Не жалею
Отработал хирургом почти двадцать лет. И, наверное, повезло мне так, что пациенты не жаловались никогда. За последний месяц одному кисть пришил, когда её бензопилой отрезало. Другому колено собрал. Были и опасные операции и просто длительные многочасовые. Но все пациенты в конце приходили благодарить. А если не приходили,
Есть у меня один сосед по даче. Его участок далеко от моего, но общаемся достаточно. Он очень противный. Ему только-только стукнуло прошлым летом 40, а выглядел на все 50. Очень скверный характер, считает, ему все должны. Для простоты буду называть его Васильевым. Васильев думает, что за те несчастные копейки налогов, что он отдаёт бюджету, каждый врач, гаишник и учитель обязан облизывать его нижние полушария.
Естественно, все представители этих ремёсел ниже него по жизненному статусу. Когда мы с ним однажды вместе шли с вёдрами к скважине, у нас выдался короткий, но примечательный разговор. Васильев похвастался тем, как пару лет назад засудил одного врача реанимации, когда тот откачал его при остановке сердца.
Во время непрямого массажа сердца повредились рёбра и усугубилась невралгия, которой Васильев страдал уже десятилетие как. Врача отстранили, а затем уволили по статье с записью в личное. Васильев поднапрягся и ещё отсудил у него энное количество денег. Я ещё удивился: на моей практике ни разу не увольняли реаниматологов. А тем более их не удавалось засудить. Ни один главврач не допустит такого, больницы держатся за свой персонал крепко. И как можно судить человека, который тебе жизнь вообще-то спасал?
Васильев довольно погладил хлипенький ус и недвусмысленно обозначил свои связи в нужных местах с нужными людьми. Пациенты нередко идиоты, но чтоб такие — впервые видел. Спрашиваю его, а как же врачу надо было поступить тогда, не спасать тебя что ли?
— А мне всё равно, как бы он поступил — заржал сосед. — Если бы я умер, то мне уже всё равно было бы, а так всё что смог с него поиметь — всё выдоил. И мог он меня спасти без ломания рёбер или не мог, это не моё вообще дело.
— А в чём тогда твоё дело?
— В том, что я смог у этих иждивенцев вернуть из своих налогов.
Дальше я молча нёс вёдра и много думал.
У врачей не принято распространяться о профессии. Потому что сразу же ты перестаёшь быть для окружающих человеком, и интересен им лишь как личный доктор. В любом случае, поверьте на слово, из чистосердечных признаний «я врач», ничего хорошего не выходит. НИ-КО-ГДА.
И вот какая-то нечистая душа заприметила у меня огромный чемодан «аптечки» и соседи сделали выводы. Теперь каждый приезд на дачу меня встречала толпа, чтобы одолжить лекарств и проконсультироваться. Я хирург, как я вас буду консультировать, дурни?!
Но вслух, конечно, отрицал всякие свои связи с врачебным делом. А потом как-то работы навалилось со всеми нововведениями. Зимой, весной и летом на даче не появлялся. Когда в сентябре приехал, надеялся, что забыли про соседа с кучей бесплатных лекарств.
Ан нет — только калитку отпирать начал, бежит с дальнего конца участков соседка. Нехорошо как-то бежит. Точно что-то случилось, за километр видно, что не лопата понадобилась. Ещё тридцать метров не добежала до моего забора и кричит:
— У Васильева приступ! – я даже ключи крепче сжал.
— Какой приступ? – соседка запыхалась совсем, но на последнем издыхании выдаёт: «сердце».
— В скорую звонили, они едут уже. Иди скорее помоги, ты врач же, ему плохо, он лежит совсем никакой. – Я её слушаю и понимаю, что скорая не успеет. Ближайшая подстанция почти в тридцати километрах отсюда. Ну совсем никак не доедет. И скорая это знает. Они не пошлют машину так далеко, когда недавно дожди сильные прошли. Многие сейчас по ментовским вызовам на дорожные аварии выезжают.
— Какой Васильев? – спрашиваю.
— Из зелёного трёхэтажного, на выезде почти участок.
— Не знаю оттуда никого.
— Ну какая разница, пошли быстрее. Бери чемодан свой, а то ещё неизвестно, когда врачи приедут, а он уже минут десять лежит весь белый.
— А я-то что? Я не врач, как я ему помогу?
— Как не врач? А всем посёлком к тебе за лекарствами ходим, ты всё знаешь всегда. Пошли быстрее!
— И что, что знаю. Ну дам я ему таблетку какую-нибудь, а ему хуже станет. Я права не имею.
Соседка как рыба молчит, глазами хлопает, рот открывает.
— Я не пойду никуда и лечить его не буду. Тут не больница. — Открыл калитку и пошёл в дом. Соседка у забора с минуту постояла, а потом убежала назад.
Васильев умер. За ним приехали через два часа и констатировали. Мог бы, конечно, его тогда спасти. Но пока в интернете есть хоть какая-то анонимность, с чистой совестью признаю, что не жалею. Пока такие мрази, как он, пытаются засудить врачей, спасающих жизни, люди будут умирать. Так пусть лучше умирают такие как он.
Я в прошлом скинхед. Как и полагается, я ненавидел все, что было чуть темнее белокожих людей, однако мое мнение резко изменилось после встречи с ним. Однажды мы с пацанами, сидя у меня на хате (жил я в трехэтажном доме), повздорили, повод уже не помню, но дело дошло до ножей, и меня глубоко секанули по плечу. Хотели звонить в скорую, но потом вспомнил, что недавно к нам переехал врач, думаю, пойду-ка я к нему. Поднимаюсь, дверь мне открывает азербайджанец, как я думал тогда — "хач, [м]лять, какой-то, а где врач". Он реаниматолог с ночного дежурства. Тогда я увидел выражение лица настолько недовольное всем происходящим, что спустя 10 лет после этих событий недовольнее лица я не видел. Он, естественно, сразу послал нас нах[рен], а потом заметил порез и без разговоров втащил меня к себе, при том, что я крыл его матом, он все обработал и обезболил, наложил повязку и сказал, как ухаживать. Адская боль от пореза ушла, после этого мы часто пересекались и перекидывались парой фраз (он спрашивал про рану), решил я ему отплатить и поставить пузырь. Выяснилось, что он не пьет, но любит поговорить, в ходе разговора выяснил, что у него два медобразования, и мне стало настолько завидно, что парень моего возраста достиг всего в то время, как я ничего. И я, как ни странно, взялся за ум, жизнь моя изменилась, и я стал счастливее и успешнее. Неделю назад мы с ним праздновали десятилетие дружбы и теперь мне плевать на понятие "нация".
Сибирский мужик
Мы тогда с женой из Монголии возвращались. Насовсем. Контракты у нас с ней закончились, ещё теплый август 88-го, Иркутск.
Поезд сделал остановку, пассажиры высыпали на перрон. Кто-то побежал за прессой, сигаретами, газировкой. А мы вышли размяться и подышать воздухом тогда ещё бескрайней родины. Ну, и на людей посмотреть. Как они тут, в Сибири, живут.
Через платформу напротив стоял состав из Китая. Местные мужики-ремонтники отцепляли от состава прицепной вагон. И что-то там у них не заладилось со сцепкой. А состав с китайцами ждать не может. График. И все вытекающие от простоя международного состава последствия.
Как я понял позже, этот форс-мажор достиг уже пика. И тут появился сибирский мужик с кувалдой. (Размеры этого мужика и его кувалды описанию не поддаются). И вот в процессе воспитания строптивой сцепки мужиком при помощи кувалды, на весь вокзал, вклинивается голос бубонщицы из матюгальника.
- ТЫ ТАМ ГЛЯДИ РЕЛЬСЫ НЕ ПОГНИ!
Мужик ей ответил.
И если бубольщица говорила по громкой связи, то мужик ответил своим природным матом так, что сцепка сама отвалилась.
Стаи голубей и ворон тут же поднялись от этого термоядерного голоса выше журавлиного клина. А пожилая проводница одобрительно окинула всех нас присутствующих гордым взглядом.
рассказывал знакомый по студенчеству, он в педухе (Минский педагогический университет) учился. у них там такая тема была, богатые родители объявки вешали возле университета, типа "ищу гувернанта для 18 -летней девочки". Ну, и там многие этим подрабатывали, в том числе и он. Хозяйка - жена какого-то бизнесмена, дочке - 13 лет,
К этому моменту рассказа хлопец-гувернант уже катался по полу, а хозяйка говорит: "Тебе смешно, а подруга инфаркт схватила, завтра поеду навещать. А самое страшное, у моей Светки день рождения через месяц!"
Эх, креатив... Пью утренний кофе с грузинским коньячком, никого не трогаю, смотрю на ютубчике Бойко о главном - дважды, на минуточку, иноагента... Лепота. Входящий звонок, причем по WhatsApp, с номера +9934... . . :
Здравствуйте, Вас приветствует теле2, сейчас переключу Вас на оператора, и, буквально сразу - довольно молодой мужской голос:
- Здравствуйте, Вы знаете, что срок Вашего договора на обслуживание sim-карты заканчивается в течение этого месяца?
- Здравствуйте, а почему оператор теле2 не пользуется номерами своего, до боли любимого, оператора сотовой связи?
- Ну... Вы знаете, откуда я сейчас звоню?
- Догадываюсь - из колл-центра учреждения, в котором я, лет пять назад, служил, только форма одежды у нас с Вами была разная...
Связь резко оборвалась, а жаль... Так хотелось поговорить, узнать, хоть примерно, в какой колонии сиделец зарабатывает копеечку, какой процент отстегивает хозяину и главное - почему он, с@ка, ещё не смывает свою судимость кровью...
У меня есть некие психологические проблемы. Я — закрытый человек, не любящий обсуждать, что накипело внутри меня. Психологи недавно поставили диагноз — депрессия. Но никто мне не мог помочь. Специалисты просто вытягивали из меня информацию, но я все равно им мало, что рассказывала. Семья и друзья стали причиной моих расстройств, поэтому им я тоже не рассказывала о своих переживаниях. И в один вечер ко мне в друзья добавился паренек. Я, от нечего делать, приняла заявку. Мы много шутили, смеялись, разговаривали. А потом он вдруг пишет: "Ничего не хочешь мне рассказать?". Я в недоумении. "Тебя что-то беспокоит? Ты можешь мне рассказать, правда". И я ответила: "Да, меня беспокоит многое". Я высказала все, что копилось во мне. Да, я рассказала все свои переживания человеку, которого знала от силы два часа. А потом мы проговорили по телефону всю ночь. Он тоже поделился своим сокровенным. Оказалось, что мы в одном городе живем, в рядом стоящих домах. Судьба?
Как вытащить стрелу из лица, если ты хирург 15 века
В начале 15 века английский хирург Джон Брэдмор провел одну из первых известных в истории челюстно-лицевых операций. Он достал стрелу из покалеченного лица 16-летнего принца Уэльского.
21 июля 1403 года войска короля Генриха IV разбили мятежников Генри Перси в битве близ города Шрусбери
Лучники повстанцев засыпали противников стрелами. По словам хрониста Томаса Уолсингема, солдаты короля «падали, как листья после первых осенних заморозков». В пылу боя молодой принц повел свой отряд на вражеских лучников. Он открыл забрало шлема, чтоб отдать приказ, и вражеская стрела впилась в щеку под левым глазом. По свидетельству Тито Ливио Фруловиси, биографа Генриха, принц продолжил атаку с восклицанием, что хочет «вдохновить воинов не словом, а делом».
Одержав победу, король велел доставить раненого сына в ближайший замок Кенилворт для лечения. Рана Генриха была потенциально смертельной: стрела попала под углом в левую щеку, пробила скулу и застряла в кости задней части носа у шейных позвонков. Если бы острие углубилось еще на 3 сантиметра, история не знала бы победителя при Азенкуре, а Шекспир не написал бы пьесу «Генрих V».
После нескольких неудачных попыток вытащить наконечник стрелы «зельем и другими методами», которые только умножали страдания парня, Генрих IV обратился за помощью к Джону Брэдмору. Тот был опытным хирургом, но подрабатывал изготовлением украшений и фальшивомонетничеством, из-за чего имел проблемы с законом.
Чтобы достать острие, лондонский врач создал уникальные щипцы — «экстрактор Брэдмора». Он состоял из тонких концов, которые общей шириной не превышали втулку наконечника стрелы, и винтового механизма, который проходил через их центр и позволял зафиксировать наконечник перед извлечением.
«Сначала я сделал маленькие зонды из сердцевины бузины, хорошо высушенной и обернутой чистой тканью. Эти зонды были пропитаны медом розы. После этого я сделал более крупные и длинные зонды и продолжал увеличивать эти зонды до тех пор, пока не получил желаемую ширину и глубину раны», — писал Брэдмор в своем трактате.
Наконец хирург ввел щипцы во втулку стрелы: «Перемещая их туда-сюда, понемногу (с помощью Господа) я вытащил наконечник. Джентльмены и слуги вышеупомянутого принца стояли рядом и все благодарили Господа».
Операция проходила без обезболивания. Чтобы рана не нагнаивалась, Брэдмор залил ее белым вином и закрыл пропитанными медом тампонами. Через 20 дней принц Генрих начал поправляться.
Итак, Джон Брэдмор выполнил одну из первых в истории полностью успешных челюстно-лицевых операций. Рана Генриха зажила, но шрам остался на всю жизнь. Брэдмор стал придворным королевским врачом. Принц дополнительно назначил ему пенсию 10 марок в год.
В Ленинграде имели красивейшего кота, который перелетел вместе с нами жить в Алма-Ату. Котик был прекрасно выдрессирован, знал, что на стол и кровать ему - ТАБУ, из холодильника никогда не воровал, если хотел попросить вкусняшку, приседал на задние лапы и стоял столбиком ("служил") до тех пор, пока не давали колбаски, шоколадной конфетки, гематогенки или ещё что-нибудь, если хочешь на улицу - мяукни у входной двери.
Только-только приехав в Алма-Ату, мы принесли домой кем-то выброшенного маленького щенка. И кот взял над ним шефство! ОН(! ) обучил щенка всему, чему был научен сам: не воровать, не лазить, куда нельзя, если хочешь кушать - "служи" возле своей миски. А пёс научил кота, возвращаясь с улицы, вытирать лапы о тряпку, постеленную у входной двери. Они были настоящими друзьями! Зовёшь на кухню ОДНОГО, но с топотом слонов, всегда прибегали оба дружка. Вместе, по-братски, из одного "корытца", они ели всё, даже дыни и арбузы! Надеюсь, вы сейчас находитесь на самом высшем уровне ккошачье-собачьего рая!
Фиолетово-серый декабрь 1992 в Петербурге. Точнее - в Лигово. "Голубой" торговый центр: бесформенный конгломерат магазинчиков, кафе, мелких складов. Фанера вместо стекол, безграмотные объявления в дверях, грамотные непристойности на стенах, короче - Питер.
Возле двери в относительно приличный магазин стоит прогулочная коляска.
Вокруг коляски, охватив протяженностью своего тела все четыре колеса, свернулся невероятных размеров мраморный дог. Дог тоже спит.
Дама в сложной шляпке, сложив ярко-красные губы умилительным образом, замечает мужу:
- Ах, посмотри, Боря, какая прелесть... Собака охраняет ребенка. Какая умница.
Боря (живчик лет сорока, в офицерском пальто с погонами майора):
- Дрыхнет она, чего она охраняет. Тож мне, дневальный по роте. Вот, смотри, - приближается к коляске и пинает ботинком снег в сторону собаки. Дог не реагирует. Боря делает еще шаг. И еще...
Тут Боря пересекает невидимую черту; из незаметного доселе кармана коляски, как чертик из табакерки, выскакивает крохотная лупоглазая голова левретки и говорит одно-единственное визгливое "тяффь".
Хорошо, что Боря имеет развитую способность к анализу ситуации, здоровое сердце и хорошую реакцию. Он все осознает и начинает обстоятельно удирать, когда последний звук слова "тяффь" еще висел в воздухе. Но слишком скользко. Дог переходит к бодрствованию гораздо раньше, чем майор Боря успевает сгруппироваться и принять решение об отступлении на четырех конечностях.
Майор, удирающий по льду от собаки на локтях и коленях со всей возможной скоростью, и собака сопровождающая его взглядом и тихим подгоняющим урчанием. Это было чудное виденье. Какую-то секунду я видел собаку и военнослужащего совсем рядом и похожие позы дали мне возможность их сравнить. Дог выглядел крупным, изящным и благородным. Подполковник казался мелким, нелепым и очень суетливым.
Доги, как мне не раз приходилось убеждаться, необычайно добродушные и снисходительные существа. Я не думаю, что дог причинил бы вред майору Боре, даже если бы тот замешкался. Не поручусь за левретку.
Записная книжка Н. Миклухо-Маклая.
Первый раз отправляясь к деревне папуасов на Новой Гвинее, Миклухо-Маклай не взял с собой револьвер, чтобы не впасть в искушение использовать его в случае опасности. При учёном были только записная книжка и карандаш. Жители не обрадовались вторжению: женщины и дети попрятались, а вооружённые
В ответ на это Миклухо-Маклай разложил в тени циновку, улёгся на неё и благополучно уснул, рассудив, что "если уж суждено быть убитым, то всё равно, будет ли это стоя, сидя, удобно лёжа на циновке или даже во сне". Пробудившись через пару часов, путешественник увидел куда более умиротворённых туземцев, которые мирно сидели поодаль уже без оружия.
Проживая среди папуасов, Миклухо-Маклай "сменил" несколько местных имён. Сначала туземцы решили, что на их землю приплыл злой дух Бука: их испугали артиллерийские залпы, которые дал корабль в честь дня рождения генерал-адмирала.
Познакомившись с учёным поближе, местные жители стали называть его "тамо русс" — "русский человек". Позже переименовали его в "каарам тамо", что значило "человек с Луны". Случилось это после того, как появившийся у путешественника среди местных жителей друг Туй узнал о болезни его слуг. Туй предупредил: если Миклухо-Маклай останется один, туземцы его убьют, а дом разрушат. Чтобы избежать этого, учёный решил припугнуть папуасов, подтвердив свою репутацию сверхъестественного существа. Дождавшись проплывавших мимо рыбаков, он запустил в воздух фальшфейер, который туземцы приняли за "огонь с Луны".
Ещё через некоторое время Туй оказался на грани смерти из-за глубокой раны на голове — на него упало дерево. Миклухо-Маклай несколько дней старательно выхаживал друга, пока тот не оказался вне опасности. После этого путешественник получил имя "тамо билен", что означает "человек хороший"... Из сети
Из сети
Коллега рассказал:
Разболелась у него нога, пошел к врачам. Нашли то ли воспаление сустава, то ли нерва. В общем назначили лечение физиотерапией. Какая-то болючая процедура.
Первый раз пришел, ему медсестра средних лет сразу сказала, что "Шевелиться нельзя, малейший дискомфорт и сразу вызывайте... "
Ладно процедуру выдержал, тем более, что медсестра каждые две минуты подходила и проверяла.
На следующий день уже другая работает -- лет 20-ти, вся такая прикинутая, накрашенная. Ассоциации сразу возникли с "фильмами для взрослых".
Ничего не говорила, включила прибор и умотала. Минут через 5 коллега почувствовал сначала дискомфорт, потом ногу начало припекать. Позвал медсестру. Появилась, наморщила лобик, потрогала провода, посмотрела на прибор и заявляет:
- Что Вам не нравится? Тут все нормально...
- Девушка, снизьте нагрузку, нога болит.
- В этом режиме нога болеть не может.
- Но болит же...
- Не врите. Я понимаю, это Вы хотите на меня полюбоваться и так хотите познакомиться. Но я глупостями на работе не занимаюсь, так что и не пытайтесь.
И удалилась с гордо поднятой головой.
В общем коллега на работу на следующий день выйти не смог - нога просто отказалась работать.
АНГЛИЙСКАЯ ДЕМОКРАТИЯ
Во время турне по Европе и Америке в 1929-1932 годах Григорий Александров и Сергей Эйзенштейн прибыли в Англию, где их встречал Бернард Шоу. Прославленный писатель возил их по стране, показывал достопримечательности, повторяя при каждом удобном и неудобном случае, что всё измельчало, выродилось и что "Англия - дерьмо! ". В один из дней он привёл гостей к ограде королевского дворца, где у входа стоял флегматичный гвардеец.
- Вы видите иногда короля? - обратился Бернард Шоу к гвардейцу.
- Да, сэр, - отвечал тот.
- Вы не могли бы передать нашему королю, что Англия - дерьмо!
- Хорошо, сэр, - невозмутимо и хладнокровно ответил гвардеец.
Это настолько развеселило и обрадовало Бернарда Шоу, что он, повернувшись к Александрову и Эйзенштейну, восхищённо сказал: - Нет, господа, пока в Англии есть такие гвардейцы, она ещё не дерьмо!
- Нет, господа, пока в Англии есть такие гвардейцы, она ещё не дерьмо!
Севастополь. Конец июня. Жара.
Кто знает что такое жара в Севастополе - меня поймёт.
Кто не знает, - объясняю: в 7 утра на солнышке термометр нагревается до +46, но тень ещё держит утреннюю прохладу (всего +25); часам к десяти сдаётся и тень... +30 уже в тени...
Так вот, десять утра, выбежал в магазин на остановку за сигаретами.
Очередь - пять человек. Первая - девушка... Не, не так, - ДЕВУШКА!
Модельная внешность, полуобнажённая грудь, загоревшая на пляже, ноги от ушей, роста 1, 85 м. Просто сам 1,70 и впечатление моё можно понять...
Итак, про девушку... Гламурная сумочка из качественной овечьей кожи окрашенной в розовый цвет... Вот это милое чудо на прилавок магазина ставит сумочку, достаёт оттуда милейший пакетик с цветами туберозы и милым голосом вещает:
- Две литровые Хортицы, пожалуйста!
Остолбенели все. В том числе и продавец. Только добавили жару два паренька, стоявшие передо мной. Один другому даёт подзатыльник и говорит: - Я ж говорил, что водку будет брать! А ты - пепси, пепси...
- Я ж говорил, что водку будет брать! А ты - пепси, пепси...
Значит такая история. Были у нас на потоке два друга Виталик и Вадим. Ребята хорошие, друзья не разлей вода. Оба занимались радиотехникой, хобби у них такое было. Один хорошо тянул классы гуманитарные, а другой сек в точных науках. Кароче изобрели они хитрый способ друг другу помогать в тех предметах в которых плохо сек один, но хорошо сек другой. А попросту сидя в разных концах аудитории они стуча карандашиком по парте передавали друг другу азбукой морзе (которую благодоря своему пристрастию к радиотехнике оба отлично знали) все что было необходимо передать. Несколько раз преподы делали им замечание по поводу стука, но они как правило отдувались тем что это у них нервное от волнений или другую белеберду такого рода. Кароче как правило проходило.
Ну так вот, как то раз сидя на контрольной они как обычно стучали друг другу вопросы и ответы когда наш препод по истории, до того сидевший спокойно, вдруг выдал: -Товарищ студент, вы если уж стучите исторические факты, так стучите их правилно хотя бы. Сын Екатерины Великой Павел не подовлял востания декабристов, то был ее внук Николай несколько позже.
Аудитория не могла успокоится до конца контрольной. Кто ж знал что историк знает морзянку.
Когда мне было 12 лет, а сестренке 6, мама как-то отправила ее в магазин за хлебом. Находился магазин за домом, буквально в минуте ходьбы от подъезда. Я заметила, что как-то долго нет сестренки, бегу в спальню, окно из которой выходит на тот самый магазин и вижу такую картину: сестренку тащит за руку какой-то мужик, а малявка упирается, дурью кричит, а прохожие даже не замечают этого. А я как заору из окна ее имя, так этот урод подхватил ее на руки и давай бежать. Меня такой дикий страх сковал. Я тут же к маме бегу, со слезами сообщаю обо всем. Бежим мы на поиски сестренки, однако далеко бежать не пришлось.
Буквально в 10 метрах от магазина был пенсионный фонд, сестренка плачет навзрыд, лицо в ссадинах, а эту тварь усердно [зв]издит тростью наш сосед, пожилой дядя Саша. Оказалось, что в тот момент, когда сосед выходил из пенсионного фонда, этот мужик споткнулся и рухнул на асфальт, а дядя Саша сразу понял, что к чему, и давай бить его со всей дури. Мужика того посадили, а мне казалось, что в свои 12 лет, я поседела от страха за мелкую.
