Семейные истории

это сделать не получится — все вокруг удивятся, куда делась твоя жена и откуда взялась прекрасная богиня. Поэтому я буду изменять её постепенно. Но и от тебя кое-что нужно - ты должен сделать так, чтобы твоя жизнь была достойной богини.

— Конечно, — отвечал мужчина, — ради богини я готов измениться и сделаю всё, как ты скажешь.

— Тогда иди домой и наблюдай за женой, уже сегодня я начну превращать её в богиню.

Пришел муж домой и в нетерпении сразу пошел на кухню, где жена мыла посуду, чтобы посмотреть, как она поменялась. А жена удивилась: обычно он сразу к телевизору шел, а тут — к ней, да еще и так внимательно смотрит... Она смутилась, порозовела, поправила волосы и улыбнулась. И сразу похорошела.

Мужчина обрадовался, что бог держит обещание, и поцеловал её, чего уже давно не случалось. И тут вспомнил, что нужно и самому стараться.

— Давай я помогу тебе, — предложил он и начал вытирать посуду. Жена удивилась ещё больше и вместо упреков он услышал благодарность — первую за многие месяцы.

На другой день он подумал: «Наверное, сегодня бог сделает её ещё больше похожей на богиню» и купил цветы, чтобы соответствовать.

Приходит он домой, а там жена встречает — в нарядном платье и с красивой прической. Протянул он жене цветы, а она опустила глаза, опять покраснела, заулыбалась... «Как красивы богини и какой у них прекрасный характер!» — поразился муж — «Они не упрекают мужей и украшают себя для них».

Прошёл он в дом, а там накрыт красивый стол, ждёт вкусный ужин. Жена поставила букет на стол, села напротив мужа и всё любовалась цветами, хорошея с каждой минутой. «Какие богини заботливые и как они вкусно готовят!» — сказал себе муж, начиная есть. «Но ведь и я должен быть на высоте рядом с богиней...».

— Как бы ты хотела провести завтрашний вечер, дорогая? — спросил он, и жена растерялась — он давно у нее такого не спрашивал.

— Лучше решай ты, — ответила она, и мужу стало ещё радостнее.

— Тогда пойдём в театр — я куплю билеты. Но сначала давай купим тебе новое платье для него. «Не может ведь богиня идти в театр в старом платье!» — подумал он.

Так продолжалось некоторое время, пока однажды не произошло чудо. Муж вкусно поужинал с женой, поговорил с нею за красиво сервированным столом и помог ей убраться. И искренне сказал ей, что это самый прекрасный ужин в его жизни. А потом поднял глаза и обомлел: напротив него стояла прекраснейшая богиня и смотрела на него с любовью и благодарностью.

Бог сдержал слово.

не было подстанции, которую бы он не знал наизусть. Даже когда в девяностые его отправили на пенсию, соседи всё равно звонили ему при малейших проблемах с проводкой.

— Семёныч, опять пробки выбивает! — Семёныч, люстра мигает, как в дискотеке!

И дед шёл, брал свой потрёпанный чемоданчик с инструментами и чинил. Иногда брал меня с собой, и я подавал ему отвёртки, зажимы, изоленту.

— Учись, Андрюха, — говорил он, — электричество — штука честная. Если есть источник и цепь целая — всё работает. Нет одного — хоть золотыми проводами обвешайся, лампочка не загорится.

Однажды летом, когда мне было лет пятнадцать, мы сидели на веранде. Я листал какой-то умный журнал, а дед возился со старым приёмником. Внезапно он отложил отвёртку и сказал:

— Знаешь, я всю жизнь был дурак. Только сейчас понимаю.

Я аж поперхнулся компотом:

— Ты? Дурак? Да тебя весь город самым умным считает!

— В том-то и дело, — он хмыкнул. — Помнишь, я рассказывал, как в семидесятых на курсах повышения квалификации нам лектор по марксизму заливал?

Я кивнул. Эту историю дед рассказывал не раз. Как важный лектор в костюме вещал: "Товарищи инженеры! Наш предмет — основополагающий. Без него все ваши технические знания не имеют смысла". А дед тогда встал и спросил: "А если у нас все остальные знания имеют практический смысл, а ваш предмет — нет, турбины от этого крутиться перестанут? "

— Так вот, — продолжил дед, крутя в руках радиолампу, — я тогда думал, что умнее всех. Смеялся над ними. А сейчас понимаю: они хотя бы верили во что-то. В светлое будущее, в коммунизм, в прогресс человечества. У них был генератор, понимаешь? А я был как электрик, который гордится идеальной проводкой в доме без электростанции.

Я не очень понял тогда, к чему он клонит. Дед увидел моё недоумение и продолжил:

— Понимаешь, внучок, жизнь — она как электрическая цепь. Логика, планы, расчёты — это провода. Хорошие, правильные провода. Но провода сами по себе — просто металл. Им нужен источник тока. Генератор. А генератор — это вера во что-то, что дает всему смысл. И главное — понимание, во что и зачем ты веришь. Иначе в голове — сплошное короткое замыкание.

На следующий день мы поехали на рыбалку. На берегу встретили соседа дяди Колю — профессора из областного центра. Он был в городе проездом, навещал родственников. Дядя Коля, узнав деда, обрадовался и пригласил нас к своему костру на уху.

За едой разговорились. Профессор долго и витиевато рассуждал о современных концепциях мироздания, о том, что мораль — это социальный конструкт, любовь — химическая реакция, а совесть — продукт воспитания. Говорил он красиво, со знанием дела.

— Вы понимаете, — вещал профессор, вытирая очки платочком, — современный человек должен опираться только на доказанные факты и логические построения. Всё остальное — предрассудки.

Я смотрел на деда. Он молча ел уху, но я заметил, как уголки его глаз начали подрагивать. Когда профессор закончил свою тираду, дед отложил ложку и спросил:

— А зачем?

— Что "зачем"? — не понял профессор.

— Зачем современный человек должен опираться только на доказанные факты?

— Чтобы не жить в иллюзиях, конечно! — удивился профессор.

— А зачем не жить в иллюзиях?

— Чтобы... чтобы видеть мир таким, какой он есть!

— А зачем его видеть таким, какой он есть?

После пятого "зачем" профессор замолчал, потом нервно рассмеялся:

— Вы что, в философские игры играете?

— Нет, — спокойно ответил дед. — Просто проверяю, куда ведут ваши провода. Похоже, в никуда.

По дороге домой я спросил деда:

— А твои провода куда ведут?

— Я электрик, Андрюша, — усмехнулся он. — Я точно знаю, что провода сами никуда не ведут. Важно, к какому генератору они подключены.

Прошло пятнадцать лет. Дед давно умер. Я стал инженером, как и мечтал, только не электриком, а программистом. Вчера на корпоративе наш начальник, разгорячённый успехом нового проекта и коньяком, рассуждал о том, что мы все работаем ради самореализации и хороших денег.

— Мы — лучшие! — повторял он. — Мы починили то, что никто не мог починить!

Я вспомнил деда. И вдруг почувствовал, как уголки моих глаз начинают подрагивать.

Наш начальник и правда починил проводку. Наладил все связи, выстроил идеальные логические цепочки бизнес-процессов. Но он так и не задался вопросом: а для чего всё это? Куда ведут эти безупречные провода?

Я поднял бокал и тихо сказал:

— За генераторы энергии.

— За что? — не понял начальник.

— За то, что даёт смысл всей нашей "проводке", — улыбнулся я. — Дед бы понял.

Никто не понял моего тоста. Но это не страшно. Важно, что я наконец-то понял деда. И когда мой пятилетний сын Мишка спрашивает меня: "А почему солнце светит? ", а потом: "А почему атомы так устроены? ", а потом: "А почему вообще всё есть, а не нет? " — я не отмахиваюсь от этих детских "почему". Я знаю, что он ищет генератор. И надеюсь, что найдёт.

А деда я вспоминаю часто. И иногда мне кажется, что его глаза смеются где-то совсем рядом.

сзади меня.

Уродский мальчик все время шелестел оберткой печенья, а его мамаша под Сибелиуса громким шепотом говорила ему: «Запивай водичкой, Славочка, запивай, не в сухомятку чтоб».

И он отвечал в полный голос: «А скоро кончится? Мам, отдай планшет. »

Когда я обернулась, грозно свела брови, она развела руками и сказала: «Ребенок, кушанькать хочет». И сынка продолжил жрать.

Потом сынуля громко сказал: «В туалет хочу». (Очевидно, писинькать. ) и стал пробираться к выходу посреди второго концерта Рахманинова. Я покрылась пятнами ненависти и мне стало не классики.

Вот так откроете вы однажды дверь, а ваша Дюймовочка привела в дом Славика. «Мам, ну чего ты? Ты посмотри какой он няша, и реснички у него длинные. Темненький! Я же обожаю темненьких и тем более Козерог. »

И ты запустишь этого козерога в свой дом. А за ним и его козерожья мамаша подтянется.

И когда вы поедете в аэропорт провожать молодых в свадебное путешествие, она ринется к багажнику, Славику наперерез, с криками: «Оставь чемодан! Я сама! »

А вам скажет: «Господи, я не понимаю, как Славочка это все выдерживает. Вы, извините, но надо что-то делать. Вы видели, как он чемодан тяжелющий тащит, а ваша в сумочке копается. Ему же нельзя тяжелое, у него же миопия! »

А потом вы позвоните дочке, а она в слезах: «Как отдыхаем? Да никак, мама. ЭТА все время звонит, они по шесть раз на дню созваниваются, это какой-то маразм. А потом просит меня к телефону и лечить начинает:

«На солнце Славику нельзя, ему вредно. В ресторанах его не корми, ты же знаешь, у него неправильный обмен веществ, я же ему всё на пару, да тушененькое. Мам, мне кажется, она скоро заставит меня памперсы купить и ему на задницу натягивать каждые полчаса! »

А потом жаба-мать придет к вам на новый год, и будет с осуждением смотреть на ваших пьяненьких, но веселых и успешных подруг и шептать, как «Славик устает на работе, сколько же можно на нем ездить. А домой приходит, а там ни накрыто и не наложено»… И кивнет на телик, который подарит вам ваша Дюймовочка, ее недавно повысили до замгенерального.

А тут еще этот Рахманинов и как я взбесилась, и как повернусь к ним, и как зашиплю Славику: «Я сейчас тебе эту шуршащую бумажку в [п]опу затолкаю. »

И отпустило меня как-то. Все же классическая музыка расслабляет.

– обойдутся. И полный радужных иллюзий, радуясь, что мы еще куда-то успеем выбраться, я бодро ответил:

- Около семи!

- Это гуд, - мурлыкнула она, что-то прикидывая. – Тогда ты успеешь навесить Лене карниз, а то у них в доме шуметь после 9 вечера нельзя.

- Хм, а что Палыч переломится, если сам просверлит 8 дырок и повесит?

- Ты такой ненаблюдательный - снег около гаража не чищен: не вернулся он с двухдневной конференции в Питере, перед его отъездом они сильно разругались, уже третью неделю его нет.

Находу восторгаясь наблюдательностью Лизы, я решил все же помочь, взял ящик с интрументом, и ровно в семь я уже проклял все на свете треклятые двухдневные конференции в Питере, потому что бетон попался какой-то твердючий. Но сверлил я его упорно и победил. Когда карниз с новыми гардинами аккуратно занял свое место, и в гостиной стала по особому уютно, Лена с Лизой позвали меня на кухню – пить чай с яблоками. Только мы сели, как входная дверь открылась, и Палыч собственной персоной явился нам в дверном проеме. Вскоре мы ушли, а назавтра дорожка у гаража была почищена, а еще через 2 дня Лена сообщила нам, что они с Палычем помирились и едут отдыхать.

В канун же Нового года, выходя из квартиры, я столкнулся с нашей относительно новой соседкой.

- Нельзя ли вас попросить об одолжении? - обратилась она. «Соли сейчас попросит, » -подумал я, вспомнив незамысловатый сюжет некоторых фильмов.

- Сейчас принесу, - произнес я, как бы продолжая ход своих мыслей.

На ее лице отразилось удивление, но она продолжила:

- Вообще-то, я хотела попросить вас привесить сушилку на лоджии.

- А давайте, я одолжу вам дрель, а ваш муж как повесит – вернет. - Это я вспомнил мускулистого паренька, с которым они радостно перетаскивали вещи буквально год тому назад. Мне хорошо запомнился их заезд, потому что грузовой лифт был постоянно занят в течение 4 дней, а после и вовсе сломался, и ушло несколько недель на его починку.

- Кто, “Пушкин”, что ли? - промолвила она. – Наталья Николаевна, - быстро представилась она, тем самым предугадав мой следующий вопрос.

Она сказала, что весь набор, включая крепёжные винты, у нее готов.

- “Пушкин” купил, да повесить ему уже не довелось, - пояснила она.

- На дуэли хлопнули?

- Не, он с каким-то «Дантесом» в Минске теперь живет.

Ладно, мне нетрудно, взял инструменты, натянул шапку и перчатки, так как она сказала, что у нее на лоджии ощутимо прохладно.

6 отверстий в стене не заняли много времени, и вот сушилка висит.

Когда я зашел в комнату, Наталья Николаевна с кем-то бурно говорила по телефону. Я собрал удлинитель для дрели.

- “Пушкин” вернулся, - вдруг растерянно сказала она, опустив телефон.

Пожав плечами и поздравив ее с наступающим НГ, я покинул квартиру.

И вот, третьего дня, глядя на меня своими лучистыми глазами, Лиза спросила:

- Твентин, а ты не мог бы помочь одной моей подруге?

- Лене опять, что ли? - флегматично спросил я, жуя багет с маслом и облепиховым вареньем.

- Да не, Оле. Понимаешь, -сказала Лиза, поставив кофе на сервировочный столик и пристраиваясь рядом со мной на софу, - её, э-э, бойфренд Олег неожиданно исчез пару месяцев назад, а она хотела люстру повесить. У тебя ж есть инструменты.

Обрадовавшись тому, что надо всего-навсего подвесить люстру, а не искать Олега, я согласился. И на следующий день я уже стоял на раскладной лестнице посреди Олиной гостиной с дрелью в руках. Только я закончил сверлить, как в прихожей раздался звонок в дверь. Оля пошла открывать, и через секунду стояла в дверях комнаты с Олегом. Он мельком взглянул на меня и увлек Олю на кухню, откуда стали доноситься разнообразные звуки, а я быстро ввернул крюк, подсоединил провода и, подвесив люстру, проверил свет. Лампы осветили гостиную и, вероятно, новый поворот в Олиной жизни.

А сегодня утром за чаем, глядя на заснеженный парк, краем глаза я заметил “Пушкина” на лоджии Натальи Николаевны. Я начал рассказывать Лизе эту странную историю и тут меня осенило: все дело в дрели, а точнее в особой частоте вибраций во время сверления. Таким образом мне пришла в голову замечательная идея- открыть агенство по возвращению мужей «Новый виток».

травма, из-под ногтя кровит. Больно.

На одной ноге допрыгала до ворот.

Потом вышел муж - к нему гость. А я пока ногу в холодную воду.

Вот так, стоя одной ногой в ярко-зеленом тазике с ледяшками, я выслушала лекцию по технике безопасности при передвижении по несовсем ровной поверхности.

14 июня.

Под вечер. Внучка гуляет.

У меня важный разговор, и параллельно салат нарезаю. Муж бурчит за телефон на плече. Как-то не так беру нож, он выскальзывает и летит вертикально - конечно же, в тот самый вчерашний пострадавший... Больно! Кровь из пальца начинает разливаться такими интересными темпами, образуя за секунды живописные лужи, что я прекращаю разговор и начинаю это срочно фотографировать, приговаривая "Ух ты, ну нифига себе! ". Да там получился дракон, нападающий на женщину!

( Впоследствии оказалось, что тяжёлый поварской нож пробил палец насквозь, немного зацепив кость).

Муж моего восторга по впечатляющему зрелищу не разделил, а очень даже наоборот, обвиняя мои попытки делать несколько дел одновременно дикой несерьёзностью. Он у меня вид крови совсем плохо переносит. Ну, бывает.

Начал опять выговаривать, это меня в свою очередь тоже возмутило и я начала бегать по кухне, вопя, что вместо сочувствия - чтение моралей, и психанув, начала драить пол.

Размазывая кровь по всем 20 метрам, я демонстративно, страдая, в слезах, мыла белую плитку.

А муж продолжал возмущаться и переживать, периодически забегая на кухню. Ну и поскользнулся. Грохнулся на скользкой плитке. Локоть.

Когда пришла внучка и увидела меня хромающую и мужа с распухшим локтем, прошептала удивлённо: "А что тут было?! "

15 июня. Утро.

Муж отправился в травму - перелом. Загипсовали. Написали какую-то бумажку. Внучка читает и спрашивает: "перелом... левой руки" - а почему тебе правую замотали? Они не разбираются?

Да, "Народ, который не может отличить правую руку от левой" - это интерны, явление интернациональное и границ не знающее.

17 июня.

Дня три хромала осторожно, но тут песен захотелось. Гексоген виноват. Прошу мужа - спой!

"Ніч яка місячна, зоряна, ясная,

Хоч огірків назбирай... "

Тьфу, какой практичный и непоэтичный. Ну, пошла искать огурцы. Недособирала, слышу - зовёт меня, рукой машет. Мало ли что...

Нет бы выйти на дорожку, как нормальный человек. Но я напрямую предпочитаю.

По траве прыгаю - и ка-ак что-то кольнет, опять в тот самый многострадальный палец. Как так - третий раз?! Подумала, что на гвоздь напоролась. Ну больно же, хотя уже смешно... Решила не разглядывать, а уже выйти на пятке на ровное место и там... Из пальца торчала какая-то ржавая хрень, как вытянутый треугольник, согнутый с одной стороны, на гвоздь мало похожая.

Позже мне объяснили, что это железнодорожный костыль. Древний, но острый. Откуда он взялся, ума не приложу.

Вот говорят, что снаряд в одну воронку да никогда... Враньё! Мы с пальцем доказали. Можно и трижды.

А образцовые семьи - миф. А счастливые - существуют. Счастья всем, хоть семейного, хоть индивидуального, но неповторимого.

И когда подросшему старшему брату пришло время получать паспорт, юноша решил действовать. Придя в компетентную службу дальневосточного Магадана в суровом Колымском крае, где родился и вырос, он честно сказал, что чувствует себя русским человеком и просит таким его числить и оформить. При этом, опираясь на унаследованный опыт выживания в социалистической экономике, он сопроводил свое заявление готовностью материально усилить озвученный аргумент, для чего располагал притаившимися в кармане ста пятьюдесятью рублями. Капитал был выкроен любящей мамой из семейного бюджета и представлен купюрами по пятьдесят рублей.

Намерение сообразительного молодого человека оценили благосклонно. Сторговались на тридцати рублях, в то время эта сумма еще имела покупательную способность. Благодарный юноша извлек пятидесятирублевую банкноту и наивно попросил сдачу. Двадцати рублей для сдачи не нашлось, но выход проситель быстро нашел сам, предложив зачесть их в пользу брата-погодка, которому вскоре тоже предстояло получение паспорта. Незыблемость советской власти и вера в постоянство советского аппарата позволяли рассчитывать на эту сделку. В итоге молодой человек стал по паспорту русским, что соответственно увеличило численность титульной нации к славе государства.

Через год в те же стены пришел второй брат с той же просьбой. Ситуацию вспомнили, обещание зачесть долг тоже. И даже таксу приняли, как должное. Только у второго брата не оказалось при себе недостающих десяти рублей, а за двадцать рублей ему могли предложить принадлежность только к украинской нации. Конечно, украинцы братья русским, но младшие, здесь и цена поменьше. Так второй брат стал украинцем.

Вскоре вся семья переехала из магаданской области в центральную часть России, а еще через несколько лет третьему, младшему брату настала пора получать паспорт. К тому времени условия изменились, и он стал по паспорту евреем.

Вот и живут на свете еврей, русский и украинец, трое родных братьев из советской семьи братских народов.

взглядом не ходят. Во всяком случае, не по российской школе.

Всё это было ничего, пока Кешу окружали друзья ещё по садику. Но однажды дела его папы пошли очень хорошо. Он отдал сына в учебное заведение, где слетать на каникулы всем классом в Голландию - обычное дело. В новый коллектив парней Кеша не вписался абсолютно. Его начали задирать.

Первым в семье выражение скрытой грусти на его лице заметил отец. Он крупный деятель культуры. Поговорив с сыном, сказал решительно: "Надо драться. Другого выхода я не вижу".

Этот разговор был особенно поразителен тем, что Кеша с малых лет увлекается дзюдо. А ударить человека вне ринга оказался не в состоянии. Восточные единоборства, помимо махания руками-ногами, ещё много чего включают. Есть там, например, такое доброе правило - не вступай с противником в настоящую борьбу, если не уверен, что собираешься его уничтожить.

Папа провёл с Кешей несколько показательных драк и морщась от боли сказал, что достаточно. На следующий день в школе случилось светопреставление с учениками, вылетающими из окон и дверей. Папу вызвали к директору. Но в процессе борьбы Кеша обзавёлся лучшими друзьями. Как из числа вылетевших, так и из помогавших вылететь. У него появилась девушка.

А я вдруг вспомнил, что папа Кеши попал в армию щуплым низкорослым пареньком. Его били там смертным боем. Вернулся из армии накачанным, как Рэмбо. Теперь отец и сын выглядят похоже - светловолосые, азартные, оба с перебитыми носами...