Медицинские истории #больница

дюжины две любопытных венерологических историй, которыми могу здесь поделиться. Это, в общем-то, все, чем изучение венерологии смогло мне пока пригодиться – ну, спасибо ей и за это.

Пару историй я в очень усеченном виде рассказывал в комментах лет 5-7 назад, думаю, их мало кто помнит с тех времен. Для самых памятливых могу сразу пообещать, что версии будут «расширенные и дополненные».

При всех недостатках периода распада Союза как минимум один положительный момент у СССР точно был – число больных заболеваниями, передаваемыми половым путем (ЗППП), в конце 80-х было минимальным. Помню, на весь наш большой город-миллионник за четыре месяца моего обучения было не то три, не то четыре случая сифилиса.

Один из случаев был интересен лишь личностью пациента – это был известный дирижер из Москвы, который просто не хотел светиться с таким диагнозом в столичных клиниках (ну, трахнул дежурную по этажу в какой-то провинциальной гостинице где-то на гастролях... ).

А те три случая, что остались, расследовались по полной программе, хоть и без привлечения ментов – так тогда было положено, никакой анонимности венбольных и сокрытия контактов не допускалось…

Один из пациентов был шофер дальнобойщик, подхвативший сифилис от плечевой где-то в районе МКАД. Там была интересная ситуация. Трахнул он плечевую, и при этом простыл (в октябре дело было). Приехал он в родной город на следующий день ceксуально удовлетворенный, но с температурой 38 С. Тем не менее, родную жену он таки успел поиметь, после чего его на скорой увезли в больницу с тяжелейшей пневмонией. Он провалялся в больнице почти месяц, чуть концы не отдал, но – пневмонию у него вылечили. Высокими дозами антибиотиков. Которые параллельно вылечили его и от начинающегося сифилиса (подхваченного от плечевой). И вот этот шофер возвращается, голубчик, домой, здоровый, практически стерильный – а там его встречает родная жена. А у жены за этот месяц первичный сифилис уже перешел во вторичный. И она его, голубушка, только что вылеченного от сифилиса, повторно заражает ЕГО ЖЕ сифилисом. Через пару недель он идет к врачу с шанкром на члене. Диагноз – ПЕРВИЧНЫЙ сифилис. Обследуют жену – ВТОРИЧНЫЙ сифилис. По всем канонам – она источник заражения, а он чист, аки голубь небесный. «Признавайся, с@ка, с кем спала». А она – честная женщина, спала только с мужем, плачет, готова руки на себя наложить. Недели две врачи мучались с этой парой, но потом все же восстановили истинный ход событий. Более того, по описанию, данному шофером, и ту плечевую нашли потом, месяца через два. Нашли, кстати, во Львове… Сейчас такое даже и представить нельзя, контакты никто не разыскивает, даже и права не имеют, тем более Львов теперь вообще другая страна…

Между прочим, наша зав отделением была полностью уверена тогда, что термин «плечевая» возник от того, что дама сия «кладет голову на плечо водителю во время поездок». Все попытки мужской части нашего отделения рассказать ей какие-то базовые вещи насчет «плеча перевозок» не увенчались успехом.

Второй случай был такой – одинокая деревенская бабушка, лет 75, из дальнего района, вернувшись раз с огорода в свою избу, увидела сидящую на столе большую крысу. Бабушке это не понравилось, она махнула на крысу рукой, чтобы ее прогнать, а та, не будь дура, вцепилась ей в руку и прокусила палец до крови. На следующий день бабушка поехала в ЦРБ, показаться врачу, обработать укус, и узнать, нет ли бешенства в районе, а то, может, и уколы от бешенства делать пришлось бы. Ехать в ЦРБ было долго, бабушка приехала туда поздно, и врач, принимавший ее, сказал: «Бабуся, чего тебе на ночь глядя домой теперь тащиться, твой автобус уже ушел, давай мы тебя дней на 5 в больницу положим, пообследуем, а если ничего не найдем, там сразу выпишем».

Положили бабку в больницу, больше, как бы сейчас сказали, по социальным, а не по медицинским показаниям, ну а наутро – как учили, анализ мочи, анализ крови, реакция Вассермана. RW оказалась, не поверите, 4 креста (++++, все очень плохо). Повторно взяли кровь, уже более специфичный метод использовали – все равно ++++. Сифилис, однако! Стали к бабке подкатывать, мол, когда последний раз с мужиком-то была, бабуся… Та краснеет, и говорит, что, кажись году в 1968 согрешила с дедом со своим, ныне уж покойник он, лет 10 тому как. В ЦРБ с венерологами швах, так что отправляют бабку в область. При этом все соседки узнали, что «у Никитичны – сифилис», аж запретили ей из общего колодца воду брать, она уж очень сильно переживала. Приехала Никитична в областной КВД, а там и увидели, что сифилис-то у нее – врожденный, со всеми характерными признаками (зубами, голенями, и т. п. – кому интересно, милости просим в Википедию). Начали расспрашивать о родителях, о семье. Та рассказывает, что она самая младшая, у матери ее было 5 беременностей, первая закончилась выкидышем, следующая – ребенок родился, но умер примерно года в полтора, второй дожил лет до десяти, и тоже умер от какой-то непонятной болезни. Еще один брат болел и умер лет в 40, она вот дожила до 75 лет, и есть еще у нее младшая сестра, 70 лет, живет там-то и там-то, ничем не болеет, да и сама она ни разу – до этой крысы проклятой – к врачу за свою жизнь не обращалась, все было хорошо, вот только детей не было. Нашли сестру, сделали анализы – у той тоже ВРОЖДЕННЫЙ сифилис. Т. е. согрешили папа с мамой где-то в самом начале XX века, несмотря на это, сами выжили, ну и родили детей, которым передали свою инфекцию. Первенец получил спирохет больше всех и не справился с такой нагрузкой. Чем дальше от момента заражения, тем меньшую дозу спирохет передавала мать своим детям, тем здоровее они были, и тем дольше жили. Если бы не та злополучная крыса, то две младших дочери, не обращаясь в своих деревнях к врачу, так бы никогда и не узнали, что всю жизнь были больны сифилисом.

А вот и третий случай - в одной воинской части дочь капитана и поварихи гарнизонной столовой решила пойти по стопам матери и устроиться в столовую после окончания десятилетки (в 17 лет). На предварительном медосмотре - вторичный сифилис. Что, как, у родителей чуть не инфаркт с инсультом. Как положено в советское время было – начали выяснять возможный источник заражения «капитанской дочки». Выяснилось, что минимум 40 подчиненных ее папы-капитана ее трахали - за бесплатно! - за последние полгода (мы лечили сифилис, а не занимались моральным обликом советских военнослужащих, поэтому предыдущие периоды нас не интересовали). Всех, кого она вспомнила, голубчиков, мы доблестно профилактически (! ) пролечили - признаков заболевания не было ни у кого! Девушка была по-своему не дура, и выбирала для ceкса преимущественно военных в чине не ниже лейтенанта. Один лишь у нее был в списке контактов рядовой – москвич, сын какого-то генерал-лейтенанта, короче, мальчик перспективный. Но, как потом случайно оказалось, не она одна «полюбляла» этого генеральского отпрыска. В Москве, как мы потом выяснили, оный генеральский сынок (18 лет) за милую душу «пользовал» 40-летнюю секретаршу своего папы. Она ему минимум раз в неделю звонила в его в/ч по «вертушке», а тут она попросила его к телефону, а ей ехидным голосом говорят: «А ваш Вася уже неделю как от сифилиса лечится! » Она на следующий день прилетела к нему, устроила разборку, причем он после этой разборки ломанулся вешаться, но его устерегли, мы накачали его антидепрессантами, короче, все было с парнем хорошо. Часть лейтенантов начали нам «сдавать» свои дополнительные половые контакты, за пределами в/ч – оказалось, что в в/ч с «шефскими визитами» любили наезжать дамы из райкома комсомола, числом 3-4 одновременно, причем каждая дама за «сеанс» обычно имела контакт с 5-7 военными. Мы вызвали тех дам, был большой скандал в райкоме, но сифилисом нас тот райком не «порадовал», была только у тех дам гонорея, и то не у всех, да вши лобковые. С учетом огромного числа возможных половых контактов расследование цепочки сильно затянулось, в итоге мне рассказывали уже после завершения моего обучения концовку той истории.

Как в итоге выяснилось, «капитанскую дочку» заразил ее же школьный учитель физкультуры, он заразился от любовницы, жены местного врача скорой помощи, биceксуала, которого заразил его партнер-наркоман, убежавший к тому времени на Кавказ... И только там его следы затерялись, хотя всю предыдущую цепочку наши эпидемиологи доблестно выявили и пролечили, кого надо было.

Сейчас это рассказывается и слушается как сказка, т. к. никого сейчас не ищут, даже у заболевших имени уже не спрашивают. Какая уж тут теперь профилактика – немудрено, что с такими, мягко выражаясь, свободными нравами, в 90-е, при разрушении системы выявления контактов больных с ЗППП, сифилис, гонорея, да и СПИД – рванули ввысь…

Ну к кому? Вынули, скажем арматуру или нож — срочная операция, не закрыли дыру в вене в приемном — истек кровью. Медсестра что, железная по мнению Депздрава и главного врача?

Спасли тогда двоих, но это был первый звоночек.

Второй звоночек. Из Барвихи завезли настоящую куклу Барби с порванным верхним веком пробкой от бутылки с шампанским. А через пять минут с инородными телами в глазу (предположительно, стекло) в приемную доставили заслуженного бомжа Москвы дядю Федю. Он у нас всегда перед зимой мылся, отсыпался, лечил старые раны, нам его шрамы известны как кратеры астрономам на Луне. По слухам, он бомжевал еще при Андропове, когда у него золотишко на Курском подрезали.

Так вот. Он попал в операционную первым. Помыли глаз, убрали стекло, вытащили осколок из слезного канала, дали спирту внутрь для сугреву. Но не помыли целиком! Нянечек и сестер милосердия нет, а клининговая компания "Сервис клининга больницы", мыть никого не моет, она-то и с кабинетами-коридорами с трудом справляется — а тут самый грязный бомж... Амбре выдавало его присутствие в нашем отделении метров за десять — рефлекторно включался поиск вшей и запах гниющего мусора.

Каталка с голой куклой Барби, в нелучшей своей форме стояла здесь же. Мягко вышедший к ней в белых тапках бомж гладил ее упругое тело и причитал: "Девушка, таким напитком не только глаз, но и совесть из человека вышибают... Зашьют вам глазик, тут такие чудесные доктора работают, уже лет 20 после них никаких проблем у меня зимой — пять мусорных бачков всегда мои, и здоровья на зиму всегда хватает... " Офигевающая от запаха сервиса девушка мягко крестилась и кивала головой: "Вылечат, вылечат! "

Снова спасли Барби. Бомжа пришлось выписать под его же крики, чтобы не становиться попеременно фестивалем психушки и свалки на выезде.

На призывные стоны бомжа о лучших годах, в одной из палат экстренной терапии очнулся главный казак российской эстрады Александр Розенбаум. Последняя нянечка этой смены из клининговой компании собиралась в его палате мыть пол. С трудом сев на кровати, Александр отреагировал на вздохи женщины привычным: "Женщина, милая, давайте я сейчас всему отделению спою! " "Не надо песен в реанимации, " — резонно сказала женщина, — "постовая медсестра совсем без юмора, сразу окажетесь в психушке". "Тем более, я ни одной вашей песни не знаю, и бирка на вашей койке мне ни о чем не говорит. "

Оптимизация здравоохранения. Хорошее, очень нужное слово для тех, кто занимается математикой для свого кармана. И у кого вертолетная площадка на садовом участке размечена.

Но клятву Гиппократа они-то не давали! Саннорм не сдавали, смывов и тестов на RW тоже. А без чистого пола и чистых пациентов работать я там больше не хочу.

Приходите к нам в частный медицинский центр, где бомж заложил бы почку за лечение, а Барби — свой Мерс. Да простит меня Собянин, но так работает по ОМС вся стационарная Москва!

больше склонялась к мысли идти рожать в новую больницу, очень хорошо отзывались, новая больница, отличное оборудование, специалисты со всей страны Больница была с двойный эффектом WOW! ! Сначала вы поражались ее размером снаружи, а потом ее великолепием внутри. Я серьезно.

Больницу построили в чистом поле, вернее даже на болоте в очень малонаселенной местности, в радиусе 50 км было 3 городишки с населением от 10 до 20 тысяч и с десяток деревень и поселков с населением от 50 до 350 человек. Средний возраст жителей- 75 лет, почти вся молодежь давно уехала. Я не знаю, как считается колличество койко-мест на тысячу населения, но такая больница и в центре Милана пустовала бы. Два корпуса по 8 этажей, вернее на первом были лаборатории и некое подобие поликлиники, а вот остальные 7 этажей отдали под больницу. В родильном отделении было 20 двухместных палат, т. е одновременно могло находиться 40 мам. Проблема в том, что в этой местности с трудом рождалось 300 детей в год.

При строительстве больницы местным жителям рассказали о грядущем притоке людей, процветании, экономическом росте, развитии территории и т. д и тп. Помните Новые Васюки у Остапа Бендера и международные шахматные турниры? Именно так. Иденственное, что действительно произошло- поднялись цены на съемное жилье. Все вновь прибывшие врачи сняли жилье в ближайших деревнях, цены утроились, а потом оказалось, что кроме как врачам, никому это жилье и не надо, но цены уже не опустились. Далее, к больнице не было дороги. В планах развития безусловно была 6-полосная дорога с многоуровневыми развязками, но это в планах, а по факту была узкая дорога длинной 20 км, соединяющия городок А и городок Б, примерно на 13-ом км сделали аппендикс длинной прим 3 км в сторону больницы. Т. е из одного городка получилось 16 км, из другого 10 км. Первая часть по узкой дороге среди болот, где 2 кобылы не разминутся, зато последние 3 км по 2 полосы в каждую сторону. Это была единственная дорога в больницу.

Вся больница сверкала и блестела, местные не понимали, зачем такое великолепие. Они просто не знали слова распил, а я так и представляла смету: тумбочка прикроватная 600 евро, крючок для полотенец 100 евро, подушка 300 евро и тд. Это не считая оборудования, там я даже представить боюсь.

Жарким летом в день Х меня с огромным животом и схватками привезли в больницу. В палате я была одна, что и немудрено, на все отделение было аж 5 мам, причем остальные уже родили. .

Фотографии у меня получились отменные. Никто не верит, что это государственная больница, а не отель 5 звезд. В палате была 2 кровати для мам (я была одна), 2 кроватки для малышей, шкафчики и тумбочки, диванчик для приема гостей, стол для обеда и столик с вазой для цветов (так и вижу в смете ваза- 200 евро), туалет с отличным душем и с пеленальным столиком. Не буду перечислять все, и так понятно, что эта больница обошлась, как бюджет Анголы или Ботсваны на медицину на пятилетку.

Родился мой сын. Он был очень крупным, я довольно мелкая. Да, отвлекусь еше раз, в таких больницах дежурный врач-анестезиолог сидит не в отделении, а дома, его вызывают в случае необходимости. Поэтому глядя на меня врачей больше всего мучил вопрос вызывать мне анестезиолога или я сама справлюсь. Роды были долгими и сложными, но я справилась, сил реально не осталось, я уснула в палате рядом с кроваткой сына. А когда проснулась, его рядом не было, меня охватила паника. Выхожу в коридор и что я вижу? Новогоднюю елку и деда мороза. Волосы от ужаса встали дыбом. Неужели я 6 месяцев в коме провела? Почему я не сошла с ума в тот момент, остается загадкой. Меня окликнул муж. Он делал фотографии ребенку, не хотел меня будить. А елка? Она и вчера была, просто я не заметила. На самом деле в больнице снимали фильм. По сценарию фильма главный герой попадает в аварию, а потом выходит из комы на Рождество. Продюсер (или кто занимается подбором площадок) выбрал нашу больницу, т. к она была очень красивой и практически пустой. И из всех отделений выбрали родильное, т. к в нем все счастливые и улыбаются, в отичие от, например онкологии, где все грустные и плачут. На улице плюс 40, жара и духота, все черные от загара, зато в свитерах и куртках ходят по украшеннуму гирляндами мраморному холлу вокруг елки. Мамы и родственики путают настоящих медсестр и актрисс из фильма. Потом то я научилась отличать их, форма немного отличалась. Ну и финал истории, мы ж про подмену младенцев говорили. Все дети одеты по погоде в легкие боди и укрыты голубой или розовой простынкой, и только моя свекровь боясь, что ребенок застынет, укрыла его шерстяным одеялом (на улице 40 градусов, в помещении кондей взрывается, чтоб поддерживать 25). Режисер не мог упустить такой колоритный кадр. В одной из сцен на заднем плане идет медсестра с люлькой с закутаным в одеяла младенцем. Это мой сын, длительность сцены в фильме прим 0, 4 секунды. Сына сделали звездой кино и вернули нам. Потом подошла настоящая медсестра и сказала, что надо показать педиатру, всех детей показывают педиатру, это рутина, ничего особенного. В этот момент она заметила, что у ребенка нет браслета. Думала, что это киношники сняли, мы еще толком не понимали о чем речь. В больнице начался небольшой переполох. Как так, непорядок. Мы к вам по человечески, а вы браслеты детям снимаете. Киношники ушли в отказ, какие браслеты, мы вообще не при чем, нам бабушка люльку дала 5 метров по коридору прокатить, мы ничего не трогали.

Браслет нашелся. Он лежал на дне люльки под матрасом (люльки тоже подписаны), его просто забыли одеть при рождении. Так что у моего сына есть уникальные кадры, на всех фото в свой перый день жизни новорожденный без браслета. Ну и измученная мама, зато с браслетом.

1935 по 1974 год, с перерывами на Финскую и Великую Отечественную войну исполнял он обязанности главного врача.

Предоставим слово людям, его знавшим.

Анна Григорьевна Романова 1927 года рождения. Медсестра операционного блока Барановской больницы с 1945 по 1989 год.

В июне 45 года после окончания Егорьевского медицинского техникума меня распределили в Барановскую больницу. Прокопий Филиппович ещё с фронта не вернулся. И первую зиму мы без него были. Всю больницу отопить не могли – дров не хватало. Мы сами привозили дрова из леса на санках. Подтапливали титан в хирургии, чтобы больные погрелись. К вечеру натопим, больных спать уложим – поверх одеял ещё матрацами накрываем.

Потом Прокопий Филиппович с армии вернулся – начал больницей заниматься. Сделал операционный блок совместно с родильным отделением. Отремонтировал двери-окна, чтобы тепло было. Купил лошадь, и дрова мы стали сами завозить, чтобы топить постоянно. Когда всё наладил – начал оперировать.

Сейчас ортопедия называется – он оперировал, внутриполостная хирургия – оперировал, травмы любые… Помню, - к нему очень много людей приезжало из Тульской области. Там у него брат жил, направлял, значит. После войны у многих были язвы желудка. И к Прокопию Филипповичу приезжали из Тулы на резекцию желудка. После операции больным три дня пить нельзя было. А кормили мы их специальной смесью, по рецепту Прокопия Филипповича. Помню, - в составе были яйца сырые, молоко, ещё что-то…

Позднее стали привозить детей с Урала. Диагноз точно не скажу, но у них было одно плечо сильно выше другого. Привезли сначала одного ребёнка. Прокопий Филиппович соперировал и плечи стали нормальные. Там на Урале рассказали, значит, и за 5-6 лет ещё двое таких мальчиков привозили. Последнего такого мальчика семилетнего в 65 году с Урала привозили. Уезжали они от нас все ровные.

Он был очень требовательный к нам и заботливый к больным. Соперирует – за ночь раз, еще раз, и ещё придёт, проверит – как больной себя чувствует.

Сейчас ожогами в ожоговый центр везут, а тогда всё к Прокопию Филипповичу. Зеленова девочка прыгала через костер и в него упала. Поступила с сильнейшими ожогами. Делали каркасы, лежала под светом, летом он выносил её на солнышко и девочка поправилась.

В моё дежурство Настю Широкову привезли. Баловались они в домотдыхе. Кто-то пихнул с берега. И у неё голеностопный сустав весь оторвался. Висела ступня на сухожилиях. Прокопий Филиппович её посмотрел, говорит: «Ампутировать всегда успеем. Попробуем спасти». Четыре с половиной часа он делал операцию. В моё дежурство было. Потом гипс наложили – и нога-то срослась. Долго девочка у нас лежала. Вышла с палочкой, но своими ногами. Даже фамилии таких больных помнишь. Из Кладьково мальчик был – не мог ходить от рождения. Прокопий Филиппович соперировал сустав – мальчик пошел. Вырос потом, - работал конюхом. Даже оперировал «волчья пасть» и «заячья губа». Заячья-то губа несложно. А волчья пасть – нёба «нету» у ребенка. И он оперировал. Какую-то делал пересадку.

Порядок требовал от нас, чистоту… Сколько полостных операций – никогда никаких осложнений!

Гинеколога не было сначала. Всё принимал он. Какое осложнение – бегут за ним в любое время. Сколько внематочных беременностей оперировал…

Уходит гулять – сейчас зайдёт к дежурной сестре: «Я пошёл гулять по белой дороге. Прибежите, если что».

…Сейчас легко работать – анестезиолог есть. Тогда мы – медсестры - анестезию давали. Маску больному надевали, хлороформ капали. И медсестра следила за больным всю операцию – пульс, дыхание, давление…

Надю Мальцеву машина в Медведево сшибла. У ней был перелом грудного, по-моему, отдела позвоночника. Сейчас куда-то отправили бы, а мы лечили. Тогда знаете, как лечили таких больных? – Положили на доски. Без подушки. На голову надели такой шлём. К нему подвесили кирпичи, и так вытягивали позвоночник. И Надя поправилась. Теперь кажется чудно, что кирпичами, а тогда лечили. Завешивали сперва их – сколько надо нагрузить. Один кирпич – сейчас не помню, - два килограмма, что ли, весил… И никогда никаких пролежней не было. Следили, обрабатывали. Он очень строгий был, чтобы следили за больными.

Каждый четверг – плановая операция. Если кого вдруг привезли – оперирует внепланово. Сейчас в тот центр везут, в другой центр, а тогда всех везли к нам, и он всё делал.

Много лет добивался газ для села. Если бы не умер в 77-ом, к 80-му у нас газ бы был. Он хлопотал, как главный врач, как депутат сельсовета, как заслуженный врач РСФСР…

А что он фронтовик, так тогда все были фронтовики. 9 мая знаете, сколько люду шло тогда от фабрики к памятнику через всё село… И все в орденах.

***

Елена Николаевна Петрова. Медсестра Барановской сельской больницы 06. 12. 1937 года рождения.

Я приехала из Астрахани после медучилища в 1946-ом. Направления у нас были Южный Сахалин, Каракалпакия, Прибалтика, Подмосковье. Тогда был ещё Виноградовский район. Я приехала в райздрав в Виноградово, и мне выписали направление в Барановскую больницу. 29 июля 56 года захожу в кабинет к нему – к Прокопию Филипповичу. Посмотрел диплом, направление. И сказал: «С завтрашнего дня вы у меня работаете». Так начался мой трудовой стаж с 30 июля 56 года и продолжался 52 года. С ним я проработала 21 год. Сначала он поставил меня в терапию. Потом перевёл старшей медсестрой в поликлинику. Тогда начались прививки АКДС (Адсорбированная коклюшно-дифтерийно-столбнячная вакцина - прим. автор).

У нас была больница на 75 коек. Терапия, хирургия, роддом, детское отделение, скорая. Рождаемость была больше полутора сотен малышей за год. В Барановской школе было три параллели. Классы а-б-в. 1200 учащихся. В каждой деревне была начальная школа – В Берендино, в Медведево, Леоново, Богатищево, Щербово – с 1 по 4 класс, и все дети привитые вовремя.

Люди сначала не понимали, - зачем прививки, препятствовали. Но с врачом Сержантовой Ириной Константиновной ходили по деревням, рассказывали – что это такое. Придём – немытый ребёнок. На керосинке воду разогреют, при нас вымоют, на этой же керосинке шприц стерилизуем, - вводим вакцину. Тогда от коклюша столько детей умирало! . . А как стали вакцинировать, про коклюш забыли совсем. Оспу делали, манту… Детская смертность пропала. Мы обслуживали Богатищево, Медведево, Леоново, Берендино, Щербово. С Ириной Константиновной проводили в поликлинике приём больных, а потом уходили по деревням. Никакой машины тогда не было. Хорошо если попутка подберёт, или возчик посадит в сани или в телегу. А то – пешком. Придём в дом – одиннадцать детей, в другой – семь детей. СЭС контролировала нашу работу по вакцинированию и прививкам, чтобы АКДС трёхкратно все дети были привиты, как положено. Недавно показали по телевизору – женщина 35 или 37 лет умерла от коклюша. А у нас ни одного случая не было, потому что Прокопий Филиппович так поставил работу. Он такое положение сделал - в каждой деревне – десятидворка. Нас распределил – на 10 дворов одна медсестра. Педикулёз проверяли, аскаридоз… Носили лекарства по дворам, разъясняли – как принимать, как это важно. У нас даже ни одного отказа не было от прививок. Потом пошёл полиомиелит. Сначала делали в уколах. Потом в каплях. Единственный случай был полиомиелита – мама с ребёнком поехала в Брянск, там мальчик заразился.

Вы понимаете, - что такое хирург, прошедший фронт?! Он был универсал. Оперировал внематочную беременность, роды принимал, несчастные случаи какие, травмы – он всегда был при больнице. Кто-то попал в пилораму, куда бежит – к нам? Ребенок засунул в нос горошину или что-то – сейчас к лору, а тогда – к Прокопию Филипповичу. Сельская местность. Привозят в больницу с переломом – бегут за врачом, а медсестра уже готовит больного. Я сама лежала в роддоме – нас трое было. Я и ещё одна легко разрешились, а у Зверевой трудные роды были. Прокопий Филиппович её спас и мальчика спас. И вон – Олег Зверев – живёт. Прокопий Филиппович и жил при больнице с семьёй. Жена его Головихина Мария Фёдоровна терапевт, он – хирург.

Раз в две недели, через четверг, он проводил занятия с медсестрами – как наложить повязку, гипс, как остановить кровотечение, как кровь перелить, - всему нас учил. Мы и прямое переливание крови использовали. А что делать, если среди ночи внематочная… Кого бы ни привезли – с переломом, с травмами… К нему и из Сибири я помню приезжали. Он всё знал.

Квалификация медсестёр и врачей – все были универсалы. Медсестра – зондирование. Он учил, чтобы мы были лучшими по зондированию. Нет ли там лемблиоза. Мы всеми знаниями обладали – он так учил. На операции нас приглашал смотреть. Он тогда суставы всё оперировал. Помню – врожденный дефект голеностопного сустава оперировал. Медсестёр собрал и врачей на операцию. Мальчик не мог ходить. Он его соперировал - мальчик пошёл.

…На столе у него всегда лежал планшет «Заслуженный врач РСФСР» и он выписывал на нем рецепты, назначения…

Какой день запомнился ещё – 12 апреля 1961 года. У нас через вторник проходила общая пятиминутка. Медсёстры докладывали все по отделениям, по участкам… И он вбегает в фойе больницы и прямо кричит: «Юрий Алексеевич Гагарин в космосе! » Он так нам преподнёс – все так обрадовались. И пятиминутки-то не получилось. Как раз все в сборе были. Большой коллектив! Одних медсестер 50 человек.

40 лет будет, как его не стало. Хоронили его все – барановские, Цюрупы, воскресенские, бронницкие, виноградовские… Такой человек! Мы сейчас говорим – почему мемориальной доски нет? Нас не станет – кто о нем расскажет. Нельзя забывать! Столько людей спас - они уже детей и внуков растят… Дети его разъехались, нечасто могут приехать, но люди за могилкой смотрят. Помнят его. И нельзя забывать!

***

Виталий Прокопьевич Дегтярев. Доктор медицинских наук, профессор Московского медико-стоматологического университета, Заслуженный работник высшей школы

Отец родился в Оренбургской области в крестьянской семье. Он и два его брата – Степан Филиппович и Иван Филиппович линией жизни избрали медицину. Отец учился в Оренбурге в фельдшерско-акушерской школе. Потом закончил Омский мединститут. В 1935 году он был назначен главным врачом Барановской больницы, в которой служил до конца, практически, своих дней.

Был участником финской и Великой Отечественной войн. На Великую Отечественную отец был призван в 42-ом. Это понятно, что в сорок первом Барановская больница могла стать прифронтовым госпиталем, и главный врач, хирург, был необходим на своём месте. А в 42, как немцев отбросили от Москвы, отца призвали в действующую армию, и он стал ведущим хирургом полевого подвижного госпиталя. Это госпиталь, который самостоятельно перемещается вслед за войсками и принимает весь поток раненых с поля боя. Отец рассказывал, что было довольно трудно в период активных боевых действий. По двое-трое суток хирурги не отходили от операционных столов. За годы службы в армии он провел более 20 тысяч операций. День Победы отец встретил в Кёнигсберге. Он был награжден Орденом Красной Звезды, медалью «За победу над Германией», юбилейными наградами, а ещё, уже в послевоенные годы, - Орденом Трудового Красного Знамени. Ему было присвоено почетное звание Заслуженного врача РСФСР.

После возвращения с фронта отец был увлечен ортопедией. Он оперировал детей и взрослых с дефектами верхних и нижних конечностей, плечевого пояса и вообще с любой патологией суставов. Долгое время он хранил фотографии пациентов, сделанные до операции, например, с Х-образными конечностями или с искривлённым положением стопы, и после операции – с нормальным положением конечностей. А в 60-х годах он больше сосредоточился на полостной хирургии.

Он был истинный земский врач, который хорошо знает местное население, их проблемы, беды и старается им помочь. Земский хирург – оперировал пациентов с любой патологией. Травмы, ранения, врожденные или приобретённые патологии…. Все срочные случаи – постоянно бежали за ним, благо недалеко – жил тут же. По сути дела, у него было бесконечное дежурство врача. На свои операции отец собирал свободных медсестер и врачей – это естественное действие хирурга, думающего о перспективе своей работы и о тех людях, которые с ним работают. И я у него такую школу проходил, когда приезжал на каникулы из института.

Он заботился о том, чтобы расширить помощь населению, старался оживить работу различных отделений и открыть новые. Было открыто родильное отделение. Оно сначала располагалось в большом корпусе. А потом был отремонтирован соседний корпус, и родильное перевели в него. Позже открыли ещё и инфекционное отделение. Долгое время было полуразрушенным здание поликлиники. Отец потратил много времени и сил на ремонт этого здания. Поликлинику в нём открыли.

Отец очень хорошо знал население, истории болезней практически всех семей, проживающих в округе. Когда я проходил практику в Барановской больнице, после приёма пациентов случалось советоваться с ним по каким-либо сложным случаям. Обычно он пояснял, что именно для этой семьи характерно наличие такого-то заболевания… И то, что вызвало моё недоумение, по всей вероятности является следствием именно этого заболевания.

Отца избрали депутатом местного Совета. И он занимался вопросами газификации села Барановское. Много сил отдал разработке, продвижению этого проекта…

Своей долгой и самоотверженной работой он заслужил уважение и признательность жителей округи. На гражданскую панихиду, которая была организована в клубе, пришли жители многих окрестных сел, а после нее гроб из клуба до самого кладбища люди несли на руках.

Он был настоящий народный врач.

***

Главе Воскресенского района Олегу Сухарю поступило обращение жителей села Барановское с просьбой установить мемориальную доску на здании Барановской больницы, в память о П. Ф. Дегтярёве. Ещё жители просили, чтобы в районной газете «Наше слово» была опубликована статья о Прокопии Филипповиче.

Доску глава заказал, место для неё определили, статью поручил написать мне, и в сегодняшнем номере газеты она опубликована. Текст вот этот самый, который вы прочли. В Барановском газету ждут.

Добавлю ещё, что когда приезжал в Барановское сфотографировать эту самую дореволюционной постройки больницу, разговаривал ещё с людьми, и каждый что-то о Прокопии Филипповиче хотел рассказать.

И ещё оказалось, что такие уникальные врачи разных специальностей и в разных больницах района ещё были. Мне их назвал наш уважаемый почетный и заслуженный главный врач станции переливания Станислав Андреевич Исполинов.

Но, получается, - в нашем районе минимум четверо, и в других районах должно быть так примерно. Писать о них надо. Рассказывать.

скорой медицинской помощи. Как она говорит: «Смертность у нас была хорошая… Город - большой, больница – большая, каждую смену отвозили кого-то на каталке в морг и это было для нас делом привычным».

И вот она закатили они с санитаром в лифт каталку с отмучившимся пациентом, спустились вниз, открыли дверь огромным ключом… Она нащупала выключатель, зажгла свет… - на полати перед ней сидит голый старичок с «зафиксированными» бинтом запястьями и щиколотками.

Она сохранила самообладание, но потеряла связность мыслей и речи. Поэтому задала глупый вопрос:

- Ой, диду! А шо вы тут робыте?

Дед резонно отвечает:

- Не знаю, доню! Проснувся, а тут тэмно и зябко…

Она посмотрела у него на запястье бирку – Бычков. 4-я хирургия. Укутали они деда простынями, развязали бинты на руках и ногах, уложили на каталку, повезли на лифте в 4-ю хирургию, которая была на 9-м этаже.

Деда с санитаром оставила в холле, бежит в ординаторскую. Распахивает дверь… А было 1 мая. В ординаторской накрыт стол… Все повернулись к ней:

- О! Ленка, заходи! Давай к столу!

Она зовет старшую медсестру отделения:

- Наташа! Выйди, что скажу…

Та в ответ:

- Да чего там секретного…

- Нет! Выйди.

Вышли в коридор. Эта Лена спрашивает:

- Бычков ваш пациент?

Наташа погрустнела:

- Он твой родственник?

- Знакомый. Недавно познакомились.

- Ой, Ленка. Не хочу тебя расстраивать, но он скончался. Родственникам мы сообщили.

- А давно скончался?

- Часов шесть, как…

- Бери каталку – беги в морг. Он живой там вас дожидается!

Наташа схватилась за сердце, у неё покосились ноги.

- Что, поверила? – улыбнулась Лена, помогая подруге подняться с пола, - Да пошутила я. Он уже не в морге, а в вашем холле на каталке. Не могла же я его там с трупами оставить! С вас причитается!

***

(Фамилия пациента изменена. )

я уже, может быть, сяду. Вас беспокоят из редакции газеты "Недостатки". Мне поручено написать статью о нашей калечащей медицине вообще и о вашей злополучной поликлинике в частности. Буду часа через полтора. Предупредите главного, чтобы он подготовил для интервью пару врачей и нескольких пациентов. Ну и что-нибудь такое, знаете, немного скандальное. Без этого никак. Читателю нужно промыть мозги. Пресса, знаете.

- Через полтора часа главный врач должен быть в министерстве.

- Очень хорошо. Это сгодится для заголовка: "Костоправ сбежал в Минздрав". Неплохо, а?

В обусловленное время корреспондент явился в поликлинику.

- Здрасте. Это я вам звонил. Ну, чем будем удивлять?

- Главный врач просил извиниться - ему не удалось выкроить для Вас время. Но Вы можете взять интервью у любого нашего сотрудника. Могу порекомендовать психиатра. Человек он необычный, приобретете массу впечатлений.

- Годится. И заголовок в тему: "Промывка мозгов". Неплохо, а?

Секретарь сопроводила корреспондента к кабинету с табличкой "Психиатр" и заглянула внутрь:

- Николай Петрович, к вам посетитель, - обратилась она к доктору, предложила репортёру войти и удалилась.

- Добрый день. Садитесь, - поздоровался эскулап, повернул в замке ключ и положил его к себе в карман. - Не беспокойтесь, это для Вашей безопасности. Знаете, иногда врываются невменяемые больные, скандалят, телесные повреждения наносят. Ну-с, на что жалуетесь?

- Собственно, ни на что. Я...

- Да-да, понимаю. Все наши больные абсолютно здоровы. "Не дай мне Бог сойти с ума, уж лучше посох и сума..." - так, кажется, у Пушкина? Уже состоите на диспансерном учёте?

- Доктор, Вас что, не предупредили?

- Так и запишем: "Пациент уходит от конкретных ответов, считает себя вменяемым, но полагает, будто о его действиях некто заранее предупреждает окружающих, что указывает на наличие у него мании преследования. Держится настороженно, несколько развязно".

- Да вы что, с ума сошли! Я член Союза журналистов!

"... заявляет, что врач сошёл с ума - (продолжал озвучивать свои записи доктор), - что является симптомом проекции собственной болезни на собеседника. Утверждает, будто состоит членом некой организации, которую именует "союзом".

- И давно это у Вас?

- Я занимаюсь журналистикой три года. Послушайте - меня к Вам прислали...

"Болеет три года, полагает, что его прислали, но недоговаривает откуда. Не исключено, что считает себя пришельцем из иных миров" - бубнил психиатр, водя ручкой по "истории болезни".

- С НЛО давно виделись? Голоса слышите постоянно или периодически?

- Это чёрт знает что! Приходишь в поликлинику здоровым, а уходишь больным! Я это так не оставлю!

- А, батенька! Зачем же здоровому в поликлинику? Сытый в столовую не пойдёт:

"Присутствуют также симптомы резонёрства и расщепления сознания с выраженной агрессивной окраской" - закончил врач.

- Выпустите меня из кабинета! - не на шутку испугался репортёр.

- Нет, голубчик. Один Вы отсюда не выйдете, - ответил его собеседник, набирая номер. - Алло, скорая? Говорит доктор Зубов. Запишите вызов для психбригады. Да, для госпитализации пациента в больницу Павлова. Диагноз? Параноидный синдром эндогенно-процессуального генеза, выраженная мания величия и бред преследования. Да, опасен. Спасибо, жду.

- Доктор, я Вас очень прошу, отпустите. Я специализируюсь по медицинской тематике, хотите - устрою Вам бесплатную рекламу в газете? - взмолился корреспондент.

- Отпустить я Вас, милый, не могу. Клятву дал Гиппократу. Так что долг есть долг. А там, куда Вас сейчас заберут, я советую свою медицинскую специализацию не упоминать. Ну, подержат месячишку, подлечат и выпустят с Богом. А "специалистов в медицине" по инструкции не менее полугода обрабатывать полагается. Так сказать, до полной промывки мозгов. Так что Вы тут немного посидите, а я приму кофейка, - закончил доктор, и вышел в другую дверь.

Журналист тут же рванул к телефону.

К его удивлению, шнур к розетке присоединён не был.

Затем его взгляд упал на лежащую возле телефона записку:

Николай Петрович!

Тут прибудет какой-то нахальный репортёр - специалист по промывке мозгов. Промой-ка ему кое-что и постарайся объяснить, что такое учтивость.

Главный. врач: (подпись). - Ну что ж, а теперь можете задавать свои вопросы, - произнёс входящий в кабинет врач.