Рассказывает Иосиф Прут:
21 января 1924 года. Зима. Лютый мороз. Владимир Яковлевич Хенкин и я, будучи в Москве, узнали о печальной вести: умер Ленин.
Расстроенные, поднимаемся по Тверской. Навстречу идет директор Малого театра Александр Иванович Сумбатов-Южин. По его спокойному виду мы понимаем, что он не знает о происшедшем. Хенкин бросается к нему со словами:
— Александр Иванович! Вы знаете об ужасном событии?!
Тот, побледнев, хватается за сердце и бормочет:
— А… что такое?!
— Ленин умер!
Александр Иванович — в ужасе:
— Михаил Францевич?! (В его театре служил актер М. Ленин. )
— Да какой, к черту, Михаил Францевич?! Владимир Ильич! — кричу я.
Сумбатов-Южин облегченно вздыхает: — Господи! Как вы меня напугали! . .
— Господи! Как вы меня напугали! . .
В детстве ненавидела болеть. И не потому, что температура/ломота/кашляешь, а потому что вместо поддержки родители обрушивали на меня поток упрёков: "А как так можно? В школу пойдёшь при любой температуре!" Пропустить школу было чем-то страшным. Помню, когда не могла заснуть, ибо было очень плохо, встала померить себе температуру. Было около 38, но самое страшное для меня было то, когда родители проснулись, накричали: "Как завтра в школу пойдёшь?!" — и продолжили спать. Отвратительное чувство, когда неоткуда просить помощи... Когда пытаешься разбудить близкого тебе человека, а он презрительно говорит:" Я тебя отпрашивать не буду!" Но причём здесь это? Когда утром идёшь по морозу в школу и теряешь сознание на уроке...
Сейчас просто дико становится. Неужели школа действительно так важна? Неужели ради неё можно жертвовать здоровьем ребёнка? Как можно было спать, зная, что твой ребёнок болеет, и ничего не делать с этим? После жесточайшей ангины, которая дала осложнения, я очень боялась заболеть. До сих пор осталась обида.
За несколько дней до экзамена пьянствовал с друзьями в баре. До меня докопался пьяный вусмерть молодой парень. Дело дошло до драки, отправил его в нокаут. Настал день экзамена. Сказали, что принимать будет какой-то аспирант. Захожу в аудиторию и вижу этого аспиранта: тот самый мой оппонент из бара, с мощным фингалом под глазом. Ну, думаю, всё, приплыли. Ни на что не надеясь, сажусь отвечать. Естественно, он меня узнал. Полчаса гонял меня по всему материалу, поставил пять. И, расписываясь в зачётке, сказал: "Уважаемый, я требую сатисфакции. В субботу, за университетом". После стрелы, вдоволь на[ман]дившись, пошли и напились с ним в баре. А теперь мы лучшие друзья.
У меня умер дедушка. Ему было 92 года. Сначала был инсульт, потом четыре месяца в лежачем состоянии и мучительный уход на обезболивающих. Ужасное время, самое страшное за мои 30 лет.
Я хотела рассказать о тех тварях из контор ритуальных услуг, которые просто ломились в дверь. Я до сих пор в полном ужасе от очереди вдоль стены из агентов и от 150 пропущенных вызовах за два часа.
Хуже них только работники кладбища. У меня до сих пор перед глазами стоят ряды разрытых могил и слова: "Если десять тысяч не заплатите, то будет совсем неудобное место". И я понимаю, что им насрать. Ко мне по очереди подходили те, кто копает могилы, несёт гроб и просят "накинуть".
Это очень страшно. Это просто ужасно. В этот момент психика просто переставала справляться, и мне хотелось, чтобы весь этот кошмар закончился. В память навсегда врезается звук удара земли о крышку гроба, серое небо, грязь и толпы плачущих людей, чьих родных хоронят в соседних могилах.
Мне было семь лет, я возвращалась из школы и позвонила в звонок, родители были дома. Папа открыл только первую дверь, сквозь вторую спросил, кто там, я ответила. На что мой папа удивился и сказал, что все свои дома, а я, видимо, не туда позвонила. Я не опешу всю агонию страха и паники, которая меня тогда охватила. Решила даже, что меня кто-то подменил! Там же через секунд 10 разрыдалась. Родители открыли и стали со смехом успокаивать. До сих пор помню этот случай, считаю [бах]нутым поступком.
Совершенно реальный случай. Привезли в приёмное отделение мужика с небольшой черепно мозговой травмой, но в состоянии полной алкогольной отключки. Ну, доктор сестре велел катетер пациенту поставить, чтобы мочу отводить. Медсестра была неопытная, только из училища. Обернула она ему крайнюю плоть марлевой салфеточкой, заголила головку и стала резиновый катетер вводить. А дело это для неопытных рук очень непростое. Она и так и этак, введёт часть трубки, потом вытащит, объект из марлевой салфеточки периодически выскальзывает, медсестра его снова прихватывает и заголяет и так на протяжении двадцати минут. И тут вдруг она испуганно восклицает. Работающие рядом коллеги удивлённо поворачиваются – медсестричка вся пунцовая от стыда, а на груди её накрахмаленного халата потёки спермы пациента. Мужик при этом даже и не проснулся. Интересно, что ему снилось?
Снимал старый дом одно время. Хозяева предупредили, что в доме иногда творятся странные вещи. Ни ТВ, ни компа не было, поэтому только слушал музыку в наушниках с телефона, вполголоса подпевая. В один вечер, когда я уже был в полусне, дверь в комнату распахивается и в ней на фоне полумрака тёмный силуэт с топором. Как же я орал! Оказалось, хозяин дома забыл, что сдал его, и приехал проверить. Говорит - слышу завывания из спальни (я в это время пел), сам чуть не обосрался от страха.
Пять лет жила в США нелегально, работала как и все, копила деньги и в итоге вернулась на Родину. Но как же я жалею, что все пять лет просидела в одном городке, так как банально боялась путешествовать из-за своего статуса. Нигде никто ничего не проверяет — сел в самолет и вот ты в другом штате, но я все равно боялась, а вдруг проверят. Мои друзья, такие же нелегалы, объездили все штаты, увидели столько всего, а я банально из-за страха ничего не видела, и уже не увижу.
Был у нас в городе парень. Его прозвали Ташкент. За обгорелое лицо. Он ушел срочником в армию и попал в Чечню. За два года, пока он служил мать умерла, отец спился и пропил квартиру, в которой Ташкент был тоже прописан. Как это провернули в конце 90-х - понятно. Батя тоже умер от пьянки. А парень вернулся. На новой "восьмёрке" - "боевые" выплатили. Только нет ни мамы, ни папы и в квартире чужие. Жил в машине, мылся в бане и тоже забухал. Так и сгинул... Никому не нужный, забытый герой.
Мой дедушка потерял во время войны в Чечне всю семью — жену, мать, сына, дочь и зятя. Когда мы переехали, он открыл приют для животных, за городом арендовал поле. Животные вернули его к жизни, он их очень любил. Когда мы поехали закупаться продуктами и медикаментами, жители города сожгли приют, а вместе с ним всех животных и ветеринара. Потому что мы, "беженцы, вытягиваем деньги с государства". Виновных осудили, а дед умер в тот же вечер — разрыв сердца. А ведь приют был частным.
Прохожу практику в опеке. Сегодня ездила изымать детей. 1му-2года, 2ой-8лет. Обоих отдали в приют. Сердце кровью обливается, когда они сидят уткнувшись в тебя и просят, чтобы я осталась с ними или хотя бы навещала. Бедная девочка даже не знает когда у нее день рождения. Смеюсь, играю с ней, а внутри всю трясет.
Еду сегодня в трамвае в универ, стою возле окна, скучаю... Тут мой
взгляд попадает на проежающий навстречу автомобиль со знаком "У". За
рулем, естественно, "чайник" с вылупленными от страха глазами, судорожно
перебирающий руль влево-вправо, чтоб хоть как-то двигаться прямо =)
Таким макаром он проезжает мимо нашего трамвая, и мой взгляд теперь
падает на заднее стекло. А там... лист формата А4 с "коронной" надписью: "Вспомни себя".
"Вспомни себя".
Моя знакомая с обеда перестала выходить на связь. Каждые два часа пытался до нее дозвониться — безрезультатно. К вечеру поехал к ней домой. Машина у подъезда, приоткрыто окно в спальне. Поднялся, позвонил. Она ответила нечленораздельной речью, круша все, что попадало на ее пути до двери. Открыть замок не смогла, не попала ключом в скважину. Хотел уехать, подумал пьяна. Для успокоения вызвал спасателей. Те не ехали без скорой и полиции. Поднял всех. От каждой службы выслушал миллион упреков, отказывались вскрывать дверь, убеждали меня в ее алкогольном опьянении.
Дверь открыли, девочка уже лежала без сознания на полу, на кухне начинался пожар, все было в дыму. Спасли жизнь в последние минуты. Позже стало ясно — пыталась покончить с собой, наглоталась таблеток, перестала себя контролировать, включила плиту, на которой были упаковки с едой и сухими завтраками.
Я ведь чуть не поддался убеждениям и не уехал домой перед вскрытием двери, боялся позора, что поднял больше десятка человек из-за пустяка. Я знаю теперь, что лучше опозориться, выглядеть глупо, оплатить ремонт напрасно сломанной двери, чем до конца жизни винить себя, что не помог близкому человеку. Я ведь чуть ее не бросил умирать, никогда бы себе этого не простил.
Мне кажется, что я сошла с ума. Я влюбилась, и это не совсем обычная любовь. Это не снос крыши, романтика и вздохи при встрече. Эта любовь безответная и никогда взаимной не станет. Ему всего 18 лет, но у него невероятные глаза. Они такие глубокие, такие взрослые и серьезные, что кажется, будто на тебя смотрит настоящий мужчина, а вовсе не мальчик. И я никогда его не видела в жизни, лишь на фото. На одном единственном фото... на фотографии, вставленной в памятник, на его могиле. Он умер 47 лет назад, его памятник почти упал, а рядом две упавших железных таблички, видимо, родителей. Могила его заброшена, и я на ней убралась, поставила цветы. И такого тепла в сердце я никогда не чувствовала. Я шла с кладбища с ощущением, будто меня провожают. Провожают взглядом, тихо и с большой благодарностью. Я не могу забыть эти глаза. И кажется, что никогда не забуду их.
Вчера наблюдала очень удивительную картину. На набережной нашего города сидел молодой парень с гитарой, его руки были в ожогах, тело загорелое от тяжелой работы. Он сидел и играл на гитаре, я долго наблюдала за ним, спустя полчаса парень начал запевать песню, было слышно, что парень делает это не профессионально, но с огромной душой и старанием. Как ни странно, денег он не просил, но проходящие люди все равно оставляли ему мелочь и купюры побольше. Было видно, что ему доставляло удовольствие его занятие, и в некоторые моменты он закрывал глаза, и на его лице появлялась еле заметная улыбка. Не знаю, сколько прошло времени, но этот парень словно заколдовал меня и многих людей вокруг. Мы сидели и слушали, как маленькие дети. К концу его "выступления" вокруг него собралось много народу, и как только он закончил, набережная окатилась раскатистыми аплодисментами, парень даже на секунду испугался. Каждый из людей, находящихся там, подошел и подкинул молодому парню денег, а тот лишь растерянно улыбался и изредка вытирал скатывающиеся слезы со щеки.
