня бабушке надо было куда-то спешить и мою младшенькую привели ко мне на работу. Вечером - возвращаемся вдвоем домой через парк.
Анастасия идет полураскорякой - мешаются трусы, которые она пытается поправить. И вот, когда ей это, наконец, удалось, она начинает рассуждать о том, что ее в данный момент более всего волнует.
- И кто это придумал трусы носить?
- Дочь, ну как же без них-то? Их все носят, так удобнее.
- Все-все?..
- Все-все. И девочки, и мальчики, и дяди, и тети...
- И эта тетя тоже? - делается кивок в сторону стоящей неподалеку девушки в мини-юбке.
- Разумеется.
Прежде, чем я успеваю что-то подумать, эта пятилетняя оторва подлетает к томно курящей диве. Приподнимает ей юбку и, заглядывая под нее, восторженно кричит: - А вот и неправда! У этой тети трусов нет!
- А вот и неправда! У этой тети трусов нет!
Очередь. В ней среди других стоят друг за другом пожилой мужчина, мать с оболтусом лет 7-8, абсолютно невзрачный тихий молодой человек и мужик с сигарой во рту и квадратным подбородком.
В какой-то момент пацан начинает наступать на ногу пожилому мужчине, все быстрее и все сильнее. Это постепенно стало очень раздражать практически всю очередь. Пожилой мужчина поворачивается в матери этого пацана:
- Скажите, чтобы ваш сын прекратил наступать мне на ногу.
Мать, даже не поворачивая голову на голос, отвечает безапеляционно:
- Я своего сына воспитываю без авторитарного давления!
И мозоли старика подвергаются постоянному нападению по-прежнему!
Вдруг невзрачный молодой человек достает из сумки банку с медом и опрокидывает ее на голову мамаше оболтуса. Прежде чем она пришла в себя и попыталась что-нибудь сказать, молодой человек говорит:
- Я воспитан без авторитарного давления!
Тишина в очереди. Напряжение растет. Мужик с сигарой разряжает обстановку словами: - Я плачу за мед!
- Я плачу за мед!
Работаю в ювелирном, у нас стоит вазочка с конфетками для клиентов. Клиентам она не сдалась, зато дети меня замучили. Приходили стаями, пока я ругаться не начала — брали охапками. Недавно приходит милейшее создание и тоненьким голосочком спрашивает: "А можно две конфетки взять? " Ну, я сжалилась, говорю, мол, бери. Так она разворачивается за угол и орёт нечеловеческим голосом: "Ребят, берём по две, РАЗРЕШИЛИ! "
Из ЖЖ: Видела годовалого ребенка, которого поставили на подоконник, чтобы показать на дереве кота. И ребенок двумя пальчиками " раздвигал" стекло, чтобы сделать кота покрупнее.
