Розыгрыши и обломы

И вот перед сменой Андрей (мастер) запрашивает склад

по заявке бригадира, ему отвечают, что мол на складе аудит,

следовательно материалы до конца недели выдаваться не будут, и работать бригаде придется чем Бог послал и оставшимися в наличии :)

Весь диалог происходит в присутствии всей бригады, и практикант

будучи человеком не до конца образованным спрашивает у бугра (здорового дядьки под 45-50 лет): "Что такое аудит?"

Дальше привожу дословно:

- Про триппер слышал?

- Да..

- Так вот, аудит - это СТРИГУЧИЙ ТРИППЕР, зараза передающаяся воздушно-капельным путем. (Хуже только СПИД)

Все вокруг (проходчики, крепели и другие) мужики серьезные, и как показала практика - дружные, с вниманием следят за разговором.

Практикант от такой информации просто обалдел, загрузился, думает....

Через минуту задумчиво выдает: а у меня там (на складе) подруга работает...

Пространство вокруг него в радиусе 10 метров резко освободилось -

мужиков как ветром сдуло. Стоят в стороне испуганные и перешептываются:

Блин я с ним за руку здоровался (вытирает руку), а я с ним рядом седел и т.п.

Начальник участка (тоже присутствовавший здесь) смотрит на этих комедиантов и серьезным голосом спрашивае6т у Андрюхи (мастера):

Чё делать будем, как мы его вниз пустим, там же общая вентиляция, всех заразит!

(К этому моменту на практиканте уже нет лица)

Ладно, решили надеть на него на все время смены "лепесток", а после смены отвезти на осмотр к врачу (хорошая знакомая врач, в медпункте за 30 км от рудника, ее удалось уговорить по тел, пока практикант был в наряде)по подозрению в СТРИГУЧЕМ ТРИППЕРЕ!

К сожалению, кто-то сердобольный сообщил позже поникнувшему молодому человеку, что "на обед может он в столовую не ходить, а есть лапшу с ушей": )

P.S. Парень недели две дулся и не разговаривал с бригадой.

мне аннотацию препарата, про который я знаю раз в десять больше ихнего, назовут цену, вместе посмеемся, я объясню почему не купим и адье.

Мальчики несколько мнутся и интересуются: как бы им побеседовать с глубокоуважаемой и божественной Афродитой Аполлоновной? С некоторым недоумением - табличка же на двери висит - отвечаю, мол, аз есмь. А в чем дело? Мальчики краснеют, и я замечаю, что подарочная коробочка - витамин для сильно пожилых людей. А мне до семидесяти еще лет сорок даже на глаз. Даже с похмелья.

Начинаю хихикать. Мальчики, растеряв свои продажные навыки, становятся похожи на живых людей и смущенно объясняют, что до меня были у хирургов, и те им любезно подсказали как и где меня найти, а заодно описали как бабусю лет девяноста. А кто конкретно описал? Юркий, носастый, халат в фурациллине... Как же - как же... (Ах ты ж... щучий выползок! Щас я тебе... ) Ну, что делать, молодые люди, наш уважаемый коллега женщинами вообще не интересуется... Ну, вы понимаете... Ему что бабушка, что девушка... Мальчики озадаченно кивают и переглядываются, я великодушно забираю у них витамин для мамани, а дальше все по обычному сценарию.

Но! как говорили иезуиты: клевещи - что-нибудь да останется!

Через недельку мальчики снова заглянули к хирургам с презентами типа ручек, блокнотиков, подстаканников и т. д. А тому самому доктору (в реале - перпетуум кобеле местного разлива, не пропускающий ни одной юбки) персонально при всех вручили роскошный многостраничный календарь с томными и нежными полуголыми красавцами. Охреневший доктор полистал под сдавленный хохот коллег развратный глянец, а потом выдавил сквозь слезы и краску бешенства, мол, спасибо, что не с бабами.

- Ой, что вы! Ни в коем случае! Нас предупредили! - хором откликнулась радостная фарм. молодежь.

А не чипайте женщину! Не чипайте!

я вас люблю!". Надпись эта была сделана желтой брызчатой струей, достаточно горячей, судя по глубине проникновения в сугроб.

Теперь, значит, представьте себе такую картину. Мужская половина обитателей Мурашей корчится от хохота. Ойло с каменным лицом расхаживает среди них и приговаривает: "Это, знаете ли, уже безнравственно. Писатели, знаете ли, так не поступают...". Женская половина брезгливо морщится и требует немедленно перекопать и закопать эту гадость. Вдоль надписи, как хищник в зоопарке, бегает взад и вперед Рогожин и никого к ней не подпускает до прибытия следственных органов. Следственные органы не спешат, зато кто-то услужливо делает для Рогожина (и для себя, конечно) несколько фотоснимков: надпись, Рогожин на фоне надписи, просто Рогожин и снова надпись. Рогожин отбирает у него кассету и мчит в Москву. Сорок пять минут на электричке, пустяк.

С кассетой в одном кармане и с обширным заявлением на Петеньку - в другом Рогожин устремляется в наш секретариат возбуждать персональное дело и диффамации. В фотолаборатории клуба ему в два счета изготавливают дюжину отпечатков, и их он с негодованием выбрасывает на стол перед Федором Михеичем. Кабинет Федора Михеича как раз в это время битком набит членами правления, собравшимися по поводу какого-то юбилея. Многие уже в курсе.

Стоит гогот. Фотографии разбегаются по рукам и в большинстве своем исчезают.

Федор Михеич с каменным лицом объявляет, что не видит в надписи никакой диффамации. Рогожин теряется лишь на секунду. Диффамация заключена в способе, каким произведена надпись, заявляет он. Федор Михеич с каменным лицом объявляет, что не видит никаких оснований обвинять именно Петра Скоробогатова. В ответ Рогожин требует графологической экспертизы. Все валятся друг на друга. Федор Михеич с каменным лицом выражает сомнение в действенности графологической экспертизы в данном конкретном случае. Рогожин, горячась, ссылается на данные криминалистической науки, утверждающей, якобы, будто свойства идеомоторики таковы, что почерк личности остается неизменным, чем бы личность не писала. Он пытается демонстрировать этот факт, взявши в зубы шариковую ручку, чтобы расписаться на бумагах перед Федором Михеичем, угрожает и вообще ведет себя безобразно.

В конце концов Федор Михеич вынужден уступить, и на место происшествия выезжает комиссия. Петенька Скоробогатов, прижатый к стене и уже слегка напуганный размахом событий, сознается, что надпись сделал именно он. "Но не так же, как вы думаете, пошляки! Да разве это в человеческих силах?"

Уже поздно. Вечер. Комиссия в полном составе стоит на крыльце. Сугроб еще днем перекопан и девственно чист. Петенька Скоробогатов медленно идет вдоль сугроба и, ловко орудуя пузатым заварочным чайником, выводит: "Рогожин, я к вам равнодушен! ".

Удовлетворенная комиссия уезжает. Надпись остается.

(c) Стругацкие

которая по натуре была очень общительная и любила брать на себя функции гида, когда в контору приходили на работу новые сотрудники. Тогда она тащила этого новенького по всем кубрикам и представляла его всем остальным и всех остальных новенькому. Причем, когда она представляла людей, это выглядело примерно так : "Это Моше, это Лиат" и так далее, а когда доходила до одного парня, скажем, Йоси, всегда добавляла с гордостью:

"Это мой друг". Что такое "дружба" между двумя взрослыми разнополыми людьми - понятно. В Израиле это, как бы, форма гражданского брака, негласно, конечно.

Так вот, подходим к главному. Одним прекрасным утром эта активистка залетает в кубрик к моему приятелю и докладывает, что, мол, прибыл на работу новый программист, "русский". И просит, чтобы ей на бумажке ивритскими буквами написали, как по-русски сказать "это мой друг". ОК. А в этом кубрике вместе с моим приятелем сидел еще один "русский", хохмач немалый. Он спокойно берет листок бумаги и пишет ей шпаргалку. Та дама благодрит и улетает, наверное бежит знакомить новоприбывшего с коллективом.

И вдруг, через исторически короткое время, влетает в кубрик разъяренная девица, хватает пудовый том "Java Programming" или что-то в этом духе и с размаху лупит того хохмача по голове. Понятно, крики там всякие, мол, свинья, мол, что ты о себе думаешь и так далее. Что оказалось - что когда в процессе процедуры коллективного знакомства дошли до того Йоси, эта дама с видом человека, преподносящего приятный сюрприз, заглядывая в шпаргалку, прочитала "А это Йоси, он мой [туп]арь". Понятно, что новый "русский" на этом месте выпал в осадок к недоумению девицы, а когда парниша, краснея и зглаживая обратный перевод, объяснил в чем дело, дама побежала устраивать разборки.

Вот так равлеклись :-)

подъезд.

Маленькая оговорка - в 4-5 утра возвращались домой многие, стайками стекаясь в родные пенаты. Итак, вернемся к нашему герою. Назовем его Вовой. В наших стандартных 9-этажках существует между этажами эдакий закуток, в котором по идее архитектора должен проходить мусоропровод.

И в этом закутке после трубы мусоропровода остается небольшой такой промежуток между оной трубой и стеной. В принципе в него можно просочиться и делать свои дела, оставаясь незамеченным для окружающих. Наш герой забегает на площадку между первым и вторым этажом, делает все необходимые приготовления к процедуре облегчения и вдруг слышит нервный стук каблучков.

Кто-то бежит вверх по лестнице прямо к нему. Так как все хозяйство уже приготовлено к процессу, он просто отступает в тень между мусоропроводом и стеной и замирает. Прекрасная девушка в красивом белом платье нервничая и чертыхаясь залетает на эту же площадку и стремительно присаживается на корточки рядом с нашим Вовой. Видя перед собой очаровательную попку он просто не мог удержаться. Он наклонился, похлопал ее по оголенному месту и басом сказал - "Тут пИсать нельзя". .. Пауза. Итог - разбужен был весь подъезд, и напрочь испорчены его ботинки...