В выходные пошли на экскурсию в местный океанариум.
Очень, конечно, впечатляют огромные бассейны с голубой водой и их шикарные обитатели. Зубастая, но мирная акула, стая стремительных пираний, метровая арована.
Но наше внимание привлекла процедура кормления осьминога.
Вернее, парочка, отец и маленький, лет шести, сын. Корм можно приобрести рядом, у работника океанариума, в обычном пластиковом стаканчике.
Кормежка вызывает восторг у всех присутствующих, у самого осьминога, и, конечно же, у малыша. Но любознательность идет ещё дальше.
- А можно, папа, я корм попробую?
- Нет, нельзя, это только для осьминога.
Ребенок не отстает:
- Как пахнет вкусно, может, можно капельку?
Отец неумолим:
- Нельзя, сказал. Не известно, из чего этот корм. .
- Ну, пожалуйста… ну, пап….
- Нельзя, говорю тебе. Пахнет вкусно, а так - какая-то ерунда. Я попробовал уже...
А годы идут... Наше поколение в детстве играло в войнушку против фашистов, нынешнее освоило сноуборды и Интернет, а поколение наших отцов совершало набеги на яблоневые сады и вытаскивало из Урала тонущего Чапаева. Собственно, об этом поколении речь и пойдёт.
В далёком 1942-м году, в марте месяце, друг моего деда вывез на своём штурмовике
За 3 года эвакуации пацанва вся поперезнакомилась, подружилась, и уже не делилась на "питерских", "хохлов" и местных. Любимым занятием (и небезопасным) были ночные налёты на колхозные яблоневые сады, которые, естественно, охранялись. Малышня от 8 до 11 лет по ночам лихо набивала под майки дары природы, более старшие убегали на фронт, но ловили их не далее, как в Кургане, меньших ещё пока не выпускали вечерами из дому.
В одну из таких ночей, грозным окриком "Стой, кому говорят! ", мой отец был остановлен и пойман ночным сторожем. Ловко ухватив паренька за ухо, дед грозно произнёс: "Так, лопухий! Где живёшь? Сейчас к отцу-матери отведу! ". Батька захлюпал носом: "Нет папы... Гитлер на фронте убил... "
Дед как-то обмяк, отпустил ухо, и дал пацанёнку лёгкого подзатыльника. "Беги, малец, домой, к мамке... ". У сорванца только пятки засверкали...
Прошло много лет, мне уже было 9 лет, батьку разобрал приступ ностальгии и в августе 1972 года мы поехали туда, в Шадринск, на пару неделек. Как ни странно, друзья детства быстро отыскались. Была и водочка и шашлычок, и степенные семейные прогулки по тихим улочкам.
- А слабо, парни, как детстве, яблок наворовать?
Ох уж это знаменитое "слабо"...
Трое мужиков, отцы семейств, обременённые должностями и отросшими животами, тяжело перевалившись за ограду, полезли на яблони, солидно складывая их в авоськи. Я с интересом наблюдал за ними, и искренне недоумевал, так как яблок и дома полным-полно, а если не хватает, то можно и на базарчике купить.
- Эх, нет уже того задора, романтики нет... - громко вздохнул отец. Приятели с ним дружно согласились.
В это время из темноты что-то сада громко рявкнуло стариковским надсадным голосом: "Стой, кому говорю! Что, ушастый, опять яблочков захотелось? "
Яблоневая ветка под отцом предательски треснула, и он с шумом рухнул на землю.
... Потом он признавался, что никогда в жизни ни до ни после он не был так перепуган...
Рожавшие женщины об этом процессе мне не рассказывали. Загадочно улыбались и говорили, что, мол, сама узнаешь. И я обратилась к источнику знаний. В книжке «Мать и дитя» было написано: «Роды…протекают практически безболезненно или с небольшой болезненностью, которую женщина легко переносит». «Схватки обычно переносятся легко». И все
В роддом я шла, как на праздник, гордо выпятив дирижабль своего пуза и пританцовывая от нетерпения. Лежа в родильном блоке я очень жалела, что рядом со мной нет Сперанского, равно как и Архангельского. Они немало огребли бы от меня тяжеленным судном и стойкой от капельницы. Это хоть как-то компенсировало мне моральный ущерб и обогатило бы их знания о родах.
В перерывах между схватками я ненавидела Сперанского, Архангельского и весь род мужской заодно и думала, что больше ни за что!!! Никогда!!! Одного ребенка хватит, а если муж захочет второго, пусть сам и рожает. ДААА!!! Акушер-гинеколог был молодым и приятным мужчиной. Время от времени он приходил на меня посмотреть и говорил ласковым голосом: «Ну… разве это схватки? Нет, это еще не схватки!» Однако держался от меня на безопасном расстоянии. Очевидно, глаза у меня были недобрые.
В родильном зале кто-то очень громко кричал нецензурными словами. Было страшно. Наконец мои схватки показались доктору подходящими, две акушерки взяли меня под белы руки и повлекли навстречу новой жизни. На родильный стол.
«Какой красивый мальчик!» — закричали акушерки. Я смотрела на него и испытывала целый спектр чувств, среди которых были волнение, радость, удивление и, конечно же, огромное облегчение.
Первое Кормление было торжественным, как парад на Красной Площади. Нужно было выполнить ритуал омовения, повязать косынку, поставить ногу на скамеечку и благоговейно ждать Дитя. И вот так мы все вдевятером сидели и ждали, как вдруг где-то в конце коридора послышался шум. «Это наши лягушонки в коробчонке едут» — пошутил кто-то. Лягушонки были уложены на каталке как бревнышки в поленнице. Восемь из них оглушительно пищали. Один молчал. Это был мой.
Я впервые взяла его на руки, посмотрела на него… и поняла, что мучений своих я не помню. И они — ничто по сравнению с этим маленьким человечком. (Хотя Сперанский с Архангельским все равно мерзавцы). Вид у него был суровый и неприступный. Огромные глазищи смотрели строго, он словно прикидывал, заслужила ли я такое сокровище и стоит ли иметь со мной дело в дальнейшем. Меня переполняли чувства.
-Так вот ты какой, Добрый Жук! — неожиданно сказала я. Так мой ребенок получил свое домашнее имя.
Он вздохнул, принял решение о том, что я его достойна и наконец-то приложился к груди.
Так началась наша дружба.
Из пребывания в роддоме я вынесла два вывода:
1. Роды — это кошмар. 2. Обязательно рожу еще как минимум одного ребенка.
За три недели жизни вне мамы Добрый Жук вполне освоился, отрастил себе щеки и пришел к некоторым выводам об окружающем мире:
— Спать в детской кроватке западло. Лучше всего спать на папином пузе (мягко и волосато) или у мамы под боком (тепло и сытно). Лишь бы не кроватка!!!
— Титька — от Бога, соска — от лукавого.
— Чтобы прибежал папа, достаточно всхлипнуть. Чтобы мать-ехидна услышала и пришла, нужна туманная сирена.
— Бабушка хочет тепловой смерти Вселенной и с этой целью вяжет шерстяные носочки.
— Какой смысл в прогулке, если коляску не трясет?
— Если болит живот, пусть это прочувствуют ВСЕ! Тогда полегчает.
Первый месяц материнства развенчал многие мифы, в которых я была уверена. Ребенок занимает очень много времени, но я не думала, что он занимает все время. Сходить в туалет становится проблемой. Но с месяцами легче. Любовь приходит постепенно. Чем больше я с ним знакомлюсь, тем больше я его люблю. До ребенка я была свободна как ветер, могла поехать куда угодно. Ну ее, свободу! Ни за что не поверну время назад. Теперь у меня есть гораздо больше — целый маленький мир. И он мне дорог.
АДМИРАЛ.
Сразу скажу, эта история не о воинском звании, а всего лишь о маленькой бабочке и двух малышах, дошколятах, мальчике и девочке - моих внуках.
Папа с мамой частенько оставляют их мне - единственному дедушке. Вот и в прошлые выходные, сами отправились в город по делам, а их привезли ко мне на оба выходных дня.
Пора
В этот раз им повезло. Поймали яркую большую крапивницу. Но внук сказал, что это не крапивница, а - адмирал! Ну, адмирал и адмирал, я, честно говоря, и не знал, что такие бывают.
Адмирала они посадили в стеклянную банку, и остатки дня не отходили от неё. То травки туда сунут, то капают водички, "чтобы попила", как они мне объясняли.
Вечером все легли спать, ну и адмирал в своей баночке возле кроватки внуков.
Утром внуки спали, а я, приготовив завтрак, ушёл заниматься своими грядками.
Спустя пару часов, зашёл в дом, увидел их заплаканными и крепко поднапугался.
-Что случилось, поссорились? Болит что?
Оба молчат.
Проводил на кухню, умылись, завтракать не хотят. Сидят всё ещё зарёванные.
Мне стало не по себе, пытался выспросить, но тщетно.
Молчат.
Ну, думаю, успокоятся - скажут. Сам пошёл на огород.
Через некоторое время внук подходит с баночкой и спрашивает:
-Деда, ты нам можешь Адмирала починить? У него одно крылышко оторвалось, нечаянно. Он ничего не ел и мы его хотели покормить, а крылышко оторвалось - наполовину плачущим голосом поведал внук.
Я приготовился объяснять о жизни и о смерти, но тут же передумал.
-Давайте, я попробую помочь вашему питомцу, но у меня - условие. Вы пойдёте в дом и позавтракаете.
Внук, как мне показалось, приободрился и побежал в дом.
Я же, как вы, наверное, уже догадались, схватил сачок, баночку, и убежал за забор.
Вернулся с новым "Адмиралом" в баночке.
Выбежавшие внуки улыбались и радовались, глядя на своего выздоровевшего "адмирала". Только внук вдруг посерьёзнел и сказал:
- Дедушка, ты вчера правильно говорил - это крапивница, а не адмирал!
-Ну вот и ладно - ответил я. Только она сейчас болеет и после операции ей нужно на волю, давайте выпустим её?
Они, даже обрадовались.
-Дедушка, мы и сами хотели посмотреть, сможет ли она летать с приклеенным крылышком! Мы вместе открыли баночку и выпустили крапивницу-адмирала на волю.
Мы вместе открыли баночку и выпустили крапивницу-адмирала на волю.
Ходил сегодня покупать зимнюю обувь, а рядом на диванчике папа с маленьким сыном примеряли ботинки.
Папа: - Вот эти тебе нравятся, да? Примерь, как сидят на ножке.
Сын: - Ага, класс, мне нравится.
Отец, помогая надевать второй ботинок:
- Цена нормальная, вот их тогда и возьмем.
Сын в шоке:
- И чё и всё? И мы никуда не пойдем смотреть дальше? Пааа, я теперь только с тобой буду всегда в магазин ходить!
Бабушка уговаривает внука покушать.
Тот непреклонен - "Неть", и все.
- Ну немножко!
- Неть!
Тут влазит папа
- Смотрите, сейчас креативно накормим. Тёмка, гуси-гуси. .
- Га-га-га
- Есть хотите? Ребенок на секунду задумывается: - Неть-неть-неть
Ребенок на секунду задумывается:
- Неть-неть-неть
Случилось это пару-тройку лет назад. Еду в метро, народу, естественно, полно. Рядом со мной, около двери стоит паренек,
читает. А рядом с нами толпа не то цыган, не то их "близкий родственников". И вот на одной их остановок все это сообщество резко
пытается выбежать из вагона толкаются, пихаются. Чуть паренька не уронили. Толпа на пероне уже начала заходить, как вдруг один из этих
цыгынчат вбегает обратно и ОТДАЕТ парню мобильный телефон с фразой "Папа сказал, телефон не брать". ... Потом удивляются почему дискриминация в москве процветает.
Моей первой школьной учительнице, Людмиле Ильиничне, было за 70.
Несколько пап и мам нашего класса приходили на родительские собрания с трепетом, потому что сами у неё учились когда-то. Однажды она сказала со вздохом: "Учишь их, учишь, а через каждые двадцать лет возвращается ушастая копия, и снова как с чистой доски... "
- Папа наш выложил в социальную сеть фотку, он в костюме, серьезный. Подписал: "На работе".
- В комментариях женщина пишет: "Трудоголик? "
- Наша дочка обиделась, что папу обозвали каким-то непонятным трудоголиком и написала женщине: "Сама дура"
Моей Дочке - почти три года, но перлы из нее так и сыпятся. вот один из них.
С мужем мы уже не живем давно, и детку это вроде как особо не напрягало.
Тут я купила ей очередную коробку пластилина, усадила лепить, а сама занимаюсь по хозяйству.
надо сказать, что большинству малышей свойственно все достижения сразу и по нескольку раз демонстрировать в ожидании похвалы. Происходит такой диалог:
дочка: "Мам, я леп"ю!"
я : "Молодец! а что же ты лепишь?"
Д.: "Музика тебе!"
я: "И что же мне с ним делать?" Д.: "Мне зе нузен папа, навейно! Да?!"
Д.: "Мне зе нузен папа, навейно! Да?!"
Загадываю загадку дочке-первокласснице.
(П): Разноцветное коромысло в воздухе повисло
(Д): Мммм. Радуга? (П): Точно! (Д): Пап, а что такое коромысло? (П): Ммм?
(П): Точно!
(Д): Пап, а что такое коромысло?
(П): Ммм?
Когда я была совсем маленькая, отец пошёл в парикмахерскую и взял меня с собой. В какой-то момент мне стало скучно, и я решила пойти домой, и ушла. Путь мой лежал почти через весь город, да ещё и через ж/д пути! Пришла домой, и мама спросила:
— Где папа?
— Там. — сказала я.
Мама решила, что он проводил меня, а сам пошёл по своим делам. Вечер — папы нет, ночь — папы нет. Папа бегал по всему городу, искал меня, подключил всех своих друзей и знакомых, а домой идти боялся.
Сыну тогда исполнилось три года, и подарили ему первую в жизни коробку конфет, его личную, в которой все конфеты его и ими можно распоряжаться как хочешь. А сын у нас сластёна, как папа. Тот за шоколад всё отдаст. И вот. К сыну начали приставать - типа угости маму, бабу, папу. Он всех угощает, а сам так смотрит, когда конфету кто-то у него берёт и ест, как будто у него это последняя и больше никогда не дадут, аж слёзки в глазках. И вот он угостил папу и говорит ему: "Больше не проси!" На том и порешили. Прошло какое-то время, а сынульке опять обидно, что никто у него ничего не просит. Вот он ходил, ходил и подходит к папе и спрашивает: "Папа, конфетку хочешь?" Я мужу говорю: "Молчи, неспроста дитё такой вопрос задаёт". Но где ж наш папа от шоколада откажется, он уже весь напрягся, слюну глотает и у него аж глаз помутнел и он говорит: "Хочу, сынок!" На что добрый сыночек отвечает: "А я ж тебе сказал, папа, чтоб ты больше не просил!"
работаю я в компании, которая торгует сыром и в продукте этом искушен выше среднестатистического потребителя. члены семьи, включая и двух дочерей детсадовского возраста, соответственно тоже. а возраст этот, надо сказать такой, когда часто родителям задаются вопросы из серии "откуда что берется". и вот в очередной раз чадо мое меня спрашивает:
- папа, а откуда в сыре дырочки берутся?
совершенно серьезно воспринимаю вопрос и начинаю вещать с умным видом профессионала:
- при изготовлении сыра используются специальные микроорганизмы, вот благодаря им в сыре и появляются дырочки......
деточка кивает головой и с выражением "ясно, ясно, чего ж тут не понятного" авторитетно продолжает: -аааа, они их прогрызают, да?. мы с супругой уходи в аут.
-аааа, они их прогрызают, да?.
мы с супругой уходи в аут.
Когда я была маленькой, лет 5, мои родители всегда отправляли меня на лето к бабушке в маленький посёлок. Там у меня была подруга Ксюша. Как-то раз в честь её ДР я ей хотела сделать подарок и пошла нарвала репейника и сделала ей корону. Когда я надела ей на голову - очень понравилось и она побежала маме похвастаться. Прошло не мало времени и я пошла к ней. Заглянув в окошко я увидела как её мама рыдает, а папа Ксюшу налысо бреет и уже тогда я поняла, что мне пришел конец.