Семейные истории #жена

и детьми, муж делал карьеру.

Ну так вот. Во время брака, когда бизнес попер, муж подкинул жене подписать брачный контракт на раздельное проживание. Типа, свои люди, сочтемся, не переживай, тем более есть общие дети.

Но однажды их браку пришла хана. Понадобились деньги на лечение брата жены. А муж накануне уже понес расходы: потерял полмиллиона в Форексе, поэтому помогать родственникам жены отказался наотрез. Сказал, что жена и её родственники - последние люди на земле, которым бы он помог. Жена оскорбилась и пошла разводиться. Ее брат, кстати, умер, так и не дождавшись никакой помощи. А супруг так откомментировал его смерть: «Твой брат был нежизнеспособен, поэтому и сдох».

По суду жене назначили грошовые алименты на детей, но муж должен был обустроить детское жилье. Жена купила на выделенные во время развода средства квартиру для детей. Отремонтировала. Муж купил детям кроватки и столы.

А дальше муж, как часто бывает, внезапно забыл о своих обязательствах.

Остальную мебель покупать отказался, как не самую необходимую. Алименты тоже стал то задерживать, то сокращать. Жена же как занималась детьми, так и продолжает. На работу жену не берут, и квалификацию она потеряла.

А тут уже и ювенальная юстиция на подхвате: семья живет в нищенских условиях, у детей нет самого необходимого.

Вот обратилась она ко мне за помощью. А что я? Мне кажется, самое лучшее решение - отрыть топор войны, раз миром решить вопрос не получается и под угрозой изъятие детей.

P. S. Уже известно, что мультимиллионер согласился купить шторы и шкафы детям, но отказался покупать все остальное. Дело пойдет в суд. Богача будет защищать дорогой адвокат.

Борьба с матерью своих детей - дело святое. Не дай боже, пианинко или телек детям придется покупать.

чтобы с кем-то не разругаться вусмерть, надо очень хорошо держать язык за зубами. Тех не хвалить, этих не ругать, белый с черным не берите, да и нет не говорите. Я так не умею.

В молодости Бен женщинами мало интересовался, всё больше наукой. Преподавал на кафедре какой-то криволинейной механики, очень рано защитил кандидатскую, работал над докторской. Женился, потому что нельзя же не жениться, на первой попавшейся кочерге, которая обратила на него внимание. Семейное счастье было так себе, жена предъявляла обычные женские претензии: внимания не уделяет, красивых слов не говорит, денег приносит мало. Хотя деньги как раз начали появляться, кафедра плотно работала с иностранцами.

Дочка тем не менее родилась, и стала единственной в Беновой жизни настоящей любовью. Он с нее пылинки сдувал, вставал к ней ночью, пока жена тусовалась то ли с подругами, то ли не с подругами, кормил, купал, баловал. Придумывал для нее сказки, в три года научил буквам и цифрам, к пяти рассказал чуть ли не всю детскую энциклопедию. Ради нее готов был терпеть все придирки жены. Но терпеть пришлось недолго. В дочкины шесть жена нашла того, кто и слова говорил, и денег обещал больше, и подала на развод.

Тут Бен, надо признать, повел себя не лучшим образом. Конкуренту дал в морду, изменнице наговорил всякого. Жена в ответ ударила по самому больному. Выставила его на суде абьюзером и психопатом и добилась того, что свиданий с дочкой ему присудили по минимуму: три часа раз в две недели. И неукоснительно этот график соблюдала, ни минуты лишней.

Для Бена и девочки это была катастрофа. Сотовых детям тогда еще не покупали, домашний телефон мать контролировала, а за три часа с любимым человеком разве наговоришься? Полчаса папа с дочкой радовались встрече, полчаса с трудом вспоминали, о чем говорили в прошлый раз, а еще два не могли думать ни о чем, кроме предстоящей разлуки.

Какие у мужчин есть выходы в такой ситуации? Страдать молча, заливая горе вином; убедить себя, что всё окей и не очень-то и хотелось; долго и бесполезно судиться; унижаться перед женщиной, покупая время общения с ребенком за всё более высокую плату. Бен перепробовал все четыре варианта, постепенно склоняясь к четвертому. Но через несколько лет нашел пятый.

Он бросил свою науку вместе с недописанной докторской и перспективой стать вскоре завкафедрой и пошел работать в школу учителем математики. В ту самую школу, где училась его Ниночка. Потерял в статусе и зарплате, но ничего не потерял в удовольствии от работы: преподавать он любил, математику знал раз в сто лучше среднестатистического учителя. В школе, при вечной нехватке кадров и особенно учителей-мужчин, его оторвали с руками и готовы были удовлетворить любой каприз. Каприз был ровно один: часы и классное руководство в Нинином пятом “А”, потом в шестом “А” и так далее вплоть до одиннадцатого.

Получились сплошные плюсы. Школа получила отличного педагога. Бен получил возможность видеть дочь минимум пять часов в неделю, а с учетом информатики, кружков, факультативов, культпоходов и всего остального, что может придумать хороший учитель для своего класса – гораздо больше. Нина получила общение с отцом, пятерки по математике (вполне заслуженные) и непререкаемый авторитет у одноклассников: все понимали, что только благодаря ей вместо зачуханной Марьи Петровны их учит крутейший Бенедикт Игоревич. Бывшая жена могла бы помешать из чистой вредности, но ее вредность не доходила до того, чтобы забрать дочь из хорошей школы рядом с домом, да и пятерки по математике тоже не лишние.

Бен никогда больше не женился, но не особо страдал от этого. С бытом он прекрасно справлялся сам. Отношения с женщинами заводил, одной даже сделал предложение, но та справедливо рассудила, что ни она сама, ни тем более ее сын никогда не займут в сердце Бена место, уже занятое дочерью. С тех пор знакомился только для ceкса. А для любви и смысла жизни у него была Нина. Взрослея, она стала проводить больше времени с отцом и вне школы, мать уже не могла помешать. Отпуска-каникулы они тоже проводили вместе, пока дочь не выросла совсем и не влюбилась.

Последний раз я видел Бена на Нининой свадьбе. Оплатил ее Бен: математика может приносить неплохой доход, если ты лучший репетитор в городе. По крайней мере, самый известный благодаря нестандартной истории прихода в педагогику. Никогда не встречал человека, более довольного жизнью, чем Бен в тот момент, когда вёл дочь к венцу. В поздравительной речи он сказал, что не собирается уходить на пенсию, пока не выпустит из последнего класса младшего внука, сколько бы их не было. А правнуков – ладно уж, сами воспитывайте.

ушла. Я думал, она меня понимает! Не ожидал я этого от неё!

Положил трубку и вспомнил, как в начале XX века была в Нью-Йорке коммуна русских анархистов. Решили они всем показать, каким будет счастливое будущее, если не будет дурацких государств с идиотскими законами. Десять женщин и десять мужчин. Всё общее! Никакого средневекового собственничества и мелкобуржуазной ревности! Никаких ограничений! Живи да радуйся!

Но неожиданно выяснилось, что все десять мужчин хотели спать в основном с самой красивой и умной и начали из-за неё конфликтовать и устраивать мордобой. Глупую и некрасивую ни один, даже самый радикальный и настоящий анархист, не хотел. Не для того они в революционеры шли.

А все десять женщин тоже хотели самого умного и красивого мужика и из-за него всё время ругались, били друг друга сковородками и даже тягали друг друга за волосы. А сил у бедняги едва хватало на одну. А самого глупого и некрасивого мужика тоже никто не желал. Не для того девушки шли в крутые революционерки и по ночам втайне от родителей Кропоткина читали, чтобы вот с этим тихим ужасом.

Так они все переругались, и коммуна развалилась. Эксперимент по построению счастливого будущего был закрыт по причине отсутствия желающих жить в нём дальше.

Теодоро лоханулся по-крупному, надо было молчать) и, как женщина волевая и решительная будет держать любвеобильного мужа в ежовых рукавицах, намекая, в противном случае, на возможное разоблачение. А наказание за подобные штуки в те времена было одно – виселица.

И во-вторых – друг Тристан, который однозначно будет требовать денег за своё молчание. И чем дальше, тем больше.

Как же поступить Теодоро?

Видится только один выход – сначала избавиться от жены (возможно, с помощью Тристана), а потом и от самого Тристана. Скажем, поплыл Тристан с друзьями порыбачить, и не вернулся. Утонул. Ну, может же быть такое?

Вообще же, если предположить, что Тристан умён, а не только хитёр, то самое правильное было бы быстро стрясти с Теодоро побольше денег и умчаться подальше и навсегда. Скажем, в Армению)))). И жить там, каждый день оглядываясь по сторонам – не видно ли где засады?

Положение Дианы тоже весьма хреновое. По вышеуказанным причинам.

Единственный способ защититься ей от Теодоро – написать некое разоблачающее его письмо и на глазах Теодоро передать его туда, где оно будет вскрыто после её возможной подозрительной смерти. Например, старому графу, лже-отцу Теодоро.

Вот мы и подобрались к весьма интересному моменту. Граф Людовико. С ним всё не так просто…

Ему по пьесе Лопе де Вега около 70 лет. Эрнст Романов в фильме изобразил его как 90-летнего старца. Но, если проанализировать диалоги пьесы и сопоставить сроки, упоминаемые в ней - легко предположить, что ему слегка больше 50. Хорошо – 60. Это возраст, когда трудно обмануться и принять за собственного сына какого-то проходимца, хоть и по прошествии 20 лет.

Скажем так: графу позарез нужен наследник, он прекрасно видит, что его «разводят», но легко идёт навстречу. Почему? Потому, что вряд ли он найдёт своего настоящего сына, пусть уж лучше наследником станет человек знакомый, секретарь его соседки-графини.

Эта версия кажется наиболее правдоподобной, поскольку разоблачить Теодоро графу Людовико, в принципе, ничего не стОит: несколько вопросов о детстве и т. п.

Но это уже не по фильму, а по пьесе. По фильму же Людовико в исполнении Эрнста Романова – наивный старик, искренне поверивший в обман. Тем хуже для него, ведь случайно узнав, что его попросту «развели» мошенники, он сам поведёт Теодоро к виселице! Повторюсь – в те времена присвоение чужого титула простолюдином каралось очень жестоко! И Теодоро это понимает. Таким образом, от старого графа тоже необходимо избавиться, и поскорее!

Что же мы видим? После счастливой свадьбы начнётся кровавая резня: Диана, Тристан и его присные, старик граф…

И что в сухом остатке? Да та же Марсела! Она радостно кинется на шею овдовевшему Теодоро, рассчитывая (и не без оснований! ) на благосклонность и подарки с его стороны. И ей ничто не грозит, так как она не знает тайны Теодоро.

Таким образом, в выигрыше остается Марсела, которую впору пожалеть в конце фильма (ну как же - Теодоро женится не на ней, постылый Фабьо - тут как тут и вообще, наблюдать каждый день идиллию своего бывшего любовника с другой женщиной – то ещё удовольствие! ).

Но жалеть её не надо. Она выиграет больше всех.

Отец невесты-председатель колхоза предупредил местное население на наш счет: "-Если у кого из сельчан рука на городских поднимется, то разбираться кто прав он не будет, а руку ту оторвет и кое-куда засунет". Мы гуляли на свадьбе три дня и с точки зрения местных хлопцев повод подраться давали не раз, уже сам факт нашего общения с местными девушками был достаточной причиной навалять нам, но то ли село попалось такое высокоморальное с высочайшими этическими принципами, то ли авторитет председателя-здоровенного колоритного дядьки под два метра ростом и в полтораста кило веса, но никто не решился проверить серьезность намерений и правдивость его обещаний. Впрочем уже на второй день напряженные отношения с местными парнями переросли в более или менее дружеские. Но история не об этом...

Как только мы приехали в село и разместились в специально выделенной для нас хате, пришли отцы молодожёнов, они поблагодарили нас за приезд и чуть позже отозвали меня в сторону на приватный разговор. -Семен, пробасил председатель, ты сразу извини если что не так скажу и если откажешься даже не буду спрашивать почему.

- Тут дело такое, я знаю от друга что ты вроде как еврейской национальности, а у меня... замялся он, жена-мать нашей невесты тоже еврейка, но получилось так что это наша семейная тайна, не спрашивай почему, так уж вышло и изменить что либо невозможно. Но тут такой день... единственную дочь замуж выдаем и я хотел бы как-то любимую жену поздравить, поблагодарить ее за дочь. . В общем если ты не против, я музыкантам в честь тебя музыку еврейскую закажу, а ты на танец ее пригласи... Может несколько раз закажу, ей будет очень приятно услышать еврейские мелодии на свадьбе дочери ну и она очень танцевать любит...

Во время разговора я смотрел на руки председателя-кулаки размером чуть не с футбольный мяч и весом в полпуда, часто ли люди вообще отказывают ему, думал я…

- Я не против, тайну вашу страшную-сокровенную сохраню и танец с вашей супругой за честь сочту, но предупреждаю что мое умение танцевать еврейские танцы прямо скажем так-себе... базируется на классике жанра-согнутые руки, большие пальцы за лацканами пиджака, приставные шаги влево и вправо, прыжки с попеременным поднятием то левой то правой ноги ну и теория почерпнутая из танца Луи де Фюнеса в фильме"Приключения раввина Якова". Председатель заверил меня что этого более чем достаточно.

Свадьба должна была пройти на соседнем к дому участке земли размером с три четверти футбольного поля, рядами стояли укрытые тентами столы сервированные на несколько сот человек. Всё украшено цветами, везде реют ленточки, колыхаются воздушные шарики, все мило и торжественно. Отдельно была выстроена деревянная сцена для музыкантов и сделан небольшой метров на сто квадратных танцпол.

Все шло своим чередом... Загс и церковь с венчанием, возвращение свадебного кортежа домой, воровство и выкуп невесты... Столы ломящиеся под весом еды и спиртного, тосты и крики горько. Вскоре начались и танцы...

Председатель через какое-то время подал музыкантам знак и в микрофон на всю округу раздалось-А теперь для дорогого гостя Семена песня "семь-сорок"! Я как и пообещал пригласил на танец жену председателя, миловидную худенькую женщину чуть за сорок. Кто же знал что за скромной на вид учительницей местной школы таится такой темперамент...

Она изначально задала такой темп, что я будучи чуть не вдвое младше еле успевал за ней. Как только песня закончилась, не давая ни мне ни себе отдохнуть она заказала "Хаву-нагилу". Музыканты грянули эту удивительно легкую веселую мелодию и если "семь-сорок" с нами танцевали человек двадцать, то к окончанию этого танца с нами было уже не меньше двухсот человек. Секрет заключался в двух вещах, во первых: необычный темп музыки, медленный вначале он ускоряется по ходу зажигательной мелодии, простые движения позволяют даже самому неискушенному танцору быстро научиться прямо во время танца, во вторых: жена председателя зажигала так что чертям в аду тошно было, и устоять окружающим было невозможно!

Даже приблизительно не могу сказать сколько раз в течении этой свадьбы мне пришлось выходить на танцпол, не успевал я выпить пару рюмок и немного пообщаться с друзьями и гостями свадьбы как кто-то заказывал что то из двух свадебных хитов- "семь-сорок"или "хаву нагилу". Мне приходилось идти, отказаться было решительно невозможно, тащили чуть не силком, как только мы не танцевали под эту мелодию-попарно и хороводом, ручейком и поодиночке. Разумеется танцевали и "гопак" с "казачком" и диско с рок-н-роллом. Никогда до и никогда после я не видел такую "танцующую" свадьбу.

Читал я как-то спорное высказывание Цицерона: "Никто не станет танцевать в трезвом виде, разве только человек не в своем уме". С уверенностью могу заявить, безумцев среди танцующих на свадьбе не было-водка, наливки, самогонка и вина лились рекой. Заинтригованные моим близким знакомством с семьей председателя, любопытные сельчане чуть ли не в очередь становились что бы выпить со мной и как бы между делом спросить кем я прихожусь семье. Я весь из себя загадочный поначалу отнекивался, но опрокинув граммов с триста меня понесло и я начал таинственно подмигивать селянам неся всякую чушь-одним говорил что являюсь армейским другом председателя и благодаря йоге выгляжу так молодо, другим говорил что представляю израильскую фирму ведущую переговоры о покупке колхоза, наиболее популярной у селянок оказалась версия где я был родным братом близнецом невесты выкраденным малюткой из роддома бандой кочующих евреев и насильно обращенный в веру иудейскую, селянки меня жалели, особо жалостливые намекали что могут утешить. Остановил меня председатель, положив тяжелую руку на плечо, он тихо попросил угомониться, так как по селу поползли слухи один другого ужасней и нелепей.

В полдень следующего дня, проснувшись, я с трудом мог ходить, учитывая количество выпитого накануне и время проведенное за танцами, удивляться было нечему. Удивила меня мама невесты-бодрая и веселая, будто бы и не она отплясывала всю ночь напролет. Родители молодожёнов да и жених с невестой вообще были очень довольны, свадьба удалась на славу, обойдясь без традиционных драк она стала одной из веселейших свадеб за последние годы.

Недавно вспоминали эту свадьбу с друзьями и друг бывший там женихом, рассказал что с тех пор в самом селе и в окрестных селах «хава нагила» стала считаться обязательной мелодией на сельских свадьбах.

P. S. Не знаю почему отец друга-жениха решил что я еврей, но после слов председателя о семейной тайне разочаровывать его не хотелось, да и жену стало как-то жалко. О празднике Рош а шана услышал случайно по телевизору. Так то папа армянин, а мама русская.